Когда звезды явно не сошлись...

      Он сидел, смотря золотисто-карими глазами на черный дневник. Не Хуайсан осторожно поглаживал его обложку пальцами и неверяще покачал головой. Дневник был передан лично Вэнь Чао по просьбе Не Хуайсана. Парень сомневался, что ему отдадут такую важную вещь, но Вэнь Чао кажется даже не размышлял, стоит ли ему отдавать черный дневник. Красивым почерком он вывел заголовок:

Запись 178.

      Человек, который смог сдвинуть гору, начинал с того, что перетаскивал с места на место мелкие камешки.       События стремительно развивались. Во главе многих перемен стояли всего два человека. Одного я знал — Вэй-сюн был тем, в компании кого я учился в ордене Гусу Лань. Второго не знал, но смог немного понять. Этим вторым был информатор.       —Этот ублюдок! — грохнул кулаком по столу мой старший брат по возвращении из одного разрушенного наблюдательного пункта Вэней.       Пока брат бушевал, смог найти ответ на свой вопрос: что случилось, раз случилась такая буря? Ведь настолько из себя старший брат выходит крайне редко. Причиной был... Вэнь Чао. Кто бы мог подумать, что информатор — это он! Это было… Неожиданно. Хотя вспомнив того, кто на короткое время когда-то появился — решил, что да, он мог быть тем отчаянным человеком.       Шло время. Прошла война. Брат все так же иногда рычал из-за информатора, меня и Вэй-сюна. Моя невестка бесстрашно останавливала старшего брата, когда он категорично отправлял меня на занятия, которые были неинтересными. Порой мне ставили в пример способных Вэй-сюна, Вэнь-сюна и других, на что мои друзья фыркали. Вэнь Чао так вовсе с усмешкой сказал, что Лань Цижэнь учит адептов не один год, а равных ему в нравоучениях еще не нашли. Тогда смысл пытаться быть бледной копией кого-то?       Когда Вэнь Чао притащил к ним в орден ругающегося Цзян Чена, у которого свадьба была через месяц, Вэй Усяня и его супруга, Мэн Яо для поддержки, все слухи почти мгновенно исчезли. Но да, пару раз Вэнь Чао и новоявленный глава ордена Юнмэн Цзян, Цзян Чен всё-таки выбили дурь из нескольких адептов.       Однажды, я увидел букетик полевых цветов, перевязанных зелёной лентой, на пороге комнаты, где остановился Вэнь Чао. Услышав вопрос он немного замялся, но ответ дал Вэй-сюн.       —Это благодарность. — с теплотой в глазах и голосе сказал он. — Чао-эр не умеет принимать благодарность, поэтому в сердцах сказал одному адепту в Гусу Лань, что ему ничего не нужно говорить, а лучше просто подарить цветок с обычной лентой для волос. Пусть даже если этот цветок и будет полевым.       —Мгм. Уже много букетов есть. — подтвердил рассказ Лань Ванцзи. — Не только от адептов из Гусу Лань.       Вэнь Чао начал переводить тему, а сидящий как мышка Мэн Яо, начал посмеиваться, взмахнув рукавом, где на запястье виднелась лента с изображением облака.       —Не-сюн, а тут есть кузница, где я могу поработать? — спросил меня этот неугомонный Вэнь. — Скоро свадьба не только Главы ордена Юньмэн Цзян, но и Главы ордена Гусу Лань. Могу одолжить инструменты?       Хотя Цзян Фэнмянь снова взял на себя бразды правления орденом пока сын в отъезде, Цзян Чен ринулся обратно в орден. По лицу было ясно что тот сильно из-за чего-то переживает. Свет пролил его шисюн. Как по секрету рассказал Вэй Усянь, в семье грядет пополнение. Мадам Юй ждет близнецов. Эта новость всколыхнула всю семью, однако, посторонние пока не знают этой новости.       Смотря на происходящее, мне все больше кажется, что Вэнь-сюн знает будущее. По крайней мере знал те события, что происходили на войне. Мне действительно его в таком случае жаль, хотя если он и не знал будущего, все равно за него больно. И все же стольких орденов коснулись перемены. По большей части все изменилось в самую лучшую сторону… И это сделал собственно один человек: Вэнь Чао. Который постоянно отмахивается и грустно улыбаясь твердит, что был бы героем в том случае, если бы мог сделать так, чтобы война совсем не состоялась. Однако он и так, с помощью нескольких действий или разговоров так менял все и всех вокруг… Если не герой, так кто же он?