Daybreak

      Бледно-серый рассвет озаряет горизонт, когда Чонгук возвращается с охоты. Это были семь долгих дней в глуши, семь долгих дней без его пары, и теперь, когда все наконец закончилось, Чонгук возвращается домой, его волк ускоряется, когда он приближается к родной территории. Откидные створки домика легко открываются, и Чонгук пробирается внутрь, стараясь не разбудить парня, свернувшегося калачиком на кровати, почти утонувшего в мехах. Чимин похож на ангела, когда спит, его золотистые волосы разметались веером по подушке, губы приоткрыты, когда он тихо дышит, погруженный в свои сны. Чонгук делает шаг к кровати, прижимаясь мордой к лодыжке Чимина, трется щекой о икру. Теперь он чувствует запах Чимина, его сладкий запах такой нежный во сне, а за ним молочный запах их щенков, витающий на его коже. В безопасности, думает его волк, дома. Он отодвигается назад, чувствуя, как боль от усталости прошлой недели все глубже проникает в его кости. Он все острее чувствует в своем человеческом обличье, но оно того стоит — скользнуть в постель рядом с теплым телом дремлющей пары, прижаться к его спине. Омега спит притягательно сладко, поэтому Чонгук притягивает его к себе, обвивая руками Чиминову талию, его пальцы нежно поглаживают выпуклость живота, где чувствуется двойное сердцебиение, трепещущее под кожей. Чимин начинает ворочаться, его лоб морщится от беспокойства, и Чонгук притягивает его ближе, прижимаясь носом к шее, чтобы вдохнуть его запах. Целует ключицу и чувствует прилив нежности, когда Чимин инстинктивно наклоняет голову, давая больше доступа. Спящий и расслабленный Чимин пахнет согретыми летом персиками и медом. Чонгук проводит носом по шее, осыпая плечо легкими поцелуями. Чимин тихо вздыхает, отчего ресницы щекочут щеку. Чонгук задерживается на его шее, на том месте, где находится брачная метка, прямо над его ключицей. Чимин здесь, думает Чонгук, Чимин в безопасности. Несмотря на то, что он держит Чимина в руках, беспокойство от столь долгой разлуки не исчезает. Чонгук проводит ладонью по боку Чимина, скидывая меха с кровати. Ранняя весна, но меха омеге не понадобятся, пока Чонгук здесь, согревая их обоих. Кончики его пальцев скользят по грудной клетке, проходясь по племенным узорам на его боку до изгиба бедра, а затем опускаясь ниже. Он проводит руками по бедрам Чимина, а затем снова поднимается, обхватывая округлую попу. Чимин с тихим скулением прижимается к нему, и Чонгук целует его в ухо, сладко шепчет ему, пока тот снова не успокаивается. Он раздвигает ягодицы Чимина, обнажая дрожащую дырочку, и улыбается ему в шею, когда чувствует признаки влаги. Чонгук обводит вход, собирая скользкую смазку между пальцами, и осторожно проникает вовнутрь. Сначала всегда тесно, но Чонгук прикасается носом к его шее, осыпая омежье плечо теплыми поцелуями, и в конце концов Чимин вздыхает, раздвигая колени. Кончик большого пальца легко скользит внутрь, и он наполовину вводит его, медленно сводя с ума движениями, пока Чимин не издает стон, расслабляясь, чтобы полностью войти внутрь. Чимин вздыхает, его пухлые розовые губы приоткрываются, чтобы выдохнуть, и Чонгук знает, как тот устал в последнее время. Его тело меняется, чтобы приспособиться к близнецам. Взгляд Чонгука задерживается на его губах, но вместо этого он целует его волосы. Его волк может быть нетерпеливым, но он не хочет будить Чимина. Вместо этого Чонгук переключает внимание ниже, терпеливо толкаясь, пока Чимин не застонет, прижимаясь бедрами к нему. Пальцы Чонгука блестят от смазки, когда он вытаскивает их, скользкая капля течет из дырочки омеги на его бедра. Чонгук тихо выдыхает, прижимаясь губами к мягкой коже шеи Чимина, прежде чем вставить пальцы обратно, на этот раз на один больше. Он поддерживает медленный ритм, входя и выходя, пока дыхание Чимина становится неровным, а его задница сжимается вокруг пальцев Чонгука, чтобы удержать их внутри. Запах смазки становится более терпким, опьяняющим, и Чимин издает хриплые короткие звуки. Чонгук тоже догоняет его, находясь так близко к телу, что его член напрягается прикасаясь к пояснице Чимина. Альфа сгибает пальцы касаясь бугорка глубоко в заднице Чимина, заставляя его видеть звезды перед глазами. Чимин издает стон, его тело дергается, когда Чонгук находит эту точку, наклоняется над ним, целуя изогнутые брови. Его пальцы замирают, пока Чимин не расслабляется, прижимаясь к нему. — Мой малыш, — бормочет он, целуя Чимина в ухо. Он вытаскивает пальцы из Чимина, чтобы нежно погладить его живот. Чимин вздрагивает, и Чонгук чувствует тепло на своем бедре, где из омеги вытекает новый поток смазки. Чонгук вымазывает ладонь в смазке, покрывая ею твердый член. Такой чувствительный, дергается в его ладони, жаждет, чтобы им скорее воспользовались. Слишком давно они не были в разлуке, но сейчас Чонгук просто хочет быть рядом с Чимином, рядом с близнецами. Они могут не спать до восхода солнца, Чонгук позаботится о нем должным образом, будет удовлетворять его в течение нескольких часов, пока он не насытится. Чимин снова засыпает, и Чонгук в это мгновение изучает его: изгиб его ягодиц, обнаженную спину и крепкие бедра. Он прекрасен, маленький, гибкий и беспощадный, и он идеально помещается в объятиях Чонгука. Возможно, они несовместимы традиционно, но Чимин принадлежит Чонгуку, и Чонгук любит его, отчаянно, страстно. Он раньше никогда не верил, что способен такое чувствовать. Чонгук направляет член и толкается внутрь, стиснув зубы от первого касания теплой влаги. Чимин стонет, пытаясь избежать проникновения, но Чонгук успокаивает его, его большие руки гладят его спину и бедра, пока омега не расслабляется, прижимаясь к нему спиной. Это нелегко, учитывая, как долго они были в разлуке и каким было тело Чимина в последнее время, но Чонгук просто прижимает его к себе, прижимаясь носом к уху, пока Чимин не расслабляется, постепенно позволяя погружаться в него все глубже и глубже. Чимин горячий и до головокружения влажный. Он сжимается вокруг Чонгука, его тело скучало по Чонгуку так же сильно, как Чонгук скучал по нему. Чонгук тихо стонет, наполняя его, его волк успокаивается, как только он скользит вовнутрь. Омега стонет, его пальцы цепляются в поисках опоры, царапая предплечья Чонгука там, где они обхватывают его живот. Чонгук ловит его руки и переплетает их пальцы, поглаживая тыльную сторону ладони Чимина, пока тот прижимается к нему. — Чонгук, — бормочет Чимин, его ресницы трепещут, когда он пытается проснуться. Чонгук чувствует напряжение из-за их связи. Это была тяжелая неделя для них обоих, особенно для Чимина, без Чонгука, который его лелеял. — Я здесь, кроха, — успокаивает Чонгук, целуя влажные от пота волосы, - так хочу быть рядом с тобой. Я так скучал по тебе. Над горизонтом поднимается солнце, розовые облака приобретают желто-оранжевый оттенок, мир начинает просыпаться. Внутри их домика Чонгук прижимается щекой к волосам Чимина и засыпает под его тихое сопение.