Его Лисёнок

      Рассказав о том несчастном светлячке Лили и Северусу, было, наконец, выявлено, что к растениям у Мелиссы действительно нет никаких способностей. Несмотря на то, что те, по сути, тоже живые. И стало понятно, что залечивать у девушки получалось лучше, просто не сразу и небольшие травмы, в чем она и Слизеринец убедились в тот день, когда она попыталась излечить его порезанную ладонь. В этот раз все обошлось лишь уколом в палец из которого проглядывали капельки крови. И затея оказалась очень даже с положительным концом: Мелисса смогла излечить эту маленькую ранку, а значит теперь понятно к чему идёт наклон ее способности.       В конечном итоге Лили и Мелисса приняли решение рассказать о способности Мелиссы Мадам Помфри для того, чтобы та позволила девушке какое-то время побыть в лазарете, помогая, если вдруг что. Девушка могла спокойно тренироваться там, развивая свою способность. В основном она это делала тогда, когда ее «подопытные» спали.       В этих способностях также был ещё один плюс: с учётом того, что сейчас происходит в мире, подобное просто является лишь баллом в копилку, ведь таким образом у тебя есть эффект неожиданности на случай чего. Да и уметь исцелять, в принципе, очень даже неплохо.       К слову о мире… Наутро в «Ежедневном пророке» продолжали писать о нападениях. Было разрушено два дома в немагической части Лондона. Оба дома были расположены рядом, а над ними возвышалась метка. Огромный череп, из которого выползает змея. Зрелище страшное и ужасное, но оно напоминает тем самым, что все не так хорошо, как хотелось бы. Погибают взрослые и дети, старики и совсем младенцы. Просто невинные люди за то, что они не обладают магией. Будто им при рождении давали выбор и они сделали неправильный. Мотивов этого Темного Лорда многие не понимали. Он, вроде, взрослый человек, уже созревший волшебник, раз развязал войну, но не понимал таких простых вещей. Хоть сам сиди и внедряй ему это в его голову.       Отношения Северуса с сестрами были, вроде, все теми же, но всё-таки какими-то шаткими. В последнее время их взгляды во многом стали разделяться. Например, когда речь заходила про волшебников и маглов, их разговоров выходили тем, что они могли немного поссориться. Северус стал все чаще пропадать в компании других Слизеринцев, но и про сестер не забывал. Лили даже как-то чуть сильно не поругалась с другом, когда сказала ему, что он плохую компанию выбрал себе, на что тот ответил ей довольно грубо. И кто бы знал, что могло произойти, если б Мелисса вовремя не остановила сестру и друга. И отныне у них был нейтралитет. Они не решают друг за друга, что им делать и с кем общаться, хотя Мелисса и решила все между ними, но всё-таки глубоко внутри она была полностью согласна с сестрой. Да, на Слизерине были те, кто был нормальным, несколько таких она знала, а были и те, которые потеряли смысл термина «нормальные». Просто в какой-то момент Хогвартс поделился на две части. Слизерин с Гриффиндором и так не особо ладили, а сейчас и вовсе стараются не общаться, потому что все перерастает во взбучку и вмешательством Профессоров, а также снятием баллов. Никого это не устраивало, поэтому все и сошлись на мнении, что трогать друг друга — себе дороже. Так и было.       Шепотки слышались ото всюду. Страх перед происходящим только усиливался, да так, что ученики стали настолько осторожными, что складывалось ощущение, что у некоторых просто в какой-то момент случится паническая атака или разовьётся паранойя. И нельзя их винить в проявлении страха. Он свойственен всем, просто каждый показывает его по-разному, если, конечно, не предпочитает его просто скрывать.       ЗОТИ стало теперь более сложным. Профессор Фрейган был твердо настроен на то, чтобы обучить учеников всему, что им пригодится в дальнейшем. Будь то боевые заклинания, которые они проходили на практике, или же теория, которая тоже была немаловажной, ведь на ней Джерар рассказывал и объяснял, что делать в случае опасности и как предотвратить ее при возможности. Домашних заданий, соответственно, стало больше. Времени попросту иногда даже не было на то, чтобы просто перекусить, хотя питаться волшебникам было нужно, ведь магия, как таковая, отнимает твою силу и энергию, а еда ее восполняет, в неком роде.

