Реверс

Шинсо работал самым настоящим Героем вот уже без малого четыре года. И за все эти четыре года ему приходилось работать с самыми разными личностями, вместе спасая беззащитных граждан от множества злодеев разных категорий. Сам он не считал, что среди этих личностей как-то выделяется. У него не было врождённого абсолютного таланта как у семейства Тодороки, он не был прирожденным героем как Динамайт, не обладал бешеной целеустремленностью и невероятной разрушительной силой как Мидория. Причуда Шинсо была нетипичной для героя, но сам он был совершенно посредственным, тихим, вдумчивым, иногда даже скромным. Все задания выполнялись им чисто и без лишнего шума, под стать его характеру. Но не всегда, к его глубочайшему сожалению, всё шло так гладко, как ему бы хотелось. На патруль Шинсо обычно выходил один, несмотря на то что его уже успели окрестить героем поддержки. В конце концов с мелкими преступниками, действующими по одиночке, хватало просто заговорить, тут же подчинить своей воле и взять под стражу. А в случае с более серьезными противниками герой не успевал даже толком начать бой, как к нему присоединялся кто-нибудь из коллег. Ближайшие районы патрулирует не только его агентство, но и несколько соседних. Множество персонажей сменяют один другого, и под стиль каждого Шинсо умудрялся подстраиваться, демонстрируя безупречные навыки командной работы. Тут ничего невероятного не было — он особенно отчаянно набирался опыта в том, чего ему не хватало в самом начале его геройского пути. И хотелось бы сказать, что ему всех этих прокаченных навыков было достаточно, чтобы эффективно и быстро изловить злодея с любым напарником. Но у всего в этом мире бывают исключения. Есть люди, которые настолько противоположны Шинсо по характеру, что тот просто не в состоянии понять, что происходит у них в голове. О какой тогда слаженности может идти речь? Казалось бы, настолько не понимать человека невозможно, чтобы каждое его действие заставало тебя врасплох. Но в геройской карьере Шинсо такой экземпляр был. Его геройское имя уже было на слуху; герой ближнего и среднего боя; довольно опасная, но хорошо контролируемая причуда. Казалось бы, проблем быть не должно, Шинсо прекрасно подходил на роль поддержки в таком раскладе. Но было несколько «но»: характер героя и его абсолютно не подвергающиеся логике слова и поступки. Денки Каминари он знал ещё со школы. Им не раз предоставлялся шанс поговорить. Но Шинсо, как нелюдимый и не любящий пустую болтовню человек, всякий раз отворачивался или находил повод прервать разговор. Конечно, всё было нипочём такому шилу в заднице как Каминари Денки. Дружелюбные возгласы, смущающая похвала, фамильярные обращения — всё это срывалось с его губ так легко, что Шинсо иной раз хотелось просто развернуться и сбежать куда-нибудь, лишь бы не находиться в его навязчивом обществе. После окончания школы он встретил Электрозума лишь спустя несколько лет. Их агентства располагались в паре районов друг от друга, из-за чего пути патрулей иногда могли пересекаться, даже несмотря на поделённую зону влияния. И стоило Шинсо вступить в бой со злодеем более высокого уровня, как появлялся этот шумный и излишне самоуверенный парень, ослепляя всех близстоящих героев и злодеев яркими вспышками своих электрических разрядов. Правда команда из них была так себе, на взгляд самого Шинсо. Бесконтрольно бить током уже подчинённых Шинсо людей, тем самым повторно выводя их из боя или же наоборот заставляя их очнуться из-под контроля, точно было лишним. Но имело место быть абсолютно каждый раз. Шинсо же, к своему неудовольствию, иногда ловил себя на том, что мог помешать Каминари совершить атаку в полную силу. Они всегда выходили победителями, но назвать работу «чистой и без лишнего шума», по привычной формуле Шинсо, язык не поворачивался. По окончанию боя они неизменно перебрасывались парой фраз по делу и на этом можно было бы разойтись. Можно было бы. Но конечно же никто не давал Шинсо уйти так легко. Всё началось с ненавязчивой болтовни, которая после нескольких случаев всё же стала навязчивой. Электрозум увязывался следом, как ни в чем не бывало