Мой маленький ангел

Я помню, как я впервые встретился с ним. С моим любимым психотерапевтом... Его звали Доктор Беннет, он был очень добрый. Я не знаю почему, но каждую неделю ко мне приходили разные психотерапевты, мне говорили, что они боятся меня и поэтому уходят. Я был обижен, ведь я всегда хотел им понравится. Каждую неделю я просил листочки у медсестёр, чтобы нарисовать каждому из них подарок. Я не знал, как они будут выглядеть, поэтому я всегда рисовал на их месте обычного человека в медицинском халате с которой причёской, чтобы на его месте мог быть и мужчина, и женщина. Но они уходили... Мне так жаль, что им не понравились мои рисунки, но разве моя вина, что у них могли быть длинные светлые волосы? Или, может причина в том, что я вёл себя "страшно", как и говорили мне медсёстры?.. Тем не менее, в очередной день, когда ко мне должны были привести нового психотерапевта, ко мне пришёл он - мой любимый и лучший Доктор на свете, Доктор Беннет. Он был точь-в-точь каким же человеком, какого я рисовал на своих рисунках; в халате и с короткими волосами, только его были синие и он носил очки. Зайдя ко мне, он представился. Оказывается, его полное имя было Бенедетт, но он сказал называть его просто Беннетом. Я сразу же был очарован им. Не было в нём ничего особенного, но у него было то, чего не было у других психотерапевтов - умение и желание слушать. Он часто задавал вопросы, но так же всегда говорил давать более развёрнутый ответ, никто раньше его не просил. Мы долго разговаривали, он всегда внимательно слушал, не задавал неловких вопросов, не делал неуместные вставки. Он просто слушал... В его руках всегда была записная книжка, более похожая на личный дневник, но как только я заканчивал отвечать на его вопрос, он записывал в неё что-то. Возможно краткую версию моего ответа, возможно свои мысли на этот счёт, но его лицо всегда было понимающим. Он спрашивал меня про мои проблемы, про отношения с другими детьми, тогда я решил рассказать ему про то, что другие дети часто надо мной издеваются из-за моей особенности. Мои глаза были разного цвета, медсёстры сказали, что это называется "гетерохромия" и что это совершенно нормально, но вот другие дети этого не понимали. Они всё время обзывались обидными словами, бывало доходило до физического насилия, но ко мне на помощь всегда приходила одна девочка с длинными красными волосами. Однажды я решил спросить её имя и с тех пор мы начали дружить. Доктор сказал, что понимает мои переживания на счёт своей особенности, так как его тоже обижали в приюте в котором он рос. Он часто улыбался мне, и в его улыбке, в отличии от других психотерапевтов, я видел искренность. Человек не может задавать так много вопросов и так внимательно слушать, если не интересуется тобой, так ведь? Наш сеанс подходил к концу. Я совсем забыл, что хотел отдать ему свой рисунок, в качестве подарка, но решил, что мне нужно подрисовать очки, чтобы Доктору было приятней. Когда он уже выходил из кабинета, я резко схватил его за рукав и сказал, что у меня есть подарок для него. Он был очень рад, и я видел это по его лицу. Пока я в спешке выправлял смятый рисунок, он всё время улыбался. Когда я протянул ему рисунок в своих дрожащих руках, он был в восторге от него. Хоть и не долгое время, Доктор рассматривал его, даже при том, что всё, что я нарисовал на нём, это пара человечков. Я был рад, что ему понравилось моё творение, но я понимал, что скорее всего, он тоже уйдёт, как и остальные. Я не смог сдержать слёз, было трудно отпускать такого человека, он был первым за долгое время, кого я смог полюбить. Он сразу же испугался, как только увидел слёзы, стикающие по моему лицу. "Что случилось, Рэн?" спросил он, бросивжись ко мне. Я помню, как его руки задрожали, когда он схватил меня за плечи. Мне было трудно говорить, я не знаю почему. Я пролил мало слёз и мой нос не был забит, как будто даже не это держали мой рот за замке. Может я просто боялся услышать "Да"? В тот же момент, Доктор резко обнял меня, но не сильно, будто боясь навредить такому хрупкому мне. " Я знаю, что с тобой произошло, Рэн. Не бойся, я не уйду..." Это последнее, что я помню с того дня, но после этого доктор стал приходить каждую неделю. Со временем, его вопросы стали одинаковые, а мои ответы однообразными, ему часто говорили, что нет смысла ходить на сеансы, если нет никакого прогресса, но они не понимали одного. Не прогресс заставлял нас вновь и вновь приходить в этот кабинет, возможно, даже не решение моих проблем. А желание снова увидеть друг