Speak now

По меркам Лондона лето две тысячи четвёртого года было аномально тёплым. Весь июль стояла солнечная погода, разбивая загадочный и мрачный образ города в пух и прах. Казалось, что спустя шесть лет зыбкого равновесия, мир наконец ожил. Люди, словно цветы весной, впитали в себя тёплые солнечные лучи и расцвели. Гермиона была уверена: даже смех на улицах стал громче. Она неоднократно замечала, как невольно и сама поддавалась всеобщему настроению. Покупая полевые цветы у незнакомой женщины, читая сутками напролёт на веранде, гуляя с мальчиками, расставляя мебель в новой квартире, девушка улыбалась. Улыбалась искренне. В день, когда Рон предложил пожениться, она тоже улыбалась. Да, она точно улыбалась, это же было такой правильной эмоцией. Дружба,война,отношения,совместная жизнь — всё это ступенька за ступенькой вело их к этому дню. Она обязана была улыбаться. Все были так счастливы, когда узнали. Джинни с Гарри даже организовали первый праздничный ужин в своём доме по этому поводу. Гермиона была уверена, что последний раз слышала столько поздравлений, только после финальной битвы. «Поздравляю, наконец-то всё будет так, как должно было быть» Улыбайся и кивай «Вы столько прошли вместе, такие молодцы» Улыбайся и кивай, Гермиона «ТвоиродителиФредЛюпинСириус были бы сейчас так счастливы» Стисни зубы покрепче и кивай, тебя ведь пытаются поддержать. Бывшая грифиндока стала мастером спорта по лжи за последние шесть лет, так что больше её это не пугало. Всё было под контролем — значит, всё было хорошо.

***

— Подожди ещё минуту, мне осталось нанести румяна, — прощебетала рыжая бестия, колдуя над лицом Гермионы. —Джинни, ты говоришь это уже пятый раз, мне кажется, что ещё немного и собственный жених меня не узнает. —Всё! — вдруг оживлённо вскрикнула ведьма, — можешь посмотреть. Джинни отошла от подруги, открывая вид на зеркало, и стала следить за её реакцией. — Тебе нравится? Обе девушки увидели перед собой отражение идеальной невесты.Нет, правда, идеальная невеста.Волосы грифиндорки были уложены в небольшой пучок на затылке, причем так, что она была уверена, ни одна непослушная прядка не посмеет нарушить эту композицию. Макияж не выглядел вычурно, как представляла его Гермиона ещё пару мгновений назад, он прекрасно гармонировал с её чертами лица, лишь подчёркивая естественную красоту. Всё это, в сочетании с платьем, делало девушку похожей на одну из тех моделей, которых печатали в журналах про моду, которые её мама когда-то любила покупать. Наверное, ей бы понравился образ дочери. По крайней мере, Гермионе хотелось так думать. Эти мысли были единственным, что подталкивала её идти дальше. Мама была бы счастлива. — Да, наверное, да. Нет, скорее точно да, — пыталась сформулировать чёткий ответ волшебница, продолжая рассматривать своё отражение в зеркале. —Что-то не так? — спросила младшая Уизли с зарождающимися нотками тревоги в голосе — Это очень красиво, клянусь, — ответила Гермиона. —Просто.. Он всегда любил мои кудри причёска немного не в моём стиле, но я привыкну. Ничего страшного. Джинни посмотрела на неё с ободряющей улыбкой. — Ты выглядишь превосходно, не говори глупости. Уже не терпится увидеть лицо Рона, когда он увидит тебя около алтаря, — смеясь, произнесла она. —Уверена, что мой братец в буквальном смысле захлебнётся слюной. Тут слова девушки прервал скрип открывшейся двери: — Готовы? — спросила выглядывающая из прохода Флёр. — Ждём только вас.

Готова ли она?

***

Голубые глаза Рона неотрывно смотрели на неё. Как один цвет глаз может выглядеть так по-разному? Ведущий церемонии непрерывно говорил заученный текст, а в зале уже начинали слышать всхлипы. Мерлин, это точно Молли. — Если среди присутствовавших есть кто-то, кто против этого союза, скажите сейчас или молчите вечно, — сказав это, церемониальный наконец замолчал, как бы давая присутствовавшим шанс высказаться. К чему эти формальности, понятно же, что на свадьбах всегда лишь те, кто приветствуют этот брак. Неужели так необходимо тянуть наше время, я просто не .. — О, знаете, я бы был не прочь вставить пару слов. Ничего личного, просто не могу смотреть на это преступление против личности золотой девочки. Секунда. Ещё две, чтобы сердце вновь стало биться. Мёртвую тишину, воцарившуюся под шатром, прервал лишь ошарашенный выкрик Рона: —Кто впустил сюда этого хорька? Но Гермиона уже не слышала этого, а Драко никак не реагировал. — Грейнджер, что они сделали с твоими волосами?