рассказывая о какой-то чепухе, о своей жизни, мелких бытовых проблемах. Шинсо слушал, кидая на него напряженные взгляды. Вскоре это конечно приелось, и порой он мог даже вставить свою пару слов. В такие моменты Каминари будто подпитывался энергией, с энтузиазмом развивая удачную тему. Он практически не задавал вопросов, не спрашивал о личной жизни и вёл себя настолько свободно и естественно, что Шинсо невольно перестал чувствовать дискомфорт в его присутствии. И через пару таких вот странных прогулок после очередной победы над злодеем уже не был против этих непринужденных бесед. В один из таких дней в рассуждении между предпочтениями в сортах яиц и тем, что он сегодня ел на завтрак, Каминари мимоходом спросил: «А ты как думаешь, Хитоши?». Шинсо тогда пораженно остановился, не в силах даже дать оценку такому бесстыжему поведению. За всю жизнь по имени его называли лишь отец с матерью. В тот момент он даже не смог указать на то, что это обращение было лишним. Но, вспоминая то, с какой легкостью и непосредственностью Каминари назвал его имя, создавалось впечатление, будто он делает это не в первый раз. Шинсо даже сам невольно усомнился в своей памяти и внимательности. Не называл ли он его так с самого начала? Тем не менее, Хитоши тогда лишь выдавил, что по утрам пьёт кофе, никак не комментируя остальное. Стоит ли говорить о том, что после этих слов при каждой следующей встрече Каминари неизменно приглашал его на кофе? На что Шинсо, конечно же, каждый раз давал отказ — они на работе. Однако, тот с таким упорством пытался затащить его куда-нибудь — хоть на кофе, хоть на чай, хоть на просто посидеть — что у Хитоши невольно начали закрадываться подозрения. Поначалу на некоторые свои догадки он только мысленно усмехался, как на забавную шутку. Но на шутку это походило всё меньше и меньше. И когда Каминари в очередной раз начал усиленно уговаривать его пропустить чашечку кофе, Шинсо остановился и внимательно посмотрел на него. — Ты меня на свидание зовёшь что ли? Каминари тоже остановился. По его выражению лица не было понятно, осознавал ли он, как это выглядело всё это время или нет. — Да как… Ну… Ты же не девушка, — выдавил он спустя долгие секунды затянувшегося молчания, глупо вытаращившись на героя. Шинсо в свою очередь скорчил такую скептическую мину, что Денки невольно раскрыл глаза ещё сильнее. — И что? Каминари вдруг рассмеялся. Нервно и немного панически, почёсывая затылок. Лицо его вмиг сделалось красным. — Хаха… Хахаха! Ой, я тут вспомнил, что меня просили сегодня вернуться пораньше, так что на кофе действительно зайти не получится! Они быстро распрощались, и так же быстро Электрозум свинтил, только пятки сверкали. При следующих их встречах Каминари начал звать его на обед. Пусть насторожённость и легкое раздражение давно прошли, Хитоши всё ещё не мог понять, что творится у этого человека в голове. И на поле боя к взаимопониманию они так и не пришли. В этот раз битву едва ли можно было назвать таковой. Один из противников вышел из строя почти мгновенно, другой держал в руках нож и воинственно тыкал им в сторону героев. Шинсо и Каминари бросились к нему одновременно, хватая злодея за руку, в которой был зажат нож. Больно ударившись плечами, они все же заставили нож выскользнуть из ладони, но выражение лица мужчины сделалось лишь увереннее. — Лучше сразу связать его, — быстро выпалил Каминари, испытывая дурное предчувствие. — Да, — просто согласился Шинсо, тоже чувствуя неладное. Однако только он потянулся к лентам, опутывающим его шею и плечи, как вдруг замер. Взгляд потух, а замершая рука опустилась. — Эй, ну что там? Электрозум бросил на него напряженный взгляд и, не получив никакого ответа, собрался было позвать его снова. Но злодей вдруг резко дёрнулся в сторону, вырвался из их захвата и пустился в бега. Каминари быстро вскинул руку, собираясь пустить в него мощный заряд тока, который отправил бы злодея в отключку. Однако, импульса не произошло. Он пораженно замер, не чувствуя ни единого вольта электричества, обычно текущего через его тело. Денки лишь понял, что не понял вообще ничего. Он опустил удивленный взгляд на свою