Прекрасные

— Мисс Паркинсон, мистер Нотт, чем обязан? Снейп равнодушно поинтересовался, когда они молча вошли в кабинет и сели за парту. — Мы хотим знать, что происходит? — Не поверите, но меня это тоже интересует. — Усмехнулся профессор. — Вы не поняли, но мы, честно говоря, уже запутались, что происходит с нашими друзьями, что будет в последний учебный день со школой, и где Грейнджер?! Панси нервничала, лицо, обычно излучающие высокомерие и презрение, было искажено беспокойством и такой ее Снейп видел, возможно, в первый раз в жизни. Он хотел ответить на их вопросы, но он не был уверен в том, что его ответы правильные. Сгущающиеся сумерки отражали внутреннее состояние профессора Снейпа. Тишина в кабинете давила, каждый тик каминных часов отсчитывал секунды нарастающего напряжения. Нервное подёргивание Нотта, сидевшего напротив, никак не способствовало успокоению. Снейп, не ответив на немой вопрос, витавший в воздухе, устало опустился обратно за свой стол, рассеянно поглаживая древнюю, покрытую потёртостями, поверхность. Его резкий, пронзительный взгляд, обычно буравящий собеседника, сейчас был устремлён в никуда. Воздух в кабинете сгустился, пахло старыми книгами и чем-то горьким, возможно, это были духи профессора, или же предчувствие чего-то неприятного. Даже привычный треск камина казался громче, чем обычно, подчеркивая неловкость момента. Неожиданно дверь с силой распахнулась, прерывая напряжённую тишину резким скрипом. — Может быть я смогу помочь? Гермиона держалась за косяк двери и, запыхавшись, попыталась улыбнуться, но, сделав шаг внутрь кабинета, она упала. Тео рванул с места, поднимая ее, он не мог поверить своим глазам, что она была здесь. — Клади ее на стол. Панси, закрой дверь на ключ! — Нотт аккуратно уложил девушку на стол, приходя в себя и осознавая, что она не просто ранена, а как будто прошла войну в одиночку. Северус быстрыми шагами подошел к девушке, и принялся изучать ее раны. — Мистер Снейп, я знаю… — Грейнджер откашлялась, и кровь брызнула со рта, но она, не обратив внимания, схватила его за руку. — Не говорите никому, что я здесь, и еще, он не должен этого делать. Панси все еще была шокирована тем, что увидела и буквально на автомате сейчас держалась. — Кто и что не должен делать? — Снейп начал придерживать голову девушки, понимая, что она в любой момент может впасть в обморок или кому. — Драко, не дайте ему выпустить непростительное. Панси прикрикнула, когда рука девушки невольно повисла со стола, и посмотрела на профессора. Но вид его кричал о том, что Гермиона не просто потеряла сознание. Он сосредоточенно осмотрел ее, его брови чуть нахмурились от концентрации. В комнате царила напряженная тишина, нарушаемая лишь его тихими командами и шорохом одежды. — Нужно действовать быстро, — произнес Северус, оборачиваясь к Тео и Панси. — Принесите мне аптечку и несколько зелий из шкафа слева. Панси бросилась выполнять его указания, а Тео остался стоять рядом, держа Гермиону за руку, словно стараясь передать ей свою силу и поддержку. Он смотрел на ее бледное лицо, и в его глазах читалась тревога. — Все будет хорошо, — прошептал он, больше для себя, чем для нее. Северус тем временем уже начал обрабатывать раны, его движения были уверенными и точными. Он знал, что времени мало, и каждое мгновение на счету. Панси вернулась с необходимыми зельями, и Северус быстро принялся за работу, смешивая ингредиенты и накладывая заклинания исцеления. — Мы справимся, — уверенно сказал он, и в его голосе чувствовалась непоколебимая решимость. Когда он закончил, ребята притихли и прислушались к дыханию девушки, оно было ровным. Вздохнув с облегчением, Тео сжал ее руку и сразу же отпустил, надеясь на ее скорейшее выздоровление. — Значит так, никто кроме нас троих не должен знать, что она здесь. Когда я закончу с ее лечением, она сама придет к вам. — Но… — Никаких «но», мисс Паркинсон. — Он отлеветировал ее во внутреннию комнату, и снова посмотрел на учеников. — По крайне мере, на один ваш вопрос ответ пришёл сам. — Не смешно. — Тео все еще не верил в происходящее. — А я и не шучу! — Он присел за стол. — Вы ее слышали сами, еще раз повторю, никто не должен знать, что она здесь. Драко, возможно, сильнее начнет ее чувствовать, но это не плохо, они скоро воссоединятся. — Да, только если вы ее не сдадите Поттеру. — Тео дернул бровью и уголок губ дернулся вместе с нею. — На что ты намекаешь? — Мы все еще не знаем, на чьей вы стороне! — А вы? — Мы там, где Драко. — Не раздумывая ответил парень, и сжал руку девушки в своей. — Так вот, я тоже там, где мой крестник. С вашего позволения я продолжу свою мысль. — Снейп посмотрел на ребят, на секунду впуская в голову мысли о преданности. — То, что она сказала про непростительное, имейте в виду, что скоро произойдет первый бой, и судя по всему, Малфой не должен в нем участвовать. — И что делать? — Честно говоря, я теперь еще больше запутался, как она придет в себя, я вам двоим скажу, что делать, но пока присматривайте за ним. Молчание, которое вновь повисло между ними, говорило лишь, о том, что разговор окончен. Теодор видел состояние Панси, поэтому взяв ее ладонь в свою, они вышли из кабинета. Медленно спускаясь в подземелья, они не знали, что делать дальше и что говорить. — Тео, я боюсь. Панси Паркинсон, всегда собранная и холодная, была на грани истерики. Её обычно безупречный макияж смазался, волосы растрепались. Даже ее ледяной взгляд изменился. Сейчас ею полностью овладел страх и отчаяние. — Ты видел ее? — Она резко посмотрела парню в глаза и продолжила. — Она вся в засохшей крови, а ее бедро… Да как она вообще смогла дойти с такими ранами? Мне кажется, если снять с нее одежду, а точнее то, что осталось от одежды, там… там… — Она начала запинаться и, схватив Нотта за руки, она прошептала. — Там органы наружу могут вываливаться. Ты видел ее? — Панс, я вижу, что ты не на шутку испугана, но с ней все будет хорошо, слышишь?! Он аккуратно приобнял девушку, и она, уткнувшись к нему в грудь, лишь вдохнула и снова прошептала: — Ты видел ее? — Да, я видел все, но это Грейнджер, и она сильная, и то, что она смогла оказаться здесь, несмотря на все ее раны, снова доказывает ее силу. — А если я умру во время войны? — Паркинсон посмотрела в темно-карие глаза парня, которые давали ей только тепло и любовь. — Не умрешь, я не позволю. Поцеловав ее в макушку, он снова крепче ее прижал и с шумом выдохнул, понимая, что больше нет времени на игры и шутки. Их детство закончилось.

