Надеюсь увидеть Тебя

      Чанбин снова остался допоздна в телецентре. Наверное, никто не понимал, зачем он это делает. Все считали его каким-то помешанным. Но нет, всё было далеко не так. На самом деле просто телецентр и качалка были лучшими друзьями Бина, вместо людей. Вряд ли потому, что Бин никого не интересовал. Он был не только красивым, но и вообще весьма интересным парнем. Многое знал, мог поддержать любой диалог, быстро вливался в коллектив. Но его просто боялись. Жёсткие принципы, своеобразный нрав и тёмная аура отпугивали потенциальных друзей Чанбина. Конечно, его это не расстраивало, но заставляло себя чувствовать немного неловко. Хотелось, чтобы хоть кто-то поддерживал, шутил, был рядом. Например, как Джисон с Минхо. Они друзья с самого первого курса. Вместе ходят в телецентр, сидят на парах, гуляют после учёбы. Бину тоже хотелось иметь кого-то рядом.       Списки новичков в телецентре неумолимо уменьшались с каждым годом. В этом году мало, кто вступил в клуб. Всем хотелось заниматься чем-то более интересным, например, ходить в театральный кружок или вокальный клуб. Чанбин очень переживал за судьбу телецентра. Возможно, потому что это была его единственная забота. Однако, благодаря недавнему конкурсу талантов, заявки на вступление в клуб полетели в руки Чанбина. И это несмотря на то, что уже была середина учебного года.       Брюнет взглянул на часы на своем запястье — стрелки показывали четыре. Ещё полчаса и в качалку. Бин как раз успеет собраться, выйти и доехать. Он подошёл к своему чëрному рюкзаку, чтобы положить туда тетрадку. Небольшой холодок прошёлся по загривку парня после негромкого непродолжительного щелчка. Чанбин машинально поднял голову. Впереди него стояло зеркало, и Бин глянул на отражение — оно также изображало пустую аудиторию, самого Чанбина и неизменную обстановку скучающего телецентра. Только дверь открылась и в отражении слегка колыхалась от сквозняка. Бин всё ещё смотрел на отражение двери, будто там должно было быть ещё что-то. Но там ничего не было. Брюнет нахмурился, но не придал этой ситуации большого значения. Он продолжил рыться в своём рюкзаке. Мурашки продолжали покрывать спину парня, будто предостерегая от чего-то. Наконец, Чанбин не выдержал. Он не мог отделаться от мысли, что кто-то на него смотрит. Парень выпрямился, отошёл пару шагов назад и развернулся посмотреть на дверь. В этот раз не через зеркало, а воочию. Ноги сами, дрожа, повели его назад, обратно к стулу, как только он обернулся. Потому что прямо посреди аудитории стоял какой-то парень. Блондин. Одет он был не хуже, чем Чанбин — во всё чёрное. Бин действительно перепугался, так как ещё секунду назад незнакомца не было здесь. Это доказывало зеркало. Непонятно зачем, но Чанбин обернулся, чтобы снова взглянуть на отражение. Лучше бы он этого не делал, потому что увиденное заставило ещё больше ужаснуться — парня, который прямо сейчас стоял у входа в аудиторию, не отражало зеркало. — Что за черт? — Неожиданно вылетело из уст Чанбина. Незнакомец ухмыльнулся, будто понимал, что всё так и должно быть. Казалось, Чанбин только успел моргнуть один раз, а высокий блондин уже сократил между ними расстояние и встал вплотную к президенту студсовета. Он оценивающе оглядел лицо Чанбина, а потом вдруг положил ладонь к его щеке и провёл большим пальцем по губам. Бин опешил. Он предпринял попытку отступить назад, но забыл, чтобы прямо за ним стоял стул. Сидение уперлось под коленки и заставило резко сесть. Блондин также не растерялся — он сделал шаг ещё ближе и уселся на колени к Чанбину. Тот от испуга раскрыл глаза шире. Что происходит? Кто этот странный парень, что здесь делает и почему вытворяет такие непонятные вещи? Сердце Чанбина отчего-то затрепетало. Он разглядывал лицо незнакомца — у него были белые волосы, пухлые губы, яркие веснушки и насыщенные зелёные глаза. Почему зелёные? Это линзы? Цвет был непривычно неестественным, но вот по краям радужки ничего не намекало на наличие линз. Как это возможно. Незнакомец вдруг приблизился к Бину и негромко сказал на ухо: — Феликс. Бин одними губами повторил: — Феликс? — Да. Это моё имя. Можно просто Ликс. Тот самый Феликс зажал между пальцев одну из прядей волос Чанбина и стал накручивать её себе на указательный палец. — Т-ты… Если ты хотел вступить в клуб и стать членом телецентра, то… Это можно было сделать другими методами. — Заикаясь, произнёс Чанбин. — Что такое телецентр? — Блондин всё ещё с интересом и каким-то нездоровым обожанием разглядывал Чанбина. В то время как и сам Бин не мог оторвать взгляда от незнакомца. Его лицо было невероятно красивым, пропорциональным, необычным. — Ну… Телецентр это, грубо говоря, то, на чëм ты сейчас сидишь. Феликс нахмурился и произнёс: — Тебя зовут телецентр? Хм… Довольно длинное имя для корейцев. — Бину только и оставалось, что удивляться, он даже не успел ничего сказать, Ликс вдруг произнёс ещё более странную фразу: — Уточни только, как стать твоим членом? — Ч-что? — Чанбин почувствовал, что всё — щеки, уши, лоб, макушка — всё стало гореть. Скорее всего, выглядело это не менее комично, чем Бин себе представлял. Он на полном серьёзе забыл, как дышать, моргать и даже думать. Почему-то в джинсах стало тесновато. Чанбину стало стыдно за самого себя. Когда это какой-то незнакомый парень производил на него такое неизгладимое впечатление? Блондин вдруг улыбнулся. Большие белые клыки сверкнули и снова скрылись за пухлыми розовыми губами. И тут Чанбину совсем поплохело. В паху ужасно ныло, уши горели алым, в глазах читался страх. В голове вообще творился хаос. Бин вдруг вспомнил, что этот парень не отражался в зеркале. Капец, как стрёмно стало. — Так. — Чанбин прикрыл глаза, чтобы хотя бы несколько секунд не смотреть на это ангельское лицо. — Давай так. Сначала встань с меня, мне так тяжело думать. Тот, кто назвался Феликсом, почему-то слишком быстро выполнил просьбу. Он встал и даже отошёл немного. Бёдрам Чанбина стало непривычно холодно. Бин также встал следом. Было очень стыдно, всё горело, сердце стучало. Должно быть, Чанбин сошёл с ума. — Значит так. Меня зовут Со Чанбин. И я тут главный. Это телецентр. Мой клуб. На каком курсе ты учишься? Я тебя ни разу не видел. — Ты… Тут главный? — Повторил Феликс и почему-то как-то слишком привлекательно ухмыльнулся. Чанбин сглотнул. — Да. Главный. Записываешься в клуб или нет? Знаешь, я уже опаздываю, давай ты дома подумаешь, а завтра придёшь? — Ты приглашаешь? — Беловолосый парень снова оказался вполотную к Чанбину. Бин вдохнул полной грудью и уловил еле слышные нотки свежей мяты и луговых цветов. «Вау! Это одеколон?» — подумал брюнет. От Феликса слишком сладко пахло, его губы были слишком манящими, а тело, на котором чёрная свободная рубашка висела, словно на вешалке, выглядело дурманяще сексуальным. — Да, я приглашаю. — Басом шепнул Чанбин, прежде чем податься вперёд и затянуть незнакомца в поцелуй. Сложилось впечатление, будто его правда загипнотизировали. Так спонтанно действовать с абсолютно незнакомым не отражающимся в зеркале парнем было просто неправильно. Но Феликс искусно ответил на поцелуй, задевая клыками нижнюю губу Чанбина. Это вскружило брюнету голову ещё больше. Феликс плотнее прижался к Чанбину. Его ладони оказались на лопатках Со, а грудь прижалась к его накаченной груди. Бин подметил, что тело незнакомца было неестественно горячим. Странно для обычного человека. Может, у него лихорадка? Температура под сорок? Какова вероятность, что Чанбин завтра сляжет с простудой? Хотя, какая нахрен простуда! Этот парень в зеркале не отражался, словно призрак! Но с фига ли тогда этот мертвяк такой горячий? Также сбитое дыхание, острые клыки и мокрые от поцелуя губы говорили сами за себя — этот парень настоящий. И не отражаться в зеркале он не мог. Может, Чанбину показалось? Он не туда посмотрел, не заметил блондина в отражении…? Может же такое быть? Брюнет разместил свои большие ладони на тонкой талии Феликса. Всегда холодные кончики пальцев обожглись о горячую кожу, когда Бин предпринял попытку задрать чёрную атласную рубашку. Действительно горячий. Будто только из бани вышел. И это при том, что ткань рубашки была приятно охлаждающей, а на плечах красовалась гипюровая кокетка с цветочным узором. В общем, одет парень был по-летнему. И жарко ему быть не могло. Тем не менее, Чанбин не оставил своих намерений — он полез своими шаловливыми руками дальше под рубашку, пуская по спине Феликса мурашки от прикосновений. Поцелуй разрывать ни один из парней не собирался. Мягкие губы неустанно встречались. Чанбину также нравилась острота Феликсовских клыков. Он чувствовал, как каждый раз получал новую порцию возбуждения от колких кончиков зубов. Бин пару раз попробовал клыки языком, немного обрезавшись, но Феликс нежно перевёл поцелуй в другое русло, не давая своим клыкам ранить Чанбина. Вся эта история затянулась, Бин уже чувствовал, что задыхается, и готов перейти дальше, а Феликс выискивал новые места для своих рук — затылок Чанбина, шея, ягодицы, щеки. В какой-то момент одна из его ладоней даже закрыла Чанбину глаза. Наверное, Бин даже не успел сообразить, потому что в этот момент Ликс разорвал их глубокий поцелуй и отступил на шаг назад. Чанбин ничего не видел, так как его глаза были закрыты, а поверх век ещё и накрывала лицо горячая рука Ликса. Блондин погладил Чанбина по щеке. Бин также ощущал его горячее дыхание где-то рядом с собой. Напоследок тёплые, ещё влажные губы коснулись ключиц Чанбина, отчего тот даже вздрогнул. Бин почувствовал ещё большее напряжение. Он закусил губу и даже слегка ахнул. — Я приду. — Всё, что сказал Феликс. После, горячая ладонь куда-то исчезла, от поцелуя остались только воспоминания, а от самого Феликса — только аромат мяты. Когда Чанбин открыл глаза, рядом с ним уже никого не было. Появились паршивые мысли — а не почудилось ли всё это Чанбину. От подобных думок стало ещё более стрёмно.       В автобусе Чанбин ехал красный, как помидор. Смущение не давало нормально думать. О качалке уже не могло быть и речи. Во-первых, Бин и так уже опоздал. Во-вторых, одинокая дрочка на неизвестного, не факт, что существующего, блондина с ангельским лицом заставила переосмыслить сегодняшний день и поменять планы. Чанбин устал за сегодня. Такого странного дня у него ещё не было. «Я приду». Так, кажется, сказал Феликс. Интересно, кто же он такой и… Он правда собирается вступать в клуб? Да, собственно говоря, Чанбина действительно всё ещё интересовал клуб! Даже после всего, что произошло, именно телецентр оставался на первом месте. Необходимо было только узнать, кто такой этот блондинчик, откуда он, и когда планирует «прийти», как пообещал.       