Терпеть не могу геев.

Новое утро в старом окружении. А ты, как всегда, прекрасен. Но между нами уже нечто другое, чем когда-либо. Теперь мы с тобой по-настоящему близки. Ты лежишь сейчас в моей кровати, укутавшись с головой в одеяло. Мило сопишь, говоришь иногда какие-то фразы. Лучи солнца пробегают по ткани, твоё лицо чуть выглядывает из-под неё и свет красиво играет на твоей коже. Ты помнишь нашу первую встречу? – Ох, месье Макрон! Рад Вас видеть в более неформальной обстановке. – ты посмотрел на мое отражение в зеркале, обвёл взглядом с головы до ног. – Как Вы поживаете? – Хорошо, господин Зеленский. Может быть Вам будет удобнее перейти на "Ты"? – предложил тогда в туалете я. – Думаю, что не стоит. О Вас ходят не самые приятные слухи. – напрямую сказал ты мне и направился вытирать свои мокрые руки. А я так и остался стоять около двери. – И какие же? – Месье Макрон поебывает всех, кто ему понравится, вне зависимости от пола. Извините, но я не хочу быть в их числе, поэтому не собираюсь сближаться с Вами, переходя на "Ты". – обратился ты, глядя в мои глаза, а после направился к выходу. Но я не позволил. – А если Вы уже мне нравитесь? – перегородив дорогу, спросил я. – Отбросьте эти шуточки и дайте пройти. – Кто сказал, что это шуточки? Вроде как юмор все же по Вашей части. Я помню твоё недоумевающее лицо. Помню как ты почти выплюнул мне в лицо фразу: «Терпеть не могу геев. Вам не место в обществе». Помню, что ты хотел оттолкнуть меня, когда я решил заключить тебя в свои объятия. Ты так резво пытался увернуться, но все же ты мальчик не глупый. Наши силы не равны и ты лишь хорошо попросил у меня, после чего получил своё. А все ведь началось именно с этого. Ты разогрел во мне желание заполучить тебя. И я знал, как мне этого добиться. А ты знал, что я смогу, поэтому и бегал от меня. Бегал от своей судьбы. – Когда Вы уже от меня отстанете?! – вопил ты, ускоряя шаг, стараясь как можно быстрее оказаться в другой комнате. Но лишь я знал куда нужно идти. – Только после того, как поцелуете меня, господин Зеленский. – без капли стыда произнёс я и загнал тебя в тупик. – Отойдите! Хватит! – мой маленький мальчик, ты вытянул руки, хотел защититься, но ещё не понимал, что именно рядом со мной ты в безопасности. – Всего один поцелуй. Вы вершите судьбы других людей, не думаю, что моя просьба так сложна для Вас. И кто бы мог подумать, что тогда ты ударишь меня, своего коллегу. Ударишь президента, в конце концов. Такой строптивый, такой неугомонный и такой мой. А я не остановился тогда. Грубо взял тебя за щеки, удерживая одной рукой твою, прижимая к стене. Я так желал поцеловать твои губы. А ты все сопротивлялся, старался отойти, отодвинуться. Я же в свою очередь напирал ещё сильнее, кусал твои губы, обводил ряд твоих зубов, сплетал наши языки. Ты такой горячий внутри. Я так желал тебя. Я желал твоей любви. И я знал, что это только начало. Было так приятно наблюдать за твоим смущением, за покрасневшими ушками и выступившим румянцем. Ты был необычайно мил, а я любил тебя любого. Но наши отношения развивались очень быстро. Я наплевал на все твои упрёки и делал так, как считал нужным. – Нет! Отпустите! – почти кричал ты, когда я насильно запихнул тебя в кабинку туалета после очередной встречи. – Тише, малыш, тише. – шёпотом произнёс я на ухо, заставляя тебя всего сжаться. – Не называйте меня так! – ты хотел показать, что тоже чего-то стоишь. Но мне не нужно было доказывать это. Ты бесценен для меня. Я