Запрещеный ритуал

ЧАСТЬ 2. Прошла неделя с того момента, когда мантория Виктория Анвуд была зверски убита в туалете библиотеки Школы Алая Роза. В школе был введен комендантский час, и никто из манторов не должен был покидать спальные лобби своей группы после десяти вечера. В девять вечера закрывались и двери школы. Выходить за ворота — только с родителями или наставниками. Но кого-кого, а Эбигейл это не останавливало. Да, она реже стала выбираться по ночам, но все же. Мой сон совсем стал плохим. Санора накладывала на меня чары, варила сонное зелье, но эффект был минимальным. Я засыпала и в ужасе просыпалась через пару часов. Всё снилось тело Виктории. Она была чем-то похожа на мою сестру: длинные белокурые вьющиеся волосы, большие зелёные глаза, аккуратные формы лица, высокий рост и длинные руки. Если нас поставить втроём вместе, то наше родство с Эбигейл полностью бы потерялось. Бабушка и тетя всё рассказывали мне, что я пошла в маму. Наше сходство с мамой я видела по живым фотокарточкам: приятная девушка, с короткой копной светлых русых волнистых волос, почти на всех фотокарточках она держала папу за руку и смотрела на него с такой нежностью. Он же в свою очередь был очень высоким блондином обладал очень даже притягательной внешностью. К сожалению, родители не дожили до этих дней. Очередным выходным утром, когда я ещё лежала в кровати, просматривая новостную ленту, в дверь аккуратно постучались. Эбигейл принесла на подносе блинчики, кофе и пару песочных печений с предсказанием. — Доброе утро, Тиона, — Эбигейл села на край кровати. — Доброго… Ты чего так рано встала? — Просто решила, что давно мы с тобой не завтракали вместе. Ты опять не спала сегодня? — Спала, но плохо. Сильно заметно? — Причесать, умыть и всё не так уж и плохо. Блинчики, которые сама готовила Эбигейл всегда получались изумительными — Давай откроем печенья? — я улыбнулась и потянулась к розовой упаковке. Сломав пополам печеньку, надо было сначала съесть его половину. Я открыла записку. — Если закрывается одна дверь, непременно откроется другая, — прочитала я. — Понять бы ещё, к чему это. А у тебя что? — Как всегда — впереди хорошие новости. Знаешь что, Тиона? — Эбигейл взяла меня за руку. — Что? — Давай сходим в сад? Помнишь розовое дерево? Мы так давно не проводили вместе время. Хочу как в детстве - лежать в траве. На удивление, в саду почти никого не было. Я сначала даже запуталась, а не будний ли сегодня день? На большом поле летали бабочки, оставляя за собой полупрозрачный шлейф магической пыли. В тени деревьев расселись манторы: кто-то читал, кто-то устроил пикник. Я легла на траву. Как будто оказалась в кровати. Мягкие травинки щекотали кожу. Эбигейл легла рядом и повертела рукой в воздухе. Тут же, над нами образовался навес, который защищал от солнца. С сестрой мы проговорили почти три часа, начиная от успехов в учебе, заканчивая ее парнем. — Не поверю, что никто к тебе не клеится, — выдохнула она, и взяла меня за руку. — Мне сейчас нужно сосредоточиться для переводных экзаменов. Мне нужно попасть в Министерство Магии. Мама бы этого хотела… — Я уверена, мама больше хотела бы, чтобы ты любила и была любимой. Повисла тишина. Вдали послышалась трель птиц. — Я люблю тебя, Тиона, — внезапно сказала Эбигейл. — И я тебя люблю. Выходные прошли крайне скучно. Если раньше ребята веселились в большом холле или в баре "Котел", что находился позади школы, то эту неделю почти все объявили траур. Всем было не до смеха: в школе, в обители спокойствия и защиты, умерла мантория. На следующей неделе кто-то все же решил устроить вечеринку в котле. Но когда об этом узнали Высшие, то поставили условие, что хозяин бара все же будет бдителен и должен будет поставить пару защитников. Покрасовавшись перед зеркалом в платье, которое я специально купила для этой вечеринки, я отправила Лойл к Эбигейл, чтобы позвать ее со мной и Санорой в бар. Фамильяр вернулась очень быстро. — Эбигейл не пойдет. Мальто плохо себя чувствует, не выходит к ней почти, — произнесла Лойл с переживанием. — Может нам стоит навестить ее? — забеспокоилась Санора и отложила пудреницу. — Эбигейл сказала, что хочет побывать одна и чтобы вы не заходили. Видимо, она сильно расстроена из-за Мальто. Я выдохнула. Видимо, в последнее время она понимала, что Мальто плохо себя чувствует, и почти не выходила из блока. В Котле на удивление, было много народу. Ещё бы человек десять, и остальные бы повыпадывали из окон на улицу. Мы заказали с Санорой по имбирному сливочному пиву и встали в углу, осматривая манторов. Одна часть с уважением пила коктейли, с каждым глотком улетая в пьяную нирвану, кто-то танцевал, другие играли в магический аэрохоккей, а остальные общались. Заиграла одна из моих любимых песен и я пошла танцевать. Пиво