-чертова Белка!

Минхо долго не решался подойти ближе. Ему было страшно. Но, с другой стороны, он же за этим сюда и приехал. Он положил цветы на могилу и присел рядом. — прости меня, Белка, что не приезжал. Пять лет прошло. Я ведь, даже на похоронах твоих не был. Испугался… Испугался того, что все будут говорить, что это я виноват, хотя я и так это знаю. — Минхо усмехнулся — я ведь. даже прыгать не собирался… а ты… глупая Белка… Я же пять лет не приезжал, потому что мне было стыдно перед тобой. — по его щекам потекли слезы, а голос задрожал — было стыдно, что я виноват в твоей смерти, что не смог отстоять наши отношения. Что на похороны не приехал. Я ведь так с тобой и не попрощался… — он уткнулся носом в рукав своего пиджака — знаешь, я с отцом в тот день поругался, он заблокировал мою карту, лишил наследства, а все потому, что я ему сказал, что хочу быть с тобой, представляешь — он пытался улыбаться, но слезы и дрожащие подбородок и голос его выдавали с потрохами — я так и не женился. Ни на девушке, ни на парне. Мне, кроме тебя, никого не надо. Я сам встал на ноги, хотя после твоей смерти была депрессия жуткая. Я продал машину и квартиру, ушел из института. Я сам построил свой бизнес с нуля… Ты бы гордился мной. и Феликсом с Хёнджином тоже. Они доучились и у них своя музыкальная студия. Ребенок красивый. На Феликса похож. Оно и понятно. Сейчас им суррогатная мать вынашивает второго ребенка, он будет от Хвана. Но, про них ты, наверное знаешь. Они тут часто бывают, не то что я. — больше он говорить не смог. Слезы не дали. Он сидел и плакал, пока его рук не коснулся влажный нос. — Здравствуй, Мотео — он погладил пса по голове — а где твои хозяева? — он огляделся и увидел Феликса. — здравствуй, Минхо. — привет. — давно тут? — часа два. А где твой муж? — с ребенком дома. Я решил навестить Хана. Все таки… День рождения… — по щеке Феликса потекла слеза, хотя он и попытался ее скрыть. Минхо закурил. — дай мне тоже. — ты же не куришь? — смерть близкого друга меняет привычки. Если бы не курил, давно с ума сошел бы. Они стояли, курили и смотрели, как грустный Мотео лежит на могиле своего хозяина и скулит. В голове Минхо играли все те же строки из песни, накатывая все больше воспоминаний и грусти, он теребил кольцо, на котором каллиграфическим почерком было выбито: «Белка».