отпустил крышку унитаза, прижал тебя к себе спиной и посадил к себе на колени. Как же ты старался выбраться, но все было тщетно. Я крепко держал тебя, пока ты хоть чуть-чуть не утихомирился, а после перехватил твои руки, расстегнул ремень, пуговицу и ширинку твоих брюк. Ты ругался на меня, обзывал всеми культурными и не очень выражениями, просил отпустить. Но я никогда не бросаю начатое. Я никогда не оставлю тебя в покое, ведь я полюбил. Все те слухи были лишь слухами. Я однолюб и отдал все своё сердце тебе. Отдал его тому, кто подарил своё в ответ. Но как же мне было интересно пройти весь этот путь. Я переубедил тебя. Поменял твои взгляды на жизнь. И теперь ты со мной. – Тебе стоит быть потише. – с усмешкой произнёс я тебе куда-то в шею, опаляя своим горячим дыханием. – Пошёл ты... – на выдохе сказал ты, стараясь своей рукой чуть сбавить мой темп, но ничего не удалось. Я вновь перехватил твои запястья и будто с новой силой проводил по твоему члену. Бешеная скорость только способствовала твоим томным вдохам. Но спустя секунду, я отпустил твои руки, прижимая свою свободную к твоему рту. – Подними ноги. – очень тихо сказал я, понимая, что теперь в туалете мы не одни. Это сильно напугало тебя, ты затих, послушался меня и поднял свои голени вверх, перенося весь вес на меня. Ты был готов к разрядке, оставалось совсем немного, но ты не мог себе позволить так опозориться перед кем-то, ведь ты знал, что не сможешь кончить беззвучно. Это знал и я. Но ты раздраконил меня, поэтому я даже не пытался останавливаться. Мне было так приятно слушать твой скулёж, слышать как ты сдерживаешься. Спустя мгновение после того, как некто покинул помещение, я убрал руку от твоего лица и услышал такой сладкий громкий стон. А сейчас что? Ты лежишь в моей кровати, встаёшь, кушаешь, умываешься, ложишься спать со мной. Все эти действия мы делаем вместе. И лишь потому, что я не остановился. Ты был слишком невинен для этого мира, но я развил в тебе любовь к алкоголю. Абсолютно пьяный ты заваливаешься ко мне в номер и ставишь условие. – Если мне понравится заниматься сексом с тобой, то я буду твоим навсегда. – еле выговаривая слова и стараясь сложить их в одно предложение, ты приближаешься ко мне с бутылкой вина. – Я запишу это. Постель скрипит под ритмичными толчками двух тел. Ты стонешь, сжимаешься, поддаешься навстречу. Ты хочешь ещё и я даю тебе ещё. Я смотрю в твои заплаканные глаза, спускаюсь взглядом на тонкие ключицы, наклоняюсь и прикусываю кожу вместе с костями. Ты впиваешься пальцами мне в плечи, но я жестко фиксирую твои руки, позволяя лишь делать то, что захочу я. Ты выгибаешься в спине, прижимаясь своим телом к моему. Ты хочешь меня. Мне так приятно слушать твоё сбивчивое дыхание вперемешку со стонами и томными вздохами. Ты такой узкий и это одурманивает меня, я вбиваюсь в твоё тело, задевая ту самую точку внутри. И ты кончаешь, пачкая свой живот, вздрагиваешь всем телом, горишь и сгораешь, говоря напоследок: – Терпеть не могу геев, но тебя потерплю. И, кажется, это было новым началом для нас обоих. Теперь каждое утро ты просыпаешься и сразу же целуешь меня, даже если я сплю. Я знаю, что ты сделаешь так завтра, послезавтра, через неделю и через месяц, ведь теперь мы принадлежим друг другу. И больше нам никто не нужен. Но этим утром я встал раньше, поэтому я невесомо целую тебя в губы, встаю и задергиваю шторы, чтобы солнце не мешало тебе спать в выходной, и ухожу готовить завтрак для нас двоих.