Deja vu

      Я испытывала животный страх. Меня очень сильно трясло, а тяжесть в конечностях была неописуема. Перед глазами стоял туман. Но, несмотря на моё состояние, я чувствовала, что меня куда-то ведут, придерживая за талию. — Заяц, хей, — несколько несильных хлопков по щекам не помогли мне прийти в себя. — Приди в себя, давай же. Блять, чем они тебя накачали? Прости, Заяц, но времени не так много, — я чувствую холод, который обхватывает мою голову. Так холодно, так больно. Хватит. Прекратите. Больно. — Хва…тит, — хриплым голосом с трудом произношу я. Холод перестает бить в лицо. Я открываю глаза. Начинают появляться непонятые пятна, которые постепенно складываются в единую, пока ещё размытую, картинку. — Пить, пить, пить, — произношу как мантру и протягиваю руки вперёд. — Пить. — Держи, Заяц, пей, — к губам что-то подставляют, по лицу стекает холодная жидкость. — Эй, открой рот, как пить-то собралась! — я приоткрываю губы, теперь мою глотку обжигает непонятная жидкость. — Давай, давай, приходи в себя, времени в обрез! — я моргаю пару раз. — Ба-джи, лю-би-мый Ко-шак, — медленно и по слогам произношу я. В следующую секунду смеюсь и наклоняюсь вперёд, но меня перехватывают чужие руки, удерживая на месте. Я оглядываюсь. Мы в незнакомой для меня ванной. А парень передо мной точно Баджи, но какой-то не такой. — Ты не такой, — я получаю сильную отрезвляющую пощёчину. — Что происходит, Ба-джи? — Майки конченый псих, совсем с ума сошёл, — парень приподнимает мои веки, смотря на зрачки. — Тебя похитили его псы, а чтобы ты не сбежала и про меня не вспоминала, накачали тебя наркотой какой-то. Пиздец, совсем ёбу дал! — парень ругался, начиная вытирать мои волосы полотенцем. — Сейчас мы уйдём, если есть ещё время. Я тебя спрячу. Он не тронет тебя, слышишь?! — мягкое и тёплое прикосновение к моим губам, оно такое прощальное… Из моих глаз непроизвольно начинают течь слёзы. Громкий стук. Он, словно отовсюду, так бьёт по голове. — Блять, не успели! — снова куда-то тащат. Меня запихивают в какой-то шкаф. — Солнце, прости, сиди тихо, не выходи ни при каких условиях, не издавай ни звука, чтобы ты не видела! Пожалуйста, помни, что я тебя люблю… — дверцы закрывают. Я тяжко вздыхаю и отсутствующим взглядом смотрю в образовавшуюся дверную щель. Раздаются глухие удары и крики, чей-то знакомый и такой властный голос. Разобрать сложно. — Где она? — я замечаю коротко стриженного парня с тёмными волосами. Он кажется таким знакомым. — Блять, ты умом тронулся, Майки! Оставь её, не впутывай в свои дела, она не твоя вещь! — кричит второй голос. Ничего, ничего не понимаю. — Если ты сейчас же не ответишь, где она, то словишь пулю в лоб, — второй голос, казалось бы, такой спокойный, но в нём чувствуется злость. Майки. Майки. Кто же такой Майки? Почему так тяжело вспомнить? — Хуй тебе, ты её не найдёшь! — раздаётся выстрел. Слышу звук падающего тела. Раздаются тяжёлые шаги. Открываются двери. На меня уставился взгляд, полный безразличия. Меня хватают за руку, выкидывая из моего укрытия. Я перевожу взгляд вправо. Там лежит такое родное тело, из его головы безостановочно вытекает кровь на пол. — Ба-джи, — с всхлипом произношу я, начиная подползать к нему. Аккуратно хватаю его голову в свои руки и смотрю в открытые безжизненные глаза. — Баджи… Баджи, вставай, ты обещал, просыпайся, — я мягко целую его в лоб и глажу по голове. — Баджи, нет! НЕТ! — меня пробирает дрожь, а голос срывается на крик. Страшно. — Он заслужил, — бросает парень позади меня, я оборачиваюсь. — Ты Майки? Кто ты, Майки? — как в бреду спрашиваю я, поднимаясь на ноги и подходя ближе. — Майки, Майки, Майки… Кто ты Майки? Ты не он, не тот, — на меня направляют дуло пистолета. Я протягиваю руки к оружию и беру его, не чувствуя к тому препятствий. Почему мои ладони