Любовь и деньги.

Шуджи сидел в камере уже третий день в одиночестве и ждал, когда состоится суд, который вот-вот настанет. Отец ниразу не появлялся за все эти дни, ведь он даже и не знал, где находится его сын. По приказу самого господина Курокавы: информация, которая не имеет ничего с Теневым кошмаром, не должна касаться высшей полиции. Пусть все эти проблемы решают другие работники. Снова чувство одиночества. Шуджи ощущал себя брошенным и никому не нужным. Ханма: *Понимаю, если бы я за дело сидел. Но я ведь не виноват. Никто мне не поверит, никому не нужен. Блятство.* Дежурный подошёл к окошку, что находилось на двери в комнату к Шуджи. Дежурный: К Вам пришли. После сказанного он тут же ушёл и в окошке появилось знакомое лицо. Ханма: Сенджу? Ты пришла? Шуджи радостно подскачил с кровати и кинулся к девушке, но их разделяла толстая металлическая дверь. Ханма: Я так рад тебя видеть, Сенджу.... Что с тобой? Девушка не выглядела счастливой или же напуганой. Лицо её не выражало никаких положительных эмоций. По её виду было нетрудно понятнять, что девушка недовольна. Она нахмурила брови и смахнула слезу, что стекает по её щеке. Сенджу: Я думала ты... Ты адекватный парень, а ты вон куда зашёл. Я знаю, что у тебя проблемы с деньгами, но чтобы опускаться до такого уровня... Ханма: Да я бы ни за что, Сенджу! Меня подставили, я тебе отвечаю. Я не брал это ожерелье, клянусь. Сенджу: Но улики говорят обратное. Ты говорил, что работаешь в полиции, и я влюбилась в тебя. Добрый, красивый, сильный и честный парень, который уже в свои семнадцать работает в полиции. А ты оказывается лжец. Ханма: Да послушай меня, солнышко! Я не вор. Зачем мне это, если я работаю на честной работе. Вот увидешь, лапочка, я выиграю суд и докажу, что это все ошибка какая-то. Поверь мне. Сенджу: Ханма, я больше не хочу тебя видеть. Ханма: Сенджу... Сенджу: Ты сплошное разочарование, Ханма... Девушка резко развернулась и вышла за дверь, оставив Ханму одного. Шуджи после услышанного упал на колени и поник. В ушах звенела фраза девушки, которую он слышал уже однажды. *Несколько лет назад* Шуджи вернулся домой со школы, кинул рюкзак в сторону и бросился на кухню к маме, которая готовила обед. Мальчишка уселся за стол и, востанавливая дыхание, радостно болтал ногами. Женщина, что стояла у плиты, даже не обернулась на сына, который ждал её внимания. Прошло несколько минут, а мать так и не обратилась к нему. Шуджи больше не мог терпеть, поэтому начал разговор сам. Ханма: Мааам, а я сильный? Миссис Ханма: Не знаю. Ханма: Ну как ты думаешь? Миссис Ханма: Не знаю. Ханма: Ну я бы смог победить того, кто старше меня на год? Миссис Ханма: Не знаю. Ханма: Ну, мам, скажи "нет". Миссис Ханма: Нет. Ханма: Ха, мам, ты не права. Я смог победить в драке того, кто старше меня на целых три года. Миссис Ханма: Понятно. Шуджи вскочил со стула и начал эмоционально показывать как он дрался. Он махал руками, изображая своего противника, прыгал и кричал, но матери было все равно, она даже не смотрела в его сторону. Ханма не обращал на это внимания, что его не слушают, ему просто хотелось поделится своей радостью. В кухню зашёл отец и обратил внимание на растрепанного и грязного Ханму, который бесился по всей комнате. Мистер Ханма: Шуджи! Мальчишка тут же встал солдатиком перед отцом. Ханма: Да папуль? Мистер Ханма: Ты как выглядишь? Что