***

Блейз зашел в комнату, и заметил, что кровать Драко пуста. В комнате было тихо и мрачно. Пройдя к окнам, он раздвинул шторы, взяв чашку с водой, он наложил следящие чары и увидел, что Малфой и Дафна сидели на лавочке, под их деревом. Что-то теплое разлилось внутри него, когда он посмотрел на друзей. Тяжелый фолиант с глухим стуком упал возле ног, и, не обращая внимания на него, Блейз скатился по стене, обхватив руками голову, он заплакал. Чувствуя весь груз ответственности и боли, он закричал не сдерживаясь. — За что, я не понимаю… Он чувствовал, как мимолетное тепло снова сменилось яростью, но эта злость была направлена на самого себя. Это была не просто злость, а отвращение, глубокое и всепоглощающее, смешанное с горькой жалостью к своей слабости. Он ненавидел себя за совершенное, за то, что позволил обстоятельствам сломить себя, за неспособность справиться с нахлынувшими эмоциями. Чувство безысходности, сдавило его грудь, не оставляя места для надежды. Мир сузился до размеров собственного сознания, заполненного самообвинением и отчаянием. Блейз никогда не представлял, что окажется в такой ситуации, что его внутренний мир рухнет подобным образом. Он привык к контролю, к уверенности в себе, к четкому плану действий на все случаи жизни. Сейчас, сидя здесь на полу, утопая в собственном горе, он думал лишь, о том, каким он был, и каким стал. Он был Слизеринцем до мозга костей, но любовь к миру и окружающим всегда для него было приоритетом. Теперь, когда, от его любви, которую он дарил, ничего не осталось, он решил полностью отключить это чувство. И теперь перед ним зияла пустота, пропасть, из которой не было видно дна. Эта ситуация обнажила его уязвимость, показала, насколько он был не готов к душевным болям. — Ненавижу, — произнес он тихим, но полным ярости голосом, словно это слово могло разорвать тишину вокруг. В его воображении возник образ рыжей бестии, которая когда-то врывалась в его жизнь, как ураган. Но сейчас Джинни Уизли была не просто раздражающим фактором; она сломала его внутренний мир, оставив глубокие раны, которые не заживали с течением времени. — Ты заплатишь за все, вместе со своим дружком, — произнес он с ненавистью, представляя, как однажды они оба столкнутся с последствиями своих действий. Неосознанно он обхватил шрам на своей руке, который стал началом той боли и предательства, что он пережил. В его сознании всплывали образы тех дней, когда он был полон надежд, а теперь остался лишь с горечью и жаждой мести. Но сейчас ему стоит успокоиться, в конце концов Драко поднялся на ноги, а это значит, что они скоро начнут действовать. Как именно, он не знал, но надеялся, что у друзей есть план. Потому что сам Блейз был не готов, ни к чему. Его самого нужно было спасать, прежде чем он кому-либо поможет.

