принцесса

*** хонджун сонхва терпеть не мог: ухоженные волосы, аккуратные губы в красном тинте, чистая бархатная кожа, одежда всегда глаженная и без пятен. без изъянов, без оплошностей и тёмных пятен в прошлом (ким спрашивал и пытался найти). словно звезда с обложки vogue сошла до обычного университета, иначе быть и не могло, потому что пак точь-в-точь популярный айдол или модель. хочется его лицо разбить об асфальт, чтобы снять всю эту напускную идеальность, увидеть кровь на розоватых щеках, ощутить дрожь под своими руками и почувствовать чужой страх в бездонных тёмных глазах. сонхва хотелось приручить и пригвоздить, спустить с иллюзорной лестницы на землю. хонджун хотел стереть всю эту цветную помаду, румяна, хайлайтер… снять всю косметику, которой пак пользовался, чтобы доказать всем, — или только себе? — что пак сонхва такой же смертный, такой же человек. он слишком красивый, слишком слишком. *** впервые они встретились на какой-то вечеринке: пак с самого начала приковывал внимание своей полупрозрачной фиолетовой рубашкой. ким давится пивом и обливает свою чёрную футболку, залипая на плоский живот, серёжку в пупке и маленькие ареолы сосков. и как в глупых фильмах мир вокруг размывается, а все мысли сводятся к парню в центре. где-то играет музыка, шумные разговоры, а в носу запах алкоголя и табака. хонджун не гей, он в этом уверен. но отчего-то переводить глаза от сонхва не хочется. в крови злость появляется, то ли на себя, то ли на такого незнакомца. одежда неприятно липнет к телу, но ким игнорирует дискомфорт, замечая, как под гирляндой у парня волосы кажутся то розовыми, то голубыми, стоит паку немного сдвинуться с места, чтобы попасть под другой светодиод. хонджун логически решает, что цвет в действительности ближе к блонду или пепельному. он находит силы оторваться от бесстыдного разглядывания только тогда, когда под бок толкает сокомандник по футболу: — тебя тоже бесит этот педик? — хонджун поворачивается на их вратаря, который никогда не умел следить за своими выражениями. в отличие от пака, он совсем не идеальный: крупный в плечах, на щеках расцарапанные прыщи, волосы сухие и ломкие, а спортивная куртка в крошках и разводах от пролитых напитков. ким отворачивается обратно, не отвечая. — он выглядит как баба, ставлю сотку, что и в постели тоже остальная команда подхватывает, разнося между собой шутку и смеясь. хонджуну не смешно. он ставит свой стакан на стол, разливая пиво, которое стало горчить, встаёт и отмахивается, мол, покурит и вернётся. в помещении становится душно, а компания неприятной. хонджун выходит на свежий воздух, чувствуя, как злость успокаивается на прохладе, а оставшийся алкоголь из головы выветривается. ким достаёт телефон, вызывая такси до дома. а в голове только картинка маленького камушка и неозвученный вопрос: ≪какого цвета он вблизи?≫ *** оказывается, что у пака прокол языка. хонджун об этом узнаёт случайно, когда пересекается с ним в кофейне: сонхва сидит за одиночным столом, наклоняясь над тетрадью, а между его персиковых — интересно, на вкус они тоже персиковые? — губ видно шарик, который перемещается из стороны в сторону. ким, вообще-то, опаздывает на пары, поэтому быстро забирает свой заказ, в последний раз кидая любопытный взгляд на парня. и хонджун совершенно не хочет узнать, каково это — целоваться со штангой в языке. (будет ли металлический привкус? будет ли биться об дёсны? шарик будет тёплым или холодным? и ещё тысяча вопросов, которыми хонджун не хотел бы задаваться) *** сонхва его бесил, ким уверен в этом на все сто процентов. рядом с ним хонджуну хотелось стереть скрупулезно нанесённый макияж, снять все эти объёмные свитера в бежевых оттенках и оставить укусы везде, куда дотянется: на ключицах, на шее, на тазовых косточках, на бёдрах. ким хотел уничтожить идеальную белую кожу, усеяв отметинами. хон хотел, чтобы сонхва умолял его остановиться (или продолжить?). чем больше хонджун думал о парне, тем сильнее мечтал уничтожить. пак иногда ловил его взгляды, быстро делая вид, словно не заметил. в такие моменты ким чувствовал себя сталкером, осталось узнать адрес и вычислить номер телефона для полного бинго. они чёртовы противоположности: один капитан футбольного клуба, другой участник литературного кружка — им не по пути. кроме случайных вечеринок и нескольких общих пар, у них нет ничего, что могло бы их сдружить. *** — капитан, ты так смотришь на него, — однажды говорит сан, их центральный полузащитник, когда ким в очередной раз залипает на пака, — если бы не знал, подумал, что ты влюбился — я всё ещё твой хён и капитан, — ким даёт слабый подзатыльник другу, — не забывай про уважение и не говори ерунды. — он уходит из столовой, оставляя чхве одного за столом. на следующей тренировке сан бегает дополнительные круги, ну так, в воспитательных и профилактических целях, как