Redemancy

      Они никогда не говорили об этом в фильме.              О том, что происходило после победы в битве.              О том, какого это — ходить вокруг и собирать тела павших.              И совершенно неважно — был ли это незнакомый человек, друг, член семьи или даже враг.              Хотя предполагалось, что это будет момент победы и последний шаг на пути к «Долго и Счастливо», но Николаю так не казалось. И он был уверен, что все остальные были бы с ним согласны.              После того, как все тела, которые можно было спасти, оказались найдены и разложены по всему Большому залу, их накрыли в знак уважения.              Среди немногих живых, оставшихся оплакивать свои потери, были слышны крики боли и отчаяния.              Николаю даже не нужно было смотреть на лица тех, мимо кого он проходил, чтобы понять их чувства — поскольку он сам пробирался сквозь бесконечные ряды тел, надеясь и молясь, что не увидит среди них ни одного знакомого.              Однако его надежды рухнули, когда он заметил знакомую фигуру отца, небрежно лежащую рядом с парой, в которой он узнал своего старого учителя по Защите от Тёмных Искусств Римуса Люпина и Нимфадору Тонкс.              — Мерлинова борода...              Дыхание пропало из лёгких, а солёные слёзы грозили вот-вот пролиться из его и без того опухших глаз.              Он правда любил своего отца.              В отличие от матери, которая, казалось, страстно презирала сына за то, что он не хотел идти по её стопам и служить великому делу, отец всегда поддерживал Николая.              Хотя он, его отец, и был слабовольным человеком, безуспешно пытающимся противостоять жене, но Николай до сих пор восхищался им и его силой, с которой он поддерживал сына, насколько это было возможно.              И все же... сейчас он оказался мёртвым, лежащим на холодном каменном полу разрушающегося замка, и в нем не осталось ни капли достоинства, чтобы возродить образ некогда любимого отца.              Николай не мог не задаться вопросом о том, какова же была причина его смерти, и, в порыве чистого любопытства, он осторожно приподнял простыню, закрывавшую тело мужчины.              Он сразу же пожалел об этом. Тело отца было пронзено множеством осколков стекла.              А в груди торчал особенно большой. И это единственное, что вынудило Николая вздрогнуть - и невольно отступить назад, заставляя простыню вновь опуститься. И скрыть это ужасное зрелище.              Пытаясь отвлечься от внезапного открытия, Николай продолжил свои поиски. Но теперь он сосредоточил все свои усилия на том, чтобы найти, или, что более вероятно, надеясь не найти, свою лучшую подругу ещё с первого курса, Кэтрин Одиум.       

☆ ☆ ☆

      В тот момент Уизли не могли найти в себе сил быть счастливыми.              Хоть они и оказались одними из немногих, кому повезло не потерять ни одного Уизли в пылу сражения, они всё равно потеряли множество близких людей, некоторых из которых фактически считали частью своей семьи.              И прошло не так много времени, прежде чем Молли Уизли узнала тело Луиса Амари, её старого друга времён учёбы в Хогвартсе, лежащего ныне меж Римусом и Тонкс.       В конце концов, она заметила и мальчика, сражавшегося с ней бок о бок под самый конец битвы. Мальчик, который оказался Николаем Амари, сыном её дражайшего друга Луиса.               «Бедный мальчик…» — подумала Молли, когда оглянулась на свою семью, испытывая радость за то, что не потеряли её, как многие другие в этом зале.              Тем временем мысли Фреда Уизли тоже были заполнены ныне плачущим брюнетом, который совсем недавно спас его жизнь. И он… переживал за него.              Когда Николай повернулся, собираясь уйти (и оказаться как можно дальше от тела своего отца), Фред повернулся к матери и отцу с будто бы появившейся решимостью во взгляде. Поняв, в чём тут дело, Молли и Артур сокрушённо вздохнули, понимая, о чём молчаливо спрашивал их Фред. И дали добро.              Услышав это, Фред с любовью улыбнулся им и пробормотал короткую благодарность, прежде чем броситься в том направлении, куда, как он предполагал, направился Николай.       

