С тобой немного тяжело.....

Кел выздоровела и вернулась к себе домой, хоть и понимала, что жить в доме металлистов ей понравилось. «Бляха… Как у них дома кайфово. Только Мистер Глэм иногда прямо чересчур надо мной на задних лапках бегал, ну — его дело. На самом деле приятно, когда о тебе заботятся там, вес проверяют… Да… Дома мне никто молочко тёплое на ночь давать не будет… Ну это их дом, а это мой. Дом есть дом, пусть не совсем уютный, но дом.» В дверь постучали и Ник пошёл открывать. — Здравствуйте, я Пол. У нас с Кел есть одно дело. — Какое, если не секрет? — поинтересовался Ник. — Ну там, наше дело… — замялся Пол. — Хорошо, раз ваше, то ваше. Кел! Иди тут к тебе. — Чего? — вышла девушка из комнаты. — Пришли к тебе, — сказал Ник и удалился. — Здорова, биту взял? — Взял, вот, — показал из-за спины оружие. — Хорошо, нож не забыл? — спросила Кел, надевая косуху и крепко зашнуровывая берцы. — Не забыл, не волнуйся. — Так, перцовка у меня есть, погнали прпиздяча вставлять, — они вышли из подъезда и направились к бульвару. Шли молча, ничего не обсуждали. Когда до бульвара оставалось метров тридцать, то Кел наконец заговорила. — Если ты напиздел, что они тебя прижимали за деньги, то я с ними вместе тебя на заборе повешу. Я говорю сейчас серьёзно и не шучу, усёк? — Это правда! Я говорю правду. — Кодовое слово «шут», как услышишь, что я его сказала, то ебашь всех, кого увидишь. Не думай ни о чем. Ты стоишь и молчишь. Коль спрашивают — отвечай. А так я буду диалоги вести. Мне не поддакивай. Просто язык за зубами держи, уяснил? — Уяснил. — Вот и всё! Пошли, — сказала она и для уверенности сплюнула на тротуар. На бульваре стояли шесть человек. Среди них был самый высокий, по нему было видно, что он там заправляет. Парни разожгли костёр и грели около него руки. — Ебло знакомое… — потянул долговязый. На нём был костюм камуфляжного цвета. Сам он был высоким под два метра. Очень тощий. По сравнению с Кел он был на две головы выше. — Знакомое. Ты зачем на моего кореша наехал? Там такая история, что он кое-что спиздил, и на меня подумали. Получается, что ты на меня бочку накатил? — Таааак, ты явно не с добром, как я погляжу. Я тебя пацанку знаю… Та ещё ловкачка… — Так что? У кого ты там деньги вымогал?! — Давай на ладах мирно решим? Я сейчас на мели, да и поцыки как видишь тоже. Разойдёмся по хатам и ебальники закроем оба. — Нет! На ладах аккорды играют, а ты как сука поступаешь. Хороших людей обижаешь… — И что ты попиздиться хочешь? Мне и так не сладко, еще и ты с визитами. — Ну и шут с тобой! — Кел накинулась на первого попавшегося пацана. Пол вырубил парочку парней битой. — ТАК! ПОГОДЬ! ДЖОНСОН! ХВАТИТ! — крикнул долговязый. — Я так без банды совсем останусь! — Стой, Пол! Чего ты хотел? — остановилась Кел. — Давай один на один? Ты и я! Решим по чесноку! Не будем хератой страдать, да людей в больничку лишний раз отправлять… — Ну давай! — Раздевайся! До майки! Я тоже, так как я тебя знаю. Они сняли кофты, куртки и остались в футболках, штанах и ботинках. — В рукопашную, до отключки. Понятия знаешь, в пах не бить, в кадык не бить, в глаза тоже, — сказал долговязый. — Цепь напрягает. Снимай. — Как скажешь, — он сделал вид, что снял цепь. Они накинулись друг на друга. На улице было холодно, но кровь подогревала в жилах. Парень замахнулся для удара, но Кел ловко увернулась. За счёт промаха, парень немного наклонился, и она не упустила возможности ударить его кастетом по спине. Длинный просто взревел от боли. — Ну всё, пощады не жди! — неистово прокричал парень. — Это ты, долговязый пидор, пощады не жди! Как на моих корешей наезжать можешь, так отвечай! Неизвестно откуда у парня в руках оказалась цепочка, которую он решил не снимать. Длинный сильно ударил Кел по лицу. Кулак не попал, а вот цепочка сделала своё дело! Она рассекла лицо девочки. Кел хотела заплакать от боли, но