дало о себе знать, и немного захмелев и вспотев, я вышла на улицу, подышать свежим воздухом. Вскоре, на пороге появилась Санора, прихрамывая. — Тиона, я ногу подвернула… — А я говорила тебе, что не нужно было надевать эти высокие каблуки. — Прекрати, зануда, — она рассмеялась и оперлась о моё плечо. Когда я помогла Саноре дойти до ее комнаты, я направилась к себе. Внезапно, проходя мимо окон коридора, меня привлек силуэт в освещенной возле библиотеки части. Опять Эбигейл побежала к своему парню! Ну, я ей устрою завтра трепку! С такими страстями, что творятся в школе, самое время сидеть тихо в комнате, а не бегать к другой школе, особенно через темный лес. Занятая злыми мыслями, на удивление, я хорошо уснула. Утром я сразу побежала искать Эбигейл. Та нашлась не сразу: мне пришлось сбегать до кафе, потом до библиотеки, проверить ее расписание дополнительных занятий, наведаться в сад. Обнаружила я ее сидящей на фонтане. — Ты опять сбежала сегодня ночью? — я скрестила руки на груди. — И тебе доброго утра, сестра. Эбигейл подняла на меня свои красные глаза. Выглядела она измотанной, и как будто немного похудевшей. — Твои гулянки идут тебе не на пользу. Сколько ты сегодня спала? — я взяла ее за руку, но та резко откинула мою. — Прекрати следить за мной! Ты что мне, мамочка? Следи за своей жизнью! Ты меня достала опекать! Отвали от меня! Она поднялась и почти бегом ушла в сторону библиотеки. Я стояла столбом. Впервые у Эбигейл такое поведение. Она никогда не обижала меня, а если и повышала голос, то тут же извинялась. Сегодня ночью я пойду за ней, и узнаю, в чем дело. Поздним вечером, дождавшись, пока все разойдутся по комнатам, я встала одетая в коридоре, дожидаясь появления сестры. Надев свою мантию, я начертила на руке пентаграмму исчезновения. Это не сделает меня невидимой, но будет отвлекать от меня общее внимание. Я вышла из школы и справилась за небольшим билбордом. Заморосило. Тут же я услышала звук шагов и выглянула из убежища. Эбигейл шла в сторону библиотеки. Я последовала за ней. Сестра прошла парк и, приблизившись к забору, с лёгкостью пролезла между металлических прутьев. Я последовала ее примеру. Так как мы с сестрой были кровными, я видела её очертание в темноте. Мы шли вглубь леса, а я всё старалась не шуметь. Помог мне с этим усилившийся дождь. Он холодными каплями проникал под мантию. Вскоре, по следам Эбигейл мы вышли на большую опушку. Тут были руины от старой библиотеки Капетелия. Я спряталась за какой-то корягой. Сестра здесь была не одна. Она разговаривала с какими-то парнями. Разговор не получалось услышать. Они что-то замышляли. Неужели Эбигейл вляпалась во что-то нехорошее? Мои раздумья прервал какой-то свист. Справа я увидела одного из Темных Нефилимов. На его теле были черные латы, а в руках лук с темной стрелой. От него исходил темный оранжевый ореол. — Гвиневра! Вот так встреча! — громкий голос Нефилима раскатом прошёлся по руинам. — Вижу, ты время не теряешь, обзавелась друзьями? — Арастор, какие не люди, в этом мире… Вперёд вышла Эбигейл. Гвиневра? Это кто ещё такая? — А ты заставила меня побегать за тобой. Сколько душ ты обратила, чтобы так перемещаться? — Нефилим Арастор приблизился, и я могла увидеть его лицо. Черные, как смоль волосы были зачесаны назад. Я почти не дышала, чтобы меня не заметили. — Пару, тройку, десяток… Какая разница? — Эбигейл, или как ее назвал Нефилим, Гвиневра, расхохоталась. — Эта, например, захотела увидеть маму, представляешь? Мерзкая мантория решила, что если она вызовет меня, то может встретиться с ее духом. Видимо плохо училась в этой треклятой школе… — А ты все так же действуешь против закона? Непорядок. Даже у таких тварей, как ты, должна быть честь. — Да что мне эта честь, скажи? — она щелкнула пальцами, и в ее руках появилось сияние. — У твоей матери было много чести, раз у нее появился ты? О чем это они? В мгновение ока Нефилим оказался рядом с Эбигейл и занёс руки назад, чтобы ударить сестру мечом, как та из воздуха схватила посох и перехватила им удар. Рев Нефилима был подобен рыку льва. Она его ранила. От посоха и меча шел лязг, который резал уши и свет, что ослеплял. Дождь усилился, но мне уже не было холодно. Меня трясло от испуга. Пару мгновений и Нефилим схватился за бок. Ещё ранение. Что творит Эбигейл?! Она занесла руки, чтобы ударить сильнее, как я выскочила и закричала: — Эбигейл! Стой! Сестра обернулась на секунду, но этого хватило, чтобы Нефилим схватил меч и вонзил его в тело сестры. Я закричала. Темное облако вышло из рта сестры и роем устремилось наверх. — Демоны! Что ты натворила?! — прорычал Нефилим. — Ты её убил! Я подбежала к Эбигейл и села рядом. Из ее рта текла струйка крови. — Тиона… Она улыбнулась и весь свет в ее глазах пропал. Эбигейл была мертва.