Я всё ещё жду тебя.

Металлическую дверь сложно тянуть на себя. Подъезд встречает слабым жёлтым светом. Коля не помнит, как дошёл до третьего этажа, как не убился в кромешной тьме и как вставил ключ замочную скважину. Квартира встречает своего хозяина холодно, в ней давно нет приятной атмосферы уюта, теперь это уже нельзя назвать домом. Это пустошь, в ней нет ничего родного. Сибиряков скидывает на пол пальто, оставляет валяться вместе с обувью в луже. Вновь хватает сумку и идёт в комнату. Коля ударяется несколько раз о косяк, коленом задевает тумбу, но доходит до спальни. Дверь протяжно скрипит, напоминает о давнем обещании смазать её. В комнате чуть приоткрыта шторка и щель пропускает лунный свет в комнату. Форточка открыта, ткань чуть колышется, в помещении не так душно. Коля садится на край кровати и пододвигает невысокий стол к себе, выкладывает ноутбук, документы, отчёты и другие важные бумажки. Работа. Работа. Работа.Работа.Работа.Работа.Работа. Работа. И ещё раз работа. Он должен работать. Но сейчас это доставляет много головной боли. Вспышки ковида, беженцы из Донбасса, их нужно расселять, им нужны деньги, им нужна защита и помощь. Боже, где эту помощь взять, если она тебе самому нужна?.. Ах, да, головные боли стали чаще, в глазах темнеет и сухой кашель медленно уничтожает горло. Возможно это из-за пыли, которая накрыла город ещё в марте и похоже никто не собираются с этой проблемой бороться. Глаза слипаются, но Коля продолжал смотреть в яркий экран ноутбука и иногда переводил взгляд на бумаги. Кашель вырывается неожиданно, горло словно выцарапали когтями. Больно. Будто сейчас лёгкие можно выплюнуть. Неужели Юра с Русланом так живут на протяжении нескольких лет без перерыва? Ужасно. Кашель прекращается. Дыхание участилось, Коля опускает голову чуть ниже к клавиатуре и только тогда замечает несколько капель крови на ней и документах. Он слышит копошения сзади, чувствует как мелко дёргается кровать, ощущает приближение к своему уставшему, измотанному организму. За спиной сидят тихо, обдумывают свои дальнейшие действия. Коля упустил тот момент когда его обняли со спины, обнимают легко, не сковывают движения, но вкладывая всю любовь в эти лёгкие прикосновения. Матвей обнимет часто и по-разному. Он трётся щекой о лопатки и громко вздыхает. «Им нужен отдых.» – Коленька, давай ляжем спать. Из-за круглосуточной работы ты сильно устаёшь. Усталость может вызвать нарушение имунной, гормональной и нервной системы. А также сон пойдёт тебе на пользу. Ведь без него у тебя может возникнуть: бронхиальная астма, атеросклероз, сердечная недостаточность и много других патологических заболеваний. Сибиряков выдыхает, трёт глаза и несколько секунд бездумно смотрит в стену.Отдых.Отдых.Отдых.Отдых.Отдых.Отдых. Да, Матвей прав, им нужен отдых. Коля прикрывает крышку ноутбука и поворачивается к Тумову. Томск чуть отодвигается и Сибиряков тянется к подушке на другом конце кровати. Падает на неё, тянет к себе Матвея под бок. Новосибирск ещё какое-то время осматривает свою не то пустую, не то забитую хламом комнату, взгляд задерживается на окне, ветер завывает и сильнее поднимает шторы. Градус понижается. Стоит укрыться одеялом. Но, зачем собственно? Когда под боком лежит солнышко, которое согревает тебя, одеяло совсем не нужно. Матвей всегда был лучшим, он лучше любого человека на Земле. Он всегда был рядом. Томск всегда учил чему-то новому, умел поддерживать и слышать. Он почти переехал в квартиру к Сибирякову, потому что понимал, что сейчас каждый нуждается в поддержке, заботе или в простом присутствии родного человека. Матвей делает абсолютно всё, чтобы находится рядом. «Завтра новые сделаю.»