ты помнишь во что врезался?

—я отлично помню во что, точнее в кого, врезался тогда, ещё года четыре назад, когда бежал по школьному коридору сломя голову. это очень странная история. да даже не история, это моя жизнь, ребят, — начинает вещать Антон. я как всегда распластался на парте, отсиживая жопу на тупой физике. никогда её не любил и не понимал. её вообще кто-то понимает? разве что Маринка–моя одноклассница. я на самом деле ничего не знал по физике(и не только) к девятому классу, мне и не нужно было, ведь я хотел поступать.. я не знал тогда, куда я хотел, чего я хотел. нет, я знал чего хотел, например: смотреть телевизор, и чтоб деньги сыпались с небес сами по себе. вернемся к уроку физики. этот старикашка что-то упорно рассказывал, добиваясь нашего внимания. что ж, я его недолюбливал, честно, как и он меня в принципе. поэтому он постоянно доебывался до меня, даже без разрешения: "разрешите доебаться?". даже если нет, он всё равно это сделает. но жизнь непредсказуема. вот так она и сделала мне непредсказуемый подарочек–"новый" учитель физики(23), мой нынешний парень(27).

***

—доброе утро, девятый класс, — слишком бодрый для раннего утра голос прозвучал в душном классе. —все ли у нас месте? — скорее всего Арсений задал риторический вопрос, но мы всем классом ответили: конечно-конечно, ещё совсем сонными голосами. ну как сказать "мы, всем классом".... —а я вот сверяю список и кого-то не хватает, — дверь кабинета распахивается мной, и, естественно, захожу я. совсем не выспавшийся, помятый, одетый в непойми что. —здрасте, — отрезал я лениво и раскрыл глаза, увидев какую-то новую фигуру, а не старикашку. вообще не новую, мы с Арсением Сергеевичем уже пересекались и даже дружили, но об этом никто не знал. —здрасте-здрасте, как фамилия? — улыбаясь, говорит "новый" физик. —а у вас? — пиздец я тупой. антон, на. ху. я. ты спросил это. —я–Антон Шастун. —ну, проходи, Шастун, — говорит он, наклоняясь к листку с фамилиями, наверняка ставит галочку. —меня зовут Арсений Сергеевич и я ваш "новый" физик, — представляясь для новеньких(всех) в классе, он спускается с кафедры, и на глаза попадается подтянутая фигура друга-учителя, поверх которой надеты пиджак и рубашка, незаправленная в обтягивающие черные брюки. —ещё тогда я понял, что я педик. мне нравился Арсений с начала года. —Антон, тебе 20 лет, какой педик? можно же по нормальному называть? —ой бля, не начинай.ещё тогда я понял, я–гей. я сидел с Димоном, а иногда с Серёгой, но именно в тот момент–с Димой. повернувшись к нему, я начал вещать какой этот Арсений Сергеевич вау, — Антон улыбается воспоминаниям и смотрит на Арсения, пододвигаясь поближе на диване. —Шаст, заебал, угомони гормоны, — "ой, он как всегда с утра без настроения. ну и хуй с ним"—подумал я и отвернулся от него, в тот момент когда Арсений Сергеевич окликнул меня по фамилии. —чего это ты так бурно обсуждаешь со своим товарищем, Шастун? —э-э, да так, ничего, — учитель лишь поджал губы и помотал головой, продолжая дальше объяснять тему. я тем временем повернулся к Серёге, который чуть ли не спал на парте. я, как уважающий себя человек, попросил парилку у него, на что тот отрицательно покачал. —да блять, дай, пожалуйста, Серж, — я не сдавался. у меня вроде не было зависимости, я просто пробовал разные вкусы у всех. у Васнецова, у Серёжи, у Буфета(десятиклассник Тимофей Буфетов). короче, у кого была, у того и пробовал. Серёжа наконец-то положил мне в ладонь небольшую синюю парилку(я в душе не чаю как её правильней назвать, поэтому–парилка), и я с горящими глазами протянул руку, прося разрешения выйти. естественно, он мне отказал. что же, я просунул её немного в рукав худи, наклоняясь поближе к парте, делаю затяжку, сразу не выдыхаю, чтобы пара было меньше. когда я готов был выдохнуть, я оттянул ворот толстовки и выдохнул туда. меня особо никогда не палили за этим делом на уроках, как и остальных, в принципе, поэтому я спокойно затянулся ещё раза три и вернул хозяину. я вздрогнул, когда был повернут к Серёже, от внезапного стука ладонью о стол. Арсений Сергеевич жестко напугал, сердце, кажется, вот-вот вырвется. —Антон, если тебе не интересна физика, зачем ты здесь сидишь? — "пфф, кто сказал, что мне не интересно?" —мне интересно, Арсений Сергеевич, — убеждаю я его. —о чём мы сейчас говорим? — "сука такая, подловил". я глазами ищу ответ на интерактивной доске, но тщетно, там ничего нет. —за урок можно ставить два, получается. —да ставьте, — я сижу на расслабоне, думая о следующем уроке физры. волейбол с 11ым классом–самое то.

