Чем чреваты коварные замыслы

— Да-да-да, кинь сюда! Мне-мне! — Чёрт, там внутри всего лишь вода! — Серьёзно?! Слабо ли было смешать с дерьмом? — Фу, Вэнь Цин, что ты несёшь? Дуй в свой класс! Нравится ошиваться с младшими? — Ты, Вэй, чёртов, Ин, плохо влияешь на моего А-Нина. Пришла преподать урок. — Цзян Чэн, ты что творишь? На место поставь обратно! Не дай Бог разозлим Сяо-лаоши! — Зуб даю, сейчас на замену зайдёт Сун-лаоши, и не видать нам хорошие баллы. Или ещё хуже, зайдёт староста. — Не каркай, Не Хуайсан! Отстань, задолбал уже со своим веером! — Что тебе сделал мой веер?! — Эй-эй, народ, стойте, идёт Сушэ. — О-о, давайте, настал час мести! — Вэй Ин, встань в боевую позу. — Р-р-ебята, а вы уверены, что это хорошо? — А-Нин, успокойся, мой мальчик, ничего с них не станется. — Тихо! Идёт. Вэй Ин? — На месте! — Стой-стой-стой, нет! Откуда здесь староста?! Староста открывает дверь! Стой, нет!!! Водяная бомбочка из простого тетрадного листа лопнула, вмиг окрасив белоснежную рубашку старосты в вишневый цвет. В классе воцарилась тишина, в которой периодически шептались ученики. Лишь один Вэй Ин, с застывшей полуулыбкой на лице, и староста, одежда которого начала обретать ядовитый розовый цвет, продолжали стоять на месте. Вэнь Цин в попытках разрядить обстановку свистнула, а зашедший вслед за старостой Цзинь Гуанъяо так и остался на пороге. Ну и, конечно же, виновник всего торжества, Сушэ, абсолютно ничего не понимающий в данной сложившейся трагично-комичной ситуации. — Э, Лань Чжань, д-доброе утро. Прости, я… погорячился. Не Хуайсан затрясся в беззвучном смехе, прикрываясь спиной Цзян Чэна, который явно одаривал беззвучными проклятьями самого активного члена тусовки. Как ни крути, его брат достойно заслуживал своё звездное имя «наш пострел везде поспел». Лань Чжань с явным раздражением на идеальном каменном лице подобрал с пола бумажную бомбочку, аккурат кинул еë в сторону мусорки и двинулся на свое место. Весь класс следил за этими двумя, как за кадром замедленного действия, который в любой момент мог активизироваться и в котором Вэй Ин точно мог бы стать жертвой тяжелой руки Лань Чжаня. Но ничего не было. Культурный до скрежета зубов Лань Чжань с грохотом отодвинул стул, громким хлопком положил на место учебники и особенно выразительно зыркнул на своего соперника по учёбе. Вэй Ин моментально смекнул что к чему и с достоинством принял этот вызов, не менее выразительно ответив тому тем же, чуть растягивая губы в самодовольной улыбке. Первым уроком была тригонометрия, в которой они оба были хороши. Цзинь Гуанъяо, староста класса 2-5, пришедший за своей затерявшейся среди младших одноклассницей, буквально поставил крест над кубком победы Вэй Ина. А именно внезапной новостью, после которой повеяло холодом Антарктиды. — Вэнь Цин, Сун-лаоши ищет тебя. Сходи в учительский. Ему нужны наши тетради, желательно до третьего урока. Он сказал, что сейчас у него замена, — и с невинной улыбкой окинул аудиторию. Весь класс стал возиться: тут и там грохотали учебники, скрипели ручки, переворачивались страницы. И снова же, как верный защитник своего класса, «отважный» Не Хуайсан пискнул в тишине: — Яо-гэ, Вэнь Цин! Вы предвестники беды! Я же не выполнил задание на девяносто восьмой странице! — буквально взревел он. — Значит именно с тебя и начнем, Не Хуайсан, — спокойный и холодный голос Сун Ланя, одного из самых строгих учителей, раздался по классу равномерными волнами, и все уткнулись в учебник, а ученики 2-5 класса — смылись. «Накликал ты беду, Хуайсан», — пришло уведомление в общий чат группы от Цзинь Цзысюаня, после которого затряслись все, разве что кроме старосты и Вэнь Нина.