с твоей формой и почему ты весь грязный как свинья? Ханма: Пап, я сильный? Мистер Ханма: Отвечай на мои вопросы. Живо! Ханма: Пап, прикинь я подрался с деветиклассником. И знаешь кто победил? Я! Я ему так ударил, а он такой "ааа, не бей, Шуджи", а потом он... Мистер Ханма: Что ты сделал!? Ханма: Ну пап, сказал же, я победил деветиклассника. Потому что я сильный.. В эту секунду Шуджи прилетела пощечина, и парнишка не смог устоять на ногах. Ханма: За что, пап? Мистер Ханма: Ты что себе позволяешь? Портишь нашу репутацию? Что теперь о нас с матерью будут говорить? Выростили себе на голову гопника. У тебя руки чешутся? Щас я тебе их ремнем почешу, чтобы больше ни в какие драки не лез, понял! Отец замахнулся на сына еще раз, и Ханма подбежал к маме, прячась за неё. Ханма: Маам. Но вместо того, чтобы пожелеть сына, женщина оттолкнула его, и мальчишка отлетел к столу. Миссис Ханма: А что "мам"? Отец прав. Ты сплошное разочарование, а не сын семьи Ханмы. *** Шуджи, вспомнив этот момент из своей прошлой жизни, не смог сдержать слез. Он забрался на кровать и закутался в одеяло, чтобы скрыться от этого ужасного мира. "Ты в окружении людей, но всегда одинок" - Так говорил себе Ханма каждый раз, когда оставался на едине с собой. Шуджи всегда стремится к вниманию других, поэтому он ведёт себя как маленький дурачек. Если бы он был серьёзным, то вряд-ли с ним кто-то вообще общался. Каждый раз когда он находил себе друга, Ханма держался за него, но в конечном итоге оставался снова один. Санзу его друг детства, но в последнее время они плохо общаются. У Санзу есть девушка, и он уделяет ей бОльшее количество времени и внимания. Шуджи довольно терпеливый парень, но сейчас терпение лопнуло. Ханма скинул с себя одеяло и подошёл к двери, которую он ударил, что есть силы. Ханма: Я ненавижу всех! Больше ни за что, никогда, никого не подпущу к себе. Конченные существа, умрите от голода! Он облокотился спиной об дверь и сполз по ней на пол, прижимая к себе ноги. После того, как он накричал на никого, Шуджи тихонько заплакал, опуская голову на колени. Никому не было дела, что там кричит заключённый. Каждый продолжал заниматься своим делом. Так Ханма и просидел до самого вечера в одиночестве. Но к шести часам к нему вновь подошёл тот дежурный и снова сказал те слова. Дежурный: К Вам пришли. Как дежавю. Полицейский ушёл и закрыл дверь за собой. Шуджи как сидел на полу, так и остался на нем. Ему было хоть и интересно, но вставать не хотелось. Он услышал чьи-то шаги, которые прекратились около двери. Затем началась какая-то возня за дверью. Кто-то кряхтел и топчился на одном месте. Шуджи даже не мог представить, кто там, и что он делает. Непонятные звуки прекратились и раздался тихий голос. Кисаки: Ничего не вижу... Ханма? Шуджи тут же поднялся с пола и посмотрел в окно. Только кончики золотистый волос торчали, а самого Кисаки было не видно. Ханма: Тетта? Кисаки сделал несколько шагов назад, чтобы лучше видеть Ханму. Кисаки: Я думал, ты уже подох. Ханма: Ты настолько короткий, что даже не можешь до окошка дотянуться. Пхах. Кисаки: Смеётся ещё... Как у тебя тут дела. Ханма: Тетта, ты мне веришь? Кисаки: Ханма, как ты сюда попал? Ханма: По ошибке, это не я. Правда. Ты тоже слушать меня не будешь? Кисаки: Да нет смысла уже. Ты меня бесишь... Ханма: И ты тоже...? Кисаки: Снова ты в каком-то дерьме. Боже, ты