На следующий день Чанбин подошёл к куратору и спросил, есть ли на кафедре студент с заморским именем Феликс. Оказалось, что нет. Чанбин пошел дальше, проверил всех учащихся корпуса, а далее — весь универ, включая филиалы. Ему позволили это сделать, ведь президент телецентра прикрылся именно интересами клуба. Но вот проблема — в базе данных университета не нашлось ни одного человека по имени Феликс. Встал вопрос — то ли блондинчик соврал по поводу имени, то ли он и правда не существует на самом деле. Он не отражался в зеркале — вот что волновало Чанбина больше всего. Хотя… Этот парень в принципе выглядел, как клубок загадок — невероятно красивое лицо, непривычно горячее тело, отсутствующее отражение в зеркале, странно имя. Может, Чанбину он правда приснился…? Да нет, быть не может. До этого момента провалы в памяти не были зафиксированы, да и сумасшедшим Чанбин не слыл. Может, Со переработал? В последнее время он стал всё дольше оставаться в универе. Но даже это не могло являться причиной таких явных галлюцинации. На губе у Чанбина остался след от клыка Феликса. Вряд ли такую улику можно было оправдать чем-то.       Постепенно обыкновенные рутинные занятия в клубе стали превращаться в томительное ожидание. Чанбину было интересно, правда ли знакомый незнакомец снова придёт. Стрелки на наручных часах, как и вчера, приближались к четырём. Бин открыл окно, чтобы проветрить душную аудиторию телецентра. Напевая незамысловатую мелодию под нос, президент телецентра перебирал сценарии, сверял списки посещаемости и мониторил новые конкурсы, в которых ребята могли бы поучаствовать.       День близился к осеннему закату, солнце потихоньку скатывалось ниже и становилось ярче. С окна подул ветер. Чанбин поежился. Он оторвался от экрана компьютера, потëр уставшие глаза. Хрустнул костяшками на пальцах и потянулся, задрав руки вверх. Холодный воздух заполнил помещение, поэтому Бин встал, чтобы закрыть окно, к которому сидел спиной. Он встал и развернулся. Не успев подойти к окну, Бин вздрогнул от неожиданности. — Ой, чëрт возьми! — Выругался он, увидев перед собой того самого блондина, который теперь смеялся в ответ. Феликс сидел на оконной раме, словно человек-паук. Его сегодняшний образ смотрелся ещё привлекательнее, чем вчера — кожаные лаковые брюки с разнообразными металическими пряжками, чёрная рубашка с глубоким вырезом и чёрные кроссовки на высокой подошве. Ликс легко спрыгнул с подоконника. — Привет. Не ждал? Я же обещал, что приду. — Действительно… — Вспомнил Бин. Почему-то он почувствовал, как сердце забилось немного быстрее. — И…как давно ты здесь сидишь? — Недолго. Наверное… Несколько минут? — Это звучало настолько неуверенно и вопросительно, что Чанбин с трудом смог в это поверить. — Мм… Мог бы и сказать что-нибудь. Мне же казалось, что я один. — Со смутился и почесал затылок. Он также вдруг вспомнил о своих намерениях закрыть окно. — Кажется, ты ничего не делал запрещённого. — Ухмыльнулся Ликс. — Вот я и молчал. Чанбин коряво улыбнулся. Он взглянул на своего собеседника и вдруг его осенило. Он ведь сидел на окне! — Погоди-ка… А как ты тут оказался? — Пришёл. — Нет, нет. Я сидел напротив двери, если бы кто-то вошёл, я бы это точно заметил! — Я не говорил что пришёл через дверь. — Белоснежные клыки сверкнули в закатном солнце. Чанбин всё ещё туго соображал. Он обернулся на окно. Четвёртый этаж университета? Он же не мог залезть через окно… Не мог же…верно? Но Феликс слишком заговорчески улыбался, чтобы усомниться в его способностях. Чанбина не оставляли в покое вопросы. Кто он такой? — Так, ладно. То, что ты пообещал вернуться, я помню. Но. — Чанбин сдержал паузу, чтобы сесть обратно за свой стол. Феликс к тому моменту подошёл туда же и встал напротив. — Зачем? Ты ведь не в телецентр пришёл, верно? — Верно. Бин сложил ладошки перед носом и выглядел как самый настоящий директор на собеседовании со стажёром. Он снова спросил: — Ты же даже не студент… Как ты вообще сюда попал и, самое главное, зачем? — Как — тебе лучше не знать, а вот зачем — это другой вопрос. — Блондин не переставал улыбаться. Странно. Чанбин никогда не знал этого странного щекочущего чувства где-то под грудной клеткой. Он смотрел на улыбку незнакомца и внутри всё переворачивалось с ног на голову. Нет, Бин правда никогда бы не подумал, что ему так снесёт крышу от первого встречного. — Вопрос то другой. А ответ на него будет? — Возможно, чуть позже. — Феликс пожал плечами. Он подвинул к себе стул с соседней парты и уселся на него. Чанбин понимал, что в данном случае не владеет ничем — ни ситуацией, ни информацией, ни собой. Феликс понравился ему очень сильно. Его лицо казалось самым прекрасным, что Чанбин видел на свете. Но какова была причина его прихода? Что значит, ответ будет позже? Бин сгорал от нетерпения, но старался не подавать вида. Он спокойно продолжил: — Ясно. Знаешь, я, может, лезу не в своё дело. Но я кое-что заметил, и это не даёт мне покоя. Я могу задать тебе вопрос? Феликс снова улыбнулся. Создавалось впечатление, будто он как раз-таки владеет всей ситуацией и информацией тоже. Его глаза загорелись и, самое странное — поменяли цвет. Чанбин даже испугался. До этого у незнакомца были карие, почти что чёрные глаза. И Бин чуть не забыл, что вчера Феликс поразил его своими ярко-зелёными зрачками. Сегодня Чанбину показалось, что блондин просто не надел линзы. Ведь это логично. Слишком логично для простого то человека. Однако… Феликс произнёс: — Я ждал от тебя этого вопроса. Задавай. — в этот момент кария радужка глаз сменилась на тёмно-зелёный, а после на яркий насыщенный изумрудный. Глаза поменяли цвет сами. Чанбин опешил. Вопрос приобрёл уже немного другой смысл. — Ты не отражаешься в зеркале. Ты ведь это знаешь, верно? — Казалось, Феликс кивнул ещё до того, как услышал вопрос. — Мне любопытно, почему? Это же… ненормально, наверное.? Ну, по крайней мере, для меня. Блондин усмехнулся. Чанбину стало не по себе. Он понял, что, наверное, все-таки, ляпнул лишнего. Он поспешил объясниться: — Не подумай, что я лезу тебе в душу. Нет, конечно, ты имеешь право не отвечать. И…имеешь право не отражаться, где тебе вздумается. Но, просто, на самом деле, это очень странно для обычного человека… А ты, ведь… не человек? Я имею ввиду, иногда меня посещают мысли, типа, — окей, пусть будет так, несмотря на то, что я никогда не верил во всякие сверхъестественные штучки. Главное, …ты же ведь не плод моего воображения…? Бин закусил губу. Говорить такое было крайне неловко. А видеть, как зелёные зрачки собеседника разом становятся естественно-чёрными было ещё более странно. Феликс поменялся в лице, оно стало более спокойным, в глазах заискрилась какая-то надежда. Сердце Ликса также затрепетало. Такое, обычно, чуждо для тех, кем он являлся, однако. Он двинулся ближе — чуть потеснив ноутбук, Феликс оперся на стол локтями и приблизился к Чанбину. Тот даже не предпринял попытку податься назад. Дыхание сбилось, когда лёгкие снова заполнились сладким ароматом свежей мяты. Чанбин любил мяту, а именно этот запах, исходящий от Феликса, хмелил сильнее алкоголя. Феликс прямо в губы Чанбину произнёс: — А я настолько хорошо выгляжу, что похожу на плод воображения? Бин без особого колебания ответил: — Выглядишь ты потрясающе. Особенно в этой одежде. — Тебе нравится мой стиль? — Очень. Тебе идёт. Зрачки блондина расширились и сверкали в закатном солнце. Он ещё наклонился вперёд и невесомо прикоснулся губами губ Бина. Несмотря на то, что прикосновение длилось всего секунду или две, Чанбин всё равно закрыл глаза, чтобы как можно яснее ощутить, как тысячу бабочек разлетаются внутри. Пухлые губы незнакомца были слишком мягкими. У людей таких не бывает. Таких людей, как он, в принципе не бывает. Он не человек. Ликс отстранился и сел обратно на стул. — Я Феликс. Не человек. — Теперь этот самый «не человек» встал и обошёл парту кругом. Он встал сзади сидящего Чанбина. Длинные пальцы погладили округлые твёрдые плечи, немного сминая их и массируя. У самого Бина перехватило дыхание. Несмотря на ангельское лицо, брюнет очень сомневался, что Феликс сейчас скажет, что в самом деле является ангелом. Скорее всего, существом гораздо страшнее… И грязнее, пожалуй. Осознавать, что сзади стоит тот, кто вообще не поддаётся объяснению, было очень страшно, и, кажется, Чанбин только сейчас это прочувствовал, когда все поджилки напряглись от неизвестности. — Эта информация является конфиденциальной. Но! Тебе, я думаю, я могу рассказать. — Почему? — Поинтересовался Бин. — Почему могу рассказать? Просто. Мне так хочется. — Феликс наклонился, чтобы его губы оказались на уровне уха Чанбина. Он шепнул. — Я демон из параллельного мира. Наша жизнь, в принципе — это сплошное зеркало, но у вас в мире, мы в них просто не отражаемся. Чанбин нахмурился. Аромат мяты бил в нос и сбивал с толку. Блин, не врёт ли сейчас этот беловолосый парень? В голове не могло уложиться, что такое существует вообще. И, более того, демон так легко рассказал, что он демон? Или… Он сейчас сожрëт Чанбина, а потому ему и пофигу на раскрытие конфиденциальной информации? Горло пересохло, а тело пронзила лёгкая дрожь. Чанбин закрыл глаза и глубоко вдохнул. Должно быть, он сошёл с ума, раз к нему из параллельного мира явился демон с ангельской внешностью. — И… Что тебе здесь нужно? — Прокашлявшись, мягко поинтересовался Чанбин. Он даже расслабился, когда демон выпрямился, убрал руки с плеч Чанбина и вернулся на свой стул. — Ничего. Я просто гуляю. Бин выгнул бровь. Демон просто гуляет? Звучит неправдоподобно. Расспрашивать подробности Чанбину было совершенно неинтересно. Правда. Знать, что это за мир такой, существует ли он на самом деле, в действительности ли Феликс не человек — нет! Всё это вообще не было важно для него. Чанбин был таким по жизни. И только одно — демон… Демон. В голове крутилось это слово. Чанбин слышал его так часто совсем недавно, но не мог вспомнить, где. Мысли всё кружились вокруг, да около, но никак не складывались в общую картину. Удивительно для сценариста. — Хорошо. — Сказал Бин. — А почему ты пришел именно ко мне? Лицо Ликса озарила дикая ухмылка. — Ты так уверен, что именно к тебе? От услышанного, Чанбин, на самом деле, растерялся, но виду для собеседника не подал — он только пожал плечами и также спокойно ответил: — Было бы странно предположить, что не ко мне. Ты здесь околачиваешься второй день. — Так уж прям околачиваюсь? Феликс снова через весь стол полез к Чанбину ближе. На этот раз Бин тоже двинулся навстречу. Что-то внутри каждый раз говорило не делать подобное, но именно рядом с Феликсом сердце так отчаянно билось в груди как будто вот-вот не выдержит и рухнет куда-то вниз, и Бин просто не мог этому противиться. Лицо