объясняет хонджун. сан не спорит, знает ведь — себе дороже, потому что капитан у них злопамятный, так ещё и скорпион. зло в квадрате, по мнению доброй половины их основного состава. *** ким сонхва ненавидел, поэтому взгляда не отрывает на следующей тусовке. сегодня пак пришёл в кроп-топе и теперь хонджун может сказать, что камушек в пупке синий, а рельефы на животе такие, что многие из их университетских спортсменов могут позавидовать. если честно, даже сам ким отстаёт по физическим характеристикам. ким готов поставить звание лидера футболистов на кон, но он уверен, что сонхва спортсмен. вопрос только в том, чем он занимается? может, танцы? капоэйра? может, просто поддерживает свою форму в зале? он вертит головой, словно пытается выкинуть назойливые мысли. с появлением сонхва в его жизни каждая вторая мысль — назойливая. хонджун не пьёт, чтобы контролировать свои же действия в сторону пака, только изредка он для вида подносит к губам стакан, чтобы создать вид пьющего. а вот сонхва времени не теряет зря, допивая вторую банку. ким считал. почему-то, когда к хва подходят другие, ким хочет подойти и вмазать по лицу, чтобы никто не смел парня трогать. и когда один из таких смельчаков начинает касаться сонхва больше, чем позволяет установленный лимит в голове хонджуна, ким себе не отказывает в желании показать, чей пак, толкая пьяного незнакомца и хватая пака за руку, чтобы увести подальше. сначала он тащит его на второй этаж, где людей меньше, а после и вовсе заталкивает пака в пустую комнату, инстинктивно закрывая дверь на замок. хва только поднимает полутомный взгляд, явно ничего не понимая. хонджун понимает не больше, чем он. — какого чёрта? — почти шипит сонхва, сбрасывая поволоку и отходя от футболиста на несколько метров. — имей в виду, я знаю тхэквондо и у меня синий пояс — успокойся, принцесса, — хонджун усмехается неожиданно для себя, — тот парень выпил не одну и не две банки, поэтому я бы обходил его стороной, а то кто-то мог пострадать, — ким выделяет интонацию, смотря прямо в глаза хва. тот, кажется, что-то понимает, через пару мгновений усмехаясь в ответ. — я принцесса, а ты благородный принц? — он язвит в открытую, почти в лицо, — и что ты хочешь в награду за спасение? узнать вкус твоих губ, поиграть с серёжкой в пупке, укусить до крови на бедре, потрогать твои волосы, узнать, каким громким ты можешь быть, ощутить твои ладони на своей спине, услышать своё имя в твоём стоне, смазать помаду- — каково это — целоваться с проколотым языком? — из всех вопросов кима этот — самый навязчивый, потому что видеть, как пак играется с шариком во рту на парах — невыносимо. у хонджуна словно кислород из лёгких исчезает. — не знаю, не пробовал, — пак садится на кровать, — можешь попробовать и рассказать хонджун не гей, но почему-то он подходит к парню, вставая между разведённых ног и наклоняясь. чужое дыхание чувствуется на собственных устах, чужие руки слишком правильно ложатся на его, хонджунову, талию, а голова свинцовая, словно ким пил целый вечер, хотя в нём и полного стакана нет. пак пьянит и сносит крышу сильнее любого алкоголя. никто не рискует сократить остатки расстояния. — чего ждёшь, принц? — сонхва ехидничает и хонджун уверен, что ощущает на своих губах каждое слово, каждый чёртов слог и выдох-вдох. пожалуй, это становится его точкой невозврата. ким сокращает жалкие миллиметры между ними, а его прижимают ближе. это заставляет ноги подкоситься и сонхва, кажется чувствуя это, тянет его сильнее на себя, сам падая на спину, благо постель мягкая. хонджун не гей, но сейчас он сидит верхом на паке, перекатывая языком чужое украшение, а ладони сонхва крепко держат, поглаживая большими пальцами. хонджун не гей, но ему до дури хочется стянуть собственную оверсайз футболку, а после снять и топ сонхва, чтобы прижаться телом к телу. первым отстраняется пак: его помада слегка размазалась, а губы припухли от поцелуя (или поцелуев? хонджун не считал). — ну и как? — он смотрит снизу вверх, отчего у кима в животе то бабочки порхают, то нервы напрягаются до предела. — лучше, чем я думал, — хонджун тяжело выдыхает, стараясь восстановить дыхание. — если принц доволен наградой, то принцессе самое время идти, — он аккуратно поднимается на локтях, пока ким всё ещё сидит на его бёдрах, — время уже за полночь, бедную золушку могут отругать хонджун не сразу понимает, но стоит разуму немного разъясниться, как он смущённо сползает на кровать. сонхва окончательно встаёт с постели, вытаскивая телефон из кармана джинсов: — может, ким хонджун, страшный и строгий капитан футболистов, хочет дать мне свой номер? — он протягивает свой телефон, и хон, не думая, вбивает давно заученную комбинацию цифр. хонджун сонхва терпеть не мог, поэтому в следующий раз обязательно стянет с него одежду, чтобы оставить метки-укусы. а сонхва вполне готов согласиться.