реально проблемный парень. Ханма: Ну и уходи отсюда. Раз я для всех такое уебище, то пусть так и будет. Кисаки: Ты прогоняешь меня? Ханма: Да. Как вы меня все достали. Нахуя я вообще сюда приехал. Ханма отошёл от двери и лёг обратно на кровать, игнорируя присутствие друга. Кисаки постоял несколько минут, а затем ушёл, и вновь Ханма один. Противное гудение лампочки давило на мозг, а серые голые стены создавали холодную атмосферу. Кусок тряпки, что якобы является одеялом, совсем не согревало тело брошенного парня. В коридоре было слышны разговоры полицейских и кого-то ещё, но Ханма не вникал в это. Ему было уже все равно. Он смирился с тем, что его ждёт. Вновь зашёл тот дежурный. Он молча взглянул на Ханму, а затем открыл дверь и жестом пригласил в коридор. Ханма поднял голову и безжизненными глазами осмотрел пришедшего. Ханма: *Ну вот и все* Дежурный: На выход. Шуджи поднялся с кровати и направился к дежурному. Мужчина взял парня за руки и снял ему наручники. Шуджи почувствовал свободу и облегчение. Кожа вновь начала дышать, но почему их сняли? Дежурный схватил Ханму за плечо и быстро повёл его куда-то в глубь коридора. Они вышли к выходу из здания, где толпилось несколько людей, и среди всех их Шуджи заметил знакомых. Мистер Кисаки и Тетта о чем-то разговаривали с полицейским и даже смеялись. Когда они заметили напуганного Ханму, тут же кинулись к нему. Мистер Кисаки положил руки на плечи парня, осматривая его состояние. Мистер Кисаки: Ты как, Ханма? Тяжело наверное да? У тебя очень усталый вид. Ну ничего щас поедем домой, отоспишься и отдохнешь. Ханма ничего не говорил, он все ещё не понимал, что происходит. Почему отец какого-то там друга так заботится о нем? Мужчина взял его руку, положил к себе на плечо и повёл парня к выходу. Так же он помог сесть ему в машину, а затем и сам сел за руль. Полнейшая тишина. Ни отец, ни Тетта ни Ханма ничего не говорили. Кисаки не хотели тревожить уставшего парня, а Шуджи просто не понимал, что происходит. Он блуждал где-то у себя в голове и пытался разобраться в своих мыслях. Проехали они уже достаточно много, и только сейчас Ханма будто ожил. Ханма: А суд? Это прозвучало так тихо, почти что шепетом. Мистер Кисаки: Всё уже позади. Успокойся, все хорошо. Ты едешь домой спать. И все будет как раньше. Кисаки: Мы купили тебя. Мистер Кисаки: Дп, Тетта, блин. Чё ты такое говоришь? Кисаки: Нам пришлось заплатить большое количество денег, чтобы вытащить тебя оттуда и снять с тебя все подозрения. Мистер Кисаки: Главное, что ты в порядке. Ханма никак не отреагировал на слова Кисаки. Будто все его чувства умерли, и он больше не может выражать свои эмоции. В глазах Ханмы все потеряло смысл. Машина остановилась у дома Кисаки. Мужчина и Тетта взглянули на спящего Ханму, который сидел на заднем сиденье. Они переглянулись и начали шептаться. Мистер Кисаки: К нам домой его? Кисаки: А почему ты у меня это спрашиваешь? Мистер Кисаки: Ну как бы это не только мой дом. Да и к тому же, я скоро уеду, тебе надо будет с ним возиться. Кисаки: Господи, за что? Ханма: Мы стоим? Кисаки тут же обернулись на Ханму, который только только проснулся. Мистер Кисаки: Да, мы приехали. Уже вечер, тебе бы поспать. Мужчина помог Ханме выйти из машины и проводил его до квартиры. Шуджи даже не сопротивлялся, сейчас у него совсем другое состояние. Ханма сел на кресло, что