"Двойной Чёрный"

      Из-за договорённости между мафией и агентством, было решено не только создать новый «Двойной Чёрный», но и вернуть старый. Дазай и Чуя были от этого не в восторге, но тем не менее перечить вышестоящим не стали.       Всё-таки они раньше тоже друг друга не переносили, но как-то же работали, верно?       Так, что теперь они ходили на задания вместе, по пути кидая друг другу в лицо обидные фразочки. Всё как и раньше. И спустя всего неделю всё это стало такой себе традицией и все постепенно привыкали к этому. И это касается не только самих напарников, но и их коллег, и начальников.       И мафия, и агентство уже привыкли, что когда один из Двойного Чёрного заявляется на базу другого напарника, то нужно готовиться делать ремонт. Ибо эти двое разнесут всё к чертям, если начнут драться, а они начнут. Всё уцелеет только в том случае, если их выгнать взашей сразу же, как только они встретились, пока они не начали спорить.        Это было нормой, ведь ко всему можно привыкнуть, если иметь с этим что-то общее. Это касается даже, если в этом замешаны другие люди.       Как и говорилось выше, Чуя с Дазаем сами были не в восторге от работы в паре. Ни один не желал признавать тот факт, что были дела, которые решить без напарника трудно. Это касалось в основном Чуи.       Он обладал такой силой, что мог спокойно убить Дазай, даже не вытащив руки из карманов, разумеется, не без помощи своей разрушительной способности. Но он в моменты злости упускал тот момент, что только Дазай в состоянии остановить его, если вдруг Накахара должен будет использовать свою силу на полную.       Осаму тоже не без греха. Он тоже не желал работать в паре с Чуей. Основной как таковой причины в ненависти к напарнику не было, по крайней мере он никогда об этом не упоминал.       Но даже несмотря на это они были хорошей командой. Всё всегда было выполнено в лучшем виде и в кратчайшие сроки. И что бы они не говорили, они были хорошо сочетаемы по силе и навыкам. Это тот редкий случай, когда оба напарника идеально дополняли друг друга и были почти что на одной волне, хоть и ненавидели друг друга настолько, что готовы прибить при любом удобном случае. В общем, что бы ни говорили напарники, команда из них была что надо. Так считали все, кроме них самих.       Да только не знали они, что одно из последних заданий изменит отношения между ними. Хотя будем честны — никто не знал.

