Ты достоин.

Сегодня проходит очередное собрание хашира. Присутствуют все, кроме Кагая Убуяшики. С битвы на бесконечном поезде прошло уже два месяца. Кёджуро Ренгоку удавалось выжить, но травмы были очень серьезными, поэтому он долго восстанавливался. Однако теперь он был в форме, поэтому тоже присутствовал на собрании. Все разговаривали между собой, пока не было Кагая, но, когда он пришёл, все дружно его поприветствовали. Собрание началось. Убуяшики рассмотрел всех, удовлетворительно кивая, но затем его взгляд стал серьезным, а легкая улыбка, которая играла на его губах, исчезла. — А где Томиока?— спросил он. Все оглянулись, посмотрели по сторонам, и только сейчас поняли, что его и правда нет. Вообще, это, конечно, странно, что они не смогли заметить отсутствие столпа, но это было бы так, если бы это был кто-то другой, но это же Гию, его всегда многие не замечали, потому что он тихо стоял один в сторонке, не проронив ни одного лишнего слова, когда другие говорили о своих делах, да и когда к нему обращались по делу, он отвечал односложно и сухо. Короче говоря, не было удивительным делом не заметить его отсутствие. А даже если бы кто-то и заметил, это был бы Обанай, с которым они недавно повздорили, хотя это было больше похоже на ссору с одной стороны, Гию даже не заметил их разлада, или же это могла стать Кочо, которая всё время язвила в его сторону. Но сегодня оба были заняты разговором с другими хашира, поэтому про Томиоку даже не вспомнили. — Гию многие недолюбливают, поэтому и не заметили, что его нет. — улыбаясь, заключила Кочо, хотя сказала она это так, чтобы задеть Томиоку на расстоянии. — Вообще, я блестяще давно его не видел. — проговорил Тенген. — И хорошо, его вечно хмурое лицо всегда портило мне настроение. — пробормотал Санеми. Кёджуро не разделял его точку зрения. Томиока ему казался не хмурым, а спокойным и сдержанным, его глаза всегда были тихими и глубокими. Ренгоку знал и видел, что Томиока с многими не ладит и они его и правда недолюбливают, только, наверное, Танджиро любил и был ему благодарен. Они с Томиокой были очень разными. Ренгоку не мог быть таким тихим и неприметным, как Гию, он всегда был в центре внимания, хотя бы из-за своей внешности, а поведением лишь привлекал ещё больше внимания. У них даже техники были противоположными. Пламя и Вода. Но, наверное, поэтому Томиока его привлекал. Они не часто разговаривали друг с другом, а после ранения Ренгоку Гию вообще редко появлялся на его глазах. Но раньше они пару раз говорили и даже как-то ходили вместе на задание. Кёджуро считал, что не обязательно обоим людям в разговоре много говорить, ведь он сам мог наговорить столько, сколько другие и за неделю не скажут, а поэтому ему нужны были слушатели, которые бы не перебивали и были внимательны. И именно таким человеком был Гию, он редко отвечал, но слушал, иногда что-то добавлял, хотя это и было редко. Поэтому ему понравился Гию. А один раз Томиока сам рассказал ему историю о том, как он сражался с демоном. Он говорил не как многие. В его речах не было возбуждения, он говорил тихим беспристрастным голосом, который был очень приятен на слух. Однажды даже Тенген это сказал, а ведь он столп звука. — Четыре дня назад он отправился в заброшенную деревню на Северо–Западе, где был какой-то демон. — сказал Обанай. — С тех пор от него ни слуху ни духу. — На Северо–Западе?— спросил Танджиро. Он проходил мимо и увидел, что проходит собрание, но когда услышал, что речь идет о Томиоке, решил подойти поближе, а потом услышал о деревне. — Когда мы возвращались с задания с Зеницу и Иноске, мы встретили демона, который сказал, что там расположился демон 12 лун Гекко. — Плохо дело. — проговорил Убуяшики. — Что случилось?— спросила Кочо. — Томиока бы справился, все-таки не разговаривать он бы с ним стал. — опять решила вспомнить о нерешительности Гию девушка. — На одном из последних заданий Томиока был немного ранен, но из-за того, что он не обратился за помощью, все стало куда серьезнее. Я сказал ему пока заданий не брать, но, видимо, он меня не послушал. — покачал головой Убуяшики. — Тогда давайте я отправлюсь туда, чтобы проверить все ли в порядке. — предложил Ренгоку. Он начал переживать, Томиока хоть и очень сильным стопл по его мнению, но раненым сражаться очень сложно, на себе он это проверил. — Будет очень хорошо, если ты найдешь его. После собрания Ренгоку сразу же отправился в путь. Он много, где побывал, но в этой стороне был только один раз, а поэтому добраться было весьма проблематично. И всё же в ближайшее времени он был возле большой заброшенной деревни. Все дома выглядели убого и за ними явно никто не ухаживал, сейчас был разгар того времени, когда люди сажали овощи и