Когда звезды явно не сошлись...

      С момента визита к моим родным прошел год. Дети подросли, мы с чёрно-белой парочкой часто покидали пределы Юнмэн Цзян и Гусу Лань. Правда, не сильно надолго, ведь А-Юань был довольно маленьким. Да и никто из нас не хотел ему судьбы, схожей с Вэй Усянем или детством Лань Ванцзи. Еще... Я начал хорошо высыпаться. Особенно, когда мы с А-Юанем слишком увлекались поделками, чтобы не нарушать правила, он спал у меня под боком. Конечно, за это время произошли и более глобальные изменения...       Верховным Заклинателем всё-таки стал муж Цзян Яньли. Признаюсь, я был немного ошарашен и поздравил его гораздо позже чем все остальные. Опоздал ровно на два года. Бывает, что ж теперь делать. Вторым изменением было в том, что чёрно-белая парочка переехала в дом, который находился поближе ко мне. Однако расстояние между домиками было достаточным для того, чтобы чувствовать себя спокойно и при необходимости ощущать покой и одиночество. Было и еще одно изменение. Я даже не знаю, радоваться ли этому... Мне было сильно не по себе, если говорить совсем честно...

***

      Они не ожидали подобного. Вэй Усянь смотрел на сцену гибели одного из отрядов защитников Пристани Лотоса. Вэни шли, стараясь сжечь все на своем пути. Видя сцену смерти одного из шиди, первый ученик ордена Юнмэн Цзян дернулся и снова почувствовал горечь и боль. А потом... Искусная иллюзия мгновенно рассыпалась, а разъяренный Вэнь Чао ловко отбивал нападки кумо. Паучиха ловко раскидывала сети, а заклинатель не менее ловко уклонялся.       —Ты и правда решила, что это меня одурачит?! — шипел Вэнь Чао, не давая паутине спеленать одного из адептов ордена Гусу Лань.       В тот момент Вэй Усянь не мог назвать Вэнь Чао лисом. Да... Это был злой, взъерошенный и шипящий в ярости кот, которому наступили на хвост. Он переглянулся с мужем и внимательно подстраховал Вэнь Чао, позволяя тому выплеснуть свой гнев.       —Нет, ну надо же! — удивлялись адепты тому, что паучиха не пыталась очаровать, а вызвать чувство безысходности и отчаяния, что могли заставить посетителей замереть и тем самым совершить их самую большую ошибку.       Сам же Вэй Усянь сидел в уголке, смотрел на сидящего напротив мужа и с тревогой посматривал в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, куда не так давно ушел раздраженный Вэнь Чао. Лань Чжань молча положил руку на его, не давая отправиться следом.       — Пусть приведет мысли в порядок. — сказал он, но в его глазах тоже плескалось беспокойство.       Глубокой ночью в дверь комнаты постучали. На пороге стоял явно уставший Вэнь Чао, больными глазами смотря на них с подушкой под мышкой.       —Вы сами потащили меня на эту охоту! — он швырнул подушку Лань Ванцзи, открывшему ему дверь и с легкостью поймавшего летящий снаряд. — Теперь страдайте тоже!       Осмотрев комнату, в которой было две кровати, но занята была только одна из них, гость решительно добрался до свободной койки и сев на нее, сказал:       —Раз она заправлена, значит свободна, да?       Все еще полусонный Вэй Усянь, сидящий на кровати, кивнул, потерев глаза, нащупав рядом лежащую подушку и обняв ее пригрозил мужу, что если он еще задержится, то вернуть подушку не будет возможности.       —Мгм. — ответил Лань Ванцзи гостю и вручая ему подушку, а Вэй Усянь зевая, протянул Вэнь Чао дополнительное покрывало.       Ночной гость спал беспокойно, но пары слов от Лань Ванцзи и Вэй Усяня хватало, чтобы парень успокаивался. На следующее утро Вэнь Чао до пробуждения адептов Лань вернулся в свою комнату. Но теперь он не стеснялся иногда проходить к своим спутникам, если его что-то сильно тревожило.       —Значит, ему становится лучше? — с легкой улыбкой спросил Лань Сичень, слушая вести Вэй Усяня и своего брата. — Это замечательно! Брат, господин Вэй, я хочу попросить вас о помощи...