Непокорность

Карлхайнц видел очень много красивого, но всё ему было покорно. Ничего не сопротивлялось и интерес со временем стал пропадать. Множество роскошных девушек с прекрасными телами, красивыми чертами лица, которые со временем стали одинаковыми. Безразличие которое он прикрывал улыбкой, когда очередная особа начинала заигрывать с ним. Конечно он встречал непокорность, но даже такие со временем ломались и быстро становились забытыми игрушками от которых тотчас избавлялись. В общих чертах ничего интересного. Хотя... Цукинами Карла, тот кто всегда будет испытывать к нему отвращение, и будет ненавидеть больше всего. Такой, как он никогда не будет покорен. Именно это так интересовало короля демонов. Он прекрасно знал что Карла как неуловимый зверь будет бесконечно рваться на свободу, и если освободится не получится сразу, умрёт в неволе. Играть с ним было очень весело. Ему не нравилось унижение, и даже осознавая что положение у него не самое выгодное, он со злобой смотрел в чужие глаза и говорил о своей ненависти. – Не смей прикасаться ко мне! – Говорит Карла отворачиваясь от объекта своей ненависти. – Может быть не стоит быть таким грубым в твоём положении? – Что тебе нужно от меня на этот раз? Мало тебе моих мучений? – Всего лишь небольшой подарок. – абсолютно спокойным тоном произносит король демонов и протягивает открытую коробку с заколкой украшенной красивой красной розой. Карлхайнцу было плевать на все сопротивления Карлы, через минуту заколка уже украшала чужие волосы. На фоне светлых волос и бледной кожи, красная роза смотрелась изумительно. * * * – Что прикажите делать с телом? – вопрос от фамильяра вернул короля в реальность. – Глупый вопрос. Избавиться. Карлхайнц смотрел на тело в луже крови. Он знал что рано или поздно он умрет в неволе никогда не подчинившись. Подарок короля все также украшал чужие волосы. Заплакать? Закричать? Ненавидеть себя ещё больше? Он знал что ему нельзя чувствовать, он привык подавлять эмоции, и сейчас сделал то же самое. Просто развернулся и ушел. – Перемотать ли время в сто восемьдесят пятый раз?