***

—Антон, давай отбивай, — кричит физрук, когда мне накидывают мяч, и я успешно отбивает его, соперники не отбивают его, и команде 9го класса начисляется один балл. как раз последний, выигрышный. в коридоре перед физкультурным залом глухо звенит звонок. все мальчики из моего класса забегают в раздевалку, адресуя мне слова похвалы. в раздевалке сидели Серёга и Димка, которые почти никогда не играли в волейбол, но зачем-то переодевались в физру. пока Серёжа снимал спортивки, он оставил свои кроссовки без присмотра, хоть и рядом. это, знаете ли, опасно, вот так оставлять свою обувь, а то какой нибудь Шастун возьмёт один кроссовок и съебется. не знаю как вы, я делал так всегда, и сейчас тоже дождавшись, пока Серёжа напялит другие штаны, я мигом схватил свой рюкзак, закинув на плечо, и забрал правый кроссовок. я выбегаю из раздевалки, и Серёга за мной. не волнуюсь, что он догонит меня, потому что бегает он плоховато в отличие от меня. я, бежавший уже по длинному коридору на втором этаже, чуток замедлился и оглянулся назад, Серёжа догоняет. я опять ускорился, смотря назад. это было ошибкой. —я тебе щас дам, ошибкой это было. —ладно признаю, это не ошибка. бамс. и вот я уже лежу сверху Арсения Сергеевича, зажмурив глаза от боли. я промаргиваюсь и вижу такое же скорченное из-за боли лицо физика. я слезаю с него, оставаясь сидеть на полу. Арсений хрипит из-за боли в спине, грохнулся он реально неплохо так. все же он поднимается и садится рядом со мной на корточки. —Аарс, пора признаться, я смотрел туда, куда не стоило бы, — Антон невинно поднимает глаза на Арсения, пытаясь не заржать. —сученыш, —ухмыляется Арсений, щипнув Антона за живот. я не смотрю, не смотрю, не смотрю. ладно, на несколько секунд я задержал взгляд там, надеюсь, он не заметил. я наконец-то поднимаю голову и смотрю на физика, который был с взволнованным лицом и не зря. мой лоб был рассечён, из ранки текло немного крови по виску. Арсений Сергеевич внезапно подхватывает меня на руки, потому что я не смог встать. на моём колене вовсю красовалась гематома вокруг содранной в кровь кожи. голова немного трещала. после нашего эффектного падения некоторые собрались вокруг нас, Серёжа в том числе. пока Арсений нес меня на руках, Серёга вслед кинул "принцесса", на что я раздражённо показал средний палец. прийдя в мед кабинет, Арсений Сергеевич усадил меня на кушетку. за всю дорогу мы не вымолвили ни слова, я просто вцепился в его шею и наслаждался запахом парфюма. —у Попова был тогда ахуительный аромат, я просто всё, — блаженно вспоминает Шастун. —господи, где ж ты так, Антон. ладно сейчас зашьем, — сказала она, смотря на лоб. я испуганными глазами уставился на физика с сочувствующим лицом и мед сестру. —я вколю немного обезбаливающего, — честно, я ещё больше испугался, уже готов был заплакать. когда мед сестра подошла ко мне с уколом в руках, я прикрыл глаза и вдруг почувствовал сухие и теплые ладони, которые держали мою руку и успокаивающе гладили. я сжал ладонь учителя, когда игла вонзилась в кожу. приятного мало, очень мало. я зажмурился настолько, что в уголках глаз появилась влага, которую я попытался сморгнуть, после как сделали укол. Анастасия, так звали медсестру, подошла ко мне с набором для наложения швов. всё время, что мне зашивали, я чувствовал поглаживающие жесты со стороны физика. когда мучения закончились, по моим щекам вовсю текли слезы, которые Арсений стирал большим пальцем. Анастасия, не найдя большие пластыри, удалилась из кабинета. я уже хотел было сказать то, что давно чувствую к Арсению Сергеевичу, но меня прервали. Арсений начал сцеловывать оставшуюся влагу с моих щёк. сердцебиение участилось, бабочки в животе ожили. я посмотрел заплаканными глазами в голубые напротив и, не сдержавшись, поцеловал. прямо в губы. прижался своими солёными и пухлыми к его сухим и сладким на вкус. —я не совращаю малолеток, нет, — оправдывается Арсений. —вот в общем-то, это тот момент, — заключает Антон, мягко растягивая губы в улыбке в ответ Арсению. —благодарим вас за такую замечательную историю, — ведущий интервью также глупо улыбается, встаёт и пожимает руки парочке. Арсений и Антон попрощались на камеру.