Сон

Мы ввалились в квартиру Энтони мокрые и уставшие. Дождь разошелся не на шутку, и вскоре стало ясно, что он затянется надолго. Зубы стучали так громко, что было достаточно лишь одного перекрестного взгляда, чтобы начать смеяться, помогая друг другу стаскивать промокшую одежду. Такое дурачество вернуло нас в беззаботное состояние и незаметно стерло из памяти недавнее происшествие. Два мокрых идиота помчались в ванну, скользя по полу, как по льду, срываясь на крик «я первый!» Места в широкой кабинке было предостаточно. Прозрачная дверь, скрипнув направляющими, быстро закрылась, и первые струи теплой воды обожгли мои ледяные плечи. Поднимаясь густым паром и оседая легкими капельками на стекле, они скатывались вниз и чертили ажурный узор из тонких дорожек. Я стоял с закрытыми глазами и наслаждался теплом. Ароматная пена осторожно покрыла мое тело воздушным покрывалом. Мне было безумно хорошо. И сразу же захотелось поделиться с Тони своими ощущениями. - Знаешь, это приятно… Он прошелся рукой вдоль позвоночника вниз и вверх. -Тогда я могу продолжить? - Да… - полустон сорвался с губ и растаял в шуме воды. Рука остановилась на мгновение, и тут же снова нерешительно двинулась вниз. Он гладил меня, превращая привычную процедуру в нечто волшебное. От этого стало так хорошо, что я не удержался и тихое «м-м-м» выдало мое настроение. Когда я открыл глаза он уже стоял передо мной и, улыбаясь, водил губкой по груди. - Ты точно как кот. Затем он подтолкнул меня под струи душа и смыл всю пену. Ладонями прошелся по плечам и, будто невзначай, задел сосок, ловя мой взгляд и закусывая губу. Что же он задумал? Его длинные косы-змейки лежали тяжелыми нитями на плече и липли к молочной коже. Весь мокрый… Губы влажные и розовые… Я скользнул взглядом по ключицам и быстро лизнул взглядом бусинку светло-коричневого соска. «Наверное, твердый» мелькнуло в голове и тут же пропало, как только я попытался опустить взгляд ниже. Тони вдруг сделал шаг ко мне, закрывая обзор. Наклонился и прошептал: - Снова рассматриваешь? Я поймал себя на мысли, что он абсолютно прав, и чуть не застонал от досады. Краска залила мое лицо, а я почувствовал, как маленькие огненные вспышки поднялись к ушам, покрывая их алыми пятнами. - Уилл, я не подозревал, что ты такой милый, когда смущаешься. - Вовсе я не милый! И вообще пора выходить. Тут нечем дышать. - Снимай их, они же мокрые, - хохотнул он, протягивая мне полотенце. - Что? – я искренне удивился. - Трусы, – ответил он, смеясь.