стояло в коридоре, пока Тетта и отец разувались. Кисаки: Он вообще живой? Мистер Кисаки: Он три дня за решёткой просидел. Дай ему в себя прийти. Может у него психика слабая. Кисаки: А вот это вряд-ли. Щас я его быстро в чувства приведу. Тетта потянул Ханму за руку, и тот послушно пошёл за нами. Он довёл гостя до комнаты, отпустил его и отошёл в сторону. Мистер Кисаки:И что ты придумал? Кисаки: Ща увидишь. Все как Кисаки и сказал, глаза Ханмы засверкали, когда он увидел кровать, на которой ему так нравится спать. Он обернулся на Тетту, взглядом спрашивая разрешения. Кисаки: Только попробуй. Ханма: Значит можно. Шуджи тут же запрыгнул на кровать и лёг в удобную позу, закутываясь в одеяло. Мистер Кисаки: Не понимаю Кисаки: Я тоже. Но это сработало. Па, я тогда на твоей сегодня посплю. Мистер Кисаки: Пойдём поговорим, Тетта. Кисаки ушли, и Шуджи остался один. Он начал возиться в кровати, наслаждаясь мягкостью и удобством. Чувства и эмоции вновь наполнили тело Ханмы, и он уже не казался унылым или "мёртвым". Жизнь обрела смысл и новые краски, а проблемы уже забылись. Настроение разыгралось, и Ханма начал кидать подушки вверх и отбивать их ногами, лёжа на спине. Ханма: *Кайф, но мне надо проветриться.* Ханма "оторвался" от любимой кровати и вышел на балкон, вдыхая свежий воздух. Прохладный ветер будто очищал разум парня от неприятных и плохих мыслей. Шуджи высунулся и закрыл глаза от удовольствия. На его нос упал лист с дерева, что стояло рядом с балконом. Он тут же открыл глаза и сдул его. Лист качнулся и упал вниз, и в этот момент у Ханмы появилось желание сбросить что-то с балкона. Он обернулся, чтобы найти какую-нибудь ненужную вещичку. Его внимание привлекла бутылка пива, что стояла на небольшой полке. Ханма: Пиво. Так хочется пива. Но оно же не моё.... Да пох, они не жадины. Шуджи взял банку. Полная, но открытая. Сначала он капнул себе на язык, чтобы узнать пиво ли это. Язык сильно защипало, и Ханме это очень понравилось. Необычный вкус, такой ядовитый. Шуджи выдохнул и за раз выпил половины банки. Голову будто прострелили. Алкоголь больно ударил по вискам, а пол будто провалился. Всё закружилось и расплылось. Казалось, что ты паришь в воздухе и, как белка в колесе, крутишься в нем. Парень упал и ударился головой, а рукой он задел трехлитровую банку с водой, и она пролилась на пол. Жидкость дотекла до штанов Ханмы, и они тут же намокли. Он вообще ничего не понимал, разум точно отключился. Перед глазами появлялись звёздочки и искорки. Кое как поднявшись с пола, Ханма потрогал мокрую ногу. Ханма: А чё я сырой такой? Непорядок. Он собирался уходит с балкона, но это было очень трудно. Голова все продолжалась кружится. Шуджи спотыкался обо что только можно, и бился лицом об стену, но все же он смог зайти обратно в дом. Ханма: Мне нужно полотенце.. К счастью полотенце искать не пришлось, оно лежало на глазах, а точнее на тумбочке рядом с пьяным Ханмой. Он взял его и начал натирать голову, но тут же остановился и задумался. Ханма: А зачем мне полотенце? А где оно? Шуджи осмотрел свои руки, потом стол, тумбочку-нигде не было... Ханма: А что я ищу? Где папа? Ханма вышел из комнаты и наткнулся на зеркало. Он подбежал к нему и осмотрел себя, заливаясь смехом. Качаясь из стороны в сторону, парень не смог устоять и упал, не переставая смеяться. На громкие звуки пришёл отец и