Единственный, с кем поцелуи сладкие

      Кэйа красивый. Очень. Дилюк иногда даже думает, что сходит с ума из-за него. Даже сейчас парень будто пытается свести его с ума. И что, что он просто спит? Нельзя же так красиво спать! Или можно? Но Рагнвиндр точно бы посадил бы его за то что... За то что он такой невероятный! Вот за что. Глупо? Нереально. Но сейчас единственное о чем хочется думать это любимый парень на другой стороне кровати. Который кстати... Не спит.. — О чем ты так сильно думаешь? — хриплым голосом мурлычет Альберих. О боги... Дилюку кажется что еще одно слово и он либо сбежит и забьется в уголок, либо возьмёт его. Прямо сейчас — Лю-ю-юк? — тянет слегка обеспокоенно рыцарь, проводя пальцами по чужой щеке, вытаскивая из мыслей. — А? Ам.. Доброе утро, — винодел застенчиво отводит взгляд.       В ответ Альберих лишь хихикает, чмокает Рагнвиндра в губы и вытягивается на кровати. Ложится на спину, откидывает голову назад оголяя шею, вытягивает и складывает руки в замок, и мычит. Довольно мычит. — Люк, — аккуратно зовёт рыцарь — пора вставать, — звучит как приговор. Все было слишком хорошо для реальности, этого "приговора" стоило ожидать. — А м-... — идея полежать еще резко становится глупой, но глубокий синий глаз уже приковался к лицу. Кэйа не глупец, далеко не глупец, именно поэтому он ложиться обратно. Ложиться поближе и улыбается. — Можно... Тебя поцеловать? — неожиданно вопрошает рыжеволосый, прижимаясь ближе к холодному телу.       И, о Боги, этот взгляд.. Столько нежности, любви и счастья Рагнвиндр сотню лет не видел в этих глазах. А ведь оно того стоит. — Ты опять, — наигранно обиженно буркнул капитан, закатил глаза и притянул возлюбленного к себе поближе. И поцеловал. Мягко и нежно, как только он умеет. Кажется и вправду стоило помириться раньше... — Это?.. — Салат, — спокойно отвечает Альберих начиная жевать.       Спасибо блять... Как будто это не видно. Ну если ест значит вкусно? Но, учитывая вкусы рыцаря, это может быть что-то из ряда вон выходящего, как например острое мороженое.. — Овощи и соль. Больше ничего, успокойся, — хихикает Альберих. Видимо понял из-за чего так задумался возлюбленный — мне перечислить овощи? — Нет, — вилка отправляется в рот. Вкусно. Очень вкусно! Все переживания были как оказывается зря.       Идея завтракать не только кофе теперь кажется довольно заманчивой... Кэйа все же свёл его с ума.