των παιρων

Чонгук разлепляет глаза и смотрит на небольшие белые часы на рабочем столе: три часа ночи. Из гостиной не доносятся звуки телевизора, значит папа лег спать. Омега медленно встает из-за стола и бесшумно выходит из комнаты. После спонтанного сна хочется пить, тяжесть еще давит на веки и вообще Чонгук бы сейчас с удовольствием лежал на пляже и тянул из трубочки пинаколаду, а не занимался всей этой хуйней. А чем же, он, собственно, занимается, что не спит уже вторые сутки? Чону не повезло. Мало того, что он омега. Он еще и гуманитарий. Ладно, он был бы юристом или рекламным агентом. Чонгук заканчивает филологический, ему двадцать три, и он нихрена не понимает, на что потратил четыре года своей жизни. Надо отдать папе должное: он не сильно давил, хотел, чтобы сын сам выбрал. Только он не учёл один маленький, но пиздецки важный момент: Чонгук не знал, что выбрать. Поэтому парню ничего не осталось, кроме как сдать на выпуском экзамене литературу с историей и поступить на филологический. За четыре года он зазубрил почти пять языков... Чонгук устало опустил голову, опираясь руками о столешницу. Ебаная практика. На ебаном греческом. Можно Чонгук станет белым котенком, которого будут любить просто за то, что он сходил в туалет на пелёночку, а не в хозяйские тапки?.. Омега снова садится за стол, несколько минут пялит в ноутбук, где открыт вордовский документ с почти завершенным переводом. Первый этап - подстрочный перевод поэзии. Нет, это довольно интересно, но не в четвертом часу утра и не двадцать стихотворений за сутки. Чонгук отмирает, когда где-то под рукой жужжит телефон, и на экране высвечивается уведомление о сообщении: Сынмин На твой телефон пришло новое сообщение. Посмотри, вдруг там что-то важное. 3:07

Джей

Я тебя сейчас ебну.

3:07

Сынмин аахахах, с точкой, Гук. я почти испугался. 3:07

Джей

Ты закончил с переводом?

3:07

Сынмин ну... если прогнать текст через переводчик и чутка подправить - считается, то да. 3:07

Джей

читер ебаный

3:08

Сынмин ты спать собираешься? 3:08

Джей

мне еще минут сорок

сидеть.

3:08

Сынмин ох, малышка... 3:08

Джей

ты там ахуел в конец.

3:08

Сынмин тебе нравится. 3:08

Джей

я пошел.

3:08

Сынмин завтра на кафедре встретимся. 3:08

Джей

ага

3:08

Сынмин сладких снов, Гук) 3:09

Джей

завтра расскажу Хенджину,

что ты флиртуешь.

3:09

Сынмин тццц, маленький жестокий омежка. 3:10

Джей

спокойной ночи.

3:10

Чонгук вышел из чата, устало прикрыв глаза. Да. Он единственный омега в группе. У них вообще группа странная: всего шесть человек. Четверо альф, гамма - собственно, Сынмин. И Чонгук. "Маленькая жестокая омежка". Бесит.

***

Солнце разбивает оконное стекло, в кабинете жарко, а преподаватель рассказывает о том, что Чонгук давно перестал слушать. Он сконцентрирован на том, что ему хочется есть, спать и целоваться. Последнее - особенно. - Чонгук, ты будешь учавствовать? - Что? - Омега распахивает глаза, выныривает из своих мыслей и пялится на преподавателя. Профессор Пак знакомо закатывает глаза. - Ты где был, Чон? - Простите. - Может, кофе? Виски? Ликер? - Профессор Пак, не стоит. - Чонгук заливается краской по самые уши, хотя за четыре года он должен был привыкнуть. Еще на первом курсе Пак рассказывал, что их кафедра тем и отличается от всех остальных: тут в холодильнике не тортики, а бутылки с шампанским, а под столом коробки не с книгами (хотя, с ними тоже). Профессор Пак нарушал все правила стандартного препода: рядом с его столом стояла небольшая кофе-машина. Он обожал пить кофе во время пары, иногда курил, открывая окно и продолжая рассказывать про парадигмы греческих склонений. "Филологи слов не боятся", - и на втором году обучения во время курса по фразеологии обсценная лексика не встречала никаких преград, кроме как недоуменных взглядов студентов. Паку было в кайф. Чонгуку иногда казалось, что он специально так делает. "У греков нет комплексов, так что привыкайте". Чонгук никогда не сможет. Так, как профессор, - точно. - Повторяю еще раз. Через неделю сюда приедет человек, работающий в Салониках. С ним будут греки, понятное дело, что он сам прекрасно с ними может общаться, но это потрясающая возможность для вас продемонстрировать ваши умения в переводе. Нужно будет показать им город, сводить в пару местечек, куда они там захотят. - Пак нажал на кнопку, и кофе-машина знакомо затарахтела. В нос ударил тягучий запах. Чонгук любит кофе. Только не крепкий. Горько слишком. - И... Сколько это будет стоить? - Сынмин сложил на груди руки. - Оплата по суткам, у них четкое расписание, но они могут захотеть сходить в театр, например. Тогда это будет считаться сверх установленной стоимости, так как это уже будет вне вашего рабочего времени. - Я бы хотел. Хотел попробовать. Ну и какой черт дернул тебя за ногу а? Чонгук, не сидится тебе спокойно. - О, Чонгук, неужели? - А что не так? - Просто ты наконец-то решился. На первом курсе магистратуры. - Пак с довольной ухмылкой поднес стаканчик с кофе к губам. Сынмин переглянулся с Хенджином, после одобрительно подмигнув. Чонгук очень хочет есть.

***

Дома тихо, папа ушел куда-то, потому что нормальные люди в субботу вечером проводят время интересно, а не торчат над очередным переводом. Чонгук открыл бутылку белого, так что сейчас процесс шел, кажется, легче. Позвонил профессор Пак, скинул все контакты и номер того, с кем Чонгуку придется общаться. Того, кто прилетит из Салоник и хуй знает чем будет заниматься, если именно Чонгук должен работать с гостями, а не он. "Ким Тэхен... Уверен, он старше нашего декана. Боги, да здравствует еще одна скучная декада моей жизни", - думал омега, когда теплый майский ветер проник в окно. А где-то за тысячи километров, среди качающихся кораблей и яхт, войдя в морскую воду по щиколотки, стоял человек и неотрывно смотрел в телефон, где светилась фотография юного омеги. Альфа чуть вскинул бровь, закрыв диалог со своим бывшим преподавателем и, спрятав телефон в карман летних брюк, запрокинул голову вверх, смотря на ночное небо, усеянное яркими звездами. "Чон Чонгук значит..."