проводили много времени в огороде, но все поля были заросшими, а в самой деревне не было ни единого человека. Ренгоку стал обходить каждый дом, пока не наткнулся на тот, в котором он увидел человека. Он подбежал к нему и сразу же узнал Гию. Тот сидел на холодном полу без сознания, внешне никаких травм не было, но на губах и подбородке была засохшая кровь. Ренгоку проверил пульс, и, когда понял, что тот ещё жив, взял его на руки и отправился обратно в поместье. По деревне он шёл очень осторожно, ведь Танджиро сказал, что здесь был замечен один из демонов 12 лун, и хотя Ренгоку не понимал, что он мог забыть в заброшенной деревне, всё же был начеку. Сражаться, когда у него на руках был раненый Томиока, было бы весьма проблематично. Вернулся Ренгоку только на следующий день. Всю ночь он не останавливался, потому что Томиока, лежащий на его руках, начал бредить. Сначала Кёджуро пытался понять хоть что-то из того, что Гию говорил, но там были только отрывки фраз. Также Гию весь горел, у него начался жар. Оно и понятно, днём было очень тепло, зато ночью холод. Когда он вернулся многие были ещё здесь. Оказывается, недавно какой-то демон съел 50 человек, многие пытались с ним сразиться, но у них не получилось, поэтому теперь это задание передали кому-то из хашира. — Томиока–сан!— Танджиро как только увидел Ренгоку, который нес Гию, сразу же к нему подбежал. На его голос все повернулись в сторону Ренгоку и стали подходить. — Он ранен. — сказал Кёджуро. — Кочо, ты можешь посмотреть, что с ним? — Конечно, неси его ко мне в поместье бабочки. Когда Кочо осмотрела, она сказала, что теперь все должно быть в порядке. У него и правда не было внешних травм, но вот внутренние были довольно серьезными. Теперь ему нужен покой. Ренгоку какое-то время рассматривал парня. Сейчас он выглядел, как и обычно. Спокойный, сдержанный. Лишь черты лица немного смягчились. Прошло пару дней, Ренгоку каждый день приходил к Гию, чтобы проверить, как он. Но тот всё ещё не очнулся. Сегодня он опять пришёл. Кочо, конечно, сказала, что как только будут какие-то изменения, она ему сообщит, но Ренгоку не захотел уходить. Томиока слегка нахмурился, а потом медленно открыл глаза, хотя и ненадолго, из-за света ему пришлось зажмуриться. Но когда он привык, он вновь открыл их и увидел человека. Не узнать он его не мог. Это был Ренгоку. Человек, которого он невероятно уважает, он был словно солнце, всегда весёлый, общительный, не такой как он сам. Это был человек, с которым Томиоке было комфортно, ведь Ренгоку не заставлял его говорить слишком много, а сам болтал без умолку, а Гию просто нравилось слушать. Когда Ренгоку пострадал, он навестил его только один раз. Многие говорили ему, что он слишком бесчувственный и что у него нет сердца. Но он не мог прийти, потому что чувствовал вину. А если бы он был там! Почему его там не было? Он же мог вызваться на помощь! — Ты очнулся?— спросил Ренгоку. Гию даже вздрогнул. Из-за того, что он так сильно задумался, он не заметил, что Ренгоку уже повернулся к нему. Кёджуро аккуратно сел на край кровати и взял парня за подбородок. Слегка покрутив его голову в разные стороны, он удовлетворительно кивнул. — Ну теперь то у тебя нормальный цвет кожи. — радостно произнёс он. — А то смотреть на твоё мертвецки бледное лицо не так уж и весело. Томиока осмотрел комнату и понял, что находится в поместье бабочки. — А как я здесь оказался?— спросил Гию. Он точно помнил, что закрывал свои глаза в доме той деревне. — Я нашел тебя и принёс сюда. — сказал Ренгоку. Томиока кивнул и даже слегка улыбнулся. Как и говорила Кочо, люди недолюбливали его, а поэтому редко обращали внимание, так что он уже смирился со своей смертью в том доме. Но он вновь выжил, и вновь его спасли. — Спасибо. — поблагодарил Томиока. — Меня не за что благодарить, я сделал то, что должен был. Спас своего хорошего друга. — улыбнулся Ренгоку. Томиока сначала растерялся, мало кто называл его другом, а потом слегка улыбнулся. Ренгоку про себя заметил, что у Гию очень красивая улыбка, вот только почаще бы её видеть. — Но я хотел спросить, откуда у тебя такие раны? Неужели есть демон, способный нанести такие травмы? Томиока задумался. — Я получил их не во время сражения с демоном. — немного помолчав, он продолжил. — Это вышло во время тренировок. — Тренировок?— Ренгоку сначала даже не понял. Это как так надо тренироваться, чтобы так сильно ранить самого себя?— Но что это за тренировки такие? Зачем же так изводить себя? Томиока лишь усмехнулся. — Мне надо больше тренироваться, чтобы стать достойным поста столпа воды. — спокойно сказал он. Ренгоку опять опешил. Разве сейчас он не достоин? Кёджуро всегда считал, что Гию очень сильный и по праву занимает свой пост. Его спокойствию и сдержанности во время боя может позавидовать каждый. Он даже создал свой 11 стиль, так как может быть недостойным? — Так что...