в крови? — Я убила Баджи? — Майки раздражённо смотрит на меня. — Да, ты его убила, — соглашается парень. Я направляю дуло пистолета в собственный висок. — Не стоит. Ты обязана жить с этим чувством. Отдай мне, — он вытягивает руку, ожидая, когда я отдам пистолет обратно. Я делаю выстрел. Падает ещё одно тело. — Баджи, разве я убила тебя? Я убила Майки, — как в бреду повторяю, мечась от одного тела к другому. Ничего не понимаю. Сложно. Тяжело. Но рассудок начинает медленно возвращаться. — Блять, нет-нет-нет! — до меня доходит всё, что произошло. Я не вынесу, не хочу жить с этим. Прежде чем я успеваю закричать, делаю ещё один выстрел, падая рядом с телами любимых людей…       Я вскочила, начиная задыхаться. Из глаз безостановочно текут слёзы. Кислорода так мало. Хватаюсь руками за горло. Пытаюсь кричать, но из горла вырывается только хрип. Больно. Так больно. — Хикари! — меня трясут, заставляя прийти в себя. Кислород наконец-то начинает поступать в легкие. Я снова могу дышать. Моргаю и вижу перед собой перепуганную мать. — Хикари, что с тобой? Солнце, ответь, пожалуйста… — стоило ей назвать меня «солнце» и меня пробивает на истерику. Я начинаю громко плакать, кричать, срывая голос. Хватаюсь за собственные волосы и тяну их. Что-то холодное коснулось моего лица. Я моргаю. — Мама… — я обнимаю её и проваливаюсь в сон.

***

      В следующий раз я открываю глаза от того, что мне жарко. Рядом с кроватью на стуле сидит мама, её голова покоится на моих коленях, а в своей руке она держит мою ладонь. Воспоминания кошмара медленно всплывают в моей голове. Сердце неприятно сжимается. — Ты как, Хикари? — спрашивает женщина, поднимаясь и потирая глаза. — Очень страшный сон? — задаёт она вопрос. Я киваю, но рассказывать не хочу. — Отдохни сегодня, в школу не ходи, я позвоню твоему классному руководителю. Ещё я принесу тебе успокоительное. И ты ляжешь, после ещё немного поспишь. Хорошо? — я снова киваю и прикрываю глаза, стоит женщине покинуть мою комнату. Это был не сон. Точно не сон. Что-то приближённое к реальности. Я бы с удовольствием это обсудила с Ханагаки, но он отправился в будущее, а для подобных разговоров мне нужен именно Такемичи из будущего, а не нынешний. — Держи, — мама протягивает мне две таблетки и стакан воды. Я закидываю успокоительное в рот и выпиваю воду залпом. — Отдохни ещё немного, я на работу пойду, выходной взять, к сожалению, не могу, — она выходит из моей комнаты, а я заваливаюсь ещё немного поспать.       Спустя время я прихожу в себя от нудного и долгого дверного звонка. Перевожу взгляд на настенные часы. 17:28 С трудом поднимаюсь на ноги и иду открывать двери, сначала посмотрев в дверной глазок. На пороге стоял Такемичи и Чифую. Что происходит? Из-за того, что Баджи выжил, теперь всё будет иначе? Я отхожу в сторону и пропускаю ребят к себе. — Подождите на кухне, — я указываю рукой в нужном направлении. — Я схожу привести себя в порядок, — парни молча кивнули, а я спокойно пошла переодеваться и умываться. — Я рассказал ему про свои скачки из будущего и про тебя, — прямо говорит Ханагаки, стоит мне зайти на кухню. Я почесала затылок. — Чай? — задаю вопрос и, не дожидаясь ответа, ставлю чайник греться. Парни в итоге кивнули. Из-за того, что я много поспала, голова неприятно болела. Когда я налила нам попить, то решила вернуться к разговору. — Что-то произошло, что ты так рано вернулся из будущего? — Ханагаки кивнул и хмуро посмотрел на меня. Чифую сидел в ожидании. — В этот раз я был верхушкой Тосвы, но при этом я стал крайне мерзким человеком, повяз в грязных деньгах, был виновен в смерти Хинаты и друзей. Это была не та Тосва, которую мы все полюбили, — он резко замолчал. Находиться на собственной кухне было очень напряжно. — Я предал Чифую, Кисаки убил его на моих глазах. Он убивал