ладонь. Злодей убежал, а они так и остались стоять на опустевшей улице. Безмолвие длилось не дольше пары минут. Каминари издал нервный смешок. Мысли в его голове крутились с бешеной скоростью. Он не брался предполагать, что именно произошло. Наконец вспомнив, что с ним всё это время безмолвно находился ещё один герой, он повернулся к нему. — Дружище, что с тобой? — немного нервно спросил он, заглядывая в пустые глаза, — Эй! Ответа не было. Тогда Денки сделал решительный шаг навстречу и хлопнул того по плечу, слегка встряхивая. Взгляд Шинсо вдруг прояснился. Он вздрогнул и воззрился на Каминари необъяснимо диким взглядом. Как только Хитоши очнулся, он понял, что именно произошло даже сквозь легкую головную боль, ведь он видел подобное собственными глазами бесчисленное количество раз. Со стороны. Он только что использовал причуду на самом себе? Но это же невозможно! И сейчас он даже не собирался её использовать! В приступе паники герой схватился за напарника в ответ, открывая было рот, чтобы задать всё это бесконечное количество вопросов вслух. Но в следующий момент его ослепила резкая вспышка света, а Каминари, стоящий напротив, вскрикнул и отлетел на добрых несколько метров. На этот раз замер Шинсо, смотря пораженным взглядом на свои руки, которыми он только что выпустил заряд тока. Ладони пылали огнём, и обе руки до плеч болезненно покалывало. И если до этого он лихорадочно пытался объяснить происходящее, то сейчас все предположения просто испепелила эта яркая вспышка. Мысли исчезли, будто сгорели в один момент дотла. Долгие минуты безмолвия и отсутствия движения с той и с другой стороны прервались лишь из-за нескольких десятков взглядов, прикованных к ним. Случайные прохожие начали останавливаться, спрашивая всё ли с ними в порядке. Шинсо не мог вымолвить ни слова. Первым очнулся Каминари, вскочивший с земли как ошпаренный. Заверив зевак, что они в полном порядке, он схватил Хитоши за рукав и потащил прочь с улицы. Тот молча последовал за ним, лихорадочно заставляя свой мозг работать. Когда они наконец остановились, до смешного простой ответ внезапно пришёл ему в голову. — Причуда того злодея, — помедлив, произнёс Шинсо, на что получил понимающий кивок. — Ты ударил меня током, — будто сам не веря в то, что говорит, протянул Каминари и повернулся к нему. Шинсо тоже медленно кивнул. — Ты что, как-то забрал мою причуду? — предположил Электрозум. Ещё раз прокручивая в голове обстоятельства, Шинсо удрученно мотнул головой. — Нет, — только успел ответить он, когда взгляд его вновь опустел, и герой замолчал. Каминари долго всматривался в его лицо, ожидая продолжения. Но продолжения так и не последовало. А сам Шинсо будто бы смотрел куда-то сквозь него. — Тогда что произошло? — поторопил его Каминари. Но герой только продолжал стоять на месте и молчать, уставившись в стену перед собой отсутствующим взглядом. Денки невольно поразился тому, каким спокойным тот может быть в такой нестандартной ситуации. Ведь сам Каминари сейчас был в ужасе! — Ладно, что бы это ни было, это навсегда или временно? — тут же выпалил он, будто бы Шинсо точно мог знать ответы на все вопросы. Целое ничего раздалось в ответ, и Каминари раздосадовано вздохнул. — Этот парень что-то сделал с нашими причудами, — напряжённо предположил Денки, используя все возможности своего мозга, — У тебя моя причуда, а что с твоей? Он завертелся на месте, будто бы ему могли дать ответ стены или небо, но нервозность ничем не помогала. Непоколебимое спокойствие Шинсо лишь нервировало ещё больше. А то, что он больше ничего не говорил, только пугало. Будто бы его всё устраивает! — Ало! Хотя бы ответь, что будем делать! Я что, тебя чем-то разозлил? — спросил он, но ответа так и не получил. Каминари повернулся к Шинсо, глядя в его пустые глаза напряженным взглядом, — Хитоши-кун, нам нужно что-то придумать, и твое молчание никак не помогает. Скажи хоть что-нибудь! Помедлив, Шинсо кивнул. Электрозум замер, настороженно его разглядывая. — Что?! Что это значит? Обидел?! Но ответа не последовало. Теперь Каминари занервничал ещё больше. Что вообще происходит?! — Не пугай меня! — предупредил