Любовь и деньги.

Осень. Незаметно пролетел последний месяц тёплого времени года. Шуджи пришлось уехать намного раньше чем хотелось. С той ужасной ночи остались только воспоминания и сожаления. Джорд долго разгребал весь этот Хаос. В суде он уверенно лгал, что его сын был бедной жертвой огромной преступной организации, что ему пришлось работать на них. Им удалось выиграть суд, ведь свидетелей того, что Тетта главный преступник в живых не осталось. У Джорда и Тетты был огромный скандал по этому поводу, дело шло к драке и чему-то похуже, но Тетта как обычно выиграл ссору своим умением манипулировать. Выкрикнув одну единственную фразу «прости, что я чуть не умер» он смог завершить скандал. Все закончилось объятиями и слезами Джорда, ведь Тетта—единственное, что у него осталось. Он простил ему все, и пообещал, что больше не вспомнит это лето. Тетта забросил подобные дела. Вспоминая свою покойную банду, он впадает в депрессию. Ведь по его глупости погибли его единственные друзья, у которых были большие планы на жизнь. Которые спокойно согласились на эту глупость, ради своего господина. Тетта старался не вспоминать это ужасное лето, а полностью ушёл в учебу. У Джорда сильно испортилась репутация в городе, ему пришлось серьезно попотеть, чтобы его не уволили с работы. Жизнь семьи Кисаки стала ужасна. В них часто тыкали пальцами, много куда не пускали, так же они оба стояли на учете в полиции. Джорду пришлось заплатить огромные деньги за нанесённый вред зданию полиции. Из денег у Кисаки почти ничего не осталось, но Джорду не привыкать к такому. Приходя с работы, он бессильно падал на диван, тут же погружаясь в сон. Кисаки хорошо проявлял себя в школе, поэтому проблем у него практически не было. Так же он устроился на подработку, чтобы помочь отцу с деньгами и долгами, которые у них появились.

***

Шуджи вернулся домой. Мать пыталась выгнать его, но он угрожал судом, поэтому она оставила его в покое с условием, что в восемнадцать лет он съедет. Ханма страдал от недостатка любви, как и всю свою жизнь. Он часто вспоминал о Тетте, но писать или звонить ему нельзя. Кисаки сказал: « у нас с отцом сейчас и так убогая жизнь, хотя бы ты не мешай» Поначалу Шуджи сильно съехал в учебе. Он все никак не мог отпустить Кисаки, не мог забыть смерть отца, думал о своих друзьях из Токио, которые погибли за одну ночь. Он все никак не мог забыть доброту Джорда, которой так не хватает. Шуджи был подавлен этой жизнью, убит и разбит. Но он ждал своего восемнадцатилетия для одной цели. Ханма все таки смог подняться по учебе, хотя бы проблем стало меньше. Так же он ушёл на подработку и копил деньги на новую жизнь. На него часто срывалась мать, что он бесполезный и просто невыносимый. Шуджи настолько уже устал, что по пьяне рассказал своему другу Санзу обо всем, что с ним случилось. И про малолетку парня, с который у них был секс, и про группировку преступников, которая умерла одной ночью, про смерть отца, в которой он сильно виноват, рассказал про своё ужасное лето, рассказал про свои чувства и боль, про своё огромное желание умереть, чтобы закончить все свои страдания. Но он просто не может, так как у него одна цель, ради которой он живет и старается. Санзу, естественно, принял все слова Шуджи в серьез и пообещал помочь, хоть у самого много проблем. Предложив Ханме работать с ним на наркоманов, он получил пару ударов по лицу, но, конечно же, Санзу не обиделся на друга. В итоге Шуджи отказался от помощи Санзу. Он решил всего добиться сам. И один день все поменял. Вся его жизнь перевернулась с головы на ноги.

***

Год пролетел совсем незаметно. Уже наступило лето. Снова это прекрасное время года, которое радует всех. Семья Кисаки наконец-то смогли вылезти из ямы нищеты и позора и сейчас они одни из популярных личностей в Токио. Мало того, что Джорд стал одним из самых лучший адвокатов города, так ещё и знаменитый телеведущий. Его приглашали на множество мероприятий и событий. Тетта стал моделью, хоть это и не то, что он хотел. Он часто прогуливает фотосессии и ругается с фотографами, которые устали уже его терпеть, но работать с такой моделью очень выгодно. С отцом у них улучшились отношения. Они стали лучше понимать друг друга, поэтому поменялось и отношение. Но все же Джорд очень боится за своего сына, он остался все тем же папочкой, который звонит тебе по сто тыщ раз, пока ты гуляешь.

