Она

      — Иногда я бываю такой странной...       Невилл сначала не понял, что к нему обращаются и к нему ли вообще. Он просто сидел на скамейке в парке, ел орешки... Но тут пришла она.       У незнакомки наблюдались бледная кожа, длинные светлые волосы. И большие серые... нет, серебристые глаза. Которыми она пялилась на Невилла и даже не скрывала этого. В милом голубом платьице она походила на Алису из сказки «Алиса в Стране Чудес». Разве что на ногах вместо чёрных туфелек она носила яркие кеды и, кажется, разные носки. И на шее у неё болталась причудливая светло-голубая подвеска.       — Я смеюсь, чтобы уснуть, — продолжила она. — Это моя колыбельная.       — Э... — Невиллу пришлось оторваться от разглядывания рисунка на кедах незнакомки и поднять глаза на неё. — Прости, а... мы знакомы?       Кажется, уже известный ответ ничуть не смутил девочку. Она даже протянула Лонгботтому тонкую руку и сказала:       — Мы можем это исправить.       Не то чтобы у Невилла совсем не было друзей... Но он всё равно отказался от рукопожатия. Впрочем, и от этого настрой его собеседницы не изменился. Будто она этого и ждала.       — А как тебя... зовут-то? — всё-таки спросил Невилл, наблюдая, как блондинка садится рядом с ним на скамейку.       — Луна. Луна Лавгуд.       Луна, значит... А ей подходит.       — А я... Невилл. Лонгботтом, — быстро добавил он.       — Ты любишь опасность? — Луна вдруг посмотрела на Невилла с неподдельным интересом. — Я иногда быстро езжу на автобусе, чтобы почувствовать опасность.       — Но... Разве водитель не сам решает, с какой скоростью ему ехать?       — Да, кажется, ты прав.       Луна опустила серебристые глаза на дорожку и принялась болтать ножками, иногда касаясь белыми подошвами бетона. Кажется, у неё даже развязались шнурки. Неподалёку на площадке играли дети. Они смеялись, и качели вторили им тихим скрипом. Вот мимо скамейки прошёл высокий мужчина в чёрном пиджаке, а на поводке впереди него шла такса. Лёгкий ветерок заставлял листву на деревьях тихо шелестеть. Этой картиной можно было бы наслаждаться легко и непринуждённо, если бы Невилла так сильно не смущала его новая знакомая, хотя она даже ничего особенного не делает.       — А... Будешь? — парниша протянул Луне пакетик с орешками.       Девочка посмотрела сначала на него, потом на угощение. Но долго церемониться не стала и всё-таки взяла одну штучку.       — Спасибо. — Она подкинула орех вверх и ловко поймала его ртом.       Невилл даже слегка удивился. Он бы тоже попробовал так сделать, но понимал, что добром это не кончится.       Прошло, наверное, ещё минут пятнадцать этого бессмысленного сидения на скамейке. Луне это уже порядком поднадоело, поэтому она похлопала Невилла по плечу.       — Давай погуляем?       — Ну... — Лонгботтом слегка замялся.       С одной стороны его всегда учили, что нельзя никуда ходить с незнакомцами, а с другой... Что может сделать ему эта худенькая девочка? Но ведь она может на кого-то работать... Или...       — Пойдём. — Лавгуд поднялась со скамейки и взяла Невилла за руку.       Ему больше ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.       Они шли по дорожке вдоль клумб, тележек со сладостями... У Невилла до сих пор оставались его орешки, однако аппетит у него медленно пропадал. Луна его руку так и не отпустила.       — Можно я закричу? — вдруг спросила она, снова посмотрев на Лонгботтома.       — Что?.. Зачем?       — Это заставляет меня чувствовать, что я жива.       — Да ты вроде и не похожа на мёртвую...       Луна улыбнулась его словам и снова принялась смотреть себе под ноги. Желанием завязать шнурки она явно не горела.       — Вот мы с тобой вместе идём по дорожке... — через какое-то время снова заговорила Луна. — Этого достаточно для любви?       Лицо Невилла посетил лёгкий румянец, а сам он сдавленно кашлянул. Любовь? О чём это она? Они едва знакомы... Тем более они ещё слишком молоды для этого.       — А лёгкие у нас в груди... — продолжила девочка, будто не замечая замешательства Лонгботтома. — Этого достаточно для дыхания?       — Ну... Если ты дышишь, то наверное.       Луна пожала плечами и вдруг потянула Невилла куда-то в сторону. Оказывается, она только сейчас заметила бордюр и поэтому захотела идти по нему. Два раза она чуть не наступила на клумбу с красными тюльпанами и три раза чуть не угодила в кусты. Парниша же продолжал покорно держать Лавгуд за руку, потому что спускаться на дорожку она явно не хотела.       — Невилл?       — Что?       — А если вырвать сердце и оставить человека истекать кровью, то этого будет достаточно для смерти?       А вот тут Невилл уже окончательно впал в ступор. Вырвать сердце? Оставить истекать кровью? Да что это за мысли вообще такие у четырнадцатилетней девочки?!.       — А ведь ты знаешь, если вечно следовать правилам, то жизнь будет очень скучной. — Луна снова сменила тему.       — Ну... Ведь правила иногда могут спасти тебе жизнь, — возразил Невилл.       — Могут, — согласилась Луна.       Непонятно, сколько они так шли, но в конце концов они добрались до пруда с уточками. Луна, проигнорировав скамейки, села на траву совсем рядом с берегом и прижала колени к груди. Оказывается, у она ещё носит чёрные шортики. Предусмотрительно, однако.       — У тебя есть хлеб? — Она повернулась к севшему рядом Невиллу.       — Не-а...       — Жалко. Ну ладно, в следующий раз покормим уток.       — Ага... — согласился Невилл для приличия.       — А ведь знаешь, мир прекрасен. — Лонгботтом никогда не перестанет удивляться тому, как легко Луна перескакивает с одной темы на другую. — И я не хочу, чтобы моя жизнь проходила просто так.       «А в этом есть смысл,» — подумал Невилл.       Но, не решившись сказать даже это, он просто предложил Луне орешки.