сдержалась. После этого лицо стало горячим и мокрым. Девушка прикоснулась к нему, и увидела, что на руке была кровь. — Что уже больно стало? Заплачешь, девчонка? Плачь, и я тебя пожалею! Хахахах! — явно увидев слабину девочки, рассмеялся парень. — Ни за что, не увидишь моих слёз, собака! — чуть не плача говорила Кел. Девушка уже окончательно вышла из себя. Ее окровавленное лицо, приобрело очень жуткое выражение. Она смотрела парню в глаза и медленно наступала. Длинный опять попытался ударить цепочкой, но Кел подставила руку и крепко схватила цепь. Она сильно дернула ее, и она осталась у нее в руке. Парень сильно смутился и начал отступать. — Ну, что, сукин сын, будешь отвечать за слова?! Не дождавшись ответа, Кел ударила парня под дых. Длинный согнулся в три погибели и упал на асфальт. Тут уж девушку ничто не могло остановить. Она набросилась сверху и начала наносить шквал ударов. Вдруг Кел похлопали по спине, показывая о том, что он сдаётся. — Вот ты и проиграл! Тоже мне! Как мразота на младших наезжаешь! — Что думаешь с металлистами дружбу водишь, так теперь деловая стала?! — спросил он, поднимаясь. — При чём тут металлисты? — Кел тоже надевала кофту и вытирала лицо от крови, хоть это особо и не помогало, только майку пачкала. — Да при том! Среди шпаны уже слухи поползли, что у тебя там рыженький ухажёр появился, что дома ты у него была пару недель. — И что? Это тут при чем? Ты просто мразь, которая только и может, что младших обижать и деньги вымогать! А моя жизнь тебя не касается! — Пусть и так, но у меня родители любят, мать не бухает и с батей я живу. Не зря он от вас ушёл. Не от хорошей жизни! Сами довели мужика, а потом жалуются. Да скорее всего это он из-за тебя ушёл, увидел какой гоблин у него родился и сбежал! Сама во всём виновата! Думаешь, что за справедливость, а сама с чужим батей как со своим! Думаешь, шпана не понимает, почему ты так с металлистами часто, да потому что они из жалость с тобой общаются! — Не правда… — прошептала Кел. Внутри оборвалась кака-то тоненькая ниточка, стало так больно, словно все кости переломали. — А как ты думаешь, что они за твоей спиной говорят?! Да ничего хорошего! Сама дура лезешь везде, а в итоге ты в пизде! Заступница херова! Батю найди, а потом заступаться бегай! А не к чужим родителям привязывайся! Идиотка! — крикнул длинный и начал надевать куртку. — Вздор… не правда… — тихо шептала Кел. Настроение от победы в драке упало. Так плохо ей не было никогда… Её словно нож в сердце воткнули. — Пошли, Кел, — сказал Пол и направился проч с пустыря. Понурив голову Кел тоже пошла за ним. Девушка просто не верила словам хулигана. — Классно ты ему наваляла! — сказа Пол понижая интонацию к концу. — Из-за тебя всё! Сам бы разобрался, а то на меня свесил! Ты — сука! — Кел нужно было сорвать свою злость на ком-то и под горячую руку попался Пол. — И награду спиздил, и вообще! Дебил! — Ладно хер с тобой… — сказал он и пошёл прочь от неё. — Я ему помогла, а он хер! Ну и пиздуй! Сучий сын! — Я тебя не знаю теперь! Успокоиться, поговорим, а то ещё и мне достанется. — И иди! — в глазах стояли слёзы. Кел не знала что и думать… Такие страшные слова… — она посмотрела на руки. На ладонь упало несколько капель крови. «А вдруг и правда я навязываюсь? «Батю найди, а потом заступаться бегай!» Звучал голос в голове.» Кел шла по направлению к дому, нет, не к своему. К дому металлистов. Добрела она в тишине. Слёзы так и капали из глаз. Что-то болело в груди. — Оооо! Здорово Кел! Иди как раз сюда, ключ подержи, мне гайку закрутить неудобно. — Здрасте, тёть Вик… Да… Иду, — тихо сказала Кел. — Тааак, опять влипла? Что с мордой? Пойдём! Лотать тебя опять… — Глэм! Тут опять беда! — сказала Вики, подзывая мужа, когда они с девушкой зашли в дом. — Что? Что там? — спросил Глэм, вытирая руки о фартук. — Опять тут Кел в передрягу влезла. Аптечку захвати.