☆ ☆ ☆

             К счастью, Николаю не удалось найти тело своей лучшей подруги, и он вышел из Большого зала. Ему сейчас катастрофически был нужен свежий воздух и тишина — и опустевший внутренний дворик вполне отвечал его требованиям.              — Ники! — из дверного проёма пулей вылетела плачущая девушка и натолкнулась прямиком на вышеупомянутого героя.              Николаю, казалось, ничего не оставалось, кроме как рухнуть в объятия Кэтрин, наконец обессилев после внезапного открытия — да, она действительно жива и, насколько он мог судить, даже невредима.              — Я не мог тебя найти, Кэти, — окончательно разомлел, всхлипнул он. — Я искал везде, и не мог найти тебя. Уже даже начал думать, что ты покинула меня — или что с тобой произошло что-то более страшное!              Кэтрин ещё крепче прижала к себе Николая, когда его дыхание стало быстрым и прерывистым.              — И… пресвятой Мерлин! Кэти, мой отец мёртв! Он мёртв, я не знаю где моя мать, вокруг куча трупов, и я не мог найти тебя! Я осмотрел все тела, и наконец нашёл тебя!              Его затрясло, когда стены, которые он возводил внутри себя на протяжении всей войны, наконец-то рухнули под натиском радости от победы.              Девушка глубоко вздохнула и отодвинулась от друга, крепко вцепившись руками в его плечи и заставляя обратить наконец на себя внимание.              — Ники, посмотри на меня.               И он это сделал.              — Я в порядке, Ники. В порядке, видишь? — Кэтрин продолжала успокаивать Николая, и именно в тот момент, когда его дыхание наконец начало выравниваться, а слёзы высохли, он почувствовал себя намного лучше.              Её лицо осветила лёгкая улыбка, и он наконец мог видеть, какими розовыми были её щёки под налипшей грязью и тем, что, он надеялся, не было его кровью.              На самом деле, он думал, что сейчас её взъерошенный вид подходил ей намного больше, чем школьная форма.              — Я думаю грязь и кровь очень подходят тебе, Кэти, — с ноткой юмора прокомментировал юноша, что вызвало тихий смешок у подруги, стоящей напротив.              Внезапно рядом послышался неловкий кашель              — Рада снова с тобой познакомиться… Фред.              Именно одного из семейства рыжих они признали в стоящем рядом парне.              — Хотя я и не знала, что сегодня Хэллоуин. Дай угадаю, костюм зомби? – с сарказмом пробормотала она, заметив, что близнец Уизли из-за бледного цвета лица, уставших покрасневших глаз, испорченной одежды и царапин, покрывающих тело, выглядел как ходячий мертвец.              — И правда зомби. Это немного иронично, тебе так не кажется? — Фред подвигал бровями, прежде чем его взгляд переключился на уже знакомого парня, стоящего рядом с девушкой и нервно переминающегося с ноги на ногу.              — А кем тогда была бы ты? — он подыгрывал, пытаясь разрядить тяжёлую атмосферу, окружавшую их.              — Провалившейся под землю, но всё ещё лучше тебя, — ответила Кэтрин с самоуверенной ухмылкой. В данный момент она была пугающе похожа на чистокровного, смотрящего свысока на кого-то, кого считает ниже (что весьма иронично, учитывая, что сама она была маглорождённой).              И Фред, и Кэтрин уставились друг на друга, будто взглядом пытаясь заставить соперника отказаться от этого маленького состязания в гляделки.              Однако они оба неохотно перевели взгляды на Николая, услышав его нервный кашель.              — Фред, это Кэти… моя лучшая подруга, — пробормотал он.       

      ☆ ☆ ☆

             Но, в конце концов, Кэтрин позвали другие её друзья, и она, кинув последний взгляд на Николая, оставила их одних.              И именно тогда Фред вспомнил причину своего прихода.              — Не знаю, насколько это бестактно, но тебе есть куда идти теперь, когда всё закончилось? — задал интересующий его вопрос Фред, но заметив, что собеседник не спешит с ответом, начал беспокоиться. — То есть, я имею в виду, что я видел то, что произошло с твоей матерью ранее, и подумал, что ты, скорее всего, захочешь держаться от неё подальше. А ещё я заметил твоего отца в Большом зале, так что я вроде как, наверное, определённо спросил своих родителей, можешь ли ты остаться с нами в качестве благодарности за спасение меня и моей матери, что я, между прочим, заметил (я не слепой, понятно?). Так что ещё раз спасибо за это, и ничего страшного, если ты не…              Путаную мысль Фреда оборвал смешок, сорвавшийся с потрескавшихся губ парня, стоящего перед ним.              Сказать, что Николай был приятно удивлён — значит ничего не сказать. Он ещё даже не задумывался о том, куда он пойдет теперь, когда «Битва за Хогвартс» официально закончилась. Хотя Фред был прав в одном — он определённо не мог вернуться домой после всего, что произошло. И как бы ему ни хотелось, Николай не мог остаться и с Кэтрин, ведь у её родителей и так было достаточно забот.              И вот, видя, что это был лучший вариант (и единственный), который у него был, Николай любезно принял приглашение.              — Если это не побеспокоит твою семью, то я согласен. И спасибо тебе… Фред.              Они обменялись облегчёнными улыбками, прежде чем войти внутрь.