— хотел было продолжить Гию, но Ренгоку, положив свои руки ему на плечи, и сказал: — Ты достоин своего места. Ты сильный, поэтому не забивай себе голову такой ерундой. — а затем он улыбнулся, а Гию лишь кивнул. Он благодарен за такие речи в его сторону, но всё же не считает, что хоть что-то из этого правда. Так прошла неделя. Томиока ещё не полностью восстановился, но уже хотел тренироваться, сражаться, уничтожать демонов. Ему было трудно сидеть на месте, потому что он и так считал себя бесполезным. Единственное, что спасало его — это Ренгоку, который навещал его каждый день. Конечно, приходили и другие хашира. Но ненадолго, потому что ответов на свои вопросы они добивались очень долго. Томиока отвечал как всегда, спокойно, односложно, поэтому многие не задерживались у него. Помимо, конечно, Танджиро. — Чтобы подружиться с людьми, с ними надо разговаривать. — сказала ему сегодня Кочо. Томиока задумался. Почему? С Ренгоку ему не нужно много болтать, тот сам это делает, и того его устраивает. Хотя с ним Томиока говорит куда больше, чем с остальными. С ним очень комфортно. Вообще, Гию не понимал, что чувствует, но ему определенно нравилось это чувство. Пока он размышлял, он не заметил, как в комнату кто-то зашёл. Конечно же, это был Ренгоку. — Как твоё самочувствие? — спросил он. Кёджуро всегда спрашивал об этом, и всегда получалось один и тот же ответ. Но часто он не верил. Иногда Томиоке было плохо, у него поднималась температура, но он говорил, что всё хорошо. Ренгоку лишь качал головой, а потом ладонью трогал лоб Гию. — У тебя температура, а ты говоришь, что все хорошо? Но сегодня и правда Томиока чувствовал себя замечательно, а Ренгоку это тоже понял. — Кочо сказала, что уже через неделю ты сможешь приступить к работе. — сказал Ренгоку, присев на край кровати. — Я могу уже сейчас. Мне надо тренироваться, чтобы стать...— но он так и не успел договорить, потому что Кёджуро взял его лицо в своим руки и своими губами коснулся его губ. Немного отстранившись, он вновь к ним припал. Он давно хотел это сделать, но не мог, все-таки Гию считал его другом, а каким другом он может быть после такого? Томиока опешил. И даже его вечно спокойное лицо приобрело удивлëнное выражение. Но для него это не было неприятным. Даже наоборот. Губы Ренгоку были тёплыми и мягкими. — Это...ты...— начал было Томиока, но он и не знал, что тут вообще можно сказать. — Я должен был это сделать, потому что ты нёс полную чушь, Томиока. — всё ещё находясь рядом с лицом Гию, сказал Кёджуро. — Ты самый невероятный человек, которого я встречал. Ты достоин своего места и ты сильный. — Должен… Я понимаю, что ты...— но его вновь прервали, и это даже начало бесить. — Не должен, я хотел. — признался Ренгоку, а потом заглянул в глаза Томиоке, но не увидев там никакого отвращения или сопротивление, вновь припал к его губам. Но на этот раз не так нежно, как в первый. Это был страстный, глубокий поцелуй, о котором он мечтал последнее время. — Я хочу, чтобы ты поверил моим словам. — Я верю. — тихо сказал Томиока. Он, конечно, не считал, что стал лучше, но не поверить словам Ренгоку он не мог, потому что тот никогда ему не врал. Так как Томиока сидел, вскоре он уже лежал, прижатый к кровати телом Ренгоку. Тот продолжал настойчиво его целовать, а Томиоке это нравилось. Ему казалось, что так он сможет понять природу своих чувств. Это просто симпатия? Или же любовь? Больше он склонялся ко второму. Хотя ему были ранее не знакомы такие чувства, но такого он не испытал ни к кому прежде. Но думать долго ему не давали, потому что руки Кёджуро были уже везде, а Томиока лишь тихо простонал, когда одна из рук задела сосок. Им обоим хотелось большего, они были к этому готовы и уже шли, но в дверь постучались, а поэтому Ренгоку пришлось встать с Томиоки, а затем сесть на своё место. Томиока был весь растрëпанный, волосы спутались, когда Ренгоку зарывался в них руками, на лице появился румянец. — Томиока, тебе надо принять лекарства. — сказала Кочо, открывая дверь. — А, Кёджуро, ты тоже здесь. Она оглядела Томиоку, а затем слегка удивлëнно посмотрела на Ренгоку, но потом лишь улыбнулась. — Да, пришел навестить. — бодро ответил Ренгоку. Когда Кочо ушла, они сидели в молчании. Вообще это впервые, ведь обычно Ренгоку всегда что-то говорит. Но затем Кёджуро выдохнул. Он не умел врать и всегда говорил все прямо. — Я думаю, что я люблю тебя, Гию Томиока. — улыбаясь, повернулся к нему парень. Томиока сначала просто смотрел на него с его обычным выражением лица, а потом тоже улыбнулся. — Думаю, это взаимно.