***

Тетта ещё толком не проснулся, а отец уже во всю работает. Дома тихо играет музыка, но вот пылесос орет так, что даже самый крепкий сон закончится на интересном моменте. Джорд третий раз заходил в комнату сына и поднимал его с кровати. На четвёртый раз он просто забрал у него одеяло. Пока сын с возмущениями поднимался с кровати, мужчина поставил чайник, убрал гостиную и оделся на работу. Раздался звонок в дверь. Мистер Кисаки: Я открою! Кисаки: А я и не собирался тебе в этом мешать. Джорд открыл дверь и ахнул от восхищения. Ханма: З-здравствуйте.. Вы помните мен.. Мистер Кисаки: Шуджи! Мужчина тут же обнял гостя, крепко прижав к себе, как родного. Ханма даже испугался такой реакции. Ему было чертовски приятно, что хоть где-то ему рады. Мистер Кисаки: Будто вчера ты уезжал со слезами на глазах, а сейчас.. как ты изменился. Заходи, что как не родной? Ханма: Спасибо. А.. а это.. ну… Тетта, он.. Мистер Кисаки: Хах, может тебе удастся его поднять с кровати. Сколько не буди, а жопу поднять не может. Кисаки: А ты рот закрытым подержать не можешь.. Мистер Кисаки: Вспомнишь солнце—вот и лучик. Ханма: Тетта.. Кисаки: Оу.. я не ожидал тебя увидеть. Мистер Кисаки: Кажется чайник вскипел, я пойду, хих. Наступила неловкая тишина. Шуджи не мог поверить, что спустя столько времени ему удалось встретиться с ним. Снова увидеть того, кого так и не смог забыть. Сколько он не старался прекратить думать о Кисаки—все напрасно. Шуджи не понимает, что ему сейчас делать. Рад ли Тетта видеть его? Ханма: Как.. дела? Кисаки: Норм.. а у тебя? Ханма: Мм, стало лучше.. Ты.. ты изменился. Кисаки: Визажисты и не такое умеют. Ханма: Хах.. Ну.. как его там.. Кисаки: А ты зачем приехал? Ханма: Ну… я.. к тебе.. соскучился по тебе. Кисаки: Пон. После этого они ещё долго молча смотрели друг другу в глаза. Шуджи не знал, что ему говорить. Ему казалось, что Кисаки абсолютно все равно на его появление. Мистер Кисаки: Вы издеваетесь? Кисаки: Я просто в туалет хочу. Мистер Кисаки: Да иди, господи. Шуджи, пойдём. Кисаки равнодушно прошёл мимо гостя. Ханме было неловко, обидно и грустно, что тот, ради кого он весь год работал, так отреагировал на его приход. Шуджи сел за стол и Джорд тут же подал ему чашку чая. Мистер Кисаки: Ты чего такой грустный? Ханма: Видимо я зря пришёл. Тетта совсем не рад мне.. Мистер Кисаки: Чепуха! Я то знаю, поверь. Ханма: Все так поменялось.. Совсем все по-другому. Мистер Кисаки: Что например? Ханма: Атмосфера, время, да.. да даже Вы. Мистер Кисаки: Я? Ханма: Ну да, Вы выглядите совсем иначе. Я запомнил Вас совсем не таким. Джорд и правда очень изменился как и Тетта. Джорд отрастил себе волосы по плечи, которые завязывает в хвостик. Сменил очки на те, что квадратной формы. И сам он стал более уверенней и открытым. Кисаки тоже забил на стрижку, поэтому так же забирает волосы в небольшой хвостик. Ещё он стал намного выше, и голос его стал чуть ниже. Всё меняется. Ханма: Я скучаю по тому лету.. Мистер Кисаки: В нашем доме нельзя вспоминать тот год.. Ханма: А матом ругаться? Мистер Кисаки: А ты проверь. Ханма: Кхм.. не хочется. Мистер Кисаки: Ахах, а как у тебя дела? Уже стал мировым красавчиком? Ханма: В процессе, а сейчас я пока что студент. Мистер Кисаки: Если будут какие-то проблемы, мой номер ты точно знаешь. На кухню зашёл Тетта, который уже сделал все свои дела, переоделся и привёл волосы в порядок. Ханма бросил на него мимолётный взгляд, стараясь делать вид, что не заметил его. Кисаки молча прошёлся по кухне и остановился за спиной гостя. Мистер Кисаки усмехнулся и вышел из комнаты. Шуджи не хотелось оставаться с Кисаки один на один, так как чувствует себя ужас как неловко. Внезапно он почувствовал прикосновение