***

      Рождество уже наступало на пятки, а до каникул оставалось полторы недели. Почти все студенты уже собрали свои вещи, готовясь уехать к своей семье. «Семья» — этот термин и понятие стало чем-то настолько важным, что дети с первых по седьмые курсы готовы были сорваться хоть сейчас, чтобы увидеть родных. Многие студенты, пусть и не признаются в этом, но представляли на месте пострадавших себя. Свою семью. Своих близких. И от этого мурашки пробегались по всему телу, которое сковывал страх. Страх потери.       Северус Снейп погряз полностью в книгах. В последнее время его оттуда даже невозможно было иногда вытащить. Он каждый день читал и узнавал что-то новое и нужное для себя. Изучал то, что изучают только на седьмом курсе; читал то, что в школьной программе даже не преподавали. И он был такой не один.       Несомненно, происходящее за пределами Хогвартса — страшно, но даже подобные события не повлияли на великих Мародеров так сильно. Джеймс Поттер — заядлый весельчак всея Хогвартса, кажется, вернулся в строй и прежнюю рутину. Снова розыгрыши, снова приколы, снова некого рода издевательства. Не над всеми, но все же. Было даже ощущение, что это не Мелисса собралась игнорировать его, а он ее, потому что он вел себя так, как планировала девушка. А главное, вытворял все без намека на совесть и явно не переживая, что ему настучит по голове Мелисса Эванс. Хотя Лили, при своей должности, была обязана это делать, поэтому по шапке Поттер всё-таки получал, как и остальные Мародёры.       Мелисса, сидя за столом Гриффиндора в Большом зале, была полностью погружена в книгу, в которой можно было найти что-то про ее способность. Узнала она довольно познавательную информацию. Например, ее способность может действовать на людей и животных, в чем она сама уже успела убедиться. Также, если она разовьёт эту силу в себе, то вполне способна будет залечивать тяжёлые ранения, а это было просто великолепно. Она сможет лечить смертельные ранения, при необходимости, естественно. И это было замечательно. Узнала она ещё, что подобного рода магия будет вытягивать из нее много сил, пока ее организм не привыкнет к этому, а сила не будет с ней заодно, ведь пока что у нее все выходило несколько криво и не сразу получалось излечить то или иное ранение, пусть даже самое мизерное.       Сама девушка, помимо учебы, также начала выполнять утренние пробежки по поручению Профессора Фрейгану, который сказал ей, что нужно развивать выносливость. Зимой это делать, конечно, было сложно, а если ещё учесть, что она была не сильно спортивной личностью, то становилось сложнее вдвойне. Но во всем этом были и свои плюсы: девушка так поргужалась во все этом, что игнорировать все вокруг, в том числе и Поттера, стало уже привычным делом. Иногда к ней присоединялся Северус и они вместе что-то делали или просто проводили свои изучения в компании друг друга. А иногда Мелисса засиживалась с Лили и подругами.       Ее отношения с Алексом были просто отличными. Слизеринец, видя ее тягу к познанию чего-то нового, сам вызывался иногда обучать ее чему-то новому, что он знал сам, или просто рассказывал ей что-то. И девушка слушала, внимала каждое слово, вбивала в голову каждое новое заклинание, тренировалась под его присмотром, чтобы ненароком чего не натворить и чтобы он в случае чего сразу смог помочь.       Тучи на небе тем временем сгущались, и дело было вовсе не в погоде. Все в округе будто становилось мрачнее… или же так просто казалось. Стало ещё более страшнее, когда в газетах на живой картинке был изображен человек. Даже сквозь лист бумаги можно было заметить бешенный взгляд, который был настолько диким и сумасшедшим, что становилось не по себе. Лицо было изуродованно несколькими шрамами, а его волосы торчали во все стороны, спутанные. Эрнест Пауэлл. Парень девятнадцати лет — пожиратель смерти и не́когда выпускник Слизерина. Прошло всего два года с его выпуска, а он уже являлся приспешником Темного Лорда и тем, кто убил на глазах у многих людей ребенка. Девочку звали Эмма Кларк и она была маглорожденной. Это все, что нужно было знать Эрнесту, чтобы совершить непоправимое, после оказаться в суде Визенгамота, выяснить, что за его спиной ещё четыре жертвы, а после получить срок в Азкабан. Этого было достаточно.       Многие теперь стали более насторожено смотреть на стол Слизерина, хотя всё-таки Мелисса не могла понять некоторых моментов. С одной стороны, их опасения были оправданы поступками Эрнеста, а с другой — это же не значит, что теперь каждый Слизеринец пойдет по стопам Пауэлла. В общем, мнения разделились, но она продолжала быть на нейтралитете, ни там ни там. И ее это пока устраивало.