Тетта. Мистер Кисаки: Ханма, ты чего тут делаешь? Кисаки: Совсем больной? Ты чего смеёшься? Ханма поднялся с пола и прокружился вокруг себя. Остановившись, он указал пальцами на полотенце, что было у него на голове. Ханма: Ха, смотрите на мои волосы. Какие красивые. Мистер Кисаки: Ханма? Ханма: Я принцесса! Позвоните моей маме! Я принцесса. Кисаки: Пап, может обратно его? Мистер Кисаки: Ну-ка, Ханма, дыхни на меня. Ханма: Я рыба, я дышать не умею. Точно! Я русалочка. Или все таки принцесса? Блять, принцесса русалочка. Шуджи громко рассмеялся и упал обратно. Мужчина тут же подбежал к нему и принюхался. Мистер Кисаки: Черт он выпил тот яд, что я оставил. Кисаки: Яд!? Мистер Кисаки: Да это название пива "Змеиный яд". Чертов Ханма. Ханма: Зачем тебе очки, дядя? Тебе и одного хватит. Шуджи все не переставал глупо шутить и смеяться. Мистер Кисаки вышел из комнаты на кухню, чтобы найти что нибудь, что успокоит Ханму. Кисаки: А ты где штаны намочил? Ханма: А? Точно, щас все исправим. Ханма дёрнул за ремень, но снять его не получилось. Он попробовал несколько раз, и все безуспешно. Парень тут же впал в панику. Его дыхание участилось, а руки сильно задрожали. Ханма: Меня связали. Я не могу....я не могу выбраться! Кисаки и сам испугался, глядя на состояние друга, который в истерике не мог снять ремень с джинс. Он тут же подбежал к нему и убрал его руки в сторону. Кисаки: Да щас я помогу. Успокойся. Тетта растегнул ремень и решил заодно помочь с пуговицой, чтобы Ханма не мучался. В этот момент заходит мистер Кисаки и замер, глядя на парней. Тетта закончил свое дело и обернулся на отца, который сдерживал улыбку. Кисаки: Паап.. Мистер Кисаки: Молчу... Пх, молчу. Кхм-кхм, Ханма выпей таблетку. Ханма: Неа, рыба не голодная. Не хочу. Мистер Кисаки: А чего хочет рыба? Ханма: Золотая рыбка хочет сбросить шкуру. Давай, глазастик, помоги мне. Кисаки: Это ты мне? Ханиа: Снимай. Кисаки: Пап, он достаёт меня. Мистер Кисаки: Ему необходимо выпить таблетку, а то дальше ему крышу снесёт. Мужчина бросил таблетку в стакан с водой и протянул его Ханме, который дерган ногами, чтобы сбросить штаны. Мистер Кисаки: Вот, выпей это, и твой волосы станут длиннее и красивее. Ханма: О, отлично. Я стану супер русалочкой. Ханма быстро выпил содержимое до дна и схватился за голову. Снова эта невыносимая боль, которая так и бьёт по вискам. Тело моментально нагрелось, но Ханме было очень холодно. Раздался звонок на телефон отца. Мистер Кисаки: Черт, я и забыл, что мне бежать надо. Походу все отменяется, я не могу бросить его в таком состоянии. Кисаки: Что? Ты понимаешь, что если ты сегодня не решишь все вопросы, Ханму засудят уже завтра. Мистер Кисаки: А ты справишься один? Кисаки: Не переживая, щас я его спать уложу и все. Мистер Кисаки: Если что звони. Мужчина быстро оделся в рабочую одежду, потрепал сыну волосы и убежал по делам. Кисаки зашёл в гостиную. Ханма все ещё сидел на полу, поджав к себе ноги. Кисаки: Ханма, ты как? В ответ он услышал тихий плачь друга. Тетта был удивлён, что его настроение так быстро поменялось. Он сел на колени напротив Ханмы и снял полотенце с его головы. Кисаки: Ну и чего ты плачешь? Ханма: Она.. Она бросила меня. Кисаки: Кто? Ханма: Она бросила одного меня умирать там. А я так... Так надеялся на её помощь. Она невероятная, но она поступила просто ужасно. Кисаки: Ты про ту девушку? Ханма, не