Феликса оказалось вплотную рядом с лицом Чанбина. Брюнет даже смог подметить то самое плавное, но неожиданное изменение цвета глаз — сначала начинал меняться ободок радужки, и затем постепенно, подобно калейдоскопу, новый карий цвет заполнял зелёное пространство к зрачку. Жутко, но красиво. Демон. В Феликсе действительно было много нечеловеческого, и это ощущалось очень хорошо. Бин глубоко вдохнул, чтобы как можно чётче услышать запах сладкой мяты и цветов. Тело Чанбина слабело от одной только нотки этого аромата. Феликс весь пах мятой. Стоило говорить, как сильно это влияло на Чанбина? Скорее всего, и так всё понятно. — Что ж. — Вдруг ответил Ликс. — К сожалению, ты прав. Чанбин уже и забыл, о чём они разговаривали до этого, а потому не совсем понял услышанную фразу. Обдумать слова также не дали — Феликс чуть наклонил голову, высунул язык и прошёлся им прямо по приоткрытым губам Чанбина. Тот опешил. Он снова начинает? Бин понял, что, как и вчера, вряд ли сможет остановиться, а сегодня пропускать тренировку в качалке очень не хотелось. Пришлось решать — что хотелось больше — губы Ликса или тренажёры в качалке? Раздумывать долго не пришлось, всё получилось как-то само, машинально. Чанбин открыл рот и собрал губами губы Феликса. Тот ехидно улыбнулся прямо в поцелуй. Бин обхватил руками лицо демона и придвинул к себе, хоть и казалось, что ближе уже некуда. Язык Чанбина резко протолкнулся через сжатые зубы Ликса, проскользил по нëбу и где-то на середине пути встретился с языком Феликса. Демон закрыл глаза и умело отвечал на поцелуй, пока Чанбин пытался прогнать из головы странные вопросы. Зачем он целуется с каким-то неизвестным чуваком из параллельного мира? К чему это приведёт вообще? Стоит ли подпускать к себе его так близко? Феликс ластился, словно котёнок. Целовался нежно, дышал ровно, иногда чуть вздрагивая. Внутри у Феликса взрывались фейерверки. Он и не думал, что Чанбин так быстро поддаться на его нежности. Демон даже по первой решил, что не сможет добиться желаемого. Как же он ошибался. Чанбин, в отличие от Ликса, целовал с напором. Клыки Феликса из-за этого оставались совершенно бесконтрольными — часто царапали язык и нежную кожу губ. Бин решил ответить тем же и несильно прикусил нижнюю губу Феликса, а затем наоборот обхватил её губами и чуть сжал. Феликс не выдержал и издал какой-то странный звук, вроде стона. Его хриплым голосом это больше было похоже на рычание. Тут Чанбина слегка накрыло. Щеки загорелись алым, а голову обдало жаром. Он резко отстранился от Феликса и даже встал со стула. Что он говорил себе до этого? Он не хочет пропускать сегодня качалку, а часы неумолимо приближались к пяти часам вечера. Если Бин не хочет опоздать, то уже должен выходить из универа. Феликс не понял. Он глазами, полными надежд, посмотрел на Чанбина и приподнял брови. На лице читался немой вопрос. Озвучивать его не пришлось, Чанбин ответил: — Знаешь, было классно сегодня поболтать, но у меня были планы на вечер. И я боюсь опоздать. — Планы? Какие планы? — Важные планы… Скажи, ты выйдешь из универа через дверь или окно? — Боюсь, через дверь меня не выпустят, — Ликс пожал плечами. — также, как и не впустят.       Так и порешали. Демон оказался удивительно сговорчивым, а потому не стал препятствовать уходу Чанбина. Сам он, как и пообещал, вышел через окно. Бин не стал смотреть, как он это делает. Жуткое зрелище. Ну кто выходит в окно? Как бы странно это не звучало.       Качалка сегодня имела место быть, а оттого вечер удался. Гантели, тренажёры, все это так успокаивало Чанбина. Казалось, даже все мысли уложились по полочкам. А какие мысли? Конечно же о Феликсе. Кажется, у Чанбина появились новые заботы, помимо телецентра. Итак! Феликс демон, это многое объясняет. Но, с другой стороны. Вот… Вы видели хоть раз демона? Конечно же нет! Вряд ли это вообще возможно. Их же не существует! Ну, по крайней мере, так считал Чанбин. До вчерашнего дня… Нет, тут, как бы, замкнутый круг — то что Феликс демон, объясняет все то, что казалось невыносимо странным в день их знакомства, также как и эти странности подтверждают демоническую натуру блондина. И прикопаться не к чему. Но само слово. Демон же. Где Чанбин совсем недавно так часто мог слышать об этом? Жизнь демонов — сплошное зеркало. Так сказал Феликс. И почему-то, для Чанбина это не было странностью. Будто он уже это знал, просто забыл по какой-то причине.       Вечер в качалке прошёл легко и быстро. Бин расслабился и даже забыл о насущных проблемах. Начало следующего дня тоже не отягощало. Предвещало быть солнечным и тёплым, несмотря на неумолимо приближающиеся осенние холода.       Пары Чанбина не особо интересовали. Все дисциплины он хорошо знал, на годовые баллы не жаловался. Куратор всегда помогал подтянуть долги, если таковые имелись, предоставляя оправдания прогуленных пар, в виде участия в жизни телецентра и всего универа в целом. «На носу диплом» — кричали в один голос преподаватели, но, на самом деле, ни один из них всерьёз не переживал за Чанбина. Все знали, что этот парень все сдаст. Чанбин действительно почти что жил в телецентре. Здесь он проводил большее количество своего времени. Честное слово, если бы здесь стояли парочка тренажеров и кровать, это был бы рай на земле для Со Чанбина! Он бы здесь прописался.       Закончив все, плюс-минус, важные дела клуба, Чанбин заметил, что начало темнеть. Закат близился к концу, что не могло не навевать грустью. Уныло опадающие листья уносили с собой солнце куда-то вниз. Всë ниже и ниже. Всë дальше и дальше. Бину взгрустнулось. Он взглянул на циферблат своих наручных часов. Стрелки показали пять. Чанбин опаздывает в качалку? Не может быть. Как так могло получиться? Может, потому что Чанбин рассчитывал на то, что его новый беловолосый друг придёт в четыре? Как и в предыдущие дни. А он опоздал на час… Нет, это не Ликс опоздал на час. Это Чанбин задержался на пол часа, а Феликс… Феликс просто не пришёл. Что-то горькое подкатило в горлу, а живот свело. Бин ждал. Наверное. Надеялся на то, что Ликс придёт снова. Но, что, если он не придёт? Ну, в смысле, вообще? Чанбин решил оставить эти мысли. Хотя в качалке из-за этого расслабиться не удалось от слова совсем.       Зато на следующий день блондин появился ещё более неожиданно чем предполагалось. Это был необычный день. Качалку пришлось отложить до завтра, ибо сегодня в телецентре должна была быть конференция. Ничего необычного для этого клуба. Просто работодатели снова приезжают искать таланты. Месяц назад в клубе проходил конкурс. Было много финалистов, но лучшим, среди всех, оказался Хан Джисон со своим мини-фильмом с крайне захватывающей сверхъестественной историей. На следующей неделе пройдёт перепоказ фильмов для представителей крупных компаний. Джисон также должен присутствовать. Не только в качестве зрителя, но и как жюри, ведь он победитель. С ним нужно связаться, но, этот товарищ, как назло, стал реже посещать телецентр. Может, это из-за Минхо. Ведь у него тоже резко появились свои неотложные важные дела.       У Чанбина как раз заканчивалась четвёртая пара. Вчера он был настолько несобранным, что пришёл в универ почти что совсем не подготовленным. Хорошо, не забыл одеться в костюм. Куратор в прошлый раз немного ругал за джинсы на конференции перед руководителями. Но, зато Чанбин вспомнил, что вчера оставил конспекты в кабинете телецентра на своём столе. Пятая пара должна была вот-вот начаться, когда Бин поспешил забрать из аудитории забытые листы. Несмотря на то что, так называемый, вечер только-только начинался, осень уже брала своё. Закат начинался значительно раньше, и темнота наступала быстрее обычного. Широкие коридоры университета уже были залиты ярким оранжевым светом заходящего солнца. И Чанбину нравилось это. Пройдя большими шагами два лестничных пролёта, Чанбин оказался на нужном этаже. Дверь клуба, как обычно, была открыта. Брюнет влетел в аудиторию и первое, что бросилось ему в глаза — Феликс. Сердце на секунду перестало биться. Снова странное щекочущее чувство разлилось по всему телу. Демон сидел на одной из парт, скрестив ноги, и смотрел в окно. Услышав шевеление возле входа, Ликс повернул голову. Зелёные зрачки медленно превратились в темно-карие. Феликс широко улыбнулся, оголяя острые клыки. При их виде, у Чанбина невольно заболела ранка на губе. От воспоминаний о страстном поцелуе, уши брюнета покраснели и словно задымились. Ликс не спеша встал со стола и потянулся. От поднятых вверх рук, короткая чёрная рубашка блондина задралась. Бин засмотрелся на оголённый пресс Феликса и тяжело выдохнул. Брюнет закрыл глаза, чтобы немного переосмыслить то, что творилось в голове. — Сегодня ты как-то долго. — Пожаловался Ликс. — Кроме тебя, тут заходили ещё какие-то странные люди. Косились на меня так, как будто я не из этого мира. Чанбин поднял брови. В принципе, напоминать, что Феликс не из этого мира, не стоило. Они и так это оба знали. Потом Чанбин не побрезговал внимательно осмотреть наряд блондина. Недовольный стон сам по себе вырвался из уст Бина. Короткая рубашка, с торчащей из-под неё цепочкой на пузе, облегающие кожаные брюки, начищенные до блеска серьги в ушах. Все это было дополнено жуткими ядовито-зелеными зрачками. И пусть сейчас они были естественно карими, Бин был уверен, что на всех остальных студентов демон смотрел не этими глазами, а двумя блестящими изумрудами. Нет, ну кто так ходит в универ? Не удивительно, что все, кто заходил в телецентр, смотрели на блондина, как на инопланетянина. Да нет, весь прикид Ликса сводил Чанбина с ума. Ему нравился этот стиль, так сексуально подчёркивающий все достоинства тела демона. Но для университета это было совсем недопустимо. Чанбин больно прикусил свой язык, чтобы отогнать яро возбуждающие мысли из головы. Брюнет захлопнул за собой дверь и даже для чего-то закрыл её на защёлку. — Феликс, да ты с ума сошёл! Ты бы ещё платье надел, тогда бы, может, на тебя смотрели, как на нормального человека. — Саркастически хмыкнул глава телецентра. Он подошёл к столу, который стоял в самой глубине кабинета у окна, и стал искать нужные конспекты. Феликс тем временем осмотрел себя с ног до головы и даже показушно покрутился перед зеркалом, зная, что не отражается в нём. — По-твоему, я плохо выгляжу?.. — С грустью в голосе произнёс Ликс. — Не плохо, просто это наряд для ночного клуба, а не для учебы. — И…? Тебе не нравится? Бин поспешил отвести взгляд, чтобы Феликс не заметил резко порозовевшие щеки брюнета. — Ну. Нет, мне то нравится. Я же говорил, что тебе идёт. — Тебе тоже идёт твой костюм. — Феликс сверкнул клыками и подошёл вплотную к спине Чанбина. Бин в этот момент развернулся и получилось так, что