вусмерть пьян

Холодным январским вечером ноги волокли меня сквозь невысокие сугробы, блестящего на лунному свету, снега. Я только прибыл в этот блеклый, покрытый мрачной дымкой город, который одним своим одиноким видом выбивал из колеи и нагонял тоску; российское захолустье на севере страны, не удивительно, что температура здесь далеко за минус 20°. На самом деле это место сравнимо с моргом, не только из-за неестественно низкой температуры воздуха, но и своей неуютной, даже мёртвой атмосферой, что чёрным облаком повисла над городом. За все время моих бесцельных скитаний по улицам и закоулкам посёлка, я не встретил ни одной живой души; даже из животных мне по пути попался только дохлый голубь, который, вероятно, уже несколько дней гниёт на придорожье, а никто из жителейне не в силах убрать маленькую тушку. Музыка в наушниках страшной болью отдавалась в моей, переполненной мыслями, раскалывающейся голове. Лишь от страха оказаться в тишине, наедине со своим внутренним голосом и галлюцинациями, я продолжал терпеть адские мучения и, замерзшими пальцами, поправлял выскальзывающий из уха аппарат. Мрачные улочки городка наводили на меня чувство одиночества и тоски, потому колени мои подкашивались, а глаза сами становились водянистыми, стекающие слёзы замерзали на щеках, не успевая достигнуть и нижней части челюсти. Дрожащими руками я достал из кармана куртки пачку сигарет «Parlament carat», извлёк одну и нервно закурил ее. Дрожь в коленях почти прекратилась после нескольких больших затягов. Вид тлеющей сигареты успокаивал меня и позволял почувствовать спокойствие на некоторое время, совсем на короткое время, но для меня этот промежуток был тёплым лучём солнца в пасмурный, дождливый день. Я отпускаю все мысли, позволяя табаку завладеть моим мозгом и очистить его от переживаний, от осознания тяжести жизненной ноши. Свою первую сигарету я закурил пару лет назад, тогда мне было 14, но зависимости у меня не возникло, я совершенно спокойно мог не курить месяцами, да и не видел в этом особой нужды. Потребность в курении появилась пару месяцев назад, когда моя жизнь покатилась в самую глубокую и тёмную бездну. Я ослаб. Я перестал чувствовать себя живым, моя жизнь потеряла свой смысл, я потерял причину своего жалкого существования. Тогда я почувствовал, что курение позволяет мне отвлечься и, хоть недолго, но я могу улыбаться восходящему дню. Я понимаю, что это убивает меня, понимаю всё, что пытаются донести до детей взрослые, но терзающие мысли и произошедшее в прошлом только больше уничтожают меня с каждым днём. События двухмесячной давности сломали меня, мою психику и физическое состояние. Это и стало поводом переезда для моей матери. Ей надоело наблюдать за тем как я медленно разлагаюсь заживо на ее глазах и она приняла решение вернуться в город своего детства. Здесь она выросла и закончила школу, единственную в своём роде в этом посёлке. После окончания 11 классов ей повезло встретить моего отца на свадьбе своей старшей сестры, и тогда они вместе переехали в Санкт-Петербург, где через несколько лет родился я. К сожалению своего отца я знаю лишь по рассказам матери и родственников. Я едва помню его ярко-голубые глаза и светлые волосы, которые по наследству передались мне. Я был всего шести летним ребёнком, когда он погиб в автокатастрофе. К сожалению, о его смерти я знаю очень мало, потому что ни мама, ни другие родственники не хотят вдаваться в подробности этой трагичной истории. ~я порядком заебался наворачивать круги по этому захолустью. не город, а преисподняя ебаная. хотя я бы предпочёл оказаться там, а не в этой Антарктиде обосанной. сейчас окоченею нахуй.~ мысли кружили в моей голове нескончаемый вихрем. я уж почувствовал, что сейчас взорвусь, когда мой взгляд зацепила чёрная тень, слабо освещенная жёлтым, мигающим фонарём в конце длинной улицы. силуэт стоял оперевшись на каменную стену и лишь слабо качал головой, будто в такт какой-то песни. я приглушил музыку в наушниках и уверенно перешёл улицу, потому что встреча с незнакомцем поздней ночью на плохоосвещённом бульваре меня не очень устраивала, как предполагаемое развитие событий. быстрым шагом я прошёл тёмный силуэт и направился в сторону старого, густо заросшего елью, парка. Благодаря поубавленому звуку в наушниках, я услышал глухой стук каблуков, шагающих по тротуару. в том, что за мной следует незнакомец, сомнений не было. меня накрыла паника, сотни исходов промчались в моей голове, я уже подробно представил, как маньяк вонзает в меня лезвие или бъет со всей дури булыжником по голове. Шаги были медленными, будто прогулочными, но человек не отставал от меня ни на метр.