***

      Какой-то грохот разбудил Мелиссу и ее соседок, отчего все вскачили со своих кроватей в испуге. Мелисса с расширенными глазами посмотрела на подруг, а после на дверь. Спустившись с кровати, девушка поправила лямку бордовой сорочки, что сползла с плеча. Девушка быстро обула тапочки и накинула халат из того же комплекта, выбегая из комнаты первая.       Спустившись по лестнице, Мелисса замерла около нее, почувствовав, как в ее спину врезались Мэри и Марлин. Девушки также замерли, смотря на гостиную огромными глазами. Единственный вопрос, который посетил их головы: каким образом?       Кресло, что когда-то стояло в гостиной, было взорвано, валяясь по всей гостиной в разных ее частях. И тогда-то Мелисса заметила, что не только их одних привлек шум. В гостиной находилось довольно много студентов и все их взгляды были направленны на Мародеров, которые были немного испачканы и недовольны, ведь это совсем не то, что они хотели сделать. Их эксперимент вышел им боком. Лили и Ремус уже отчитывали их за эту проделку, пока те смиренном тояли, задумчиво смотря на части кресла. Каждый из них даже не слушал старост, они просто размышляли о том, что и где пошло не так.       В какой-то момент Джеймс заметил Мелиссу, стоящую около лестницы, ведущей в спальни девочек, которая смотрела на все это безобразие. Но почувствовав на себе пронзительный взгляд, девушка перевела его на Поттера, пересекаясь с карими глазами. По привычке Джеймс взлохматил свои волосы, которые и без того были в полном беспорядке, а после он подмигнул однокурснице, растянув губы в лёгкой ухмылке. — Прекрасно выглядишь, лисёнок, — сказал он, обводя ее внешний вид глазами, возвращаясь к ее глазам, а девушке под таким изучающим взглядом стало некомфортно. Мелисса промолчала на его сомнительный комплимент, запахивая халат, завязывая его на пояс. Девушка отвела глаза, заставляя Джеймса усмехнуться. Видимо и правда решила полностью игнорировать его, что ж, дело ее.       Мэри позвала подруг обратно, сказав, что здесь больше не на что смотреть, и те согласились с ней, возвращаясь обратно в комнату. И так как сон был нарушен, а до звонка будильника оставались считанные минуты, девушки, соответственно, и собрались раньше. А также позавтракали и были у класса Зельеварения.       Казалось, что единственный, кто всегда навеселе — это Слизнорт. Декан Слизерина, даже несмотря на настрой учеников, также оставался все тем же. Задания, как классные, так и домашние, не менялись, разве что сложность с каждым разом была более высокой, но оно и понятно, программа-то не может стоять на одном месте. Тот, как и полагается, дал им задание проконспектировать из учебника нужный параграф, а в конце он пройдет и проверит все. Задание легче лёгкого.       Для Джеймса это была скукотень, но делать было нечего. Он был серьёзен, когда говорил друзьям, что хочет поднатаскать некоторые предметы на более высокую отметку. На все про все у него ушло двадцать с лишним минут, пока он, наконец, не поставил перо в чернильницу, откидываясь на спинку стула, несколько вальяжно расставив ноги под партой, пока рука по привычке взлохматила волосы. Глаза его прошлись по всему классу. Вон сидит Дан Куин, чуть ли не утыкаясь носом в пергамент, расписывая все настолько подробно и мелко, что разве что под лупой что-то и можно было развидеть. Позади него сидит Анна Голд, которая рассматривала свой маникюр, даже и не думая что-то писать. В какой-то момент девушка почувствовала на себе чей-то взгляд и повернулась. Девушка в ту же секунду пересеклась с глазами Поттера, растянув губы в кокетливую улыбку, а сам Джеймс не удержался от усмешки, отворачиваясь от нее. Рядом с Анной сидела ее подруга, лениво подпирая щеку рукой, неспеша прописывая каждую буковку. До конца урока было ещё достаточно времени, так что она могла не сильно спешить. Глаза его бегло прошлись по остальным, останавливаясь на двух сидящих перед ним однокурсниках: Сэм и Джастин — лучшие друзья. Те тихо играли в морской бой, полагая, что никто этого не видит. На это он лишь просто хмыкнул, отводя глаза. После он посмотрел на Люпина, чей вид был бледный и усталый, даже вымученный, а под глазами залегли темные круги. Это зрелище заставило его поджать досадливо губы. Полнолуние. Завтра полнолуние и его другу, как и всегда, заметно хреново.       