он встал прямо лицом к лицу с демоном. — Да… Тебе тоже очень идёт твой…костюм…? — Предложение получилось слегка вопросительным. Скрыть смущение и так было тяжело, но вдруг стало ещё тяжелее, когда Феликс наклонился немного ближе и полушепотом спросил: — А… Хочешь узнать, что у меня под одеждой? Чанбин услышал в своей голове характерный щелчок. Ему буквально снесло крышу. Феликс сказал только одну фразу, а у Чанбина уже встал. «Хочешь узнать, что у меня под одеждой?» и эти лукавые глаза просто убивали нервные клетки брюнета. Почему-то этот мерзавец мог завести Бина в считанные секунды. — Хочу… Глаза Феликса резко позеленели, когда Чанбин грубо уронил его на один из столов аудитории. Бин плавился под демоническим взглядом засранца в лаковых штанах. Феликс ухватился за чёрный галстук Чанбина и потянул на себя. Тот поддался, нервно сглатывая тягучую от возбуждения слюну. Демон обжёг горячим дыханием губы Чанбина, прежде чем впиться в них страстным поцелуем, задевая клыками нежную кожу. Чанбин в этот момент без сожаления расстегнул рубашку Ликса и навалился на него, исследуя ладонями всевозможные участки тела. Чанбин нащупал торчащие рёбра, колкий позвоночник, острые лопатки, плоский живот и напряжённые соски. Нет, честно! Будь это кто-то другой, Чанбин бы никогда в жизни не позволил себе ничего подобного! Но это был какой-то Феликс из параллельного нечеловеческого мира. И Чанбин был просто безоружен перед ним. Феликс разорвал мокрый поцелуй, облизывая свои губы. Чанбин наклонился к неустанно вздымающейся груди демона и невесомо поцеловал ее. — Ах… — шёпотом выдал Ликс, вздрагивая. Чанбин мазнул губами по груди чуть правее и провёл языком прямо по соску Феликса. Тот снова отозвался новыми звуками. Предположим, Чанбину было тяжело. Ему жутко хотелось Феликса. Хотелось его во всех позах в этой аудитории и за её пределами. Но что-то его останавливало. Что же? Демон обхватил ногами талию Чанбина, прижимая к себе. Ясно, зачем. Его возбуждённый член где-то далеко под штанами требовал продолжения фаер-шоу. Бин чувствовал, как некий бугор трётся о его живот. Тем не менее, Бин продолжал игнорировать это и целовать и оставлять укусы на груди Ликса, вызывая у него новые стоны. Наконец, дело дошло. Бин выпрямился, пальцами ухватился за молнию на ширинке брюк демона. Тот заговорчески улыбался в ожидании. Бин аккуратно потянул бегунок молнии вниз, а затем легонько спустил брюки демона с его бёдер. Феликс тоже успел раздеть Чанбина, не спеша расстегивая ремень и пуговицу на его штанах. Лаковые брюки, которые были на размер больше самого Ликса, с радостью скатились с тонких ног, оголяя чёрные чулки в сеточку. Чулочки доходили до середины бедра и держались на тонких ремешках, соединенных между собой на талии ещё одним кожаным ремешком. Два карабина были крепко зацеплены на нём и держали несколько лёгких позолоченных цепочек. Так вот, что это за цепочки торчали из-под рубашки. Чанбин закусил губу. Что ж, он не соврал — он хотел узнать, что под одеждой демона. Брюнет аккуратно подцепил одну из цепочек, зажал её между пальцев и потянул на себя. Демон приподнял таз, следуя за рукой Бина. Щеки загорелись розовым. Ликс завалился назад, лёг, опираясь на локти. Левую ногу он поднял кверху, доставая щиколоткой до щеки брюнета. Нежный капрон чуть колол кожу лица и цеплялся за недавно побритую скулу Чанбина. У Со не было фетишей. Никогда. До недавнего времени. Эти зелёные глаза, белые волосы, чёрные чулки и острые клыки — иными словами, Феликс — пробуждали в Чанбине новые чувства. Что-то между безумным желанием и наивным трепетом. Под грудной клеткой порхали бабочки, а чуть ниже ковалось горячее железо. И Чанбин просто не понимал, что это за спектр эмоций, и как можно это чувствовать одновременно. Феликса хотелось и нежно прижать к себе, и грубо отжарить. Ремешок на талии так сексуально выглядел, чуть сдавливая белоснежный живот демона, но Чанбин вообще с трудом понимал, зачем он нужен. Хотя от этого вида, в каком сейчас прибывал Ликс, голова теряла рассудок. Чанбин подхватил правую ногу Феликса под коленкой и также поднял её кверху, опуская себе на плечо. Левой рукой Бин ухватил оба Феликсовских запястья, прижимая их к столу над головой. А тремя пальцами правой руки вошёл в Феликса. Демон довольно зарычал, расслабляясь. Бину отчего-то стало не по себе, он положил голову Феликсу на грудь, пока растягивал его. Сердце Феликса отстукивало быстрейший марш. Чанбин чувствовал это, так как прикоснулся лбом прямо туда, где сейчас бился отчаянный орган. Сердце тарабанило, будто пыталось вырваться из грудной клетки. Феликс сильно закусил свою нижнюю губу, буквально впиваясь в неё клыком и оставляя ранку. У Чанбина также сердце заходилось в бешеном ритме. Феликс монотонно мычал в такт двигающейся руке Чанбина. Волосы брюнета неприятно щекотали Феликсу шею, отчего он нередко вздрагивал. Чанбин же иногда вытягивал губы в трубочку, касаясь ими груди демона. В какой-то момент Чанбин высунул из Феликса пальцы, перехватил этой рукой правое запястье Ликса, чтобы было удобнее. Теперь его лицо находилось на уровне лица Феликса. Бин прошёлся языком по губам блондина, зализывая маленькую ранку, которую только что оставил себе клыком демон. — Только будь тише, пожалуйста. Ещё не все преподаватели ушли из универа. — Предупредил Бин, после чего резко вставил член в Феликса, все-таки заставляя его хрипло и довольно громко простонать. Кажется, Бин этого почти не слышал, у него заложило уши и перехватило дыхание. В Феликсе было непривычно горячо. Чанбин набрал темп, толкаясь в Феликса с особой тщательностью. С каждым толчком ноги Ликса в капроновых чулках наровились скатиться с широких плеч Чанбина. Брюнет придерживал их, как мог. Гладкая ткань даже начала натирать область возле шеи, постоянно скользя взад-вперёд. Все происходило очень быстро и, словно в тумане. Чанбин вообще не помнит, что чувствовал в тот момент. Только запах мяты и жар Феликсовского тела. Абсурд, да и только. Всë, что происходило, Бин даже не мог назвать правдой, потому что сам не верил в происходящее. Жалеть о чём-то было поздно. Да и бессмысленно. Вроде, всë было прекрасно, приятно, волнительно. В какой-то момент Феликс начал рычать и стонать чаще. Чанбин понял, демон уже близок к пределу. Сам он тоже уже почувствовал, как внизу живота накапливается густой комок, готовый вырваться наружу. Бин оскалился. Перехватил ладони Феликса удобнее, переплетая пальцы в поисках опоры. Чанбин последний раз толкнулся, грубо вышел из Феликса, и помог себе кончить руками. Демону же помощь не понадобилась, он кончил себе на живот, даже не запачкав при этом гладкий кожаный ремешок. Бин закрыл глаза и присел на одну из парт. Хорошо, что он додумался закрыть дверь на защёлку. Стыд пробил до кончиков пальцев. Чанбин тряхнул головой, чтобы прочистить мозги, и быстро привёл себя в порядок — застегнул брюки, рубашку, поправил галстук. В конце концов, главе телецентра ещё идти на важное мероприятие. А пятая пара, вероятно, уже была пропущена. Не совсем, конечно, ведь она только началась. Но был ли смысл теперь на неё идти? Феликс тем временем лениво натягивал штанины своих лаковых брюк на тонкие ноги в чулках. И выглядел при этом чертовски привлекательно. Демон как-то слишком вяло надел брюки, абы как застегнулся. Вставая, пошатнулся и зевнул. Чанбин нахмурился. Выглядел Феликс так, как будто только что пробежал марафон. Нет… конечно, то, чем Бин с Ликсом только что занимались, отнимает (не)приличное количество сил, но… не настолько же. Чанбин чувствовал себя вполне неплохо. Феликс прикрыл лицо руками и тяжело вздохнул. — Всë впорядке? — Бин забеспокоился. — Выглядишь неважно. — Нет, все окей. Просто, кажется, я потратил сегодня слишком много энергии. Много энергии? Что он несёт? Он что на батарейках? — Тебе пора домой…? — Поинтересовался Чанбин. Феликс громко хмыкнул. — Домой? Я, по-твоему, похож на миллиардера? — В каком смысле? — Ты думаешь, у меня есть хата и прописка в двух мирах. Ну нет. Такого не имею. — Так ты ещё и бездомный? — Чанбин цокнул и потер лоб. Лукавая ухмылка Феликса заметно погасла. Под глазами как-то резко образовались синеватые круги. Демон поднял свой взгляд на Чанбина и, несмотря на то, что он был на полголовы выше, жалобно взглянул, как бы снизу. — Бин… Могу я тебя попросить…? — Усталые глаза Феликса приобрели чёрный цвет и, казалось, стали ещё больше. — Закрой, пожалуйста, аудиторию. Я тут посплю, а потом уйду через окно, как обычно. Чанбин распахнул глаза и захлопал ресницами. О чëм Ликс только что попросил? Увидев реакцию Чанбина, Феликс поспешил добавить: — Пожалуйста. Это очень важно для меня. Феликс выглядел совсем иначе. Очень непривычно для Чанбина. Никаких выкрутасов, понтов. Только большие умоляющие глаза, уставший потрёпанный вид, спутанные волосы. Чанбин понимал, что закрывать телецентр нецелесообразно, но… Мало ли, чем грозит демону эта усталость. В этой ситуации пришлось согласиться. — Ладно. Один раз. — Тихо произнёс Чанбин и улыбнулся. Феликс засиял. — Спасибо большое! Я ничего не украду, честно! — В шутку добавил демон. — И не ломай ничего. А мне уже пора. Я и так опоздал на пару.       Чанбину, как обычно было не интересно. Что за трата энергии, что за дикое желание спать, что за странная просьба. Важно было решение проблемы. А сам Феликс — это очень большая проблема. Большая и грозная. Остаток пары Бин провёл спокойно, даже не вспоминая о демоне и не беспокоясь ни о чем. После Чанбина уже ждали преподаватели и куратор. Конференция вот-вот должна была начаться. На удивление, Джисон пришёл вовремя, и даже выглядел прилично и приветливо. Всем улыбался, со всеми здоровался. Презентовать работу победителя также пришлось Чанбину. Перед началом просмотра фильма, Бин вышел вперёд, чтобы сказать пару слов. — Хан Джисон проделал действительно огромную работу. Раньше он слыл в телецентре, как лучший оператор, но после конкурса показал всем, что он ещё и отличный сценарист. В прошлом месяце Хан пополнил ряды нашей команды мозгового штурма, как я её называю. С этого момента ни один сценарий не пишется без одобрения Джисона. Теперь то я уверен, что мой телецентр в надёжных руках. — Чанбин сделал акцент на слове «мой». После этой фразы Джисон разулыбался и даже кивнул головой в знак благодарности. Бин продолжал. — Сам сюжет фильма я вам рассказывать не буду. Скажу только, что история невероятно захватывающая. Главным объектом картины является… На этих словах Чанбин замолчал. Он нахмурился и бросил короткий взгляд на Джисона. Тот же наоборот распахнул глаза и удивлённо поднял брови. Он поспешил помочь и тихо вслух сказал: — Демон…? — Вышло это слово у Джисона даже как-то вопросительно, как будто он уже и сам засомневался, о чем его фильм. «Демон» — вдруг эхом раздалось в голове у Чанбина. Ну конечно. Он так часто слышал это слово совсем недавно. Демоны, зеркала, отражения. Все это не было новым для Чанбина, все это он видел в фильме Джисона. Как? Как это возможно? Джисон знал? — Да. Демон. — Проморгавшись, медленно произнёс Чанбин. Впрочем, что я вам объясняю, взгляните сами. Чанбин спокойно сел на своё место и ни слова не сказал Джисону, в то время, как тот наоборот настороженно покосился на друга. Вот теперь Чанбину стало интересно. Интересно, а Феликс уже ушёл…?       