Контрольная работа

Раздался громкий звонок в дверь и разбудил Эмму, задремавшую на какое-то время. Только сейчас она поняла, что забыла предупредить родителей о неожиданной ночёвке Руби. Свон услышала голос подруги и недовольное ворчание сонного отца. Стук в дверь. — Заходи, Рубс. В комнату вошла девушка с красными волосами. Свои чёрные лаковые ботинки она сняла ещё возле входной двери дома, поэтому сейчас её красные носочки с собаками очень контрастировали на фоне чёрных футболки и джинс. В руках у Руби была коробка ягодного мороженого и две ложки, явно позаимствованных из сервиза бабушки Нила. — Лови, — Лукас кинула мороженое на кровать к Эмме. — Я взяла нам поесть из холодильника Кэссиди. Когда он узнал, что я еду к тебе, сразу захотел свалить с собственной тусовки, но потом я сказала, что у нас девичник, и он пошёл дальше пить, наверное, с горя. — Мм, Руби, ты лучшая! Я только сейчас поняла, что весь день хотела именно мороженое. А Нилу так и надо. Нечего пропускать наши еженедельные ночёвки. — Кстати, мистер Дэвид сказал, чтобы я в следующий раз, если захочу приехать к вам в такое время, забиралась в твою комнату через окно. Девушки уселись поудобнее, включили какое-то видео на ютубе и стали поглощать мороженое, время от времени комментируя происходящее на экране. Когда банка мороженого оказалась пустой, а видео закончилось, девушки решили убрать всё с кровати, чтобы можно было спокойно поваляться и поболтать. — Эй, Эмс, что у тебя в постели делает огрызок яблока? — Черт, это Киллиан, наверное. Мы должны были сегодня заняться литературой, а в итоге он пришёл, поспал, потом поел и сбежал, потому что пришли мои родители. И, видимо, я не заметила, что он успел ещё и кинуть мусор прямо мне в кровать. Девушки легли на кровать рядом друг с другом, и Руби оперлась головой на руки, как бы показывая, что внимательно слушает Эмму. Но та молчала, и тогда за неё, закатив глаза, начала говорить Лукас. — Эмс, мне кажется, мы уже это с тобой обсуждали, причём не раз. Тебе стоит порвать с Киллианом, потому что он ведёт себя как самый настоящий мудак. — Но я не могу, мы же.. — Да, да, я знаю всë, что ты мне сейчас хочешь рассказать. Вы соулмейты, так решила твоя судьба и все остальное бла-бла. Но пойми, мы живём не для того, чтобы мучаться с нелюбимым человеком всю оставшуюся жизнь! Я вот, например, в свои 17 лет все ещё не могу найти истинного, но могу назвать себя счастливой. Я была в отношениях и с парнями, и с девушками, и мы с ними действительно любили друг друга. И сейчас я снова влюблена в Канзас. И я не знаю, может ли она быть моим соулмейтом, но мне и не надо знать. Если она мне нравится, я хочу быть с ней и сделаю всё для этого, и мне будет плевать, что судьба приготовила мне какую-то другую участь. Я не смирюсь с судьбой, а сама стану устраивать свою жизнь. И я думаю, это правильно. Вон, как пример, мои родители. Они были идеальной, по мнению общества, парой, были соулмейтами друг друга, а что в итоге? Разлетелись, как птички в небе, после года совместной жизни и нашли себе новых партнёров, а меня оставили с бабулей! Ну, я их, конечно, осуждаю, что они оставили ребёнка без родительской любви и всë такое, но зато они счастливы теперь. Ты понимаешь? Счастливы, — последнее слово девушка произнесла по слогам, как бы объясняя его значение подруге. — Ладно, Руби. Я обещаю тебе, я подумаю, что с этим можно сделать. — Смотри мне, подруга, договорились. Руби приобняла Эмму, и дальше они перешли к обсуждению более лёгких и веселых тем, чтобы не нагнетать и так не самую приятную атмосферу. Вскоре девушки заснули, даже во сне продолжая обнимать друг друга, стараясь передать своё тепло, любовь и поддержку. Безусловную поддержку во всём. ***** Яркий солнечный свет падает из окна. Напротив него за столом сидит темноволосая девушка в красной блузке. Она что-то показывает на своей руке. Эмма ничего не видит, но все вокруг кажется ей чем-то очень знакомым. Она обращает своё внимание на обстановку в этом помещении. Сзади незнакомки стоят дубовые шкафы с книгами и тетрадями. Вдруг Эмма замечает, как девушка перед ней наконец поворачивается, и тогда Свон может повнимательнее рассмотреть её лицо, точнее его очертания. Что-то неуловимое кажется ей слишком знакомым в этой девушке. То ли её карие глаза, то ли её аккуратный маленький нос, то ли её пухлые губы, накрашенные ярко-красной помадой, но что-то в этом, будто размытом каплями дождя, образе цепляет Свон до глубины души. Вдруг Эмма слышит назойливую мелодию, которая врывается в её голову будто сквозь пелену тумана. Мелодия становится всё громче и громче, она мешает сосредоточиться на образе напротив, мешает собрать в кучу все мысли и наконец назвать имя сидящей девушки. Эмма отчаянно пытается понять, кто же находится перед ней, и когда ей кажется, что она вот-вот узнает... ***** — Блять.