— Какой ужас… Слов нет… — произнёс Глэм, когда вошёл в зал. — Я выиграла… И отомстила… — Такими жертвами?! Слёзы будут? Мне в любом случае надо обработать. — Нет, потерплю… — Хорошо. Глэм обработал рассечение и намазал кремом. Кел на смогла больше молчать. — Это правда, что вы со мной из жалости общаетесь? Только честно скажите! Правда, что за спиной обо мне говорите вещи всякие? А? — спросила девушка. — Что за чушь собачья? — опешил Глэм. Кел рассказала в подробностях, что и как произошло. — Может и вправду я виновата… Так-то. — Слушай сюда, — сказал Глэм, взяв её за подбородок, чтобы она смотрела в глаза. — Это всё ложь, не правда и полная чепуха. Ты — хорошая дочь, именно такой хотел видеть тебя отец! Слышишь?! Именно такой! Тебе пора поговорить с матерью. Сядь, и поговори с ней. Прямо сегодня, как придёшь домой! Поговори! Предложи решение! Найди его. Слышишь меня, Кел? — А так можно? — Не можно, а нужно! Вам пора с ней поговорить. — Ну я попробую… — Тебе разве так важно, что о тебе говорит весь этот сброд? Эти люди тебе как-то важны? Чего ты его послушала? Поехали, я отвезу тебя домой, и поговоришь. — Я попробую… — Вот и договорились. Глэм отвёз девушку домой. Кел зашла в квартиру и услышала, что дома только мать. Казалось бы, самое время для разговора. Женщина была не пьяна. Она курила на балконе. Кел набралась сил и подошла к ней. — Мам… — тихо позвала она её. — Чего тебе? — отозвалась женщина. — Поговорим? — О чём? — Пойдём… — Куда? Малая, не выводи из себя! — Мам, почему ты меня не любишь? Что я сделала не так? Я могу исправить? — спросила она со слезами в глазах. — Ты чего несёшь? — Ну правда, почему? Женщина оглядела дочь с ног до головы. — Башкой шибанулась ненароком? Ебальником где стукнулась? — спросила она, выкидывая бычок. — Ответь, почему? Я хочу обсудить! — сказала Кел и обняла мать. — Слушай… — женщина хотела отпихнуть ребёнка, но Кел перебила её. — Вот почему? — не могла держать Кел слёзы. — За что ты так меня ненавидишь? Что я сделала плохого? Всегда бранишь меня! Каждый день! А что не так? — Ну… Ну… — женщина не знала что отвечать. — Чего молчишь? Я жду ответ. — Ну кто тебе такое сказал, что не люблю? — спросила наконец женщина и пошла в спальню вместе с Кел, которая не отпускала её. — Мам… Ну не ври. Женщина села на кровать, а Кел села к ней на колени и уткнулась в грудь, не отпуская объятий. В матери что-то проснулось, что-то тёплое, нежное. Стало жаль своего ребёнка. Дочь ведь не виновата… — Я не вру. Ну вот вырастешь и поймешь меня… Ну чего ноешь? — Не ною… Просто зачем бранишь меня всегда? — Не знаю. Вот честно, не знаю… Бывает и нервы сдадут, а бывает и ты выпросишь. Ну сложная ты немного… — Не умеешь любить? Хочешь я научу? — Наверное не умею… Ну я не ненавижу тебя и смерти твоей не хочу. Всё это глупости… Ты же живучая как таракан! Хер убьёшь… — Ну наверно… А пьёшь зачем? Не пей. — Не могу. Не могу я… — Знаешь, тебе наверное на работу надо устроиться… Среди людей как-то неплохо… Ты кто по образованию? — Швея мотористка. — Вот, поищи работу, давай подниматься с колен! Хватит так жить как мы живём! Тебе разве нравиться? — Кел хотела перемен. Она нашла выход, пусть стандартный, но выход. — Да ну… Какой там нравится… — Так вот! — в душе девочки поселилась надежда на лучшую жизнь. — Ник поможет