Феликс, как и обещал, ушел, через окно. После конференции все устали, и Чанбин, и Джисон, и преподаватели. У Бина, если честно, не было желания расспрашивать у Джисона что-то про тему демонов. Начинать этот диалог было бы очень глупо. Что, если все это — простое совпадение, и на самом деле начинающий сценарист сам не знал, что написал буквально правду. А Бин вызовет своими вопросами кучу подозрений. Нет, спрашивать сейчас он ничего не будет. Молчать — лучшая идея. Однако! Стоило бы присмотреться к Хан Джисону. А то… Откуда он такой осведомлённый?       На следующий день вечером Чанбин застал в телецентре Феликса. Он спал. Демон сидел на стуле, а руки и голову уместил на парте. В таком положении Феликс мирно посапывал. Бин задержался в дверях и мягко улыбнулся, глядя на демона. В груди что-то затрепетало. Феликс выглядел таким беззащитным и милым. Сегодня его наряд был менее вызывающим, хотя таким же по-летнему открытым. Тонкие чёрные Джинсы, короткая хлопковая футболка, многочисленные браслеты, чокер с шипами и снова эти золотистые цепочки на животе. Вчерашние сцены воспоминаниями накрыли Чанбина с головой. Получается… У них был первый секс…? Нет, не так. Что значит первый! Единственный! Наверное… От слова единственный у Чанбина свело живот. Не хотелось, чтобы он был единственным… Не последним уж точно. Ненене. Почему же не хотелось бы? Хотелось бы! Или нет… Вроде, Феликс такой чужой во всех смыслах. Из чужого мира, с чужими правилами, такое чужое имя и чужое лицо. Но этот демон был при этом родным в глазах Чанбина. Он присел рядом с Ликсом. Да, у него ангельское лицо. Но в душе то он далеко не ангел. Бин, кажется, стал понимать, что совершает какую-то ошибку. Эти бабочки внутри и непроизвольная улыбка — уже не просто наивный интерес, а влюблённость…? Кажется, Чанбин действительно начинает влюбляться. А что насчёт Феликса? Умеют ли демоны вообще любить? Эти безжалостные твари? Кто их знает. Да и Феликс выглядел так, будто каждый день грабит секс-шоп. Откуда у него эти шмотки? И для кого они? Просто собственный фетиш? А мало ли тех, кто ведётся на эти цепочки и чулочки? А как много тех, кому Ликс предлагает взглянуть, что у него под одеждой? Чанбин горько вздохнул. Он нежно провёл рукой по голове демона и заправил непослушную прядку волос за ухо. Многочисленные серьги покрывали мочку и хрящи уха. Где демон делал себе все эти дырки? Ресницы Феликса дрогнули. Демон потянулся, вытянув руки вперёд, после чего открыл глаза. — Доброе утро. — Саркастически улыбнулся Чанбин, глядя на закатное солнце. — Уже утро? — Не понял Ликс. — Если бы. — Бин встал со стула. — Уже вечер. — Мм… Ты домой? — Ну, вообще-то, нет. — Нет? А куда же ты идешь? — Ликс выпрямился и щурясь от солнца, взглянул на Бина. — У меня есть дела. — Это он имел в виду, конечно же, качалку. — А вот тебе не мешало бы тоже уже пойти… отсюда. — Ты меня выгоняешь? — Не то чтобы, но так долго оставаться тебе в универе не следовало бы. Вдруг кто-то заметит. — Но… — Феликс закусил губу и наклонил голову. — Но? — Переспросил Чанбин. И какие тут могли быть «но». — На улице становится холодно. Я же говорил, что у меня нет дома…? Феликс поднял свои большие глаза на Чанбина. Тот кивнул, припоминая вчерашний разговор. — Ну вот я подумал… — Подумал, что я мог бы тебе разрешить пожить в аудитории телецентра? — Закончил фразу Бин. — Ну, типа да. — Ну типа, нет! — Строго ответил Чанбин. — Ликс, из-за тебя я и так закрываю аудиторию от других ребят. И у них, и у куратора уже возникают вопросы. Если ты тут пропишешься, то клубу буквально конец! Я не могу делать из аудитории убежище для бездомных демонов. — Но, Бин. — Тоненько, несмотря на свой бас, произнёс Феликс. — Мне совсем негде жить… — Кажется, у тебя есть свой мир. То, что у тебя нет дома здесь, не совсем моя забота. Глаза демона сменили цвет. Яркий изумруд сверкнул на солнце. Бин даже отступил. Ему вдруг стало не по себе, и он пожалел о ранее сказанной фразе. Что это? Страх? Верно. Скорее всего, это он и есть. Несмотря ни на что, ни на какие нежности, чувства, прямо сейчас Чанбин находился в одной аудитории с, как бы, абсолютно мифическим существом. Не самым добрым существом. И от него можно ожидать, чего угодно. Феликс смотрел на Чанбина своими немигающими зелёными глазищами. Его лицо не выражало ничего. О чëм демон сейчас мог думать? Бин действительно насторожился. Он уже было хотел предпринимать попытки бегства, как вдруг Феликс горько вздохнул и, опустив голову, пролепетал: — Дурацкая акклиматизация… Что же мне теперь придётся спать на крышах гаражей? — Что что? — Чанбин немного расслабился и позволил себе сделать шаг к демону. — Ну, там есть гаражи за универом, я… — Нет, нет, я не о гаражах. — Перебил Чанбин. — Какая ещё акклиматизация? — Ааа… Это. — Феликс почесал голову и устало проморгался. — Мы так называем ту самую ломку, которая происходит с наминами — демонами, когда мы попадаем в человеческий мир. — И что же она из себя представляет? — Самое ужасное, пожалуй, это то, что все время адски хочется спать. Голод наступает каждые четыре часа, хотя в нашем мире мы едим раз в десять реже. А также наша высокая температура тела не предназначена для вашей холодной погоды. — Ах, не предназначена! — Бин усмехнулся и скрестил руки на груди. — И, наверное, именно поэтому ты в середине осени одеваешься так, как будто живешь в Малибу? Феликс смутился и поспешил отвести взгляд. — Эм. Нет, это другое. Чанбин хмыкнул и продолжил задавать вопросы: — То есть, твоё желание спать — это акклиматизация, верно? — Угу. — Кивнул Ликс. — Дело в том, что это происходит непроизвольно. Мы не можем это контролировать. Хочется спать так, что можно просто отрубиться посреди дороги. — Но тогда я не понимаю. — Сказал Бин. — Чего же? — Почему ты тогда вообще здесь? Если здесь так плохо. — Не хочу вдаваться в подробности жизни демонов. — Улыбнулся Феликс. В ту же секунду улыбка сменилась на грустную мордашку. — Бин, я понимаю, что доставляю тебе хлопот, но… боюсь, я сейчас ни докуда не дойду. Позволь мне ещё немного отдохнуть тут. Уйду через окно, как обычно. Можешь даже не закрывать аудиторию. Ответственность беру на себя. В этот самый момент Феликс почувствовал, что на его спину грубо накинули что-то мягкое и легкое, а по затылку прилетел смачный шлепок Чанбиновской ладонью. — Ай! — Нефиг уже делать из моего клуба спальню! Это тебе не райские апартаменты. Одевайся и погнали. Феликс дотронулся до большого предмета, который только что укрыл его спину. Это оказалась куртка. Черная и набитая. Сам Чанбин присел перед Ликсом спиной на корточки. Он обернулся и спросил: — Ну чего застыл? Залазишь? — Куда? На тебя? — Удивился Ликс. — Ну а куда ещё? Ты же сказал, что сам не дойдешь в таком состоянии. Чтобы ты не упал нигде по дороге, придётся мне тебя понести. Феликс замер на секунду. Внутри него перевернулся весь мир. Зрачки поменяли цвет с ярко-зелёного на тёмно-коричневый, почти чёрный. Уши демона заалели. Он аккуратно надел предложенную куртку и обхватил руками шею Чанбина. Тот в свою очередь подхватил ноги демона под коленками и встал в полный рост. — Ну что? Удобно? — Удобнее и не придумаешь. — Тихо ответил Ликс. — А… Бин, куда мы пойдём? — Домой. — Какой домой? — Мой домой. Какой же ещё. — А как же твои дела? — Уточнил Феликс. — У меня тут гражданин демон без определённого места жительства мёрзнет и не может самостоятельно передвигать ногами. — Чанбин улыбнулся. — Дела придётся отложить. Ликс не стал ничего отвечать. Улыбка сама по себе появилась на лице демона. Феликс легонько наклонил голову и зарылся носом в Чанбиновские волосы. Он прикрыл глаза и вдохнул полной грудью. Терпкий, чуть сладковатый запах одеколона Чанбина заполнил все мысли и, пожалуй, остался там навсегда. Сейчас Феликсу было слишком хорошо. Щеки Бина порозовели. Феликс оказался на удивление лёгким, почти что невесомым. Его горячее тело прикасалось к спине и грело. Приятно. Чанбин впервые был рад, что пропустил качалку.       Конечно, охранник, стоявший у входа в университет странно покосился на двух чудаков. Но это не помешало Бину и Ликсу покинуть учебное заведение без происшествий. На улице было по-осеннему холодно. День близился к своему завершению. И да — вместо качалки Чанбин задумал пройтись пешком до дома с Феликсом на руках. То есть на спине. Чем не тренировка? Чтобы не идти в гробовой тишине, Бин решил снова завести разговор о демонах: — И все-таки… — М? — Отозвался Ликс. — Если здесь демоны так плохо себя чувствуют, то почему же ты не вернёшься обратно в свой мир как можно скорее? — Нуу. — Протянул Феликс. — Тут есть свои нюансы. — Например? — Уточнил Чанбин. — Например, до недавнего времени мы считали, то есть, демоны считали, что попасть в человеческий мир можно только через зеркала, у которых есть хозяин, и вернуться, соответственно, тем же способом. — Хозяин? То есть, какое-либо зеркало, которое стоит дома у какого-то человека? — Да, всë верно. — Ликс кивнул. — Так, и? Вы так считали, но…? — Да, мы так считали, но не так давно один мой друг нашёл иной способ. Другими словами, он нашёл зеркало без хозяина. Особое зеркало. Оно действует, как некий портал между человеческим и демоническим мирами. А у него то и есть свои нюансы. — Интересно. — Отдышавшись от ходьбы, произнёс Чанбин. — Какие же? — Вернуться через обычное человеческое зеркало можно буквально сразу, ведь у нас есть определённые цели, с которыми мы приходим в ваш мир регулярно. А вот этот самый портал диктует другие условия. Вернуться обратно в демонический мир можно только в полнолуние, как бы пафосно это не звучало. — Получается, ты бы и вернулся, но ты не можешь, потому что луна ещё растёт. Верно? — Угу. — Феликс кивнул. — На самом деле, мне сейчас нет никакой срочности возвращаться домой, но и оказаться в тепле родных мест тоже не отказался бы. Чанбин усмехнулся. — Хах, ясно. Ну а…кстати, насчёт зеркал… Есть ли ещё что-то интересное, помимо того, что демоны в нём не отражаются? — Конечно! — Феликс даже улыбнулся. — Тут очень много интересного. — Например? — Снова спросил Бин. — Скажу