Бокал игристого

***

Цзян Чен спокойно собирался пойти отдыхать со своими напарниками, чтобы отпраздновать дебют их группы. Отправилась компания из трёх человек: Не Хуайсан, Цзян Чен и Вэй Усянь в один из ночных клубов. Там они отдавались полному веселью, не давая себе отчёта. Глава ордена Не следил за своими товарищами, чтобы те не натворили бед. И не напрасно. Два красивых парня, направились покорять танцпол, даже отняли у кого-то микрофон и начали исполнять танцы шманцы. Все вгляды посетителей были привлечены только к Вэй Ину и молодому выходцу Цзян. И как они были раскрепрещены на сцене, что оба парня в облегающих черных брюках, растегнули пару пуговиц, потому что становилось все жарче и жарче. Осматривая зал, заметил, как к нему был прикован чей-то взгляд, сам не поверил своим глазам. Это был первый нефрит ордена Гусу, а рядом с ним за барной стойкой сидел второй нефрит.

***

— И зачем ты так напился Цзян? — спросил Лань Сичень придерживая Чена за волосы, пока тот еле держался на ногах. Все уже разошлись. Вэй Усяня забрал Лань Чжань вместе с Не Хуайсаном. Юный господин Цзян что-то буркнул ему в ответ, пока они шли до ближайшего отеля, потому что первый нефрит подумал, что такой долгий путь от ночного клуба до дома не выдержит.

***

— Ну вот и пришли, — только и успел произнести, ложа Цзян Чена на кровать, как был повален на кровать, а юный айдол оседлал его бедра. Разум у парня был окутан и намиг забыл сам себя. — Цзян...?— не успел тот и слова произнести, как был вовлечён в поцелуй, которого ланец никак не ожидал от своего старого друга. На самом деле, выходец ордена пристани лотоса, давно питает какие-то странные по его мнению чувство к этому господину, которого повалил на кровать. Его внешность была безупречна, чего стоили манеры, а эта мягкая улыбка. От которой только и терялся каждый раз при встрече с ним. Если бы не хорошая доза алкоголя, которую выжрали на пару со своим "братом", то никогда бы не осмелел на такие поступки. С каждым многновеньем поцелуй становился глубже. Но тут цзяновца схватили за запястья и поменяли позиции. В глазах Лань Сиченя так и читалась какое-то животное желание, которое не мог уловить Чен. — Этой магии поддавшись не сможешь сбежать от меня!

***

Эту ночь парень не сможет никогда забыть. Все соседнии номера только и молились, чтобы не слышать, стонов молящих о пощаде со стороны ланьца.