других ребят чужими руками. Он был виновен в том, что ты убила Майки и Баджи. — Это не так! — я вскочила и ударила по столу. Воспоминания сегодняшнего сна врезались в мою голову. Это и вправду был не сон? Это было будущее? — Майки убил Баджи, а я… Я убила его, да. Я была под наркотиками, ничего вообще не понимала. — Откуда ты это знаешь? — спрашивает Такемичи, находясь в шоке. Да и я сама не особо понимала. Чифую обошёл стол и погладил меня по плечам, усаживая за стол обратно. Он пытался меня успокоить. Я покачала головой. — Сегодня ночью я увидела это. Но сначала посчитала, что это был плохой сон… Это было так ужасно, — я снова заплакала, вспоминая мёртвые тела близких для меня людей. Я не была готова к подобному. Я не думала, что начну видеть будущее. — Мне было так страшно, Такемичи, я не хочу видеть будущее, — если Ханагаки растерялся, то Мацуно, наоборот, сообразил, что нужно делать. Он протянул мне стакан воды и приобнял со спины, начиная тихо шептать: «Они живы, сейчас с ними всё хорошо». Постепенно я пришла в себя. — Спасибо большое, — благодарю я Мацуно. — Что ты ещё смог узнать, Такемичи? — Что-то пошло не так после того, как Хаккай убил действующего главу Чёрных Драконов. Это всё, что мне удалось узнать, — вздыхает парень. — И я бы вернулся в будущее, чтобы узнать побольше, но пока для этого ещё рано. — Час от часу не легче, — буркнула я, вытирая оставшиеся слёзы. — Нужно думать, что с этим делать. Но я, честно, без понятия. Вероятно, для начала надо сблизиться с Хаккаем, чтобы понять, что у него в голове. А потом думать над дальнейшими действиями. К слову, что с Казуторой? Баджи ведь жив, значит, Ханамию в тюрьму не должны были отправить. — Во время битвы я сумел достучаться до обоих, — начал Такемичи. — Казутора сказал, что ни о чем не жалеет и что сейчас он не готов к тому, чтобы вернуться в Тосву. Майки ответил, что не готов его сейчас прощать, но будет ждать его возвращения, — я уткнулась в собственные ладони, тяжко вздыхая. — Насколько мне известно, Казутора сейчас начнёт проходить лечение…       Я ничего не ответила, и в недолгом молчании мы продолжали пить чай. Если ничего не поменяется, то рождественский конфликт пройдёт без потерь. Значит, мне стоит замахнуться чуть вперёд и заняться Поднебесьем, пока туда не заявился Кисаки. Хотя сама банда ещё и не сформирована ведь? Это будет сложно. Самым сложным будет найти Изану и подступиться к нему, войти к нему в доверие не получится: он ведь в принципе никем не дорожил, кроме погибшего Шиничиро. Есть одна идея, но она довольно опасная. Нужно немного времени, чтобы решиться на подобный риск. — Кстати, можно задать тебе пару вопросов? — неожиданно говорит Чифую. Я кивнула. — Ты находишься в теле девушки, которую зовут Хикари. Как тогда тебя зовут? — Алиса, — удивлённо ответила я. Даже Такемичи не интересовался. Периодически я забываю, что меня зовут не Хикари. Мацуно призадумался. — Меня зовут Алиса. — А сколько тебе лет, если не секрет? — аккуратно спрашивает Мацуно. Сейчас будет весело… — Если брать сегодняшний год, не учитывая скачок из будущего, то мне не так давно исполнилось четыре года, — на лицах парней было неописуемое удивление. Я начала смеяться, схватившись за живот. — Но сейчас мне двадцать один. Так что я младше вас на самом деле. — Что ж, это было весьма неожиданно, — подытожил Такемичи, почесав затылок. — Как нам тебя тогда лучше называть? — Как и до этого. Я уже привыкла к имени. Да и мало ли, при других назовёте меня настоящим именем, тогда вопросов будет куча, — парни согласно кивнули, все ещё думая над чем-то. — Кстати, ребят, — друзья обратили вновь своё внимание на меня. — Просто знайте: что бы я не сделала, всё это на всеобщее благо. — У тебя есть какой-то план? — Нет, — это не план, это верный путь к смерти.