он, подходя ближе, — Да что с тобой такое? Ты правда на меня обиделся? Но я ничего не делал, это не я, клянусь! И вообще, это я больше пострадал, это ты должен меня успокаивать сейчас! Ответа не последовало. Тогда он схватился за плечи Шинсо и хорошенько встряхнул его. — Хитоши-кун, пожалуйста, ответь мне! Впрочем, в следующую секунду он уже летел в стену, чувствуя хорошо знакомые судороги по всему телу. Взгляд Шинсо вдруг прояснился. Он растерянно уставился перед собой, а затем бросился к медленно сползающему по стене Каминари. — Ты в порядке?! — тревожно спросил он. Герой хотел было помочь тому встать, но тут же отшатнулся. Нет, если он сейчас прикоснется к нему, то наверняка снова ударит током. — Да… Да, а… Денки открыл было рот, чтобы продолжить, но Шинсо взволнованно перебил его. — Нет, лучше больше ничего не говори, — Каминари удивлённо воззрился на него, но послушно кивнул, и Шинсо поспешил объяснить, — Когда я отвечаю тебе, срабатывает моя причуда, и ты берёшь мое тело под контроль. Если ты сейчас обратишься ко мне, не важно, что и как я отвечу, я всё равно попаду под контроль причуды. Немного погодя, на лице Каминари постепенно начало отражаться понимание. Хитоши облегчённо вздохнул. Так вот что люди чувствуют при разговоре с ним. И пусть Шинсо давно переступил через детские обиды, это понимание неожиданно болезненно кольнуло его, напомнив о временах, когда он сильно переживал по этому поводу. По этой самой причине в детстве он говорил мало, но был очень охочим на физический контакт. В его семье всегда царствовал тактильный мир. Конечно, это всё осталось в детстве, наполненном молчаливыми родительскими объятиями. Сейчас Хитоши вряд ли стал бы проявлять дружелюбие подобным способом. Он забылся и хотел было опять попытаться помочь Каминари встать, но тот активно замотал головой. — Не-не, поверь, не стоит оно того. Я сам встану, — растерянно хмыкнул он, странным взглядом посматривая на сжавшиеся в кулаки руки временного напарника. Электрозум встал и, уверенно улыбнувшись, продемонстрировал, что в полном порядке. — Если я вообще не могу нормально твою причуду контролировать, то и у тебя то же самое. Как в детство попали, — нервно посмеялся он и махнул рукой, — Лучше не трогай никого. Шинсо не смог сдержать заинтересованного взгляда. Каминари наверняка, как и он сам в детстве, не мог хорошо контролировать причуду. Значит ли это, что он мог по неосторожности бить током всех подряд? Звучит довольно опасно. Бедная его мать, наверное, в своё время натерпелась. Только подобная мысль проскользнула в его голове, как Шинсо тут же захотел дать себе оплеуху. В груди отдалось каким-то болезненным узнаванием, и он снова не сдержал короткого взгляда в сторону задумавшегося товарища. — Так что мы теперь будем делать? — вдруг спросил Денки и наткнулся на скептический взгляд напарника. Он неловко кашлянул, послав ему извиняющуюся улыбку, — Ой, точно. Шинсо наконец осмотрелся, узнав окраины местного парка, и жестами подозвал героя к себе. Он указал на лавку и затем на часы, предлагая сначала подождать некоторое время. Нужно отправить в свои агентства сообщения о сбежавшем преступнике, меняющем местами причуды. Этим они и занялись, садясь на некотором расстоянии друг от друга. — Вот бы Кьёка была здесь, — вдруг произнёс Каминари. Шинсо вопросительно приподнял бровь. И тот, злорадно потирая руки, усмехнулся. — Я бы заставил её прокукарекать или спеть ту песню из рекламы, которая её так бесит, — с предвкушающей улыбкой рассуждал он, — Грех же не использовать такую возможность! Шинсо невпечатлённо хмыкнул, достал телефон и открыл заметки, чтобы набрать ему ответ: «Звучит по-злодейски.» Прочитав его сообщение, Каминари удивлённо приподнял брови и сразу же возмутился. — Вовсе нет! С чего это по-злодейски? Это же шутка, всё по-дружески! «То есть если бы я так поступил с тобой, ты бы не подумал, что эта шутка слишком жестокая? Друзья вроде бы так не делают.» Каминари закатил глаза и недовольно зацокал. — Ну что это за друзья такие, которые на это обидятся? Это же не со злым умыслом, всего разочек. Тем более я бы не злорадствовал, просто