документы найти… Он там понимает. — Мама, только не пей! Не пей ты эту водку проклятую! — Не знаю, дочь… Ой не знаю… — А кто кроме тебя знать должен? А? Ну мам, не пей, пожалуйста… — Хорошо, не буду! Не буду больше! Только по праздникам, можно? — Ну это одно… — Всё, всё. Давай сопли подбирай. Люблю я тебя, люблю конечно… — Мам, пока братья на учёбе, давай в доме приберёмся? Придут в чистенькое… Ну? — А давай! Ну его всё! Они стали вместе наводить порядок в доме. Взяли ковры и вместе пошли выбивать. На лестничной площадке из увидела соседка. — Неужели что-то по дому сделать решили? — язвительно спросила она. — Решили! — ответила Кел, и они вышли на улицу. Келли вместе с мамой вымыли стены, потолки, окна, привели в порядок комнаты, постирали одежду. — Ну-ка, а в твоей спальне чисто? — спросила женщина у дочери. — Ну… почти, — сказала Кел. — Я пожалуй сама там уберу. — Пойдём посмотрим, что там у тебя. Ууууу… тут кто живет? Келли Джонсон или рота солдат? — Я там живу. — Давай-ка, порядки наводи, а я пойду на кухне посуду вымою. — Угу. Когда очередь дошла до старых антресолей Кел интуитивно напряглась, так как знала, что там храниться… — Доча, иди сюда, подержи пакет. Я всё лишнее хочу выкинуть. — Хорошо, мам. Девочка стала держать пакет. — Таааак… что у нас тут… В мусорный пакет полетели старые картонные коробки, бутылки, жестяные банки, всякая ерунда. Кел ждала… Когда же покажется её страх. Мать достала с антресолей шнур. Кел вздрогнула. — Думаю, что его тоже надо в мусорку определить. Зачем нам шнур от чайника, если чайника нет? А? Ты что скажешь? — Делай как знаешь, — тихо сказала Кел. — В мусор! — сказала она и бросила орудие пыток, что так долго пугало Кел в пакет. Спустя два часа уборки в доме стало очень чисто. Они убрали паутину, выкинули бесконечное множество бутылок, подклеили обои, начисто вымыли оконные рамы, постирали всю одежду и заштопали, перемыли плитку в ванной комнате. Даже постелили газетку, чтобы когда приходил с улицы, то не следил грязной обувью. Это был выходной день, но парни учились в субботу. Когда братья вернулись с учёбы, то ахнули. — Ого! Так чисто! — сказал Ник. — Там газета! На ней обувь снимайте! Натопчите ещё! — крикнула Кел из кухни. — Я ещё в такой чистоте не находился… — улыбнулся Саймон. — Ага! — поддакнул Джордж. — Мне кстати стипендия пришла! — сказал Саймон. — А мне тоже! — сказал Ник. — Конец месяца, вот и перечисляют. — Айда в магаз! — сказал Саймон. — Мальчишки, мне это… Ну стыдно немного, — показалась мать. — Ладно, мам, бывает… — поддержал Джорж. — Ник, ты это, помоги мне документы мои найти. Мало в этом понимаю. — Тебе зачем? — поинтересовался Ник. — На работу хочу устроиться… — Это хорошо. Найдем. — Да и не в упрёк, надо постельное купить новое. Сначала Келли, а потом вам, — сказала женщина. — Всё будет, мам, — сказал Ник. С это дня всё пошло на лад, иногда конечно женщина срывалась и пила, но дети всегда были рядом, что и помогало ей остановиться. Мэйсона поймала полиция и осудили на двенадцать лет. Да он и сам себя спалил. Начал приставать к девушке под кайфом. Она не растерялась, на помощь позвала, и ментов вызвала. Его и прикрыли. За попытку изнасилования и употребление запрещённых веществ. Поглотителей стало меньше, а места больше. Всё начало вставать на места.