***

      Как позже мне удалось узнать, Кейске вернулся в Тосву на должность командира первого отряда, кем и был до этого. Такемичи на управление доверили новый отряд, так что теперь он был командиром. Но Ханагаки переживал совсем о другом: чтобы Кейске в голову не взбрело подраться при всех с Кисаки. Я же беспокоилась, чтобы последний не решил предпринять новые попытки для убийства Баджи. С одной стороны, мне нужно было находится рядом с ребятами и бандой и внимательно следить за Кисаки, но, с другой стороны, это было бы невозможно, так как это противоречит моему плану. Буду надеяться, что Чифую и Такемичи справятся с этим без меня.       На выходных днях мне предстояла ознакомительная поездка в Йокогаму. Эта поездка однозначно станет не единственной, всё будет зависеть от того, повезёт ли мне сразу или придётся попотеть для достижения цели. Основной целью поездки были поиски Изаны, но даже если я найду его, то мне это ничем не поможет, он не станет слушать, если я не заручусь поддержкой знакомых ему людей. Отсюда первоначальной целью становились поиски братьев Хайтани, которые на реальный момент времени всё ещё должны были обитать в Роппонги.       Подобрав на неделе момент, когда мама должна была уйти работать в ночную смену, я отправилась на позднюю прогулку в Роппонги. На мой взгляд, это лучшее время для осмотра незнакомых районов и поиска гопников. К слову, я может и поехала кукухой, но хотя бы прихватила с собой перцовый баллончик на случай, если всё пойдёт по одному месту. — Как такая милая девушка может ходить одна в такое опасное время? Разрешите вас проводить? — я обернулась, позади меня стояли четверо парней. По виду они были ненамного старше меня. Я окинула их взглядом: опасности от них в мою сторону можно было не ждать, они не выглядели как люди, обладающие особенными физическими данными или боевыми навыками. — Конечно, пойдёмте в тот переулок, — я ткнула пальцем в нужном направлении и улыбнулась, чего не было видно под медицинской маской. Будет нехорошо, если меня запомнят, а потом в ненужный момент, например, когда я буду с кем-нибудь из Тосвы или друзей, узнают и выдадут мои действия с потрохами. Парни присвистнули и пошли вслед за мной. Наивные. — Итак, будьте добры, подскажите даме, где и как она может отыскать братьев Хайтани? — я сложила руки на груди, стоило нам попасть в слепую зону. — Поверь, мы будем намного лучше них, — со слишком слащавой улыбкой произносит один из парней, подходя ко мне и протягивая руку к моему лицу. Я схватила его за пальцы, выгибая их наружу. — Ах ты ж сука! — он замахнулся на меня другой рукой, но я успела пнуть его по самому больному месту. Что ж, минус один. Я не рассчитала силу, с которой замахивалась. — Спрошу ещё раз: где найти братьев Хайтани? — ещё двое сразу побежали на меня, но через секунду схватились за лица, покрывая меня всеми известными матами. Перцовый баллончик — лучший друг девушки. Этих двоих я отправила в нокаут, ударив их головой о каменную стену дома, прежде чем они успели прийти в себя. — Так что? — когда я обернулась, то никого не заметила. — В чём проблема ответить на вопрос? — нужно было сваливать отсюда, а то мало ли кого ещё позовёт. Я поправила кепку и направилась домой. Сегодня больше не стоит рисковать.       До дома я дошла буквально за двадцать минут. Было обидно, что сегодняшняя прогулка оказалась напрасной. Времени на самом деле было не так много. На примере с Баджи я поняла, что тянуть не стоит. Сам план был сказочно сложным и не до конца продуман.       