посмеялся. Вместе с тобой! Шинсо нахмурился и быстро напечатал: «Это не смешно.» Каминари хотел было продолжать гнуть свою линию, но заметил выражение лица напарника и замолчал. Немного подумав, а потом на всякий случай подумав ещё пару раз, он сказал: — Прости, это смешно только в такой ситуации. Вообще-то это довольно напряжно. Шинсо кивнул. — Со мной же так вообще никто разговаривать не захочет! Шинсо кивнул. — Но ведь я бы не стал так постоянно делать. Да и вообще, если кто-то шуток не понимает, не делал бы я ничего такого… Шинсо кивнул. Каминари замолчал, вдруг растеряв весь свой пыл и тягу к шалостям. Он казался растерянным и малость расстроенным, на что Хитоши мысленно усмехнулся. — Добро пожаловать, — негромко сказал он. Денки поднял взгляд на Шинсо и тут же вновь отвёл его. Ещё немного помолчав, он всё же сказал то, что хотел: — А я бы вот не боялся. Шинсо незаметно улыбнулся. — Да ты и так не… — он оборвал себя на полуслове, осознав, что снова попался. Заметив замерший взгляд и неестественную позу, Каминари сначала напрягся, но быстро вспомнил причину такого поведения. Он вскинул руку и дотронулся до плеча парня, но тот не отреагировал — касание было почти незаметным. — О, а так ты током не бьешься, — хмыкнул он, — Довольно удобно! Правда поболтать нельзя. Хотя почему нельзя? Ты же можешь отвечать на вопросы? Шинсо не отреагировал. — То есть не можешь, — немного расстроено ответил за него Каминари, — Ну и ладно, зато смотри! Я могу тебя пощупать без риска быть зажаренным! Это же не то же самое, что толкнуть или встряхнуть, да? И как бы подтверждая свои слова, Денки без всякой задней мысли схватил его за бедро, несильно сжимая. Ощутив под пальцами твёрдые мышцы, он, видимо, почувствовал ещё большую заинтересованность. Каминари дёрнул было руку выше (к животу, естественно, он просто хотел проверить пресс!), как тут же замер, осознав, что вообще делает. То ли из-за того, что изначально это была причуда Шинсо, то ли из-за того, что Денки не контролировал её, Хитоши не только чувствовал и понимал всё вокруг, но и был абсолютно уверен в том, что точно запомнит всё, что сейчас происходит. Даже когда действие контроля спадёт. Лапать его, конечно, было не обязательно, но Шинсо прекрасно понимал, что это неугомонное создание не хочет ему зла. Поэтому сначала просто хотел перетерпеть и вообще никак не комментировать это позже, чтобы не провоцировать Электрозума на новые глупости. Однако, теперь это вдруг показалось ему забавным. Каминари отнял руку и засмеялся настолько наигранно, что даже глухой бы уловил всю его неестественность. — Хахахаха! Вот так вот! Вот! Хахахаха! Хах… Ха… Видимо уловив в собственном смехе слишком очевидные панические нотки, Денки вдруг замолчал. Не глядя на Шинсо, он прикрыл заалевшее лицо ладонью. — Пожалуйста, не убивай меня сразу, как очнёшься. Если бы не типичная геройская совестливость, Каминари бы явно с удовольствием сбежал, оставив Шинсо здесь. Но он не догадывался, что действие причуды перестаёт действовать на далеком расстоянии. Хитоши не чувствовал неловкости, метания героя его довольно забавляли. К счастью или нет, через несколько минут Каминари собрался с мыслями и несильно пихнул Шинсо в плечо. Тот моргнул, раз, второй и наконец «очнулся» полностью. Между ними повисло молчание. Не тяжелое — неловкое. Но так было только для Денки. Хитоши вообще-то герой. Он спасает, а не делает людям хуже. Он бы не стал сейчас шутить и издеваться… если бы на месте Каминари был кто-то другой. Но Электрозум достаточно действовал ему на нервы и ставил в тупик, чтобы у Шинсо появилась совершенно детская потребность подшутить и отомстить. По-доброму, конечно, без злобного зла и всё такое. Просто посмеяться, как говорил сам Денки, когда мечтал применить его причуду на своей подруге. Удивительно легко оправдав себя перед собой и не чувствуя привычных угрызений совести, Шинсо слабо улыбнулся. — Тебе принципиально «щупать» потенциально опасных людей? Знаешь, я не всегда током бился. Каминари удивлённо воззрился на него, забавно тараща глаза. Неизвестно, от чего тот удивился больше: от осознания собственного прокола или от