Рядом с ним сидел Питер, конспектируя для Ремуса сначала все, а потом уже и для себя, понимая, что его друг не в состоянии сейчас делать даже такую мелочь, а он помочь готов ему всегда. На это Джеймс лишь кивнул сам себе, мысленно выказав Питеру благодарность и уважение.       Сириус тем временем, что сидел рядом с ним, просто крутил перо меж пальцев, откинувшись на спинку и закрыв глаза, откинув также голову к верху, будто размышляя на великие темы и философии. В общем, у него были свои тараканы в его аристократичной голове.       Потом глаза его нашли Мелиссу. Девушка лежала на левой руке, уперевшись об нее подбородком, пока глаза ее бегали то на страницу книги, то на пергамент. Поза была ее расслабленная, что было заметно по тому, какой спокойно она была. Рыжие волосы лёгкими волнами распались по ее спине и плечам, а губы в лёгкой задумчивости переодически вытягивались, когда она размышляла, как лучше сократить ту или иную информацию на пожелтевших страницах книги. В какой-то момент Джеймс и сам не заметил, как без всякого стеснения стал разглядывать однокурсницу. Ему было все равно, если его кто-нибудь поймает за этим. Да и что тогда будет? Он всё сделал, саму Мелиссу он не тревожит, просто наблюдает, другим тоже не мешает. Так что и бояться нечего.       Буквально после того, как он подумал об этом, он заметил, как рядом сидящая Лили что-то шепнула сестре на ухо, и та, слегка схмурив брови в задумчивости, ответила ей также что-то шепотом, кивая головой. Само собой, он знать не знал, что они друг другу сказали, да и ему было все равно на это. Он лишь наблюдал.       Следующий урок прошел довольно скучно. Ни тебе практики, ни даже элементарной теории. Весь урок был посвящен проверке домашнего задания. Третья часть учеников получила выговор и снятие баллов с факультета из-за того, что они не сделали эссе. Единственным весельем было лишь то, что один смелый Когтевранец решил поставить Профессора на их место, мол, у нас куча домашки помимо вас и ещё есть личная жизнь, за что в итоге поплатился отработкой на весь вечер.       Ближе к вечеру, когда у Мелиссы, наконец, не было никаких дел, она засела в комнате на кровати за книгой. «Магия исцеления». В этой книги было ещё более подробно расписано все об ее силе, привелегиях, мощи и прочее и прочее. В общем, глазам было где разгуляться. Благодаря этой книге она открыла свой дар с новой стороны и на весьма положительной ноте. Ее сила не ограничивалась на излечении крыльев насекомых или маленьких порезах или ранах, это она знает уже. Была и такая информация, которую она уже прочла и чуть ли не на зубок выучила из предыдущей книги, поэтому сразу перелистнула некоторые страницы. И хотя она все это и прочла в предыдущей книге, всё-таки здесь было более подробно расписано, насколько серьезные травмы она способна излечить. Но, опять же, там расписано все по мелочам, а основу она уже знает. Да, подобная способность не будет лишней, как она уже ранее думала и знала, вспоминая, что она планирует поступать в Аврорат после окончания школы. Также в планах у нее было рассказать об этом Профессору Фрейгану. Он, как опытный мракоборец, тоже должен понимать, что подобная сила очень полезна будет на поле боя. Она ведь может быть сразу на двух сторонах: сражаться и лечить.       Естественно, она не сможет сначала сражаться с кем-то, пока в какой-то момент не услышит чей-то крик и скажет пожирателю: «подожди, я вылечу там кого-то, а потом вернусь». Было бы странно и смешно. А исход был бы фатальным для неё. Поэтому, подобную силу она должна держать в секрете от посторонних. Лишняя морока и проблемы ей не нужны.