У меня сильно закружилась голова, и я присела на корточки, хватаясь за неё.       Бежать. Бежать. Бежать. Было страшно. Что-то было не так. Меня кто-то преследует? Резкая пронзающая боль в ноге заставила меня упасть, вскрикнув от полученной раны. — Почему ты предала меня? Почему? — я оглянулась назад. За мной по пятам спокойно шёл Майки. В его руках пистолет. — Майки, я сделала это ради тебя! — я начала отползать от мужчины. От него исходила страшная, буквально разъедающая меня изнутри, аура. Ещё два шага, и он садится рядом со мной. — Пожалуйста, выслушай, я пыталась спасти вас всех… — Ты пыталась спасти не нас, а себя! — Майки приставил пистолет к моей груди. Взгляд его был злым, мне казалось, что он готов убить меня самым жестоким способом. Слёзы так и просились наружу, но я старательно держала их в себе. — Стала послушным псом Изаны: делала всё, что скажет. Убила всех дорогих мне людей, уничтожила половину Тосвы по его приказу, только что пыталась убить меня! — Это не может быть правдой… — в голове стали проноситься обрывки воспоминаний с убийством многих знакомых людей. Я схватила дуло пистолета и подняла его выше, чтобы оно упиралось в мою голову. — Стреляй, пожалуйста, я не могу так больше. Стреляй, — прошу я шёпотом. Майки презрительно смотрит на меня, напрягая указательный палец, что лежит на спусковом крючке. Раздаётся выстрел. — Хи-тян? — я резко отпрянула назад, увидев перед собой Манджиро. Я часто задышала, пытаясь успокоиться. Видимо, это было видение из будущего. Мне не нравится новоприобретённая способность. — Ты в порядке? Что-то случилось? — Что ты тут делаешь? — игнорирую я чужие вопросы, задавая свой собственный. — Она пришла в себя? — с верхнего этажа прибежал Баджи с каким-то бутыльком в руках. Я прищурилась, пытаясь разглядеть название. — Ты хотел привести меня в сознание зелёнкой? — удивлённо задаю вопрос, поднимаясь на ноги. Голова больше не кружилась. — Так что вы тут делаете? — Мы пришли к тебе, но ты была не дома. На звонки не отвечала, так что мы ждали у Баджи, пока ты вернёшься, — пояснил Майки. — Хотели позвать тебя кататься, но ты не очень хорошо себя чувствуешь. — У меня просто закружилась голова. — Мы пять минут не могли привести тебя в чувства, тупица. — Не обзывайся, тупой Кошак, — Майки сложил руки на груди и надулся, наблюдая за нашей перепалкой. Я тяжело вздохнула. — Извините, я только что с прогулки пришла, поэтому кататься уже не пойду, устала, — парни обиженно посмотрели на меня. Они влетели в квартиру, стоило мне открыть двери. — Эй, я вообще-то вас не приглашала! — Да ладно тебе, не бубни, давай лучше фильмы посмотрим! — улыбнулся Кейске, развалившись на диване. Рядом с ним растёкся Майки. — Мне завтра в школу. — Все вместе пойдём! — предложил Майки. Я тяжело вздохнула и махнула рукой. — Выбирайте фильм, я приду скоро, — нужно было быстро принять душ и переодеться в домашнюю одежду, чтобы потом в течение фильма спокойно отрубиться. В комнату я вернулась с мокрыми и растрёпанными волосами. Эти двое уже смотрели какой-то фильм, поедая попкорн, который нашли на моей кухне и уже успели приготовить. Наглёж. Я притащила подушки и плед из своей комнаты и присоединилась к ним. Хоть мой взгляд и был направлен на экран телевизора, но думала я совсем о другом. Видение было весьма полезным, так я узнала, что были и хорошие, и плохие последствия от моего нынешнего решения. Хорошим было то, что я смогла подступиться к Изане. А вот то, что я поехала кукухой и стала убивать друзей по приказу — несомненно плохо. — Ау! — вскрикиваю от лёгкой боли