того, что непробиваемый Шинсо вдруг решил над ним шутить. Красный оттенок вновь вернулся на его лицо, расползаясь по щекам. — Ахахахаха! — совершенно неубедительно засмеялся он, — Есть в этом какой-то драйв, знаешь! Ахаха… — Интересные у тебя наклонности, — беззлобно усмехнулся он. — Да я просто… Я просто подумал… — Денки опустил взгляд в землю и яростно заводил ладонью по затылку, — Мне было интересно, какого это, ну, оказаться по другую сторону, в смысле, моей причуды. Раньше малознакомые люди боялись меня касаться, думая, что я бьюсь током. В смысле, ха-ха, я имею в виду, случайно. И вот я же вроде и не боюсь. Это же моя причуда всё-таки, но я ведь всё равно про неё помню. А потом ещё и твоя прибавилась, и мне сразу так захотелось… Ну, в смысле, я подумал, типа: «теперь можно!». И так обрадовался! А потом такой: «а чего я обрадовался-то?». А потом понял… То есть, ну, понимать нечего, я просто такой: «ой, блин, я что-то не то делаю!». И вот я здесь, объясняю тебе, то есть, пытаюсь объяснить всё это… Несмотря на сбивчивые торопливые объяснения, Шинсо понял, что тот имел в виду. Пожалуй, сейчас он понимал его даже больше, чем кто-либо мог понять. Денки был хорошим парнем, легким в общении и очень дружелюбным. Возможно, это небольшое беспокойство по поводу своей причуды не сильно повлияло на него из-за его простодушия. А может Каминари стал таким именно из-за постоянного стремления расположить к себе собеседника и отвлечь от мыслей о возможной опасности своей причуды. — Думаю, я могу это понять, — ответил Шинсо на сбивчивый поток мыслей героя. — Правда? — Каминари поднял сверкнувший взгляд на парня и ярко улыбнулся, — Класс! Надеюсь… — Повторить? — со смешком продолжил Шинсо, приподняв бровь. — Пов… А! Эй! Ты надо мной издеваешься! — возмущённо воскликнул Денки, приложив ладони к вновь порозовевшим щекам, — Всё-всё, ты тут главный юморист, а я неловкий придурок, я понял! Хитоши фыркнул и от души рассмеялся. Каминари недовольно засопел, но его возмущение длилось недолго. Как бы он не сжимал губы, он всё же не смог сдержать ответную улыбку. Их телефоны пиликнули почти одновременно. Шинсо сразу перешёл в рабочий режим и быстро проверил сообщения. Каминари тоже вытащил сотовый, читая всплывшее уведомление. — Пока мы тут прохлаждались, нашего преступника перехватили! — объявил он с каплей недовольства. — Вряд ли мы были бы сейчас полезны в его поимке, — хмыкнул Хитоши, пробегая взглядом сообщение, — Узнали про его причуду. Каминари кивнул. — Мне написали. Но разве час, в течение которого она действует, уже прошёл? — спросил он. — Мы уже довольно долго беседуем, — неопределенно ответил Шинсо. Каминари нахмурился, высчитывая в уме, сколько прошло времени, но смысл слов Шинсо все же дошёл до него. Он звонко хлопнул себя по лбу. — Точно! Я же тебя ни разу за все это время не за… Эм, не сделал тебя… Не завербовал, то есть, не законтролил! — закивал он, довольный тем, что подобрал нужное слово. Хитоши хмыкнул, покачав головой. Ну, так тоже можно сказать, но варианты тот выдал, конечно, интересные. — Значит, здесь мы закончили, — с облегчением выдохнул он, — Надо возвращаться. Они одновременно поднялись со скамейки, но Каминари замер, а Шинсо пошёл к выходу из парка. Здесь им можно и разойтись. Возвращаться в свои агентства и собираться домой или продолжать патруль — у кого что. В общем, возвращаться к прежнему существованию. Шинсо остановился и обернулся. Денки всё ещё стоял на месте, провожая его взглядом. Судя по всему, хотел что-то сказать, но, видимо, на этот раз решил попробовать для себя что-то новое — подумать, прежде чем говорить. Хитоши не стал дожидаться, пока тот разродиться, и сам окликнул его. Они встретились взглядами. Шинсо едва заметно приподнял уголки губ. — Может, кофе? — предложил он. Задумчивое лицо Денки тут же просветлело. Он утвердительно кивнул и, победно улыбнувшись, поспешил за ним. Хитоши хмыкнул, следя за парнем внимательным взглядом. Возможно, он погорячился с выводами о том, что понять содержимое головы Каминари совсем невозможно. В конце концов, не настолько уж они разные. Ладно, подумал он, они ещё сработаются.