Единственный, с кем поцелуи сладкие

– Вкусно! – дает окончательный вердикт Кли. После него она продолжает смаковать яркое печенье, которое украсила сама.       Сахароза выдыхает, пока Альбедо что–то чиркает в тетради, кажется, ставит галочку на рецепт. Кэйа смотрит на это с легкой усмешкой. Сегодня Искорка очень захотела сделать имбирное печенье, которое ей когда-то принесла ее мама, как сувенир из Сумеру. – Братик Кэйа! – девочка замечает рыцаря и широко улыбается ему, – Хочешь попробовать? – она протягивает сладость в его сторону.       Альберих кивает и глаза Кли начинают сиять. Она явно довольна итогом больше всех. Двое взрослых рядом довольны тем, что ничего не взорвалось. Итогом, конечно, тоже, но больше тем, что ничего не пострадало. – Мы решили попробовали воссоздать то печенье, исходя из рассказов Алисы и описания вкуса Кли, – алхимик складывает тетрадь и кладет на рядом стоящий шкаф. После он облокачивается на стол рядом с Сахарозой. Она лишь застенчиво кивает.       Кэйа тоже помнит тот день, когда Алиса принесла их после очередного путешествия. Тогда Кли сияла сильнее обычного, а ее рот был испачкан крошками и яркой глазурью. Она растаяла еще в руках ведьмы, а когда попала к Кли потекла как сок.       Альберих откусывает небольшой кусочек и сразу чувствует сладость. Она приятно раскрывается вместе с мягким тестом. Кэйю тянет спросить, с какой попытки у них получилось его сделать, но взгляда на алхимика достаточно понять, что она была всего одна. – Вкусно, – вторит рыцарь и улыбается. Улыбка для Искорки как похвала, от которой ходишь окрыленный весь день.       И Кли резко перемыкает, словно в комнату молния ударила. – А давайте сделаем их для всех!       Все замолкают, думая над сложностями такой идеи. Нужно найти того, кто поможет все приготовить, а до этого нужно купить продукты. Потом все разнести. – Кли, – первой начинает биоалхимик, – мы подумаем над этим, хорошо? Девочка думает секунду, обдумывая этот ответ и, посчитав его вполне удовлетворительным, кивает. После, счастливая, как всегда, моет руки и убегает с Альберихом, попутно начиная рассказ о том, как они решили потратить единственный выходной на это. И кстати, не зря! Вышло очень вкусно. – Аделинда недавно сказала, что ей бывает одиноко, – нарушает тишину Дилюк.       Рыцарь вскидывает глаза на него и задумывается на мгновенье. – Что насчет компании одной маленькой рыцарки? – предлагает Альберих возвращая взгляд к бумаге.       Дилюк немного думает, а после приподнимается чтобы посмотреть на мужа. Кэйа выглядит серьезно и с легкой хитрецой в глазу. – Ты уверен? – Вполне, – рыцарь пожимает плечами, – Аделинде одиноко, а Кли хочет испечь кучу печенья, так почему бы не убить двух зайцев одной стрелой? – Кэйа слегка жестикулирует, пока в мыслях хвалит себя за решение хотелки.       Рагнвиндр укладывается обратно, осматривая потолок и тяжелую люстру. Кэйа возвращает глаза в документ, а в голове делает пометку «спросить у Альбедо ингредиенты», потому что в согласии мужа он уверен.       Дилюк всегда был за подобные идеи. Его привлекало и манило многое, а устоять он мог не всегда. Кэйа помнит, как они однажды забрались в погреб и выпили одну бутылку, а шуму то тогда было! Кэйа все еще хихикает, когда вспоминает. – Хорошо, только какое печенье? – Имбирное.       Винодел кивает. Моргает пару раз и спрашивает: – А из чего его делают? – Пока не знаю, – бумагу убирают на небольшой столик под скептичный взгляд Рагнвиндра, – завтра узнаю у Альбедо, – Кэйа зевает, пряча лицо в сгибе локтя, – и передам письмо на винокурню.       