к плечам, а затем чужие руки опустились ниже к груди. Тетта прижался к Ханме, опустив свою голову на голову Шуджи. От неожиданности, парень вздрогнул, медленно касаясь чужих рук. Кисаки: Ради меня приехал? Ханма: Нет, чтобы чай попить. У меня свой закончился дома. Кисаки: Не волнуйся, мы его отравили. Ханма: Умереть от твоих рук—счастья для меня. Кисаки: Я скучал по тебе, дурак. Сердце вспыхнуло огнём. Шуджи жил ради этих слов. Он ждал, когда он сможет приехать к Кисаки, чтобы услышать только эти слова. Хочется плакать и кричать. Хочется обнять его, прижать к себе и больше никогда не отпускать. Ханма: А я чуть не умер без тебя. Кисаки: Да прям уж. Ты все ещё любишь меня? Данный вопрос поставил Шуджи в тупик. К чему он? Как правильно ответить? Но что бы не думал о нем Тетта, ответ нужно дать правдивый и точный. Ханма: Люблю. Кисаки: Вот дурак. Ханма: А ты? Кисаки: А я не дурак. Ханма: Да я не об этом! Кисаки: Ой правда? А о чем же ты? Ханма: Бесишь.. Кисаки: Уходи тогда, хе. Ханма: Вот уж нет. От тебя я больше не уйду. Кисаки: Да что ты говоришь? Неужели у тебя есть жильё в Токио? Ханма: Ха, есть. Кисаки: Да? Откуда же у тебя такие деньги? Ханма: Как раз я хотел поделиться с вами этой новостью. Куда Джорди-сан ушёл? Мистер Кисаки: Я все это время был за дверью. Вообще-то я ожидал чего-то большего, а вы будто неделю не виделись. Кисаки: Иди ты.. Мистер Кисаки: Бегу уже. Садись давай, щас чай уже холодным станет. Тетта сел за стол поближе к Шуджи, нередко поглядывая на него, от чего Шуджи немного смущался. Давно он не испытывал подобные чувства. Снова ему захотелось жить и радоваться каждому дню, каждому моменту. Пока в жизни есть такой человек, любой день для тебя становится радостным и ярким. Ханма: В общем. Я копил на квартиру, так как в свои восемнадцать меня уже не должно быть дома. Да и сам я не хотел жить с этой женщиной. Если вы думаете, что мне было легко копить, то нет. Я тратил намного больше чем вкладывал. Я уже потерял надежду на все. Один раз чуть не убил себя, но все же мысль о.. о нашей встречи заставляла меня работать усерднее. Парой я голодал, но зато денег больше в копилку клал. И вот настал тот самый день, который изменил мою жизнь по щелчку пальцев. Звонит мне какой-то мужчина. Называет мое имя и фамилию и приглашает в какой-то там дом. Типа мне досталось наследство от отца. Ну, то есть мне сказали, что все родственники должны присутствовать, я приехал только из вежливости, я был уверен мне ничего и не досталось. Вы бы знали сколько там было народу. Честно, я некоторых людей видел впервые, зато они все меня знали. Было так неловко в том помещении. Какой-то мужчина оглашал кому что там досталось. Начал он по мелочи. Кому-то доставались часы золотые, кому-то ещё какие-то украшения. Я ждал самого сока, кому достанется семейный бизнес, которым отец не занимался, кому квартира, кому машина, но тот старикан все тянут и тянул. Представляете, кому то даже ручка передалась по наследству. А, был ещё такой момент. Кому-то досталась коробочка с подписью «отвезите мелкому» адрес я не помню какой. Мой отец чем думал когда писал завещание? И тут этот дед произносит мое имя и фамилию, я так испугался изначально. Потом я подумал, что мне достанется карандаш или тому подобное. Но знаете что… Шуджи на минуту замолчал. Джорд и Тетта переглянулись, ожидая продолжения этой интересной истории. Протерев влажные глаза, Ханма продолжил. Ханма: Отец отдал мне машину, бизнес, квартиру, оставшиеся деньги и его коллекцию драгоценных камней. Я до сих пор поверить в это не могу.. я же не любимый сын.. как он так мог? Столько знакомых людей, столько друзей у него. Почему я? Почему мне такое? Мистер Кисаки: Любил