***

      Очередное задание по устранению одной персоны было завершено за двадцать минут.       Реально, не прошло и полчаса как они вошли в здание, они уже выходили из него, попутно ругаясь.       Если подумать, то они могли справиться и быстрее, и сейчас напарники спорили, кто был тому виной. — Вечно мешаешься под ногами, жалкая скумбрия, — ворчал Чуя, недовольно глядя на улыбающегося напарника. — Я тут не при чём, Чуечка, это просто ты у нас копуша, — весело улыбаясь ответил Дазай, с удовольствием наблюдая за реакцией товарища.       Та не заставила себя долго ждать: парень бросил в сторону того злобный взгляд голубых глаз и пнул попавшийся под ноги камушек.       Но он не нашёл, что сказать в ответ на эту колкость, только бурчал что-то себе под нос. Правда чуть позже, помедлив пару секунд, всё же отреагировал на своё исковерканное имя. — Как ты меня назвал?! — чуть ли не зарычал Накахара. — Ты себе абонемент на бессмертие купил, что ли?!       Осаму же хихикнул, видимо оценив шутку, за которой он уловил скрытую угрозу. И он явно был доволен, всё-таки именно этого он и добивался. — Смешно ему, блять, — прошипел Чуя. — Мы бы справились быстрее, если бы ты, вешалка, шевелился быстрее. Так что незачем обвинять меня, я не при чём. — как ни в чём не бывало продолжал говорить Дазай. — Заткнись, а.       Они уже вышли из здания, и направились к оставленному рядом чёрному байку.       Чуя подошёл к мотоциклу, перекинув ногу уселся на сидение и крикнул напарнику: — Поторопись, скумбрия. А то сейчас заведу и уеду, а тебя оставлю здесь. — и с этими словами он прокрутил ключ в зажигании, завёл мотор.       «Не уедешь, вешалка. Тебе же влетит, если со мной что-то случится.»       Но задерживаться Дазай не стал мало ли вдруг он реально уедет?. И тогда ему придётся самому, на своих двоих топать до дома. А до туда идти будь здоров. Поэтому он почти не мешкая, запрыгнул на мотоцикл, устроившись позади Чуи. Тот с неохотой протянул ему шлем, который позже оказался на голове горе-суицидника.       Мотор заревел и байк рванул с места. Резкий старт заставил Дазая впопыхах за что-то схватиться, чтобы не вылететь на асфальт. Этим «что-то» оказалась спина напарника, если быть точнее его талия.       Чуя обожал скорость, это было одним из немногих его хобби, которые не причиняли вреда другим. Скорость стала для рыжего такой же зависимостью, как и его любимое вино.       Когда он разъезжал по городу на байке, все проблемы вылетали из головы и не тревожили его какое-то время. Это помогало забыться, абстрагироваться от всего мира и даже на какое-то время исчезнуть.       Будучи поглощённым своими мыслями, он и не заметил чужие на руки на своей талии. Правда совсем скоро пелена спа́ла с глаз и будучи до этого более-менее спокойным, напарник, стал больше похож на разозлённого дикого зверька, которого нечаянно побеспокоили. — Убери свои грабли, тварина! Отпусти меня! — негодующе воскликнул Чуя. — Если я отпущу тебя, то вылечу, — сказал Дазай.       Чуя был уверен на все миллион процентов, что этот идиот сейчас улыбается. — Да мне похер, ты же так хотел помереть. Вот твой шанс, маньяк-суицидальный… — злился Накахара. — Вообще-то, я хотел умереть вместе с прекрасной девушкой, а не упасть с мотоцикла на полной скорости. Уж прости, Чу, — весело протараторил Осаму.       Чуя же медленно, но верно краснел, благо в темноте это было незаметно и Дазай не мог увидеть его лицо. В противном случае в его адрес последовали бы едкие комментарии. — Там есть ручка, держись за неё, придурок. — Какой ты злой… Я всё-таки твой напарник. — Врагу не пожелаю такого напарника, — пробурчал красный от смущения Чуя.       Осаму же ничего не ответил на это, он уже понял, что добился того, чего желал. К тому же всё-таки умудрился увидеть насколько покраснел его напарник: у того от смущения румянцем покрылась даже шея, которую, кстати, было хорошо видно.        Через полчаса молчаливой поездки они приехали к месту, где должны были разойтись.       Чуя подъехал к горящей вывеске какой-то круглосуточной кофейни и высадил Дазая, а затем заглушив мотор, слез с байка, упрятав ключи от него в карман. — А ты чего? Тебе же ехать до общежития? — спросил детектив. — Зайду за стаканчиком кофе. — кратко ответил Чуя и пошёл к кофейне.       Дазай хмыкнул и остался на улице.       Накахара заказал себе крепкого кофе без сахара и подошёл к байку, попивая горячий напиток. Он был немного удивлён увидев стоящего рядом с мотоциклом Дазая. — А ты чего здесь? Я думал ты уже свалил домой. — протянул эспер, делая глоток из стаканчика.       Детектив предпочёл промолчать, лишь неопределённо дёрнул плечами. — Может довести тебя до дома? — вдруг спросил Чуя, спустя минуту тишины. Осаму помедлил пару секунд, вникая в суть сказанного. А осознав смысл вопроса, ухмыльнулся, хитро сощурив глаза.       Накахара завис на секунду, а потом протараторил: — Ничего не подумай, скумбрия. Если с тобой что-то случиться, — мне по шее надают. Не хочу чувствовать себя виноватым, если тебя прибьют где-то в подворотне. — Нет, я своим ходом. — отмахнулся Дазай. Сейчас он слишком устал, чтобы в очередной раз что-то сказать обидное напарнику. — Как знаешь.       Спустя какое-то время Осаму выдохнул, словно на что-то решился и сделал шаг к Чуе, который уже допил кофе и одним метким броском отправил бумажный стаканчик из-под кофе в урну. — Ладно, я поехал… — только Чуя повернулся лицом к Дазая, как едва заметно вздрогнул. Он совсем не ожидал увидеть лицо напарника так близко и всё, что Чуя собирался сказать вылетело из головы. И он просто уставился на напарника в ожидании.       Так они и стояли пару минут, молча смотря друг другу в глаза, словно ожидая от собеседника каких-то действий.       Первым сдался Дазай, он раздражённо выдохнул: — Боже, почему с тобой всё так сложно, Чуя?..       Прежде, чем последний сумел задать, как ему казалось логичный вопрос детективу, тот ухватился за его чокер и притянул к себе. Чуя даже разозлиться не успел, когда его, растерянного и опешившего, притянули к чужому телу для поцелуя.       Прошли три долгие секунды, прежде, чем до Накахары дошло, что вообще творится. После он, возмущенный до крайней степени, начал пытаться что-то сделать, чтобы хотя бы освободиться, а уж потом он задаст трёпку этому идиоту.       Осаму же не упустил момент и запустил руку в рыжие пряди, из-за чего на землю, вымощенную серой плиткой, упала шляпа Чуи.       Последний, ещё больше опешив, принялся колотить по груди Дазая кулаками, ибо не мог воспользоваться своей настоящей силой. Он вовремя вспомнил, что использовать способность против напарника он не сможет.       Однако удары, посыпавшиеся на плечи и грудь никак не помешали детективу углубить поцелуй. Даже несмотря на яростное сопротивление Чуи, Дазай без труда преодолел барьер из плотно сжатых губ и зубов.       И всё же сколько бы ни старался Накахара, он не мог вырваться из цепкой хватки бывшего мафиози. В то время как сам Чуя хотел выбраться, его тело само по себе расслабилось и буквально растеклось в чужих руках.       Когда сопротивление сошло на нет, Дазай всё же немного опасаясь за свою жизнь, отстранился от эспера.       Чуя же, почувствовав долгожданную свободу, отвернулся от напарника и наклонился за шляпой, а после нахлобучил её на голову, пытаясь хотя бы тенью от неё прикрыть своё красное лицо. А затем тыльной стороной ладони он прошёлся по горящим губам. — Убью… — послышалось шипение от рыжеволосого эспера. — Ой, Чу-у-я, неужели ты покраснел.?. — страх быть прибитым отошёл на второй план, и вернулся обычный Дазай. — Какого чёрта, хренов Дазай?! — ещё больше взъярился Чуя, активно потирая губы одной рукой, другая рука сжалась в кулак. Было видно, что терпение эспера на пределе и он еле сдерживается от того, чтобы не врезать этому придурку по довольной роже.       Осаму же повесил свой шлем на ручку мотоцикла и пошёл в противоположную сторону. — Бывай, Чуечка. Если захочешь что-то сказать, — приходи, буду ждать в любое время. — он посмотрел на Чую хитро блестящими глазами и довольный пошёл домой, оставив растерянного и злого Накахару в одиночестве. «Я убью его когда-нибудь!»