Альберих встает с кресла и садится на диван к Рагнвиндру, а когда последний предлагает лечь рядом охотно соглашается. Кэйа чувствует себя победителем. Особенно лежа в теплых объятиях. Все же Дилюк самый лучший камин.       Кли переминается с одной ноги на другую, в ожидании, когда же дверь перед ней и Кэйей откроют. В замке раздается скрежет и громкий щелчок, после которого массивную дверь приоткрывают и из–за нее выглядывает слегка сонное лицо Моко. – О, сэр Кэйа, – девушка приободряется увидев рыцаря, – и Кли, – Искорка приветливо махает рукой, – проходите, Аделинда ждет на кухне, – горничная открывает дверь и, кажется, облегченно выдыхает.       Кэйа благодарит девушку и задает пару дежурных вопросов, мягко улыбается, пока Кли прислушивается к звонкому шуму с той самой кухни. А когда из проема выглядывает сама Аделинда, Кли бросается к ней в объятия. – Кли, аккуратнее, а вдруг у меня в руках тарелки? Или сразу поднос с едой? – Линда вздыхает и треплет девочку по шапке. – Простите, – Искорка виновато опускает голову, сжимая подол юбки. Ткань мнется, но на это кажется ругаться не будут.       Женщина поднимает голову и кивает в знак приветствия рыцарю. Он тепло ей улыбается, словно вспомнил как она ругала уже его, много лет назад. — Я заберу ее после обеда, — Кэйа слегка наклоняется чтобы быть на уровне с рыцаркой, — Кли, будь хорошей девочкой и слушай тетю Аденлинду, а еще никаких игрушек, — он делает строгий взгляд, на который Искорка кивает, — ну, я побегу, веселитесь!       Дверь за Альберихом закрывается, а горничная уводит девочку мыть руки. Мало ли что она по дороге трогала. — Что-то не так? — Хилли наклоняет голову в непонимании. Она рассматривает нахмуренные брови, сжатые в полоску губы и недовольный бегающий взгляд девочки. Ее лицо сейчас в принципе выглядит забавно – чем-то недовольное личико испачканное в муке.       Линда не знает когда девушки успели так же втянуться в процесс, но выгнать их работать, кажется, не получится. Не потому что они все сделали, а из–за Искорки, которой они нравятся. — Кли хочет чтобы, крыши домиков были фиолетовыми! – Отлично, – растерянно и саркастично шепчет Моко. Она окидывает взглядом все имеющиеся у них цвета. Ничего подобного у них нет.       Кажется, Архонты услышали мольбы Аделинды и у нее появилась причина их запрячь. – Может попробуем его намешать? – предлагает Хилли, начиная чувствовать фантомную усталость от представления того как им придется корячится. Она перекидывает взгляд по кругу.       Или не услышали… У Архонтов вообще есть уши?       Кли загорается этой идеей и сразу тянет руки к красителям. И..       Попытка не увенчалась успехом. Поэтому бедные подруги корячатся отбирая виноград. Пока Аделинда там украшает уже застывшие пряники. Ну почему все так несправедливо? Они тоже хотят порисовать на печеньках! – Ну почему мы? – хнычет в который раз Моко.       Хилли уже хочет сказать подруге заткнуться, но кто-то ее опережает. – «Ну почему мы» что? – раздается голос где-то сверху.       Девушки все бы отдали чтобы это была главная горничная. Но нет, это сам Дилюк Рагнвиндр, который смотрит на них как на сумасшедших. Или детей, которые воруют этот виноград. А его кстати можно было брать? — Почему именно мы собираем виноград для красителя? – тихо начинает Хилли, у которой, кажется мужества побольше чем у подруги.       