***

— Ну что там у вас, финальная битва? — устало откинулся Цзян Чэн рядом с Вэй Ином, с явным недовольством сверлящим дыру в затылке Лань Чжаня. Последним уроком была история, обожаемая обоими отличникам и грозно машущая на горизонте с гипотетическим результатом «ничья». — Чёрт, — выдохнул явно уставший от продолжительного чувства азарта Вэй Ин и спокойным взглядом окинул ровную спину Лань Чжаня. Ну вот нельзя ли было просто сказать «Прощаю тебя, мой непоседливый друг, а розовое пятно пусть останется памятью навеки», а не рваться в интеллектуальный бой? Ну почему он не может быть простым? Вот обыкновенным простым парнем, как они с Цзян Чэном? Или хотя бы улыбчивым и уступчивым, как его же брат, Лань Сичэнь? При упоминании старшего Ланя он скривился от боли: этот милый пушистый парень превращался в настоящего хитрого зверя на баскетбольном поле наряду со своими двумя заклятыми друзьями, что даже Лань Чжаню не удавалось блокировать его броски. Нет, пусть Лань Чжань останется Лань Чжанем. Хотя нет. Аггрх! — Не рычи, балбес, не буди в старосте зверя. Вэй Ин демонстративно фыркнул и наткнулся на нахмуренный взгляд Лань Чжаня с третьей парты. Ему, конечно, нравилось соперничать и выигрывать, но... надо ведь что-то сделать с этой аурой скукоты, чуть ли не мягким пледом обволакивающей старосту! Взор усталых глаз привлек на себя запыхавшийся Не Хуайсан. Как оказалось, сюрпризы на этот день ещё не заканчивались. — Беда, ребята, сегодня все добрые учителя словно сквозь землю провалились! На короткое мгновенье присутствовавшие в классе замерли в неестественных и скованных от нервов позах. — Му-лаоши придет на замену! Только что проходил мимо учительского и услышал! Цзян Чэн с тяжелым вздохом поднялся с места, ещё раз окинув взглядом спины двух отличников и от всей души дал затрещину главному сплетнику класса. Не Хуайсан, виноватый щенок, поплелся за ним тряпичной куклой, ведь аура Цзян Чэна была действительно убийственной. План в голове Вэй Ина созрел моментально, ведь если не успеть заговорить в начале, урок мог превратиться в яростную битву двух упрямцев — Цзян Чэна и известного своим не менее скверным характером Му Цина. Лань Чжань, по всей видимости, тоже применивший стратегию своего соперника (не смотря на свое благочестие), уткнулся в книгу в попытках запомнить очередность событий пересказа. Урок обещал быть интересным.

***

Не Хуайсан переименовал название чата на "Чат без активного и пассивного задротов"

Не Хуайсан 12:43 ну что там? мои сегодняшние ставки весьма высоки, брат мне дал сегодня побольше денег. цзян-сюн??? Цзян Чэн 12:45 Отстань от меня, хуайсан. Вообще-то мое имя пишется с большой буквы. Ло Цинъян 12:45 Перестань, братец Не. Вэй Ин вон трясется от ярости. Как узнает — врежет. Не Хуайсан 12:46 м-да, напряженка тянется тонкой струной Цзинь Цзысюань 12:49 Ничья. И вообще, Хуайсан, Му-лаоши прямо сейчас читает нашу переписку. Не Хуайсан 12:50 а, где?? Цзинь Цзысюань 12:51 Прямо за тобой, идиот! Цзян Чэн 12:55 Ха-ха! XD Не Хуайсан 13:01 Я тебе это припомню, Цзян-сюн!

