Снег

      Свой первый совместный новый год вне системы Ю Хо и Цинь Цзю провели в больнице под присмотром врачей. В тот новый год они не дарили друг другу подарков и не произносили поздравлений. Они не обменялись красными конвертами и даже не знали о том, что новый год наступил.              Они молча сидели в палате. Цинь Цзю лежал, положив голову на колени Ю Хо, из-за чего тот немного поворчал, но, остыв, начал нежно перебирать каштановые пряди пальцами, а на губах Наблюдателя А была заметна лёгкая улыбка.              В этой больнице, где они находились под присмотром десятков врачей и камер они впервые чувствовали подобное уединение. Словно во всём мире были только они.              Им не нужно было прятаться в комнате наказания или душевой просто чтобы прикоснуться друг к другу кончиками пальцев. Им не нужно было отталкивать друг друга ради спасения самого дорогого человека в их жизни.              Теперь им не нужно было играть со смертью лишь потому что они любили друг друга.       

***

      

      В первый день их второго совместного нового года была жуткая снежная буря. Наблюдатель А, ставший теперь главным инструктором для тренировок в Системе, сидел в небольшой квартире на диване, поджав ноги к груди, и смотрел в окно              На нём была надета белая рубашка с инициалами Ц.Ц. на внутренней стороне манжетов, а на ногах были домашние брюки из мягкой ткани. Со временем Ю Хо так и не смог привыкнуть к свободе в выборе одежды и был одет достаточно строго даже дома, если не считать того, что рубашка на его теле принадлежала не ему.              Но кое-что всё же выбивалось из этого строгого образа, а именно мягкие белые носки, которые Наблюдатель А полюбил носить с момента, как они выписались из больницы и начали жить в квартире. Тогда ещё не было отопления и пол был холодным, из-за чего один мужчина, что жил с ним, как бы в шутку купил Ю Хо пару тёплых и ужасно мягких носков, которые Наблюдатель А действительно надел, спасаясь от холода.              На улице тем временем завывал ветер, то и дело норовя выбить окно. Ю Хо в очередной раз перевёл взгляд с окна на настенные часы, слегка нахмурился и продолжил смотреть в окно. Он задерживался уже на час.              Спустя примерно двенадцать минут ожидания послышался знакомый звук открывания двери. Пришёл.              Ю Хо плавно поднялся с дивана, потянувшись, словно кот, что только-только проснулся, после чего направился к входной двери. Он уже представлял, как начнёт отчитывать пришедшего за то, что он задержался на час с небольшим, заставляя Наблюдателя А рефлекторно переживать, пусть в реальности и не было такого высокого шанса умереть в любое мгновение.              Когда Наблюдатель А подошёл к входной двери перед его глазами предстала удивительно прекрасная картина. В дверном проёме стоял мужчина в чёрном пальто, на его шее был повязан серый шарф, а на лице виднелась улыбка, что грела сильнее, чем солнечный свет. Он был припорошён снегом, ресницы покрылись инеем, а щёки раскраснелись на морозе; в его руке был букет красных роз, что также были покрыты снегом. Он словно вышел из сказки.              Все упрёки тут же вылетели из головы, а в груди зацвели самые красивые цветы, будто наступила весна. Казалось, что Ю Хо на какое-то мгновение поглупел и задал самый глупый вопрос за всю свою жизнь:              «Там идёт снег?»              В ответ он получил лишь ещё более яркую улыбку; удивительно, как снег ещё не растаял от этих улыбок; ведь даже Ю Хо не смог выдержать этого тепла. Цинь Цзю будто бы и не заметил, что его парень на мгновение поглупел. Вместо этого он сказал:              «Да. Надеюсь, на этот новый год у тебя уже нет никаких дел?» — после чего передал букет в руки Ю Хо. Снег с роз от этого движения осыпался, падая на пол и превращаясь в маленькие лужицы в прихожей. Ю Хо словно завис на какое-то мгновение, вспоминая тот самый новый год. Тот самый день, когда стало ясно: ему уже не найти спасения от этих чувств. Тот самый день в комнате наказаний, тот самый вопрос, тот самый поцелуй.              Ю Хо аккуратно переложил букет на комод в прихожей и, пройдя прямо по лужам, обнял Цинь Цзю. Снег тут же посыпался, падая на чёрные, словно ночь, волосы наблюдателя, но тот лишь уткнулся в ещё не согревшийся шарф и тихо сказал:              «…никаких. Этот новый год весь твой.»              Такая непривычная нежность поразила Цинь Цзю, словно любимый, но своенравный кот пришёл к нему ластиться. Цинь Цзю — простой смертный, как он может не удовлетворить просьбы своего обожаемого наблюдателя? Он уткнулся носом в чёрную макушку и обнял его, выдыхая обжигающий воздух.              «Замечательно.» — выдохнул он, после чего подхватил Своего Наблюдателя на руки и направился к дивану в гостиной комнате прямо в ботинках. Ю Хо хотел, было, возмутиться, но решил дать своему парню посвоевольничать в этот вечер. В его голове всё ещё живы были воспоминания о дне, когда его поглощала пустота от отсутствия кого-то.              К счастью, последняя деталь паззла встала на своё место и сложилась прекрасная картинка. Для кого-то она могла быть непривлекательной, странной, но для Ю Хо и Цинь Цзю она была единственно верной. Они были противоположны как лёд и пламя, но в то же время до боли схожи. Они были созданы друг для друга и они не могли не полюбить.              Цинь Цзю усадил Ю Хо на диван и улыбнулся. Казалось, словно этот вечер был ярче любого солнечного дня из-за этих улыбок и Ю Хо уже хотел спросить, что же такое случилось, раз с этого красивого лица всё никак не сходит счастливое выражение лица, но не успел.              «Надеюсь, ты простишь меня за наглость, — Цинь Цзю стоял перед сидящим на диване Ю Хо и, казалось, с каждым словом в его глазах появлялось всё больше и больше нежности. — но я не хочу только этот новый год…»              Цинь Цзю медленно опустился на одно колено и достал из кармана маленькую чёрную бархатную коробочку.              

«Честно, для меня будет недостаточно и каждого следующего нового года»

             Коробочка открылась прямо перед Ю Хо, показывая кольцо из белого золота с небольшим сапфиром на внешней стороне, но, если присмотреться, то на внутренней стороне кольца вместо гравировки красовался красный рубин. Такой же яркий и страстный, как человек, что сейчас стоял перед ним на одном колене.

«Могу я иметь наглость просить тебя провести со мной жизнь?»

      Ю Хо нежно провёл рукой по щеке Цинь Цзю, наклонившись вперёд, и целомудренно поцеловал его, пропуская слегка мокрые от снега волосы между пальцев, после чего отстранился и со столь редко появляющейся на его лице нежной улыбкой сказал:       

«Тебе не обязательно спрашивать об этом, глупый. Я готов отдать тебе её с того самого дня»

❤

♡