Май

Келли успешно училась и продвигалась в музыке. В классе к ней относились уже не с отвращением, а с уважением, сейчас узнаете почему.

***

Футбольное поле.

Матч между школой №18 и №17

— Том! В нападение выходи! Не стой как петух! — крикнула Кел с ворот, поправив перчатки. — Не стою я! — отозвался Том. — Джек! Ты вместо того, чтобы на девчонок болельщиц смотреть, воды мне принеси! Так и охрипнуть недолго! — сказала Кел запасному. — Я сам уже выдохся! Весь первый тайм хреначил! — Принес! Быстро! — крикнула на него Кел. — Хэви! Хватит в носу ковыряться! Возвращайся в защиту! Я тут одна осталась! — Идёт ожесточённая борьба между десятиклассниками школ №18 и №17. Никто не хочет сдаваться. Конец второго тайма, а счет 0:0. Что же предпримут ребята? — говорил комментатор. — Хэви, блин! Вернись в защиту!!! Я тебе говорю или кому?! — Я устал уже! — Все устали! Команда противников вырвалась вперёд и уже вела мяч по направлению к воротам Кел. Девчонка сжалась и приготовилась защищать ворота. — Сейчас я тебе покажу, что девчонки на воротах не стоят! — крикнул противник. — Давай! Давай, петух! Попробуй! — сказала Кел и стала смотреть на мяч. УДАР! Кел прыгнула и поймала мяч! — Вперёд! Все уходите!!! — крикнула она и отдала мяч на середину поля, ударив с ноги. — Том! Хэви, пас отдай!!! Чего вы ждёте?!!! Пока игроки другой команды все прибежали к воротам у команды Кел появился шанс забить. — Участник под номером пять выводит мяч к воротам противника. Ожидание! Промажет или попадёт? — добавлял комментатор. — Хэви, промажешь я тебе ноги вырву, и спички вставлю! — кричала Кел с ворот. Рыжик размахнулся! Ударил мяч изо всех сил! — ГООООООООЛ!!! — закричали болельщики школы №18. — Гол! Хэви красава! — Гол! Гол! До конца игры одна минута! Смогут ли ученики школы №17 отыграться? — говорил комментатор. — Ребят! Одна минута! Не подпускайте их к воротам! Не подпускайте! — Я воду принёс, — сказал Джек. — Изменилась погода? — Ещё как, Джек, ещё как! Пить! Дай сюда! — Кто? — Наши! — Кел залпом осушила полбутылки. — Ты пей, пей, я две набрал. Кто забил? — Хэви! Кто ещё?! Вы что тупые?! Я же сказала не подпускать! Погоди, Джек, не сейчас! — Всё, всё, — Джек отошел от ворот. — Идиоты! Вы что пенальти хотите?! Мяч оказался у противников. Снова переместились на ту половину, где играла команда Кел. — СВИСТОК! Матч окончен! Победила команда школы №18! Городской финал состоялся! Всем спасибо за игру! — сказал комментатор. — Урааааа!!! Хэви — лучший!!! Красава! — накинулись все на рыжика. — Круто мы их сделали? — сказала Кел после матча. Они с Хэви сидели в парке в футбольной форме и пили сок. — Да. Медаль получил! — Ну так ты медаль, а я целых две грамоты. за лучшего вратаря и за первое место. Я чуть с вами не охрипла. Понабрали в команду кривоногих и играй как хочешь. — Ты хороший капитан команды, Кел. Постоянно за игрой смотришь и подсказываешь, когда нужно, — сказал Хэви, вытирая пот с лица. — Ты вообще красавчик! Так захреначить гол. Вот я на поле материться отучилась, наконец-то. — Да, а то помнишь постоянно жёлтые карточки давали. — Ничего. Там вы без мата хуй понимаете!