стоит зацикливаться на одном человеке. Если она ушла, то не надо гнаться за ней и тратить свои нервы на неё. Всё равно в твоей жизни есть и будут те, кто останутся с тобой не смотря на... На такую хуйню, что произошла с тобой. Люди не товар, но их тоже надо уметь выбирать, а не хватать, что под руку попало. Если бы я так убивался из-за каждого, кто бросал меня, то я бы уже поседел. Почему ты сидишь тут плачешь, а она спокойно спит? Ханма: Но почему такой маленький проступок заставил её бросить меня? Кисаки: Истеричка, вот и все. Ханма: Я спать хочу. Кисаки: Ложись на мою... А я пойду чай сделаю. Ты будешь? Ханма молча поднялся с пола, скинул с себя штаны и упал на диван, закутавшись в плед. Тетта понял это как "нет" и ушёл на кухню. Ханма обдумал все ещё раз, хоть и сейчас у него было не трезвое состояние. Кисаки вернулся спустя некоторое время и прошёл мимо дивана, но остановился. Он осмотрел гостя и решил, что будет лучше, если он будет рядом, а то мало ли, что случится. Тетта сел на диван и сделал несколько глотков чая. Поставив чашку на ручку дивана, парень выдохнул и расслабился. За эти три дня Кисаки и его отец очень переживали за Ханму. Как только все случилось, Тетта сразу рассказал отцу. Они бегали по всей полиции и договаривались на счёт Ханмы, чтобы его отпустили без суда. А так же они долго тогровались с хозяином похищенного ожирелья. Потратив кучу денег, Кисаки удалось вытащить Ханму из неприятностей. Тетта задрал голову и закрыл глаза, погружаясь в сон. Но уснуть ему не удалось. Шуджи резко сел, обхватил друга, потянул на себя и лёг с ним обратно. Кисаки не успел как-то отреагировать, поэтому так легко поддался ему. Ханма обвил руками талию Тетты и прижал к себе, упираясь головой в его затылок. Кисаки: Ты чё делаешь? Отпусти! Тетта начал возиться и отталкиваться от Ханмы. Но с каждым движением Шуджи сильнее сжимал талию друга. Ханма: Ты такой добрый Тетта. Я прогнал тебя, а ты спас меня. Никто ещё так не убивался ради меня. С самой первой встречи ты мне понравился, такая забавная малявка. Кисаки: Спасибо конено, но ты можешь отпустить меня. Мне что-то не особо нравится такое положение. Ханма: Я тут подумал, а что если это все судьба? Мы с тобой совсем случайно столкнулись, а я так привязался к тебе. Кисаки: Ханма, не люблю лишние прикосновения. Можешь отпустить, я рядом посижу.. Ханма: Наконец-то я нашёл того, кому могу отдать все свое внимание, заботу, любовь и деньги. Тетта, я хочу остаться с тобой. Хочу любить тебя и только тебя. Кисаки замер. Эти слова не вызывали никаких положительных чувств, а наоборот. Парень очень испугался и запутался. Он конечно же хотел наладить отношения с Ханмой для своего плана, но не настолько же. Кисаки побоялся дальше шевелиться. А вдруг Ханма рассердится на то, что Тетта отвергает его чувства, а лгать и говорить, о взаимности очень глупо, ведь эти слова датут Ханме лживые надежды на серьёзные отношения. Кисаки: Ханма, ты серьёзно? Ханма: Тетта, ты правда мне нравишься. После каждого слова Шуджи прижимал Тетту сильнее, но Кисаки все это не нравилось. Ему было страшно и даже очень. Кисаки: *Родной потолок, упали пожалуйста на нас. Куда я только залез? Я не собирался настолько сближаться с ним. Я только испортил все. Теперь он захочет отношений, а мне придётся отвергнуть его, и вновь Ханме будет больно. Зачем я только начал эту хуйню? Ханма, прости пожалуйста меня эгоиста.