так. Несмотря на то, что демоны не имеют отражения, ты все равно можешь увидеть его в зеркале. — Правда? Как же? Ликс сдержал театральную паузу. Затем наклонил голову, чтобы его губы оказались прямо напротив уха Чанбина, и томным голосом произнёс: — Если ты его жертва, конечно же. У Чанбина по коже побежали мурашки. Он сразу понял, о чем идёт речь. Перед глазами всплыли кадры фильма, который снимал Джисон. Он точно помнил — Минхо, который играл главную роль в короткометражке, стоял перед зеркалом, но отражался там далеко не он, а совершенно другой парень — рыжеволосый с голубыми глазами. Кажется, его звали Чан? — Дай-ка я угадаю. — Попросил Чанбин. — Вместо себя жертва видит в зеркале демона? — Да… — Феликс удивился. — А как ты это узнал? — Догадался. Хан Джисон. Пророк или просто парень, который что-то скрывает? За разговором Бин и не заметил, как донес Феликса до своего дома. Магнитный ключ заставил домофон проиграть короткую мелодию, после чего дверь в подъезд открылась. Чанбин без особого труда поднялся на второй этаж, где находилась его квартира и, повернув ключ два раза, вошёл внутрь. Чанбин чуть присел и сказал: — Слезай аккуратненько. Мы пришли. Феликс нехотя отстранился от Чанбина. Расцепил руки, что крепко обхватывали могучую шею всю дорогу до дома, и встал на ноги. Чанбиновской спине стало непривычно холодно, когда горячее тело Феликса перестало соприкасаться с ней. От этого и в груди пробежал морозец. Чанбин взглянул на демона, любопытно рассматривающего новое помещение. От Феликса веяло теплом. Если не думать о ярко-зелёных глазах, острых клыках, грубом голосе, то Ликс был похож на фею. Добрую, несущую в мир красоту и веру в волшебство. Чанбину казалось, что, когда он смотрел на улыбку Феликса, то видел в ней всю жизнь. Эта улыбка была способна исцелить любые сердечные раны. Чанбин и до этого любил. Но эти чувства были иными. Сейчас, глядя на зеленоглазого демона, мир вокруг казался светлее. Даже эта маленькая скромная тёмная квартира казалась сверкающей, когда в ней находился этот демон с ангельской внешностью. Феликс огляделся. В квартире не было ничего в прямом смысле этого слова. Коридор был довольно большим. Здесь не было мебели, только несколько железных крючков, чтобы повесить верхнюю одежду. Ликс снял с себя куртку, которую любезно дал ему Чанбин ещё в университете, и зацепил за один из крючков. Слева от входной двери, за небольшим выступом находилась ванная комната. Кухню и спальню разделяла всего одна тонкая стена, шириной сантиметров в десять. На кухне ничего, кроме высокого холодильника, плиты, раковины, стола и маленькой табуретки, больше не было. Вообще сама по себе кухня была крайне маленькой. На ней с трудом умещались два взрослых человека. В спальне было также пусто. Одинокий узкий шкафчик стоял в углу прямо напротив входа в комнату. На нём было навешано очень много чёрной одежды. В горизонтально противоположном углу стояла абы как застеленная полутороспальная кровать. Другой мебели не было. На окне даже штор не наблюдалось. Только жалюзи, которые придавали комнате ещё более мрачный вид. Все стены были покрашены в максимально светлые, тёплые тона, чтобы хоть как-то сделать квартиру ярче. — Больше похоже на тюрьму. — Констатировал Феликс. — Ну куда мне деваться. — Бин пожал плечами. — Я бедный студент, если ты забыл. На что хватает денег, то и снимаю. — Кто же, интересно, сдаёт такую каморку? — Спросил Ликс, не ожидая ответа на свой вопрос. А его и не последовало. Демон заглянул в ванную, чтобы оценить её габариты. Но и здесь ничего нового не оказалась. Чугунная ванна вписывалась в комнату ровно от стены до стены и занимала больше половины всего пространства. В этом тесном помещении, похожем на кладовку, не было возможности даже развернуться. Чанбин сразу заглянул в комнату следом за гостем и предупредил: — Аккуратнее, следи, чтобы дверь не захлопнулась. — А то что? — Усмехнулся Ликс. — Если ты боишься, что у меня начнёт развиваться клаустрофобия, то ты опоздал. Она уже… — Ха-ха, хорошая шутка! — Саркастически ответил Чанбин. — Нет, я к тому, что дверь в ванную немного барахлит в последнее время. Если закрывается, то защелкивается сама по себе, и открыть её получается только с внешней стороны. — Кошмар. — Выдал Феликс и поспешил выйти. — Как-то у меня нет желания оставаться закрытым в этом гробу… — Пфф… Да ладно тебе, нормальная квартира. С учётом того что я в ней почти не бываю. Мне нужно только поспать ночью, проснуться утром и пойти в универ. — Унылая жизнь холостяка. — Так… Ещё одно слово, и я тебя выгоню! — Предупредил Чанбин. — Ладно, ладно, все, молчу. — После этих слов Феликс плюхнулся на мягкую кровать. — Вот, правда, угостить мне тебя нечем. — Добавил Чанбин, заглядывая в холодильник. — Могу предложить яблоко. Феликс скривился: — Фу, трава. — Есть хлебцы. — Я даже не знаю, что это такое. — Мм… Кефир? — Ты что зожник? — Не хочу тебя пугать, но да! — Чанбин с силой захлопнул дверцу холодильника, что тот аж затрещал. — Сказал же, угощать нечем. Феликс устало вздохнул. Он улёгся на живот и собрал руками подушку в охапку. Под ладонями он нащупал что-то шершавое. Демон выпрямился, сел поудобнее и достал листок бумаги, который лежал под подушкой Чанбина. Это оказалась фотография. На ней в очень непринуждённой обстановке улыбался симпатичный парень. Было видно, что кадр сделан случайно — явно объект, запечатлённый на фото, не подозревал, что находится под прицелом объектива. Демон нахмурился и довольно громко спросил: — Что за хрен? Феликс покрутил листок в руках и уловил знакомые детали — вид из окна, цветок на стеллаже, светлые парты и стулья на заднем плане. Это же аудитория телецентра. Так этот «хрен» учится вместе с Чанбином? И кто же он? Его возлюбленный? Почему он лежит под Чанбиновской подушкой? Разглядывая фото, Феликс не заметил, как к нему подошёл Чанбин. — Эй, отдай! — Брюнет выхватил фотографию из рук демона. — Зачем ты берёшь мои вещи? — Да ладно, что я такого сделал? — Не понял Феликс. — Не съем же я этот листок! Просто заинтересовался, что это за фотка. — Не твоё дело. — Щеки Чанбина слегка порозовели. Он с какой-то особой лаской глянул на фотографию, которую держал в руках. Сердце Феликса сжалось. В голову лезли не самые приятные мысли. Не может же быть такого, чтобы Чанбин встречался с кем-то? — Так… ты любишь этого парня? — Робко поинтересовался демон. — Что? — Переспросил Бин. — Кого? Ли Минхо? Неееет! Исключено… Чанбин смущённо потрепал свой затылок, как будто не так уж и исключено. — И кто же такой этот Ли Минхо? Чанбин старался не смотреть Феликсу в глаза. Все время бегал зрачками из стороны в сторону и не мог найти место своим рукам. — Ну, Минхо обычный человек. Из уст Бина это прозвучало даже слегка вопросительно, но для Феликса эта фраза была, словно удар по больному. Эти слова будто напомнили Ликсу о его происхождении. Вот именно, Ли Минхо — обычный человек, а Феликс — демон. Феликса посетили мысли: что, если у демона нет шансов быть рядом с человеком? — И что же он делает под твоей подушкой? Этот обычный человек? — Что за допрос? — Спросил Чанбин и положил фотографию на шкаф. — Ничего особенного не делает. Чонин вечно запрещает что-то вешать на стены, вот я и положил его на кровать. — Чонин? — Переспросил Ликс. — Да, это чувак, у которого я снимаю квартиру. Он очень привередливый. То нельзя, это нельзя. Хорошо, что тут хоть жить можно. А то, кажется, по его логике, в этой квартире можно только стоять, не двигаясь. — Мм. — Все, что ответил Феликс. Его немного мучали сомнения. Пусть Чанбин и сказал, что не любит этого парня с фотографии, но… ведь не от ненависти же он хотел повесить его портрет на видное место. И уж тем более положить под подушку. А вдруг Феликс ошибся, и Чанбин не холостяк? И что за дела у Чанбина были после университета? Уж не парня ли своего встретить? Нет. Все это странно. Не целовался же бы тогда Чанбин с Феликсом так легко и страстно уже который день подряд, если бы состоял в здоровых крепких отношениях? Сомнения засели в голове демона, отчего он заметно погрустнел. День близился к концу. Солнца уже не было видно совсем. Спать жутко хотелось. И живот уже начинал урчать от желания поесть. Феликс не без грусти произнёс. — Давай свои яблоки. И кефир доставай. Есть хочется. Чанбин искренне засмеялся и произнёс: — Да ладно, сейчас организуем что-нибудь повкуснее.       Будильник прозвенел где-то над ухом. Чанбин уже был на ногах, а вот Феликс спал, как сурок. После вкусного ужина, который приготовил Чанбин из неизвестных продуктов, Феликс очень быстро уснул. Сейчас в тесной маленькой комнате солнца почти не было видно, а потому было сложновато поверить в то, что утро уже наступило. — Ликс, вставай, я из-за тебя опоздаю в универ. — Чанбин говорил не очень громко, несмотря на орущий без остановки будильник. Брюнет легонько потрепал Феликса по плечу, чтобы разбудить. Демон лениво приоткрыл глаза и потянулся всем телом. Спать на мягкой кровати было очень удобно. Сегодня у Феликса была прекрасная ночь, в которую он наконец-то выспался, и даже акклиматизация не могла этому противостоять. — Там на кухне есть, что пожевать, если ты голоден. — Добавил Чанбин. — Давай ты пойдёшь в универ, — Сказал Феликс, зарываясь в тёплое одеяло. — а я останусь тут. — Ещё чего! — Возмутился Бин. — Сегодня придёт Чонин проверять счётчики! Мне нельзя, чтобы квартира выглядела так, будто в ней жили триста бомжей! — Но она и так уже так выглядит. — Будешь огрызаться, вылетишь отсюда быстрее, чем следовало. Феликсу ничего не оставалось, кроме как повиноваться. Он наспех позавтракал каким-то очень даже вкусным блюдом, оделся в то, что у него было, и вышел на улицу вместе с Чанбином. Конечно, сегодня уже было более прохладно, чем вчера. С каждым днём погода обещала быть только мрачнее и мрачнее. Ведь скоро уже зима. Феликс поëжился. Кажется, ему пришло время красть новую одежду.       Чанбин проводил Феликса до перекрёстка, на котором двое договорились разойтись, и попрощался с демоном. На душе было немного странно. Бин ещё ни разу не расставался с Феликсом вот так — чтобы прям сказать «пока», помахать рукой и пойти в разные стороны. Складывалось впечатление, будто есть шанс, что они больше не встретятся. А, может, это просто Чанбиновские страхи выплывали наружу. На все вопросы, типа «а куда ты пойдёшь?», Феликс отвечал уклончиво, не называл конкретных мест, а только рассуждал вслух. Это, конечно же, Чанбина задевало. Он так мало знает о Феликсе. Демон вряд ли в человеском мире привык к даже минимальной роскоши, но, тем не менее, на съемной квартире Чанбина чувствовал себя свободно и не стеснялся. Даже говорил, что эта жилплощадь маловата и выглядит не очень, как будто видел в сто раз лучше. Как много у Феликса тех, у кого он может переночевать? Сколько их, не считая Чанбина? Неприятно было об этом думать, но Чанбин всего лишь боялся опростоволоситься и оказаться дураком в глазах демона и в своих собственных глазах. Не хотелось быть обманутым. Ведь Чанбин начал привыкать к тому, что Феликс находился рядом, часто приходил и проявлял непростой интерес к персоне Чанбина. Всë ли из этого правда? Или что-то скоро окажется всего лишь игрой? Поцелуи Феликса оставляли неизгладимый след в душе и на губах. Для Чанбина всë было серьёзно. А для Феликса?. . .       