Каждое утро Северуса Снейпа

7.11.1996 Над холодной Атлантикой разбушевалась очередная гроза. Почерневшее предрассветное небо до самого горизонта прорезалось острыми извилинами молний и раскатами грома. Казалось, что Мерлин укрыл всю землю своим непроницаемым плащом и никто больше никогда не увидит солнечный свет. Северус вдохнул полной грудью свежий морозный воздух. Холод приносил облегчение измученному Круциатусом телу и уставшему мозгу. Очередная безумная ночь прошла, можно поставить еще один крестик в календаре. Сильный порывистый холодный ветер, дующий на побережье с океана пробирался под расстегнутую рубашку и обнимал нежнее всех женщин, что у него были. Они были словно айсберги, он брал их так, что бы не смотреть в глаза, только видеть рыжий затылок. Мужчина развел руки в стороны и замер, давая ветру приласкать себя. Пальцы на руках онемели как и губы. На щеках, мокрых от слез и брызг, чувствовался лед. Он упал на колени, закрыл лицо руками и отсчитал ровно десять секунд для своей слабости. Больше нельзя. Когда набегающая волна снова издала оглушающий шум, разбившись о массивные скалы, он закричал, что было сил. Крик давно засел в его груди, и только такая невероятная стихия могла спрятать его слабость. С очередным ударом молний далеко в темном океане он увидел движение. Огромная неторопливая масса передвигалась вдоль меридиана дальше на север, огибая материк. Касатки. Двигались они медленно, их век был слишком долог, что бы куда то торопиться. Массивные плавники поднимались над водной гладью, зависали на долю секунды и погружались обратно, создавая волны, доходившие до самого берега. Они с грохотом разбивались о скалы, разбрызгивая пену еще на несколько метров вверх. Брызгами обдавало его лицо. Он прикрыл глаза наслаждаясь. — Ты так простынешь! — Твердил ее голос в его голове. — Вернись в свои подземелья. — Отстань! — Шептал он, на самом деле не желая, что бы она уходила. — Тебе здесь не место. -И где же я должен быть? — Со мной. Я бы тебя согрела. Мимолетная сладкая галлюцинация испарилась, оставив горький привкус печали. Все как обычно. Охладив воспаленный разум, он бесшумно аппарировал в свои апартаменты в подземельях. Камин уже давно погас, единственная свеча освещала скромное убранство жилища. Депрессией здесь пропитан каждый уголок. — Тебе бы добавить сюда ярких красок! — Она снова вернулась. Сейчас девушка сидела на его учительском столе, размахивая своей тонкой ножкой. — Как на счет розового? Он молчал. — Даже если будешь меня игнорировать, я не уйду. — Что же мне сделать, что бы ты отстала от меня? — Признать, что я тебе нужна. — Но это не так! Она засмеялась. Ее звонкий девичий смех разнесся по всему подземелью, отражаясь эхом от каменных стен. — Иначе, меня бы здесь не было. Выпив зелье бодрствования и зелье силы, взмахнув плащом Северус вернулся к своим привычным обязанностям. К своей дорогой Гермионе.