***

— Хэви, ну пожаааалуйста! — просила Кел, сидя на кровати. — Нет, я сказал! Нет! — Ну Хэви! Чего тебе жалко что ли?! — Я потом целый день комком ходил! Как помпончик! — Ну и что?! — Ничего! Я просто не хочу! — протестовал Хэви. — Жадина! — Хорошо, только на моих условиях, — решил похитрить Хэви. — Смотря какие условия… — Я буду два дня подряд называть как хочу! — сказал Хэви, протягивая руку для пари. — Только не матами и не в общественных местах. Договорились? — Договорились! Хэви и Кел пожали друг другу руки и пари состоялось. — Всё, солнышко, теперь ты можешь заплести мне косички, — сказал Хэви, лучезарно улыбаясь. — Какое нахуй солнышко?! — У нас пари! Ты что забыла? — Лааадно! Это только на два дня! Рыжулька! — Так что, котик, ты будешь заплетать или нет? Ты ведь так хотела. — Буду! — насупившись, сказала Кел. Глубоко в душе ей нравилось, что Хэви так её называл, но показывать свою симпатию первой она не хотела. Девушка любила его и часто о нем думала. — Солнышко, только сильно не тяни, хорошо? — Хорошо, как скажешь. Келли нравилось всегда экспериментировать с волосами Хэви. В частности заплетать косички. — Завтра весь день помпончиком ходить буду… — ворчал Хэви. Он долго думал о признании, но не решался сказать. Ему нравилось, что Кел заплетает его, парень также тщательно скрывал симпатию.

***

— Ахахахахах! Дождь такой тёплый! — прыгнула Кел в лужу, держа в руках кеды. — Да! Июнь! Ахаахах! — звонко смеялся и Хэви. — Слабо так! — Кел снова прыгнула прямо в лужу, обрызгивая Хэви с ног до головы. — Не! Хорошо, что телефоны дома оставили! — Ага! А Мистер Глэм не будет ругать? — Не знаю. Скорее всего он будет нас сушить! — Да! — и Кел снова прыгнула в луже. Словно маленькие дети они прыгали и веселились, обливая друг друга. — Кел, на улицах вообще никого нет, — сказал Хэви, по пути к дому. — Да. Что-то я уже подзамёрзла. — Ничего, сейчас папа даст тёплый плед. — Угу. — Хэви, Кел, вы что баловались под дождём? — спросил Глэм. — Да, пап, только не злись. — Хорошо, идите снимайте мокрую одежду и на диван. Я принесу плед и горячий чай. — Тепло… — протянула Кел, отпивая чай и ещё больше заворачиваясь в тёплый плед. — Да… Келли, я тебя люблю… Ты хорошая… — спокойно сказал рыжик. — Я знаю, Хев, я знаю… Я тоже тебя люблю… Келли наклонилась к парню и поцеловала его в щёчку. — Мы типа признались? — зачем-то спросил Хэви. — Да… Я просто сразу говорить не хотела… Ну я не знаю почему… Ты реально зачётный пацан… — Спасибо… Они прижались друг к другу и сели в обнимку. — Оооооой… Как котятки, — сказала вошедшая в комнату Лиф, они вместе с Ди приехали на летние каникулы. — Ах какая пара пиздабол и… — начал было Ди, но тут же получил подзатыльник от Лиф. — Получишь ещё! — сказала Лиф. — Вот же петух, а! — сказала Кел. — Лиф, что ты в нем нашла вообще? — Сама не знаю! — Это я вообще-то Лиф нашёл, а не она меня, — деловито сказал Ди. — Ой, подумаешь последил за мной по камерам в школе! К Хэви вон до сих пор ревнуешь! — Ну вообще-то уже нет. У него вон своя девушка появилась. Ди и Лиф в скорости покинули комнату, чтобы Кел и Хэви смогли поговорить. — Кел, я… — Келли. Теперь можно на Келли. — Келли, я хотел бы, чтобы мы с тобой стали парой. Как ты на это смотришь? — Положительно. Хэви ничего не ответил, а лишь потрепал девушку по волосам.

