Sucker for Pain

-Тебя проводить,-бубнит Игорь. Он поднимает взгляд. Ведет плечом. И ухмыляется, поправляя свою дурацкую кепку. Сережа вздрагивает от неожиданности и прямоты. Не То Чтобы он… А просто… Короче, все это как-то быстро. Но им ведь и уже не пятнадцать. А значит, наверно, всё идёт как надо. Ведь он же не лезет с языком. А просто спрашивает разрешения проводить. Переживает? Сережа анализирует. Смотрит на радужку бензиновой лужи на черном блестящем асфальте. Задерживает дыхание. И стопорится. Когда теплая шершавая ладонь сжимает холодные тонкие пальцы. Поднять взгляд. Улыбнуться. Ответить. Нет, если так подумать. Он хороший. Да, прямолинейный. Немного эгоистичный. Самовлюблённый в какой-то части. С дурацким дружком в очочках. Извечной шавой. И без двери в туалет. Потому что: Знаешь, ко мне не часто ходят гости. Но, если так посмотреть. -Да нет, я сам дойду, дай бог, не грохнут Сережа все ещё прогоняет по пустой башке мысли. Пялится в лужу. И выуживает руку из чужой хватки. Нет, ну он правда хороший. Но, наверно, все это абсолютно неважно. Потому что Сережа не то. Так клишировано. Избито. И пошло. Ты знаешь, ты найди себе другого, ладно. Потому что я дерьмо полнейшее. И ты не вывезешь. И вообще мой психиатр, знаешь, утверждает, что мне пока не надо. Потому что я частями. А надо бы быть целиком. И я безответственно. Резко. И без границ. Потому что Серёже пусто. Потому что Серёже больно. Потому что Сережа… Потому что… -Может, стоит его убить? Потому что тот, кто опускает руку на плечо без предупреждения подходит вплотную. Прижимается грудью к чужой спине. Наклоняется к правому уху. Убирает пальцем за ухо рыжую прядь. И опаляет горячим дыханием тонкую кожу на шее. -Зачем ты пришел? Потому что тот, кто не уточняет. Вдруг всплывает в голове той самой страницей из досье. Только фотография. Имя. Фамилия. Выжженное рядом с последней встречей. -Зачем, Олег? - Так всё-таки стоит, Серёж? В апреле кого-то убьют. Будет лить дождь, исчезать свет, и кто-то будет корчится на асфальте истекая кровью от пяти пуль, пущенных с близкого расстояния. Знать бы, кто это будет. Все и так знают. // [01:35 Олег]: Так ты разблокируешь прошлый номер? В прошлом апреле тоже кого-то убили. Портрет жертвы. Ему было слегка за двадцать. Рыжие длинные волосы. Классические брюки. Белая рубашка. И такая старая модель асиксов с синей и красной полоской. Острые черты лица. Карие глаза. И руки. Такие тонкие и холодные пальцы. Бледные и прозрачно отблескивающие. Его звали как? Помнит ли кто-нибудь? Он любил яблоки. Шампанское. Боттичелли. Газировку. Рисунки в клетчатой тетрадке. Дурацкие футболки. И кого-то ещё. Кого? [1:35 Разумовский]: Не понимаю, зачем? Его убили в апреле. И в том же апреле убийцу нашли. Он был высоким. Темноволосым. Бородатым. И безучастным. Пустым. Одиноким. И гниющим. Черным. Надменным. Опасным. Скалящимся, как волк. Обычным. Совершенно обычным. Настоящим. В отличие от него. [01:36 Олег]: поговорить [1:38 Разумовский]: нам не о чем, Олег [01:39 Олег]: это ты так решил? [1:40 Разумовский]: так всегда было, неужели, ты не видел [01:41 Олег]: того же, что видел ты? Или настоящего? Его убили из ревности. От скуки. Или от большой любви. Убили. А потом рассказали. О том, что он любил шампанское. Классическую музыку. Поцелуи в шею. Пальцы на бедрах. Руку в волосах. И грубость. Нежность. Важность. Свою для кого-то нужность. О том, что он ненавидел все в этом мире. Только для того, чтобы любить. Любить то единственное, что имело смысл. Того, кто этот смысл приносил. А вместе с ним. И руки. И губы. И хватки. И грубость. И все. Все, что было важно и нужно. Потому что было с ним. С тем, кто воткнул нож куда-то в район своего последнего поцелуя. И ушел. Потому что так сильно любил. [1:59 Разумовский]: оставь меня [01:59 Олег]: для кого? [1:59 Разумовский]: просто оставь, я тебя умоляю [1:59 Олег]: для того мента? Любил [1:59 Олег]: мне известно, что ты пьешь [1:59 Олег]: с кем, ты спишь [1:59 Олег]: о чем ты врешь Любил? [1:59 Разумовский]: твоя работа- охранять тело [1:35 Разумовский]: я больше не тело Любил… [2:00 Олег]: не ты *Пользователь "Разумовский" ограничил отправку сообщений " В этом апреле кого-то убьют. Наверно, того, кто будет мешать. Чему? Кому? Любви? Любви. Значит, выбор давно сделан. // -Это что? У грома тупое выражение лица. И Олега оно раздражало бы… Но. Увы. -Приглашение. -Куда? -На похороны. В апреле кого-то убили. И в этом. И в прошлогоднем. Портрет? Их было двое. И гадалка написала в соц сетях, что их убил самый близкий человек. Ради чего? Он был один? -Убийство? -Несчастный случай. Его звали Сережа. Он был рыжим. Нервным и слишком доверчивым. Влюбчивым. И тупым. И попался тем, кто прекрасно умел пользоваться этим. И не умел любить. А может, умел. Но не его. Это было в апреле. И Серёжу задушили заботой и пониманием. Не из ревности. А ради любви. Которая с ним не случилась. Никогда не случится.