***

      Для Северуса Снейпа тишина была очень важна. Он не был человеком, любящим шум, переполох и прочие синонимы к этим словам. Его отдушиной было уединение с собой и тем, что ему было нужно или нравилось. Список был короткий, но тем не менее — важным для Слизеринца: книги и библиотека, сестры Эванс, мать и иногда одиночество.       В последнее же время он утопал в книгах целыми днями напролет. Узнал столько, сколько не знали многие; вычитал такое, что никому даже не приходилось узнавать. А также он стал уделять больше времени темам Оклюменции и Легилименции. Подобные навыки станут для него не лишними. Он обучится подобному искусству и станет более продуманным, когда встанет вопрос о его безопасности. Нельзя ведь исключать того, что в Хогвартсе он не всея любимчик. Даже среди своего факультета он не особо-то и знаменит. Хотя его и уважают за знания и умения, а это тоже немаловажно. Однако есть и недоброжелатели, враги, которые ненавидят его по неизвестным ему причинам. На ум, зачастую, приходит Поттер. У них была взаимная неприязнь. И обосновать его ненависть к нему — было легче лёгкого. А вот презрение того к нему — трудно. Он даже не вдавался в эту тему. Он просто помнил, с чего все началось. В том купе решилась их дальнейшая судьба и отношения друг к другу. В первый день знакомства они стали друг для друга врагами номер один.       Ему самому, честно признаться, было плевать на Джеймса Поттера. Он его не трогает, не говорит ничего и даже не смотрит, но для самого Гриффиндорца, Снейп был будто красная тряпка для быка, коим являлся Поттер.       Сейчас же, когда часы пробили половину девятого вечера, Северус в тишине сидел в гостиной перед камином, читая книгу по Темным искусствам, которыми стал увлекаться к концу четвертого курса, а сейчас же и вовсе превосходно владел большой частью. Прервал его тактичный кашель позади, и Слизеринец неспеша обернулся, со спокойным и холодным выражением лица заставая Блэка-младшего. Тот смотрел на Северуса с какой-то неприязнью, но все тем же безразличием. — Люциус ждёт тебя в комнате в девять вечера. — Для чего? — Ты прекрасно знаешь для чего, Снейп, — хмыкнул Регулус, обходя диван и садясь на него. Сам Северус поджал губы, закрывая книгу. Желание продолжать читать дальше пропало напрочь, а в груди поселилось какое-то давящее чувство, которое он сразу же запихнул как можно глубже. — Я советую не опаздывать, потому что у вас будет на все минут тридцать максимум, — снова разрушил тишину Регулус, смотря серыми глазами немигая на языки пламени в камине. — И не советую также бесить его, он сегодня не в духе, — раздался насмешливый голос Мальсибера, который так же бесшумно появился в гостиной Слизерина, садясь в кресло со стороны Регулуса. — Завтра рано утром он отправится домой по поручению отца. Вы и сами понимаете, зачем он туда отправится, поэтому должны быть готовы к тому, что ожидает вас двоих, — сказал Регулус спокойно, будто речь шла о погоде за стенами замка.       