***

— Паааап, — протянул Хэви, когда зашёл в зал и увидел отца с книгой. — Что? — спросил Глэм, не отрываясь от чтения. — У меня к тебе вопрос. — Какой? — мужчина снял очки и положил в книгу закладку, так как Глэм — само совершенство и страницы не загибает. — Ну… Ты вязать умеешь? — замялся Хэви. — Да, умею, — ответил Глэм. — Можешь меня научить? — спросил Хэви, переминаясь с ними на ногу. — Я могу. Однако у тебя, во-первых, не хватит терпения, так как это дело кропотливое, а ты достаточно неусидчивый человек. Во-вторых, что именно тебе нужно связать? Если это одежда, то зачем она тебе в конце июня? — Ну чего ты так сразу… — понурил голову Хэви. — Я сказал тебе чистейшую правду, сынок. — Да, ты прав, это предмет одежды. Это не мне. Я хочу это связать, а в интернете как-то не правильно объясняют… Тебе трудно что-ли? — Нет, мне нетрудно. Через десять минут, в моем кабинете. — Угу… — Начнем через три, два, один, — Глэм включил таймер, на котором высветилось время 3:00. — Нет, не надо так, — сказал рыжик и выключил таймер, перевернув его экраном вниз. — Этот жест с твоей стороны мне не понятен. Можешь пояснить? — Да могу. Не надо всех вот этих таймеров, просто покажи мне как это делать и всё. — Ты что и вправду хочешь научиться? — Да, пап, а что в этом такого? Не надо так… — Как? — спросил Глэм со своим обычным выражением лица. — Вот так говорить, делать с таймером так. Мне не нравится это… Просто не нравится… Не далай так, пожалуйста. — Хорошо, извини. Тогда скажи мне честно для чего тебе нужно вязание? Для достижения своей цели? — Нет, мне оно нужно для того, чтобы связать шарф Келли, чтобы зимой она не простудилась! Как раз к октябрю будет шарф готов. Тебя вот попросил научить… — Аааа… Для Келли… — Да, с надписью! — С какой же, если не секрет, — поинтересовался Глэм. — Секрет. — Я заинтригован. — Ты маме не скажешь, а то она ржать будет… — Нет, это будет нашей с тобой тайной. — Ну ладно, только ты пообещал! — Да, Хэв, я пообещал. — Ну там надпись будет, только ты тоже не смейся! — нахмурился Хэви. — Не буду, не буду. — Ну… «С любовью» — густо покраснел Хэви. — Хорошо, я тебе помогу, к зиме успеем, — похлопал его по плечу Глэм.