***

Совершенно обессиленный и уставший от постоянного мыслительного процесса Вэй Ин вышел на крышу здания. «Что же мне делать?» Вся проблема была в том, что Лань Чжань был твердым, а дух был нерушимым как Великая Китайская стена. Обычными увлечениями подростков его не взять. Требовался более эффективный метод. Что-то, что отвлечёт даже самого прилежного ученика и собьёт с тропы соперничества. Но что?.. Питье и сигареты пролетали мимо, так как даже он сам, любитель хорошего алкоголя, боялся вредить здоровому духу и здоровому телу. Да и имели они кратковременное влияние. Ему нужно было оружие, которое поможет ему достойно сразиться и победить в этом бою. Он не имел при себе эффективную вещь, но... или всё же имеет... Внезапное пришло озарение, хоть и на данный момент прозрачно-призрачное. Вмиг повеселевший, он щелкнул пальцем и улыбнулся, заметив Лань Чжаня с лейкой в руках: — Хэй, Лань-гэгэ! Не стирай свою рубашку, я хочу превратить твоё пятно в мириатюрного кролика! Староста, застывший на месте, нахмурил брови, послал в ответ на воздушный поцелуй очередной испепеляющий взгляд и отвернулся. И, о Боги, он заметил что? Покрасневшие мочки ушей? У Лань Чжаня краснеют уши?! Чего?! «Какой же он всё-таки милый!» — подумалось ему, перед тем как он сообщил радостную новость брату. Что-что, а мозг у Вэй Ина был просто гениальный. И у этого замысла с «добрыми намерениями» не должно быть запинок. — У меня есть план. Уверен, что он самый удачный. По крайней мере, может на время сбить с толку нашего Лань Чжаня. Цзян Чэн оценивающе посмотрел на него со своего места возле окна. — Идиот, я знаю, что ты всем сердцем «любишь» старосту, что без стыда демонстрируешь это всей школе, но будь добр, уйди оттуда, за тобой побежал физрук, если не завуч. Гудки после сброшенного вызова и отсутствие Вэй Ина на крыше означали, что он мчался прямо в класс. Что же, что бы это ни было, Вэй Ин имел чудесную способность сбивать с толку. Цзян Чэн был уверен на все сто процентов.