в шее. — Ты чего кусаешься, болван?! — я потёрла место, где Баджи укусил меня. Сейчас я смотрела на него недовольным взглядом. — Ты не смотришь фильм, я решил тебя вернуть на Землю, — поясняет парень с ухмылкой на лице. Я убрала тарелку с попкорном на пол, после чего спокойно и совсем легонько ударила парня. — Вы опять забыли про меня, — обиженно говорит Майки. Он обнимает меня и тянет в свою сторону. Теперь я спиной опираюсь на парня и в упор смотрю на нависающего надо мной Баджи. Осознание происходящего пришло не сразу. — Баджи, давай! — я испуганно смотрю на парня. Буквально через пару секунд я начинаю громко смеяться и дергаться, пытаясь избежать щекотки. — Не надо, пожалуйста! — со смехом прошу, пытаясь вырваться из крепкой хватки. Я дёргалась, пыталась отбиться от чужих рук на талии, но все мои попытки были тщетны. — Всё-всё, я больше не могу, хватит, пожалуйста, — тяжело дыша, молю со слезами на глазах. Сил сопротивляться не оставалось. Кейске с ухмылкой взглянул на Майки, который продолжал держать меня в кольце своих рук. — Так, чтобы вы, ребят, не задумали, это очень плохая идея! Щекотки было достаточно… — я хотела подняться и уйти на безопасное расстояние, но этого мне не дал сделать Майки, прижимая к своему телу. — Парни? — Баджи наклонился вниз к тарелке, беря в руки пару попкоринок. — Скажи «А», — настолько тихо говорит он, что мне кажется, будто это мои собственные мысли. Я медленно открываю рот, немного высовывая язык. Парень кладёт сладость на него, и я, едва распробовав, проглатываю её. От мыслей, закравшихся в мою голову, низ живота начало приятно тянуть, а сердце стало отбивать чечётку. — Хи-тян, освободи свою прекрасную шею, — раздаётся голос позади меня. Я чувствую, как мою голову аккуратно наклоняют влево. Меня пробирает дрожь от прикосновения холодных губ к моей коже. Майки мягко касается моей шеи, едва ощутимо целует, словно пытаясь понять, не против ли я. Затем чувствуется сильный укус. Я громко вздыхаю и закрываю глаза. В этот момент моих губ касаются чужие. Целуют с напором и жадностью. И я совсем не против, потому отвечаю на поцелуй, но так неумело, словно до этого я совсем не целовалась. — Баджи, — всхлипываю и дёргаюсь от прикосновения чужой ладони к внутренней стороне бедра. Следом Майки запускает руки ко мне под рубашку, сжимая грудь. С моих уст слетает тихий стон, я прикусываю нижнюю губу и кладу руки на плечи парня перед собой. — Разреши нам зайти дальше, — раздаётся вкрадчивый голос. И я совсем не могу разобрать, кому он принадлежит. — Я боюсь, — мой голос был настолько тихим, что я была не уверена, что сказала это вслух. — Но я хочу, — следом добавляю я. Горло неприятно болит из-за сухости в нём, говорить становится тяжело. — Мы не сделаем тебе больно, не бойся, — шёпот на ушко вызывает табун мурашек по телу. — Если ты скажешь остановиться, то так и будет. — Хорошо, — и едва я успеваю дать согласие, как меня втягивают в новый поцелуй. Чужие пальцы ловко расстёгивают мою домашнюю рубашку, сразу откидывая её в сторону. Баджи ухмыляется, заметив, что на мне нет лифа. Он тихо и довольно смеётся. Я вздрагиваю от мягкого прикосновения к груди и выгибаюсь вперёд, почувствовав прикосновение горячего языка к соску. Я громко вздыхаю и прикрываю рот ладошкой. — Хи-тян, не нужно, — шепчет Майки, когда я пытаюсь свести ноги вместе, почувствовав прикосновение к промежности. Он начинает аккуратно поглаживать, едва ощутимо, что мне хочется просить о большем. — Скажи моё имя, Хи-тян, скажи, — шепчут мне на ушко. Я тяжело дышу, не зная, куда