* Ханма: Тетта, спасибо, что ты просто существуешь в моей жизни. Кисаки: *Да нет же, Ханма, я не нравлюсь тебе. Тебе просто нравится моё отношение к тебе. Если бы на моем месте был кто-то другой, ты бы так же говорил. Тупая девка, чё она ушла от него. Щас бы ей в любви признавался, а не мне. Почему я крайний? Сука...* Шуджи опустил голову немного ниже и приблизился к шее Кисаки. Он коснулся губами, нежно целуя её, от чего Тетта дернулся, а по телу пробежались мурашки. Парень закрыл рукой свою шею и немного отодвинул голову. Кисаки: Ханма, пожалуйста не надо. Давай позже поговорим, ты сейчас неособо соображаешь. Шуджи приложил голову к затылку друга и приготовился ко сну. Тетта понял, что тот уже успокоился, но руки по прежнему крепко держали его талию. Придётся ночевать вдвоём на тесном диване. Кисаки все никак не мог уснуть. Он ждал пока засопит Ханма, чтобы точно убедиться, что он спит. Кисаки собирался уснуть позднее чем его друг, ему это кажется безопаснее. Тетта почувствал как руки Ханмы ослабли, и потихоньку сползали с талии. Выдохнув с облегчением Тетта готовился уснуть. И только он закрыл глаза, тут же дернулся. Рука Ханмы спустилась ниже, чем ожидал Тетта. Он тут же скинул её с себя и поерзал на месте, но Шуджи хоть и дремал , но ему все же хотелось обнимать друга. Он вновь закинул руку на талию, а затем она снова опустилась ниже и коснулась члена Кисаки, вызывая бурную реакцию органа. Тетта тихо пискнул и, крепко сжимая руку Ханмы, убрал её. Шуджи тут же проснулся и подскачил. Кисаки поджал к себе ноги и обхватил их руками, скрывая свою реакцию. Ханма заметил, что Тетту что-то тревожило. Ханма: Ты чего, солнце? Болит что-то? Кисаки: Отстань! Я... Мне надо отойти. Только Кисаки приподнялся, Шуджи тут же схватил его и притянул к себе. Ханма: Нет, не пойдёшь. Останешься со мной. Кисаки: Ханма, придурок! Пусти меня. Ханма: Неа, не пущу. Я хочу с тобой спать. Кисаки: Ханма, отвали! Тетта сильно вытянул ногу, чтобы оттолкнуть Ханму, но промахнулся и попал по чашке, что стояла все это время на ручке дивана. Она упала, и чай разлился по ковру. Парни замерли, услышав звонкий стук об пол. Кисаки: *Надеюсь не разбилась нигде* Пока Кисаки не сопротивлялся, Ханма осмотрел его и заметил причину его агрессии. Шуджи усмехнулся и приблизился к лицу друга. Ханма: Так что ты сразу не сказал, что возбудился? Тетта тут же покраснел и продолжил отталкивать от себя Шуджи. Кисаки: Заткнись и отпусти! Ханма: Тетт, давай я помогу тебе. Кисаки: Нет! Только тронь! Шуджи лёг обратно, потянул к себе Тетту и крепко обнял его одной рукой за грудь. Парень тут же начал сопротивляться и вырываться из хватки. Ханме все это надоело. Он взял его за подбородок, повернул на себя и серьёзным голосом сказал. Ханма: Не сопротивляйся! Кисаки испугался такого тона в свой адрес и, сам не понимая того, перестал брыкаться и дёргаться. Но страх не собирался покидать тело юного парня. Ханма прижал Тетту сильнее и провел рукой по его телу, а затем спустился ниже. Рука соскользнула под боксеры и взяла возбудившийся член. Тетта слегка вытянулся и зашипел, ему было некомфортно, что посторонний трогает его, да ещё и в таком месте. Спустив боксеры чуть ниже, Шуджи начал медленно двигать рукой вверх-вниз, заставляя Тетту стонать и извиваться. Кисаки редко