***

«Жизнь на то и дана, чтобы насладиться ею сполна! Она не состоит из твоих научных книг! Не будь скучным старикашкой, Лань-гэгэ!» Вэй Ину такой мотив и такие доводы казались достаточно весомыми для покупки комиксов в книжном магазине. Довольный тем, что сумел смягчить буйный нрав старосты класса, своего (как он думал, он имеет право на такую наглость) лучшего друга и лучшего соперника по учёбе, он медленно осмотрел стеллажи со свежими и переизданными комиксами. Мысль о том, чтобы украсить серые будни, по мнению многих, самого скучного ученика, была той самой гениальной идеей, с подробностями которой он не ознакомил даже Цзян Чэна. Ряды аккуратно сложенных книжек пестрели самыми яркими тонами, мелькая перед глазами разноцветными иллюстрациями. Знаменитые и часто запрашиваемые комиксы манили к себе, Вэй Ин в поисках увлекательной истории невольно оказался в самой глубине магазина. Комиксы с яркими обложками с Железным человеком и Капитаном Америкой, не менее «грозным» Халком он сразу подхватил себе как особо интересную подборку и как пример хорошего подарка для самого лучшего ученика. Он был уверен, что Лань Чжань тоже может увлекаться подобными, по-ланьчжаневски, «отнимающими лишнее время интересами», или по крайней мере увлечется после того, как он их подарит. Ну что же это такое, у этого ребенка вообще было детство? Или оно проходило за гуцинем и бесконечными занятиями в библиотеке? А как же CS, Dota, или же Assassin’s Creed с чудными пейзажами, как же знаменитый Genshin Impact, в конце-то концов?! «В них ведь можно играть сейчас!» Потемневшее лицо напугало подошедшую поближе консультантку, и та отошла к другому клиенту, оставив наедине красавца с комиксами. Листая очередную часть супергеройского комикса, он невольно обратил внимание на полку с японской мангой. И его грустное лицо посветлело от внезапной находки. — Да! Вот, что мне нужно! Вот, что нужно было Вэй Ину – увлекательная сёнэн-манга с эпичной битвой, с саркастичными диалогами и задорными приколами, которые явно могли бы понравиться Лань Чжаню, если он оценит их по достоинству. Конечно, всё это есть и в супергеройских комиксах, но повеселевший Вэй Ин решил их подарить в следующий раз, через некоторое время – после того, как увлеченный Лань Чжань купит остальные тома, или Вэй Ин снова и снова подарит их ему сам, даже если потратит последние деньги с подработки. Довольный собой и своим выбором, на повороте Вэй Ин столкнулся с самым шумным человеком своего класса. — Не Хуайсан, как дела? — Вэй-сюн, как я рад тебя видеть! О, а что ты купил?! Вэй Ин с гордостью продемонстрировал свою находку, взглянув на которую от счастья засветился даже одноклассник. — Ого! Давно прочитал её, но думал купить бумажный вариант! Одолжи мне, как только дочитаешь! — Не, — чересчур довольно и радостно ответил он, — это из золотой коллекции. Я хочу сохранить её в нашей комнате. Почему-то говорить про то, что это было особым подарком, не хотелось. Как ни крути, один из близких приятелей был не только хорошим приятелем, но и ходячим информативным бюро. Ладно, в этом плане Вэй Ин слишком мягко подчеркнул особенность своего друга. Пардон, самым активным сплетником. Скажи он, кому предназначен этот подарок, его идеальный план мог сорваться, а сам он остаться дураком. Вэй Ин на такое не подписывался. Вмиг погрустневший Хуайсан с сожалением провел взглядом по любимой манге и укусил нижнюю губу. Ну нет, только что он обменял свою тоже не менее золотую находку, не учитывая того, что манга эта была не из ряда сёнэн. И у него явно не было лишних денег на покупку новой книжки. Но… так тому и быть, благословение небожителей всецело пребывало с Не Хуайсаном, и на выходе, когда Вэй Ин хотел упаковать («А зачем?..») мангу, ему позвонила Цзян Яньли, самый прекрасный человек на свете, который протянул свои ангельские ручки Хуайсану на помощь. К сожалению, сам Хуайсан еще не знал об этом. — Черт, а-цзе, где ты сейчас? На втором этаже? — с перерывами отвечал Вэй Ин. — У тебя много пакетов? Зачем ты их покупала? Цзян Чэн будет рвать и метать! А-цзе! — взревел он в какой-то момент, что Хуайсан невольно заслушался. — О Боги, а-цзе, у меня же уже есть повседневная одежда. Шарф тоже! А зачем мне перчатки весной?! Судя по реакции, активному мозгу Вэй Ина приходилось справляться с логичными атаками женского ума, а также отбиваться от них и стараться сохранить спокойствие. Через некоторое время он сбросил вызов и обернулся к Не Хуайсану: — Дружище, — любопытный одноклассник активно закивал головой, — Цзян Чэну, сегодня особенно злому как стая чертей, не понравится, если я принесу домой неупакованную книжку, —Хуайсан демонстративно поднял одну бровь. — Будь другом, упакуй это чудо и подожди меня у входа в центр. У а-цзе слишком много пакетов, я не понимаю, она, наверное, купила все товары во всех бутиках. Ну все, я побежал. Не Хуайсан застыл на месте. Нет, ему обычно всегда везло, конечно, не считая того, как недавно ему влетело от Му-лаоши, но не настолько же! — Смотри мне! Будет криво — обижусь! Хуайсан улыбнулся шире, намного шире, чем с момента, как услышал радостную новость. — Не волнуйся, Вэй-сюн! Ты же знаешь, что я мастер в этом деле. И это было абсолютной правдой: в росписи вееров, в каллиграфии и в упаковке книг, в их хорошем сохранении Не Хуайсану не было равных. Он сердечно поблагодарил Цзян Яньли, почувствовав её доброту и на себе, и стал упаковывать «подарок» Цзян Чэна. Но всё же желание поиздеваться над братьями, а также насладиться чтением любимой манги было так сильно, что он моментально поменял местами две книги, ловко упаковывая не менее драгоценную книжку, которую обменял чисто из-за скуки и из-за любопытства. Он очень надеялся, что его шутку и сильную любовь братья поймут. И не убьют за этот грех. Только вот… — А Цзян-сюну что, нравятся белый и голубой?.. — критично осмотрел он упаковку. — Хм. В конце концов, Не Хуайсан всегда добивался всего, чего хотел. И неважно каким образом. И это тоже было абсолютной правдой.