Дилюк хмыкает и оглядывает то что уже насобирали работницы. — Там виноград больше цвета дает, — Дилюк указывает в сторону заснеженных гор.       Девушки переглядываются, словно у них в глазах написано то о чем они думают и по итогу благодарно кивают и спешат уйти в указанном направлении.       Рагнвиндр неспешно идет в дом посмотреть как дела с пряниками, при мысли о которых рот наполняется слюной. — Как ровно! — восклицает эльфийка, осматривая пару человечков в белых куртках.       В куртке потому что, почему нет? Кли считает это очень милым. А что-то милое стоит сразу после пушистого в списке ее любимых вещей. Но на первом месте конечно же семья! Обобщенно, потому что Кли не знает, кого любит больше всего...       Дилюк кивает, пытаясь скрыть улыбку, а после утирает со лба пот. Он откладывает испачканную ложку. На столе перед ним куча уже остывшей сладости. — Сколько еще осталось? — уточняет Рагнвиндр. — Это были последние, — с довольным вздохом отвечает Линда.       И счастливо выдыхает уже Дилюк. Он так-то не планировал помогать, просто зайти, посмотреть, похвалить и уйти работать. Но ему достаточно взглянуть на Искорку, чтобы сказать, что это того стоило. — Спасибо за помощь, — Кли улыбается, кажется, не в силах сдержать свои эмоции.       Дилюк кивает, вытирая руки полотенцем. — Только не рассказывай Кэйе, что я вам помог, — на эту просьбу девочка замирает, думает секунду и кивает. Рагнвиндра вполне устраивает такой ответ. — Братик Кэйа, посмотри сколько печенья мы сделали! — эльфийка гордо показывает рюкзак, доверху забитый печеньем. — Какие молодцы, — Альберих треплет девочку по голове, — спасибо что посидела с ней, — он мягко улыбается горничной, на что та отмахивается, — ну что пошли разносить их?       Кли кивает и спешно накидывает сумку на плечи. — Только подожди меня немного на улице, ладно? — просит ее Кэйа, заметив спускающегося Дилюка.       Эльфийка молча выбегает на улицу увидев бабочку, летающую над виноградником. — Ты уже ее забираешь? — Ага, нам надо успеть разнести это чуть ли не всему городу, — выдыхает Альберих.       Дилюк сочувствующе смотрит и хочет обнять, но Кэйа решает, что в качестве поддержки получит поцелуй. Дилюк на это поворчит, мол «бесстыдно» и «можно было предупредить?» но это лишь задорит Кэйю. — Иди уже, — бурчит Дилюк под чужое хихиканье. — Что скажем? — аккуратно спрашивает Джинн. Она опускает взгляд на половинку елки, с яркими пятнами – попыткой изобразить разные игрушки на ней.       За столом наступает тишина. Не сразу – Мика пару секунд хрустел глазурью, но резко перестал поняв как тихо стало. Все переглядываются, но предпочитают молчать. — Не плохо, особенно мне нравится горчинка в глазури, — первой начинает Эола. Она устремляет взгляд на кусочек своего печенья. Небольшой наполовину съеденный домик, крыша которого фиолетовая. Как и подобие клумб у него под окнами – это ведь они? — Горчинка? Какая горчинка? — Эмбер не понимающе поглядывает на подругу. Она слопала уже одного человечка и елку, но горечи не почувствовала.       Лоуренс кивает и скаут бесцеремонно выхватывает кусок из ее рук и откусывает. И вправду – глазурь отдаленно отдает чем–то таким. Эмбер озадаченно оглядывает темную сладость между пальцев. – Может это краситель? – дает предположение Лиза. Она медленно запивает пряник ягодным чаем, – Кли проболталась, что печенье делала с Аделиндой – главной горничной винокурни, а шкурка винограда неплохой краситель, – чашку аккуратно опускают на блюдце. – Виноград как краситель? Интересное решение, – Альбедо, хмыкая, крутит пряничный домик в руке. Глазурь слегка криво разлита, но раскрашена с любовью.       