занимается такими вещами, так как считал это непристойным. Когда он дрочил себе, то очень стыдился этого и не мог смотреть на себя в зеркало несколько дней. Тетта довольно стеснительный парень, но в глубине души живёт настоящий извращенец, которой очень любит читать яойные манхвы. Кисаки сильно напрягался и сдерживал стоны. Шуджи набрал подходящую скорость, которая сводила с ума партнёра. Тетта не получал удовольствия от происходящего, и Ханма это понял, когда Тетта дрожащей рукой больно сжал его руку. Ханма: Раслабся, котик. Отдайся мне этой ночью. Дай мне насладится твоим телом. Шуджи буквально промурчал эти слова, обжигая ухо парню горячим воздухом. Мурашки пробежали по всему телу, и Кисаки захотелось послушаться друга. Он сделал глубокий вдох и расслабился, попутно отпуская его руку. Стоны Тетты стали более насыщенными и удовлетворенными, и они очень заводили Шуджи. Кисаки покусывал свои губы и пытался ухватиться за что-то. Ханма прислонился к лицу друга и нежно чмокнул в щёчку. Тетта обвил рукой его голову и повернулся. Они встретились взглядами лишь на секунду. Кисаки засмущался и отвернулся обратно. Движения Ханмы буквально кружили голову партнёру. Он уже и забыл про чашку, что упала на пол или, что отец может вернуться сейчас. Шуджи сделал ещё несколько движений и почувствовал, что Тетта на пределе, но ему хотелось, чтобы он сам ему об этом сказал, поэтому ускорился. Кисаки и сам понимал, что дело идёт к концу, говорить об этом ему было стыдно, но сейчас это уже не волновало. Кисаки: Я...Ханма, я сейчас... Ханма: Что? Что сейчас?) Кисаки: Ммм, блять, Ханма. Ханма: Кончишь? Кисаки: А-ах, да! Шуджи сделал последнее движение и полностью обхватил ладонью головку члена, чтобы Тетта не сильно запачкался. Кисаки сжал в кулак руку, что была на голове Ханмы, а затем кончил ему в ладонь. Тетта устало задрал голову, восстанавливая дыхание. Шуджи приблизился к его лицу и прошептал. Ханма: Умничка. Кисаки: Да пошёл ты, извращенец. Тетта потянулся за полотенцем, что когда-то находилось на голове Шуджи, взял его и отдал другу. Ханма протёр руку и кинул тряпку на пол. Кисаки собирался уйти, но Ханма не пустил его. Он снова обнял его талию и притянул к себе, не переставая чмокать в шею. Кисаки: Ханма, отстань... Ханма: Давай спать. Не уходи пожалуйста, Тетта. Кисаки устал сопротивляться ему, поэтому согласился и постарался уснуть. Ханма: Спокойной ночи, котик. Тетта проигнорировал его и погрузился в сон, а Ханма задумался. Он несколько раз поерзал на месте, а затем поднялся с дивана. Он поднял то полотенце, отнёс его в ванную и вернулся в гостиную. Осмотрев спящего друга, он подошёл к нему и взял на руки, чтобы отнести в его комнату. Аккуратно уложив его на кровать, Шуджи залез к нему и вновь прижал к себе. *** Дверь тихо открылась и в дом зашёл мистер Кисаки на цыпочках. Осмотрев коридор, он не нашёл нужную ему вещь. Пришлось разуваться и искать по всей квартире. Зайдя в гостинну и не обнаружив Ханму, мистер Кисаки заволновался. Он тут же зашёл к сыну в комнату и был шокирован. Кисаки прижимался к Ханме, который обнимал друга руками даже ногами. Мистер Кисаки: Опа, вот это картина маслом. Надо будет поговорить потом, Тетта. Так, а где паспорт то? Мужчина повозился в квартире ещё пару минут, а затем вышел на всю оставшуюся ночь по делам. Мистер Кисаки: Тетта, что с тобой становится?