друга. Доктор часто спрашивал меня о семье и хочу ли я новую, но я никогда не отвечал. Я не знал, какого иметь семью и хорошо ли это. Меня всегда окружали дети, которые часто говорили мне, что их матери или отцы пили, избивали их или уходили из семьи, поэтому я не знал даже, что и думать. Медсёстры говорили мне, что мои родители друг друга убили, и кто-то подкинул меня в приют, написав об этом в письме. Для меня это было мало важно, ведь никого из них я не помнил. Я иногда представлял как я жил бы в своей семье, как выглядели мои мама и папа, но никогда такого не хотел, всегда чувствовал, что попаду в клетку если она появится. Поэтому я всё время просил Доктора писать в моё досье самые разные вещи, которые отпугнут от меня людей. Он понимал, почему я прошу это сделать, но всегда говорил, что если у тех детей была хорошая семья, они бы не находились тут. *ДЗЫНЬ!* Сквозь сон я услышал звук будильника, он всегда звонит в 8:00 и я мог определять его смотря на часы в кабинете психотерапии в моём сне. Этот сон снится мне каждый день, поэтому я привык, что знаю время действий наперёд. Немного приоткрыв правый свободный глаз я увидел как знакомые мне дети встают с постелей и направляются в столовую. Думаю, что если посплю ещё немного, то никто не заметит, нас всё равно не часто проверяют. Я начал медленно закрывать свой глаз— - Эй, засоня! - А-А-А!! – провопил я, вынув ноги из под одеяла. - Божечки, Рэн, ну ты и трусишка! Че ты так подруги-то пугаешься? Оказалось, что объектом моего страха была моя подруга Пейдж. Я даже начал забывать, что именно она будит меня каждый день. - Могла бы так и не выскакивать из под моей кровати.. Ты же знаешь что у меня происходит каждый день.. В ту же секунду игривая улыбка девочки сменилась огорчением. - Опять тот сон, да? Не удивительно, что ты так испугался после такого приятного воспоминания с человеком, который больше к тебе не ходит.. – закатив глаза, сказала Пейдж. - Пожалуйста, Пейдж, ты не знаешь, каким человеком он был.. - протирая глаз от света лампочки, сказал я. Резко она встала во весь рост и развела руки, будто бы пытаясь показать своё недовольство. - Ой, да ладно тебе! Даже если бы этот доктор был хоть каплю заинтересован в тебе, стал бы он так неожиданно пропадать ничего тебе не сказав?! - Заткнись, Пейдж.. Девочка недовольно посмотрела на меня, но решила промолчать. - Как скажешь, но вот только тебе уже нужно вставать и идти в столовую, я тебя больше не буду прикрывать! - Хорошо, я как раз проголодался. Я встал с кровати и одел свою одежду. Пейдж ждала меня у входа в палату и осматривала коридор. Я тоже решил осмотреться. В нашей палате всё как обычно; белые стены, обычные, ни чем не примечательные, кровати и небольшие шкафчики для каждого ребёнка. Они были одинаковые, но вот каждый мог его украсить своими вещами. Многие ставят на верх ценные вещи, говоря, что перед сном они смотрят на них и им становится лучше, но разве это не глупо? Любой может подойти и забрать её без каких либо проблем, поэтому всё самое ценное я держу внутри шкафчика. Мои соседи по комнате тоже ставят разные вещи на шкафчик, например, мой друг Киан ставит поделки, которые мы делаем когда нам скучно. Большинство выбрасывает их, но он всегда сохраняет, а когда места не остаётся, ему там трудно выбросить старые. Я понимаю его, но всё равно выбрасываю всё, что делаю. Кстати, почему сейчас на его шкафчике ничего не стоит? Закончив с переодеванием я подошёл к Пейдж и решил поинтересоваться. - Постой, Пейдж. Почему у Киана ничего не стоит на шкафчике? Что-то случилось? Пейдж повернула голову на меня и с недоумением спросила. - Да я сама не знаю, а тебе-то какое дело? - Просто думаю, странно для него ничего не ставить, ещё кровать так красиво заправлена, не похоже на Киана, которого я знаю. - Да чёрт его знает. Может уборку решил провести, ты видел сколько у него игрушек собралось? Девочка резко повернулась ко мне и встала в позу ковбоя, грозно держа в руках несуществующий пистолет. - Слушай сюда, Рэн. Мой живот ЧЕРТОВСКИ болит, и если ты так хочешь узнать, почему на шкафчике Киана нет поделок, то тебе придётся пойти со мной в столовую и спросить про это у него лично! Понял?! Я немного испугался, но решил подыграть своей голодающей подруге. - Конечно, шериф Пейдж. Думаю, что другие ковбои знают, в чём-то дело! Пейдж гордо убрала пистолет и направила руку на коридор, помечая путь к столовой. Мы решили дойти быстрым шагом, чтобы не допустить беспокойство у медсестёр. Что же произошло с Кианом? Не думаю, что что-то серьёзное.