4:20

На небо вышла полная румяная луна. Она освещали городок призрачным светом. Все вокруг казалось таинственным и незнакомым. Небо было усыпано звездами. Они переливались розовым, желтым, голубым цветами. Луна светила во всю, будто издевалась над болью хрупкой девушки, которая содрогалась в бесшумных всхлипах. Гермиона Грейнджер не помнила, который час она сидит на полу в этом состоянии, вроде как два часа, а вроде и больше. Слёзы давно высохли, закончились, уступая место опустошению. Странно,иногда сердце продолжает биться,даже когда оно разбито. Дверь приоткрылась, но девушка будто не замечала, находилась в трансе. — Гермиона, ты в порядке? — Джинни, собирая волосы в пучок, села к ней. Тишина. Девушка даже не шелохнулась. — Это его пиджак? — Джинни потянулась за пиджаком, что лежал на её кровати. — Не трогай! — Гермиона сорвалась с места, надела его на себя, кутаясь в него. — В тот день шёл сильный ливень, — усмехнулась шатенка, смягчая тон,— чтобы я не промокла, он снял его и накинул на меня. В мире волшебства и магии было столько способов спастись от ливня, а он выбрал именно этот, — со слабой улыбкой на губах и дрожью в голосе произнесла она. — Извини, не знала, что он настолько для тебя значим, — Джинни поджала губы в тонкую линию. — Всё, что связано с Драко, мне значимо и важно, — прошептала Грейнджер. — Ладно, ложись спать, время 4:02, давно пора. — Младшая Уизли оставила её одну, понимая, что ей сейчас никто не сможет помочь. Гермиона поспешно взглянула на часы. 4:02. Ещё оставалось 18 минут, прежде чем она ляжет спать. Ведь все их прогулки, ночные разговоры заканчивались в 4:20. Они покидали свой мир именно 4:20. Говорят, что безответная любовь, самая большая боль, но нет. Больнее тогда, когда любишь человека, всегда рядом с ним, но при этом знаешь, что его сердце бьётся ради другой. Отношения Драко и Гермионы завязались ещё на втором курсе, когда она увидела, как он подговаривает своих однокурсников не отвечать на вопросы учителя, чтобы это сделала Гермиона. Её этот его поступок сильно удивил, и Гермиона стала наблюдать за ним. Драко заботился о ней, прикрывая это неприязнью к ней и отвращением к её персоне. Но всё изменилось тогда, когда Гермиона застала его за этим, с тех пор у них завязалась крепкая дружба. Ну, у кого-то крепкая дружба, у кого-то стало развиваться зернышко любви, которое стало приносить свои плоды. Время шло, день сменялся ночью, ночь днём, лето осенью, зима весной. Они взрослели, любовь Гермионы крепла, а Малфой питал к ней исключительно братские чувства. Ни для кого секретом не было, что Драко менял девушек как носки, но даже у него было та единственная, что первая украла его сердце. Этой дамой была разумеется, Пэнси Паркинсон. Нет, не Гермиона Грейнджер. Нет. Гермиона всегда была в курсе их отношений, ведь они с Драко, не раз говорили о них во время ночных разговоров. Каждый раз, когда Пэнси делала ему больно, Гермиона тихо ненавидела её, она хотела защитить Малфоя, хотела забрать его боль, хотела обнять его боль, что и делала. Драко Малфой дорожил ею, он доверял ей всё, себя, свою душу, также как и Гермиона доверяла ему всю себя, даже свой сон, только один секрет она не могла никому доверить, тем более ему. Гермиона Грейнджер была готова терпеть эту боль всю жизнь, только бы не несчастный случай, только бы не катастрофа, которая забрала у неё её Малфоя. Она отчетливо помнила тот день, утром он ей позвонил и сказал, что поедет мириться с Паркинсон на своем новом Rolls-Royce, чтобы впечатлить свою возлюбленную. Впечатлил, и не только её. Гермионе отчаянно хотелось вернуть время вспять, но увы, даже в мире, в который полон волшебства и магии, такое невозможно.