***

— Его нужно спасать, Драко. — Дафна посмотрела на заснеженный двор, параллельно думая о том, как быстро движется время. — Но как — я не имею ни малейшего понятия. — Я не думаю, что нам нужно сделать что-то сверхъестественное. — Не поняла? — Просто сейчас нам нужно держаться вместе и ты, Дафна, будешь ближе всех остальных для него. — Малфой посмотрел своим фирменным взглядом на девушку, давая ей привыкнуть к мыслям, что крутились в ее голове. — Я не говорю, дать ему ложную надежду, просто позволь ему снова полюбить, и никакую-то левую девку, а именно тебя. — Ты хочешь, чтобы я влюбила его в себя?! — Ну почти, просто он сейчас так изведен из-за связи с Уизли, он перестал ее любить еще до того, как Поттер вырезал ему метку. — С презрением выплюнул его фамилию парень и, сжав кулаки, продолжил. — Но что-то в нем с того момента сломалось. Я не говорю тебе его обманывать, нет, ни в коем млучае. Я просто хочу, чтобы он был счастлив, как и ты. — Я тоже этого хочу. — Поверь, уже через несколько дней все изменится, и там не будет места для любви. Поэтому сейчас нам нужно набраться сил морально, потому что будет больно. Он глухо проговорил, думая о своих словах, вспомнив о сестре и не представляя, что сейчас творится в Мэноре. Мать после своего приезда не отправила ни одного письма.

***

— Пора прекратить плакать, как глупая. Я Паркинсон, а мы не плачем, мы заставляем плакать других. — Девушка спрыгнула с подоконника и, сделав несколько глубоких вдохов, попыталась взять себя в руки. — Ты не глупая, это нормально, чувствовать себя подавленной. — Теодор попытался взять ее за руку, но она резко повернулась и отдернула руку. — Хватит, Нотт, потакать мне. Ее стальной голос разрезал тишину в коридорах подземелья, и Теодор замешкался, закатывая глаза. — Я вас девушек не понимаю. — Ну ладно тебе, любимый. Я просто была шокирована увиденным, но теперь нужно действовать, нельзя сидеть сложа руки и ждать пока кто-нибудь придет и спасет тебя, или убьет! — Мрачно закончила девушка. — Хорошо, пойдем в комнату, проведаем Драко. — Он принял поцелуй в щеку от девушки в знак благодарности и улыбнулся, чувствуя ее тепло. В коридоре царила тишина, нарушаемая лишь мягкими шагами по каменному полу. Дверь в комнату Драко была приоткрыта, и из-за нее доносился тихий шепот. Они осторожно вошли, стараясь не нарушить покой. — Блейз? Он оторвал голову от записей и попытался улыбнуться, зная, что игнорировал их несколько дней. — Ребята, привет! — Он встал с места, не зная, как дальше быть. — Забини. — Панси с криком бросилась к другу, когда различила в его голосе чувство вины и сожаления. Она обняла его крепче, чем могла представить и объятия друга не заставили долго ждать. — Искренне надеюсь, что твой затворческий период закончился. Тео осторожно осмотрел комнату, и после друга, его глаза были красными от слез. Он не понимал, как всё могло так быстро измениться. Еще вчера они смеялись и строили планы на будущее, а сегодня комната казалась пустой и холодной. Но решив, что не нужно себя перегружать, он молча подошел к Забини и обнял. — Где Малфой? — Тео уселся на стул, забрасывая ноги на стол. Он понимал, что тот пришёл в себя, поэтому не слишком переживал. — Не знаю, я пришел — уже было пусто. — Замечательно, у вас друг пропал, а вы все еще сидите и ничего не делаете! — Кто бы говорил Панс. — Блейз снова призвал чашку с водой, чтобы посмотреть, где друзья. — Опаньки, следящие чары, да вы проказник, мистер Забини. — Одобрительно пролюлюкал Тео и потер ладоши. Картинка на воде показала, что ребята уже шли обратно, поэтому, быстро убрав чашку с водой, они принялись заниматься своими делами.