себя деть, отовсюду приятные ощущения. Я хнычу, подставляя шею под горячие поцелуи. — Ба-аджи, Ма-айки, — тяну я, выгибаясь под приятные касания. Второй отрывается от моей груди и снова втягивает в поцелуй, снимая с меня оставшуюся одежду. Жарко. Очень жарко. Кейске целует меня жадно и грубо, кусает за губы, вынуждая крепко вцепиться в его плечи, что наутро останутся следы. — А? — парень медленно раздвигает мои ноги и опускается вниз, лицом оказываясь у промежности. — Нет, нет, нет, Баджи, нет, — прошу я, но он не слушает в упор. Он только смотрит на меня ехидно и улыбается, обнажая свои клыки. Я чувствую его горячий язык, то, как он касается им клитора, резко начиная его посасывать. От меня раздаётся громкий стон, и я прижимаю ладони ко рту, чтобы спрятать эти постыдные звуки. — Нет, Солнышко, убери, — требует Манджиро, отодвигая мои руки в сторону. Кейске медленно и мучительно двигал языком, поглядывая на мою реакцию. В уголках глаз собрались слёзы от удовольствия, и я готова была плакать в голос, но вместо этого из моего горла вырвались громкие стоны, которые заводили парней ещё больше. И теперь я вскрикиваю, чувствуя, как Баджи вводит в меня сначала один палец и спустя пару минут добавляет второй, начиная аккуратно растягивать. Кейске припадает к моей шее, сильно кусая кожу. — Пожалуйста-пожалуйста, мальчики, я так вас люблю, — как в бреду шепчу я, начиная двигать бёдрами навстречу пальцам Кейске. — Перевернись, Зайчик, — тихо просит парень, отстраняясь от меня. Я выполняю просьбу и сижу теперь лицом к Майки. Я сама тянусь к нему за поцелуем. — Встань, пожалуйста, на четвереньки, — снова выполняю просьбу. Но ноги так сильно дрожат, и сил держаться нет совсем. Слышу шуршание одежды, но Майки втягивает меня в поцелуй, отвлекая на себя. Позади Баджи проводит рукой вдоль позвоночника, после чего резко входит в меня одним толчком до конца. Я всхлипываю и расслабляю руки, падая головой на колени Майки. Он гладит меня по голове, перебирает волосы и так нежно смотрит. Баджи начинает медленно и плавно двигаться. С каждым толчком из меня вырывается полустон-полувсхлип. Я поднимаю свой затуманенный взгляд на Майки, после чего касаюсь губами выступающего бугорка в штанах. В следующую секунду Майки приспускает с себя нижнюю часть одежды. Средних размеров, аккуратный, с розовой головкой член упёрся мне в губы. Я приоткрыла рот и провела языком по всей длине члена, останавливаясь у головки. Лизнув ее, я вобрала в рот, начав двигать головой. Майки громко и бесстыдно стонет, путаясь рукой в моих волосах. — Поглубже, Хи-тян, пожалуйста, — стонет парень, сжимая мои волосы и задавая ритм. И я стараюсь взять больше, расслабляя горло. — Давай, Зайчонок, ещё немного, — Баджи касается пальцами моего клитора, начиная его массировать, и сам он начинает двигаться быстро и грубо, выбивая из меня стоны. — Я сейчас… — шепчет Майки, я отстраняюсь и продолжаю парню надрачивать рукой. — Хикари! — он издаёт гортанный стон и обильно кончает. Ещё пару мгновений, и меня охватывает дрожь, а затем наступает долгожданная разрядка. Баджи резко выходит из меня, и почти сразу я чувствую что-то теплое на собственной спине. Я смотрю на парней затуманенным взглядом, пытаясь отдышаться. Кейске отходит на пару минут и возвращается с пачкой влажных салфеток. Он приводит нас всех в порядок. — Отдыхай, — оба нежно целуют меня и накрывают одеялом, обнимая с разных сторон. — И только попробуй сказать наутро, что между нами только дружба, — раздается вкрадчивый шёпот Кейске, прежде чем мы все уснули.