Стук в дверь заставил всех обернуться. Не дождавшись ответа от Гуннхильдр – нынешней хозяйки кабинета – дверь открывают. В помещение влетает счастливая до безумия Искорка, а позади нее неспешно идет Альберих. – Приветик, что скажете? – Кли трясет то ли от холода – на улице с приходом темноты стало заметно холоднее – то ли от предвкушения оценок. – Очень хорошо, – мягко кивает Джинн, после чего она поднимает взгляд на Кэйю. Он в свою очередь прячет зевок в кулак. Видимо вся эта беготня по городу измотала его лучше чем какое–либо задание. Или куча бумажек. – Чудесно, – в один тон попадают библиотекарша вместе с алхимиком. Они переглядываются и Альбедо тянется потрепать девочку по шапке.       Искорка ластится к руке и с интересом смотрит на рядом сидящего Мику. Он кажется немного нервничает, обдумывая что сказать. Он поднимает взгляд на Лоуренс и Эмбер. Те просто кивают, мол, «скажи что думаешь». – Вкусно, мне понравилось – Кли услышав это довольно кивает и переводит свой взгляд. Мика облегченно выдыхает и начинает жевать оставшийся кусок.       Эмбер с заботой о подруге решает начать первой. – Мне и Эоле тоже очень понравилось! Ты большая молодец, – девушка с кроличьими ушами улыбается во все тридцать два зуба.       Искорка начинает светиться от радости пока ее хвалят. – Кстати, что сказали другие? – спрашивает Лиза делая маленький глоток уже наверняка остывшего чая. – О! Кли сейчас все–все расскажет!       Кэйа проходит мимо Лоуренс шепча ей что–то о карте и лагерях и победно усаживается на диван. Он заслуживает отдохнуть. А еще поспать. И может самому заточить штуку–две с хорошим вином. – Венти сказал, что Кли умничка, и что это очень мило, – Альберих постукивает по свои костяшкам правой руки, обдумывая, кого он мог забыть, – о, Фишль сказала, что это подношение выглядит весьма необычно и аппетитно, а Оз сказал что «принцессе нравится и она нас благодарит», – Кэйа потягивается и устало зевает. Вроде про всех рассказал. – Так значит, она разболтала? – наконец что-то говорит Дилюк. – Ага, – лениво кивает Альберих. – А где сейчас Кли? – он медленно проводит пальцами по синим локонам. – М? Ее на ночь сегодня забрала Лиза, она делает это редко, но Кли потом возвращается с парой новых историй или сказок, – Кэйа проводит ладонью по груди Дилюка, который навис над ним, – утром Кли заберет Джинн и она посидит у нее до обеда, потом я отведу ее к Алисе, она заберет ее на недельку. – О, – выдыхает Дилюк и резко замолкает. Он отводит взгляд, молчит несколько секунд и тихо начинает – тогда у тебя получиться всю неделю ночевать тут?       Кэйа замолкает, размышляя над информацией от разведки, количеством бумажек на столе Джинн (на этот раз у нее ни листочка на полу!) и количестве бумажек на собственном столе (их кажется немного больше..) и взвесив все за и против, кивает. – Чудно, – шепчет Дилюк и начинает пальцем проводить по чертам лица Альбериха.       Они играют в гляделки еще минуту, пока Кэйа не проигрывает (из–за усталости!). Тогда Дилюк победно усмехается и позволяет мужу наконец–то нормально лечь.       Кэйа раскидывается на постели и блаженно выдыхает. Усталость поглощает тело, утаскивает в плен сновидений. Но даже вся усталость не может помешать Кэйе медленно повернуться к мужу и на самое ухо тихо прошептать: – Может, ты и попросил Кли молчать, но ты совсем забыл об Аде, – усмехается Кэйа и засыпает, пока Дилюк тяжко вздыхает.