Мальсибер и Снейп на это промолчали, кивая головами. Они оба понимали, что рано или поздно и они окажутся в Малфой Мэноре по понятным причинам. — Насколько мне известно, в эту субботу у семейства Лестрейндж будет проходить званный вечер, на который будут приглашены все чистокровные и доверенные лица. Ты, Снейп, тоже будешь там присутствовать, поэтому мой совет, найди себе что-нибудь нормальное из одежды. Ты будешь в приличном обществе, — пренебрежительно выдал Регулус, окидывая его внешний вид придирчивым взглядом. Северу в ответ окатил его холодным взглядом, отворачиваясь. Известие это стало для него… неожиданным. Ему ещё никогда не удавалось побывать на вечерах аристократов и почетных людей, и от этого тень волнения накатывала на него, пока внешне он оставался спокоен. Годы тренировок и маска равнодушия уже словно приелась к нему. — Гроул, тебе же нужно будет встретиться ещё с твоим отцом или написать ему письмо, сам решай. Люциус попросил передать тебе, что у того есть что-то для тебя. — Я тебя услышал, — кивнул Мальсибер, вставая с кресла и удаляясь из компании однокурсника и Блэка. — Во сколько состоится это мероприятие? — спросил Северус, обращая внимание Регулуса на себя. — Ровно в пять. Все те, кто приглашен, уже решили все и их родители отправили письма Директору. Тебе нужно сделать то же самое.       Северус нахмурился. Тревожить мать он не хотел, тем более по такому случаю, ведь если он попросит ее отпросить его у Директора, то придется ей объясняться. А это не вариант. Поэтому нужно было срочно придумывать, что ему делать.       Гостиная Слизерина снова покрылась тишиной и мраком, когда Регулус также без слов покинул компаниию Снейпа, оставляя его наедине с самим собой и размышлениями.

***

— Мелисса, ты должна понимать, что это не шутки, — серьезно сказал Алекс. — Я прекрасно это понимаю. Убийства невинных нельзя назвать шуткой, — пробурчала девушка, поджимая губы. — Тогда будь осторожна. В последнее время некоторые с моего факультета, вернее даже большинство, стали часто пропадать вместе. Луис тоже с ними с тех пор, как наше с ним общение почти сошло на «нет». Что они обсуждают — мне неизвестно. Меня и моего отца в это все не посвящают с тех пор, как тот предъявил семейству Кэрроу, что он не даст согласие на то, чтобы я женился на его младшей дочери. Наше положение, может и не хуже остальных, однако нам это не поможет. — Отцу твоему совсем ничего не известно? — Известно лишь то, что знают в Министерстве. Общие слухи и познания, на этом все. — Очень и очень жаль, — ответила девушка, отводя взгляд задумчиво вперёд. — Понятно, что у вас там не для чаепития собираются, и ясно как два плюс два, что им что-то известно. Это тоже понятно. Их семьям известно то, что неизвестно больше никому. Им это выгодно и удобно, ведь так они на шаг впереди, а для нас это тупик. — Я попытаюсь что-то узнать, — сказал Алекс, слезая с подоконника. — В эту субботу состоится званный вечер у Лестрейнджей. Туда приглашены все чистокровные со Слизерина, вне зависимости от состояния и фамилии. Все, начиная с пятых курсов, в этот день будут отсутствовать. Хотя ещё не факт, что прямо все, но большая часть точно. Директор уже стал получать письма, в которых семьи всех этих учеников писали, что их дети должны покинуть Хогвартс на все выходные. — По какому поводу нужно собирать стольких волшебников? — нахмурилась Лисса, также спрыгивая с подоконника. — Это мы все и выясним, когда наступит суббота. А до нее ещё три дня. В любом случае я уверен, отец не станет соглашаться с чем-то, что ему не понравится. А это значит, что он вообще ни с чем не согласится, потому что его мнение и взгляды никогда не совпадали со взглядами остальных. — Самое главное, что будет хотя бы известно в честь чего этот вечер. — Я расскажу все, как только вернусь, будь уверена в этом, — сказал Алекс, пока не услышал звонок на следующий урок. Последний, к слову.       Парень склонился к девушке, поцеловав ее, прежде чем оба разошлись по разные стороны.