Жизнь в университете кипела как обычно. Чанбин, наконец-то, выдохнул и расслабился. Последние события его жизни сильно поменяли ежедневные рутинные планы. Чанбин любил рутину. Несмотря на то, что жить вот так вот, как он живёт сейчас, на протяжении четырёх лет, все-таки, порядком надоело, суматоха была не во вкусе Чанбина. Однако, этот учебный год — последний. Хочет Бин этого или нет, ему уже пора все менять. И он чувствовал, как эти перемены входят в его жизнь сами, без приглашения.       Сегодня Чанбин позволил себе открыть телецентр. Он широко улыбнулся, наблюдая в аудитории членов клуба. Кажется, не один он скучал в последнее время по телецентру и его деятельности. Джисон настраивал камеру в конце аудитории, пока Минхо что-то громко ему рассказывал. Заметив, как в их сторону смотрит Чанбин, Ли похлопал друга по плечу и указал вперёд. Джисон повернул голову и помахал Чанбину. Бин ответил тем же, но в ту же минуту понял, что Джисон собирается подойти к нему. Хан активно поприветствовал главу клуба. — Да, привет, Джисон. — Ответил Бин. — Что-то стряслось? — Куратор попросил передать, что не досчитался от тебя табеля о вступлении новичков в телецентр. — Ох точно… — Запричитал Чанбин. — Я совсем забыл. — Ага. На тебя это не похоже. Куратор об этом и говорит. — Напомнил Хан. — Кстати, ты не забыл, что в следующем месяце мы едем в школы презентовать конкурсные работы для привлечения новых студентов в наш университет? — Нет, не забыл. А ты тоже поедешь? — Да! Куратор сказал, что мы с Минхо станем хорошими гостями на этом мероприятии. Ведь Минхо — звезда моего фильма. — Парень посмеялся, чем также вызвал улыбку Чанбина. — Да, и не поспоришь. Кстати…о фильме. — Бин почесал голову и посмотрел Джисону в глаза. — Твой сюжет. Ты сам его придумал? Хан смутился. Он захлопал глазами, и не знал, что ответить. — Эээм… Кажется, ты уже спрашивал что-то подобное, нет? — Улыбнулся Джисон. — Этот фильм — наша совместная с Минхо работа. — А Чан? — Уточнил Чанбин. — А Чан… Просто один из актёров. А что? Если ты боишься темы плагиата, то не переживай, я тебя уверяю, я ни у кого не крал эту историю! Чанбин посмеялся. — Да я не сомневаюсь, что не крал. Просто… Чанбин замолк. Что он собирался только что сказать? Он же не планирует поведать Джисону, что его сюжет стал реальностью? Конечно же нет. Все это прозвучит так глупо. — Просто? — Переспросил Джисон. — Да, впрочем, неважно. Не хочу вас с Минхо отвлекать. Бин улыбнулся, похлопал Хана по плечу и отправился на свои пары. На них глава телецентра занимался делами, о которых напомнил Хан Джисон. Табель о вступлении новичков в клуб потихоньку пополнялся. Удивительно, сколько работы было проделано за последние два месяца — конкурс фильмов, всеуниверситетский показ короткометражек участников конкурса, две конференции. Все это сподвигло многих первокурсников вступить в телецентр. Бин гордился собой и людьми, которые состояли в его клубе. Во время обеда Чанбин занялся подготовкой к поездке в региональные школы, где совсем скоро будет проходить презентация универа. Глава телецентра спешно поел, глазея в ноутбук, и остался пить кофе в столовой, прогуляв предпоследнюю пару. Ещё с утра Чанбина однокурсники угостили жвачкой. И он вспомнил это после обеда. Бин достал небольшую упаковку из кармана, раскрыл её и положил сладость в рот. Зубы сомкнулись, расплющивая между собой тягучую массу. В этот момент рот наполнился ярким вкусом мяты. Холодящий аромат ударил в нос. Чанбин замер. Сильнее пахнет мятой только Феликс. Феликс… Чанбин почти не вспоминал его сегодня. Удивительно. И было даже хорошо. Было хорошо не думать про Феликса. Почему? Наверное потому, что для Чанбина перемены в жизни были чем-то отягощающим. Чанбин не на шутку увлёкся Феликсом из параллельного мира. Почему-то сердце странно подрагивало от мыслей о зеленоглазом блондине. Но не думать о нём было хорошо. Было здорово окунуться в свои обычные повседневные дела, и забыть о тревогах, которые посещали Чанбина всë чаще в последние дни с приходом демона. Демон. Демон…хм. Бин открыл папку с файлами на своём ноутбуке. Там он быстро нашёл фильм Хан Джисона. В наушниках, подключенных к ноутбуку, заиграла ненавязчивая мелодия, пока на экране плавно сменялись начальные титры. Далее свет потух, и тишину разрезал звук будильника. Так начинался короткометражный фильм. Фильм, который выиграл в недавнем конкурсе талантов. Чанбин уже столько раз пересматривал эту короткометражку и из-за обязательств, и по собственному желанию. Но именно сейчас он решил рассмотреть еë досконально. Безымянный главный герой фильма, которого играл Ли Минхо, проснулся, потянулся и встал с кровати. Сначала главный герой не замечает ничего необычного. Он начинает свой день, как и всегда. Расчесывает непослушные волосы, принимает душ, чистит зубы. С зубной щёткой во рту подходит к большому зеркалу и! Стоп. Чанбин ставит плеер на паузу и всматривается в кадр — Минхо стоит перед зеркалом, а в зеркале отражается совершенно другой человек. Нет, не так. В зеркале отражается, так называемый, демон. Как Чанбин знает, этого самого демона играл парень по имени Чан. Да, во время съёмок Бин с ним не очень поладил, и воспоминания об этом товарище были дурные, однако… Именно на него Чанбин сейчас смотрел на экране своего ноутбука. Бин приблизил картинку, пытаясь лучше разглядеть лицо рыжеволосого парня. Оно было абсолютно безэмоциональным, что, наверное, очень хорошо подошло демону, как персонажу фильма. Выглядел актёр, конечно, неординарно — яркие рыжие волосы и, самое главное, на что обратил внимание Чанбин — бледные голубые глаза. В памяти вдруг всплыли ядрëные изумрудные глаза Феликса. Совпадение ли это? Да и рыжий цвет волос, впрочем, как и чистый блонд, не совсем характеризовал простых корейских парней. У этих двоих — Чана и Феликса — точно есть что-то общее. Чанбин снова включил плеер, продолжая смотреть фильм. Далее сюжет был не самым насыщенным. Основными здесь были не действия персонажей, а хорошо прописанные чувства и эмоции главного героя. Ведь Джисон, как автор сценария, хотел показать страх и тревогу со стороны простого парня. И у него получилось. Также, как и у Минхо, которому, собственно, пришлось изобразить в кадре эти эмоции. Зачем? Потому что Минхо в фильме — жертва! Чанбин снова вспомнил Феликса, точнее, его слова — увидеть в зеркале демона можно только в том случае, если ты — его жертва. У Бина по спине пробежались мурашки. Как это возможно? Джисон и Минхо знакомы с демонами? Они хорошо загримировали Чана? Или Чан и есть их знакомый демон? Бин продолжил просмотр. Он просто всматривался и вслушивался. Далее его заинтересовал только один кадр. Он остановил и приблизил картинку. Вроде, ничего особенного, просто очередной кадр, где Чан играет роль отражения Минхо, однако, Чанбин кое-что заметил. Не хватало одной важной детали. Голубых глаз. В одной из сцен глаза Чана приобрели абсолютно естественный тёплый карий цвет. Это не очень заметно во время обычного повседневного просмотра короткометражки. Любой зритель, даже если б и заметил подобное упущение, решил бы, что актёру просто забыли надеть линзы. Да и сам Чанбин так бы подумал, если бы не видел ранее этот плавный цветовой переход радужки в Феликсовских глазах от зелёного к тёмному, почти чёрному, кариему. Вопросов не осталось. Чан — не человек, а Хан Джисон — не такой уж и гений, как все считали. Ведь сценарий оказался не придуманным, а, практически, основанным на реальных событиях. Но конечно же Чанбин никому об этом не расскажет. Одно было Бину неясно. Почему же Джисон с Минхо выбрали для главного героя именно позицию жертвы? Концовка короткометражки была далека от хэппи энда и логично, что финальная встреча с демоном оказалась летальной. Так… почему же они решили сделать именно так? Не уж то ли и это они почти прочувствовали на себе и знали не понаслышке?       Последняя пара прошла необычайно быстро. После неё Чанбин поднялся на третий этаж, где отдал куратору обещанный табель. Преподаватель уже привычно похвалил четверокурсника за беспрекословное выполнение заданий. Но, на самом деле, Чанбин делал все это не из обязательств, а по собственному желанию. Ведь телецентр был вторым домом для Чанбина. Кстати, об этом. Пора было бы вспомнить и про, так называемый, «третий» дом. Чанбин взглянул на часы. Стрелки показывали пять с чем-то. Да, время уже позднее, но Бин вдруг подумал, что ещё успеет в качалку. Ведь он уже несколько дней там не был. Тренер Чанбина часто ругался и говорил, что пропускать тренировки нельзя. Но в последнее время на беднягу столько всего навалилось, что успевать включать в свой распорядок дня ещё и силовые нагрузки было просто нереально. Чанбин очень удачно встретил в коридоре Джисона, который радостно сообщил, что они с Минхо ещё останутся поснимать какой-нибудь интересный контент. Бин похвалил ребят за инициативу и отдал Хану ключи от телецентра. Джисон был тем, на кого можно было положиться. Правда, серьёзностью он не отличался — получив связку ключей, стал прыгать от радости и лепетать о том, что не подведёт. Бин и не сомневался. После этого удалось с чистой совестью отправиться в тренажёрный зал, получить пенделя от тренера, натягаться гантелей и выпить протеиновых коктейлей. Качалка прочищала мозги. И не то чтобы, чем дольше занимаешься в тренажерке, тем лучше — нет, скорее наоборот, но Чанбин закончил свою тренеровку на сегодня только где-то в десятом часу вечера. Бин чувствовал себя отлично после нескольких часов упражнений и тёплого душа. Автобусы в такое позднее время уже ходили реже. Но Бин никуда не торопился, а потому с радостью подождал на остановке свой транспорт. Погода была не самой тёплой. Воздух казался еще холоднее, чем он был на самом деле, из-за влажности. Небо сегодня было ясным и чистым. Многочисленные звезды мерцали вокруг яркого светящегося месяца. Луна была растущей, но не на самой начальной фазе. С каждым днём месяц наполнялся, становился шире. Сейчас он был чуть тоньше, чем ровно половинка, и напоминал откушенный кусочек сыра. Медленный автобус остановился