тебя? Ханма: Мне от этого только хуже. Я же.. так относился к нему.. а он.. Мистер Кисаки: Ну-ну, Шуджи. Я уверен, что твой отец не такой реакции ожидал. Ханма: Ну, я уже наплакался за все это время. Так же я получил письмо, которое он написал мне. После получения наследства я тут же съехал от мамки и переехал в Токио. Сделал все свои дела и вот.. я тут. Кисаки: Мм, мой парень бизнесмен. Мистер Кисаки: А ты на чужие деньги не смотри! Кисаки: Они теперь наши! Ханма: Отработаешь и будут твоими. Мистер Кисаки: Фу, какие вы. Ну ладно, ребятки, я пойду работать, а вы.. ну, пообнимайтесь что ли. Мужчина собрал все документы и нужные бумаги, а затем вышел из дома по своим делам. Шуджи и Кисаки допили чай, разговаривая обо всем что только в голову приходило. Столько времени прошло с их разлуки, столько всего хочется сказать. Оба поднялись из-за стола, чтобы все с него убрать и прибрать за собой. Тетта прошёл мимо Ханмы, но тот его остановил. Обняв парня за талию, он прижал его к себе, чтобы спустя столько времени поцеловать, но Тетта увернулся от Шуджи, аккуратно вырвавшись из его рук. Кисаки: А я ведь знал, что ты так сделаешь, ха! Ханма: Я думал, ты будешь не против. Кисаки: А давай это оставив на ночь или ты не протерпишь? Ханма: Н.. на ночь? Кисаки: Или ты хочешь просто поцеловаться? Ханма: Нет, я передумал. Мне твоё предложение больше нравится. Кисаки: Другое дело. А сейчас у нас кое-какая встреча должна состояться. Ханма: Что? Какая? Кисаки: Идём. Парни убрали за собой кухню и вышли из дома. Шуджи не знал, куда его ведёт Кисаки, но было очень любопытно. Они передвигались по знакомым улицам и дворам. Столько времени прошло, а ощущение будто они вчера убегали от полиции по этим дорогам. Столько воспоминаний. Парни шли долго. Даже вышли на дорогу, которую Шуджи видел впервые, поэтому любопытство увеличилось в несколько тысяч раз. И вот Кисаки повернул к кладбищу. Проходя мимо множество памятников, Тетта искал кого-то определенного. Остановились. Кисаки: Пришли. Ханма: Это же.. Кисаки: Ну что, друзья, вот мы и собрались с вами, как в том году. Ран, ты же этого хотел? Хах, объявляю собрание Теневых открыто. Шуджи Ханма, пишет тебе твой родной отец… Ну, надеюсь ты меня им считаешь. Прости, я не смог стать тебе хорошим примером. Я не смог подарить тебе то, в чем ты так нуждался. Да, я не хотел иметь детей, но после твоего появления, я смог разглядеть в этом что-то хорошее. Но все таки не смог отдастся сердцу, а слушал только свой мозг. Наши отношения были не самыми лучшими, мы столько всего пережили, но это все в прошлом. Я знаю, что ты наверное меня уже и не простишь за многое, но надеюсь, что мое наследство сделает тебя чуть счастливее. И давай договоримся, Шуш, что ты не будешь вспоминать меня. Не жалей меня, никак не вини себя ни в чем. Могу сказать, что я специально ввёл себя по свински, чтобы ты не скучал по мне, после моей смерти. Я готов умереть, я прожил красивую и счастливую жизнь, так и ты проживи ее так же. Оказывается эта болезнь может передаться по наследству, как хорошо, что ты не биологический мой сын, хоть где-то в этом есть плюсы. Надеюсь у тебя будет все хорошо, и ты не сломаешься под давлением матери и моего отсутствия. Знаешь, я твою маму никогда и не любил, она мне для галочки нужна была, хах. Даже после стольких лет совместного проживания, я не смог ее полюбить, а тебя я полюбил, когда ты ещё будучи младенцем, схватил меня за палец, когда я тебя пытался успокоить, чтоб ты не орал. Тебе всегда нравилось трогать мои пальцы и снимать с них кольца. Знаешь, Шуш, прости меня, глупого старика. Прости, что не стал тебе хорошим отцом. Прости, что забыл про тебя. Я правда тебя очень люблю.

Юри Ханма