***

— Эээээххх..... — тяжело вздохнула Кел и отхлебнула чай из кружки. — Хэй, ты чего? — спросил Хэви. — Обиделась? — Да, ну! Как на такую милашка как ты можно обижаться? Хэви улыбнулся и слегка покраснел. — Так чего грустная такая? — не унимался рыжик. — Денег нет, работы тоже… На улице жара, Ник на бахчу не пускает, больше работы нет. — Зачем тебе работа? На кухню прошел Глэм и стал заваривать чай и себе. — Работа должна быть… Деньги свои иметь всегда надо. Мне вот надо шорты прикупить, майку новую… — Ну блин! — Работа говоришь? — спросил Глэм, присаживаясь рядом с подростками. — Да, работа. Мне всегда чем-то заниматься надо. — Есть у меня к тебе одно предложение. На следующий день Келли и Глэм куда-то поехали. Кел не имела ни малейшего понятия куда же везёт ее блондин. — Куда мы едем? Вы толком так и не ответили. — Сейчас узнаешь. Спустя минут двадцать они подъехали к какому-то магазинчику. — Хееей, чувак, привет… — протянул незнакомы для Келли шатен. — Привет, Чес. Я вот тут работника тебе нашел. — Воу, воу, воу, где же ты ее достал? — Нигде. Кел, не стесняйся, проходи. Девушка с опаской прошла вперёд. Чес вышел из-за прилавка и пригласил их пройти вглубь магазина, в служебное помещение, где находились пара кресел, стол, и тому подобное. — Присаживайтесь, судари, — сказал Чес, заваливаясь в кресло. — Я девчонка, — сказала Кел, присаживаясь на самый край кресла, поближе к выходу. — Хорошо, меня зовут Чес. Это мой лучший друг Глэм. А ты кто такая будешь? — Меня Кел зовут. Я… Ну… — Она друг нашей семьи, — нашел что сказать Глэм. — А чей близкий друг? — со смешинкой в голосе спросил шатен. — Ничей, — ответила Кел. — Да, ладно тебе заливать! — Если Ди уже занят, то значит ты с Хэви? — Это не важно! — немного нервно сказала Кел. — Так, господа, мы о работе, — предотвратил перепалку Глэм. — Да… Кел, как видишь, у меня есть свой музыкальный магазинчик. Мне нужна небольшая помощь. В твои обязанности будет входить уборка, так как мне самому лень, помощь в разгрузке новых гитар, может быть постоять на кассе, пока я кое-где нахожусь, протирать витрины, помогать подбирать товар и тому подобное. Как тебе такой фетиш? — Ну это не сложно… Что по бабкам? — сразу задала интересующий Кел вопрос. — Семьдесят долларов наличкой каждую неделю. Вас устроит? — Устроит. Это только на лето? Или как? — Пока посмотрим. Только конец июня. — Когда на работу приходить надо? — Через день, с девяти до четырех. Есть небольшие запреты. Первый: не звонить в звонок на кассе. Второй: не звонить в звонок на кассе. Третий: … — Не звонить в звонок? — Нет, не трогать руками гитары на витрине. Это все. — Договорились! — протянула руку Кел. — Договорились, — ответил на рукопожатие Чеснок. Так состоялось знакомство одного друга семьи металлистов и другого друга семьи металлистов. Работала Кел на совесть и запреты не нарушала, за что иногда получала выходной. Платил Чес исправно и без задержек.

***

Догоняй, Хэв! — крикнула Кел, оборачиваясь к рыжику. — Еду, еду! — отозвался Хеви. — Перекур? — спросила Кел, когда они подъехали к ветвистому дереву. — Я не курю, но отдохнуть согласен, — сказал рыжик, ставя велосипед на подножку. — Я тоже не курю… теперь… — Это вредно, — сказал Хэви и лёг на травку под деревом. — Тебе не кажется, что мы слишком далеко от города? — легла с ним рядом девочка. — Неа, Келли, не кажется. Пчёлы опыляли цветы, травка зеленела, светило яркое июльское солнце и двое влюблённых подростков лежали под деревом и обнимались. Их обоих ожидало светлое будущее, в котором они будут вместе.