Голоса в её голове.

Трусова Александра Вячеславовна, приговаривается к 12 годам лишения свободы по статье 105 УК РФ. Все началось, наверное, в марте или ближе к апрелю, когда в моей голове начал созревать план, как убить её. Она бесила меня, жутко бесила. Её ревность, крики, медаль... Это вымораживало. Раньше все было по другому, да, безусловно. Она была такой хорошей, даже потрясающей. Она всегда мило улыбалась мне, была мила в общение и очень добродушна ко всем. Какая же сука. Очевидно, что она скрывала настоящую себя, такую мерзкую, такую падкую на все и истеричную. Наверное, я ненавижу её. Но она была симпатичная, такая миленькая, с ели заметными ямочками на щеках при улыбке, это выглядело безумно. Голоса в голове говорили, что это нормально. Я видела её взгляд. Такой странный, вовсе не родной. Чужой, отталкивающий, падающий на мои губы с особой охотой и жестокостью. Её будто подменили. Глаза стали другими, более светлыми чем раньше, больше не было того очень коричневого отлива и черных вкраплений, они стали как-то ближе к зеленому. Волосы стали более жесткими, а шампунь оставался тот же, она заметно набрала вес, что было несвойственно ей и её прекрасному метаболизму. Что-то явно было не так и это что-то бросалось в глаза. Это была не моя Аня. Ссоры накрывали нас с головой. С поводом и без, со злостью и просто поскандалить, она начала бить посуду, хотя никогда раньше не делала так, она начала рвать мои вещи и так она тоже раньше не делала. Это была не моя Аня. Голос. Он перестал быть таким нежным, как раньше, стал более грубым, чем то отдаленно похожий на мой. Она стала моей копией. Не полностью. Она оставалась немного меньше меня в росте и немного больше в весе, её речь все так же оставалась прекрасной, хотя моя была временами ужасна, она все таки же была добродушно к людям и не могла спокойно пройти мимо какую нибудь кошечки или собачки, когда у меня такой особой тяги не было. Меня добил факт того, что она захотела покраситься в рыжий. Попытки отговорить не заканчивались успехом, она стала более упёртой и ворчливой. Я начала бояться её. Она могла просто встать в дверном проеме и смотреть на меня часами, перестала отвечать на вопросы, стала больше улыбаться и меньше разговаривать. Вскоре, она перестала говорить вообще, только мерзостная улыбка, которая напоминала мне улыбку из очередной крипипасты. Она начала рисовать, убогие картинки с висельницой, где одна рыжая особа стояла и смотрела, а вторая висела в петле. Вот тогда мне по-настоящему стало страшно, ведь Аня не умеет рисовать, а особые детали и различие в зеленых и карих глазах, давали понять, кого именно она имеет в виду. В один, наверное, прекрасный день, она пропала. Просто ушла из дома, соответственно ничего мне не сказав. Обрадовало ли это меня? - Безусловно. Я была счастлива, что я смогу не лицезреть её улыбку. Но ночью. Да, это было ночью. Около 3 или 4 часов, она вернулась. В руках была маленькая головешка и только через пару мгновений до меня дошло что было у неё в руках. Маленькая голова голубя, их её горла вырывался ужасный хрип, а на лице все так же была эта мерзкая улыбка. Она кинула это голову в меня и начала приближаться ко мне, мой только заработавший мозг начал подавать сигналы, что нужно бежать, но ноги не слушались. Адреналин бил по венам, но это не давало никакого шанса на спасение, тогда перед моими глаза начала проносится вся жизнь. Вот, я маленькая качусь по горке во дворе своего дома, вот впервые стала на коньки, вот уже выступаю на первым соревнованиях и вот, тот момент, когда я встретила её. Ту прекрасную девушку, которая сейчас стоит с ножом над моим лицом, с мерзкой улыбкой и медленно подносит его к моему горлу. - Слушай, Сань, а как ты сюда попала? Ну, ты ведь не похожа на убийцу, — подошла какая-то полная женщина, которую Саша уже совсем не помнила, она легонько хлопнула её по плечу, от чего русая вздрогнула и тихонько вздохнула. - В целях самообороны убила свою подругу. - Но сидишь по 105? - Суд не поверил мне и представил обвинения по 105. - А где её нашли? - В нашем подвале. Правда, там остались только кости. Заточка вонзается в тело бессильной женщины, ведь голоса снова сказали, что это нормально. Трусова Александра Вячеславовна, приговаривается к статье 105 УК РФ, из-за чего её срок продляется вплоть до 25 годам лишению свободы.