***

      Наутро того дня я старательно делала вид, что ничего не произошло, что на моей шее совсем не осталось никаких следов. Парни хотели со мной поговорить, но я их быстренько выпнула из дома и побежала в школу.       И вот прошло ещё несколько дней, прежде чем состоялась моя следующая ночная прогулка. В этот раз, стоило мне только вступить на территорию Роппонги, как я ощутила за собой слежку. Поэтому я шла исключительно по освещённым улицам, никуда не сворачивая. — Хей, — меня окликнули. — Ты ищешь Хайтани? — я обернулась. Передо мной стоял парень крупнее меня в два раза. Ну тут однозначно проигрышный вариант с моей стороны, если завяжется драка. — Пошли за мной, — он развернулся и пошел в сторону парка. Естественно, я пошла за ним, бояться ведь «нечего». На качелях сидели двое парней, в которых я и узнала нужных мне людей. — Это она. — Мы можем поговорить без лишних глаз? Я явно опасности никакой не несу, — я развела руки в стороны, показывая, что ничего с собой нет. Старший Хайтани кивнул парню, что привёл меня. Тот быстро ушёл. Тогда я смогла снять кепку и маску с лица. — Ты же была на битве Тосвы против Вальхаллы? — склонив голову вбок, спрашивает Риндо. Я кивнула. — И ты была со стороны Тосвы. Что же тебе нужно от нас? Знай, что девушек мы тоже не щадим. — Я действительно общаюсь с ребятами из Тосвы, всегда знаю о их планах. В данный момент я ищу Курокаву Изану, — Ран поднялся с насиженного места, начиная подходить ближе ко мне. — Я знаю, что вы знакомы и что можете помочь в его поисках. У меня есть весьма заманчивое предложение к вам троим. Оно касается будущего Токио, точнее, кто будет им править, — было крайне сложно держать свой голос серьёзным и не давать дрожи вырваться наружу. Старший Хайтани, подойдя вплотную, схватил меня за ворот куртки, заглядывая в глаза, а затем спокойно отпустил. Главное — не подавать виду, что мне страшно. — Нам неинтересно твоё предложение, — говорит старший из Хайтани, возвращаясь на качели. — Стой, Ран, — его останавливает брат. Он смотрит на меня с заинтересованностью. — На что ты готова пойти, если мы примем твое предложение? — Предать Тосву и сливать всю информацию вам, — отвечаю я, складывая руки на груди. Больше уверенности в собственном голосе и взгляде. — Вы с моего предложения ничего не потеряете, зато сможете обрести, — Ран вновь подошел ко мне, Риндо поправил очки. — Я думаю, что мы можем найти Курокаву и выслушать твоё предложение, но если твоя задумка полнейшее говно… — Если это будет так, то я стану вашей шестёркой до конца собственных дней, — саму себя загоняю в ловушку, фактически торгуя собственным телом. Я быстрее вскроюсь, чем позволю управлять им собой. — Приходи сюда в воскресенье в полдень, поедем в Йокогаму, — сказал Риндо. — Повеселимся от души, — хмыкнул Ран. Оба брата прошли мимо меня. По коже пробежали мурашки. Какая жуть.