прямо перед Чанбином и неспеша открыл свои двери. Бин был рад оказаться в теплом транспорте. Он почти никогда не возвращался домой так поздно. Только в очень редких случаях. А что мог делать Чанбин вечером вне дома? Ночных посиделок с друзьями он никогда не устраивал, у него друзей то и не было. Отношений у Бина тоже не было. Впрочем, как и важных внеучебных дел, подработок и так далее. А тем более холодными осенними или зимними вечерами никуда не хотелось выходить. И Со даже косо посматривал на разные громко смеющиеся компании, так любящие собираться во дворе на качелях или в беседках. Возможно, эти компании так же косо смотрели на одинокого Чанбина. Автобус высадил парня на нужной остановке ровно в пол одиннадцатого. Брюнет прошёлся пешком до развилки и свернул во двор. Ещё издалека Бин приметил тёмную фигуру, сидящую на скамейке рядом с подъездом. Подойдя чуть ближе, он даже смог разглядеть и признать в этом человеке знакомую белую макушку. Кажется, сидящий тоже заметил Чанбина и поспешил встать со своего нагретого места. Чанбин невольно улыбнулся сам себе, но сразу же намеренно сделал серьёзное лицо, чтобы скрыть от Феликса радость встречи. Внутри разлилось тепло. Ликс ждал Чанбина. Это было приятно осознавать. Демон первый заговорил, когда двое наконец встретились лицом к лицу. — Почему ты так поздно сегодня вернулся? Я уже успел соскучиться… — Голос Феликса оказался хриплым, то ли от холода, то ли от того, что демон долго не разговаривал. Бину удалось рассмотреть то, во что был одет демон. Это заставило его нахмуриться. На Феликсе была совершенно новая (то есть, до этого Бин её не видел) кожаная куртка с опушкой и мягким капюшоном. Конечно, Чанбин мог представить, насколько она «тёплая» — длина еле-еле закрывала задницу демона, а воротник пиджачного типа не закрывал шею ни на миллиметр. На ногах красовались массивные ботфорты, которые классно сочетались по цветовой гамме с узкими, как будто замшевыми, бордовыми брюками. Ну и Бин был готов поспорить, что под этими прекрасными брюками скрывались какие-нибудь сексапильные чулки. Фантазия Чанбина не унесла его мысли о Феликсовских чулках далеко, ведь главный вопрос просто огромной тучей повис над головой — откуда у Феликса вообще все эти новые вещи? Кто ему их даёт? У демона ведь нет денег, значит, купить он эти шмотки не может. Тогда — откуда? Чанбину совсем не хотелось предполагать, потому что в голову лезла только какая-то неприятная чушь, типа, что Ликсу может кто-то делать такие дорогие подарки, или он позаимствовал гардероб у того, у кого ночевал в предыдущие дни. Нет. Эти мысли ужасно расстраивали и выдавали в Чанбине беспомощного влюблённого ревнивого мальчонку. Спросить об этом у Феликса в лоб тоже не хотелось. Потому что было стыдно проявлять интерес. А вдруг Ликс догадается, что Чанбин влюбился? — Соскучиться? — Переспросил Чанбин. — Угу. — Феликс подался вперёд и прикоснулся своими неестественно тёплыми губами губ Бина. Чанбин, казалось, растворился в этом мгновении. Феликс оставил на чужих губах приятный вкус мяты. Такой же, как и у сегодняшней жвачки, только намного ярче и вкуснее. Бин закусил губу, как только демон отстранился. Он попытался вдохнуть ещё сильнее, чтобы не потерять этот манящий знакомый аромат. — Ну что, скучающий, — Позвал брюнет. — Пошли домой? — Приглашаешь? — Феликс широко улыбнулся, обнажая клыки. Чанбин не ответил. Только хмыкнул и придержал Феликсу подъездную дверь. Конечно приглашает. А куда ему деваться. Чувство чего-то неправильного поглощало. Феликс — демон, и это уже неправильно. Чанбин так легко поверил в натуру нового приятеля — и это тоже неправильно. Чанбин целовался с Феликсом, и не только целовался. Чанбин позволил демону влюбить его в себя, и это было чертовски, максимально, совершенно неправильно! Чанбин не знает ничего о Феликсе. Не знает, кто он, откуда он, с кем он. Начинать отношения так — точно неправильно. Бину нужно как можно скорее прекратить всë это. Разорвать эту связь, полностью отдалиться и сказать «нет». Пусть это и тяжело. А правильно ли это? В квартире Феликс не церемонился, скорее, уже чувствовал себя как дома. Он сбросил свои сапоги и куртку почти сразу и пошёл в комнату. Увидев то, во что был демон одет, Бин ненароком подумал, не отморозил ли Феликс себе ничего. Футболка Ликса была очень странной, это вообще нельзя было назвать полноценной одеждой. Она была прозрачной, как будто какая-то сеточка. Через неё очень хорошо отчётливо виднелись соски и пупок. Бин нервно сглотнул, почувствовав внутри гейскую панику. Бин прошёл в комнату вслед за демоном. Феликс устало зевнул и потянулся. Он с интересом наблюдал, как Чанбин разбирал вещи из своего рюкзака. Сам Бин чувствовал на себе прожигающий Феликсовский взгляд, и от этого краснел и смущался. Зачем он вообще рылся в этом рюкзаке? Просто, чтобы хоть чем-то себя занять и не разговаривать с Феликсом? Да, наверное. А о чем говорить? Как начать разговор? Кажется, в предыдущие дни все было чуточку легче, когда все самые неправильные действия были совершены, как бы, случайно, по-дружески. Воздух рядом с Феликсом теперь стал тяжелее. Не, глупо винить во всём воздух, конечно! Это, скорее, Чанбину стало труднее дышать и сдерживать себя от эмоций. Неужели все это произошло, потому что Чанбин влюбился…? Ой, как неправильно… Хотелось что-то сказать прямо сейчас, чтобы не сидеть в тишине. Вдруг, словно прочитав мысли, демон подошёл ближе к Чанбину и обнял его со спины. Горячее тело приятно обожгло спину даже через рубашку. Феликс положил голову на плечо Чанбина. Сердце демона стучало, как никогда раньше. И он боялся, что этот стук из груди ненароком услышит Чанбин, что почувствует, что в спину что-то бьётся. Но обнимать Бина было так приятно. Руки отчётливо ощущали жёсткий пресс, накачанную грудь. Этот парень был полностью во вкусе Феликса и удовлетворял все его представления о «прекрасном принце». Чанбин же очень смутился, когда Ликс его обнял. Просто обнял. Так нежно и тепло. Демоны так умеют? В этом жесте чувствовалась вся мягкость Феликсовской натуры. Демон обнял Чанбина, как будто это было так нормально. Бин на секунду сам поверил, что все правильно. Так и должно быть. Точнее, Бин хотел, чтобы так было правильно. Чанбин развернулся лицом к Феликсу прямо в его объятиях и нежно коснулся губами щеки. Руки нашли себе место на тонкой талии демона. Хорошо. Пальцы слегка подхватили ткань футболки и потянули её вверх. Несмотря на то что футболка Феликса и так была прозрачной, без неё было все-таки лучше. Феликс тоже считал, что без неизменной чёрной рубашки, Чанбину идёт больше. Демон лёг на мягкую кровать, не то от того, что его подтолкнул на неё Бин, не то от того, что Феликс просто сам так захотел. Он смотрел на Чанбина, лицо которого освещалось только ярким светом луны, проникающим в комнату через приоткрытые лопасти жалюзей. Бин навалился на Феликса, прикасаясь животом к животу, грудью к груди, ладонями к рукам. Демон напряжённо вздохнул, даже слегка задрожал. Чанбин стал оставлять поцелуи на шее Феликса, иногда зачем-то зализывая их. Цепочка на шее Ликса немного мешалась и смущала. Она смотрелась так хорошо, но при этом бесила, когда холодила губы и добавляла поцелуям железный вкус. Бин подхватил цепочку языком и прокрутил её, чтобы зажать увесистый кулон между зубами. Феликс всё ещё дрожал. Ни то от холодного сквозняка, гуляющего по квартире, ни то от переизбытка чувств. Глядя на Чанбина, зрачки меняли цвет на более естественный темно-карий. Почти чёрный. И Ликс не мог это контролировать. Ни один демон не мог это контролировать. Казалось, нет ничего страшнее для зверя из параллельного мира, чем влюбиться. Но… Влюбиться в человека было в сто раз страшнее. Феликс боялся, что Чанбин уже догадался о чувствах. Но ещё больше страшило, если Бин наоборот ни о чем не подозревает… И не любит сам… Пухлые губы сжались от неприятных мыслей, а дрожь стала сильнее. Чанбин теперь вытворял что-то непонятное — держа во рту плоский круглый золотой кулон, он кусал выпирающие ключицы. Мокрый металл нагрелся от дыхания парня, но всё равно обжигал холодными прикосновениями, ведь был намного ниже температурой, чем горячая демоническая кожа. Чанбин аккуратно положил кулончик прямо в яремную выемку между ключицами и двинулся выше, невесомо касаясь губами губ Ликса. Он, наконец, осмелился спросить: — Почему ты дрожишь? Феликс открыл глаза и взглянул на брюнета. Чёрные зрачки ещё секунду блуждали по лицу парня, прежде чем остановиться на его глазах, вглядываясь куда-то внутрь души. Чанбин почувствовал, как голову обдало жаром. Глаза Феликса… В них хотелось утонуть и никогда не выплыть. Чарующие, меняющие цвет радужки и пышные чёрные ресницы. Чанбину они уже снились по ночам. Почему глаза демона меняли цвет? Хотелось бы Чанбину знать, но спросить он не рискнул бы. А Феликс только и ждал, что Чанбин спросит. Ликс вдруг чуть приподнялся, ухватился обеими руками за плечи Чанбина и подтянул его к себе. Бархатная щека легко проскользила по Чанбиновской щеке, потом холодный нос провёл от скулы до переносицы, губы мазанули по ресницам и чуть ниже. Лбом Феликс толкнул мягкую щёку Чанбина справа от носа. И всё по кругу. Иными словами, демон ластился, как делают кошки при встрече — тёрся щекой о лицо Бина. Тот сначала смутился, но после и не заметил, как стал отвечать, также двигая лицо навстречу. Сердце приятно толкало в грудь, пока Феликс прижимался к Чанбину своим неестественно горячим для человека телом. Наконец, Бин, собрал худое тело в охапку, вжал в мягкий матрац и собрал своими губами губы демона. Феликс без промедления стал отвечать на поцелуй, закрывая глаза в удовольствии. Чанбин целовал неожиданно нежно, нарочно задевая языком клыки Ликса. Ему почему-то нравилось проверять их на остроту, хоть это и было больно. Феликс чувствовал, как его сердце трещит по швам, будто вот-вот сломается на маленькие осколки. Чанбин целовал так сладко и медленно, хотелось, чтобы этот момент длился как можно дольше. Потому что именно в этот момент мыслей в голове не было, и рассуждать о правильности действий просто не оставалось времени. Ликс никогда не понимал чувства других влюблённых демонов, но сейчас понял. Откуда это безумное тёплое желание всегда оставаться рядом, раствориться в том, кого любишь, и быть покладистей преданного щеночка. По натуре демоны непредсказуемые и бесстрашные твари. Вряд ли для них сложно обмануть, убить, предать, но влюбившись… Куда все эти жестокие качества деваются, стоит демону влюбиться? Чанбин отдалился, разрывая поцелуй. Он часто дышал, согревая дыханием губы и нос Ликса. Левая рука неожиданно интимно погладила бедро демона, скользя то вниз, то вверх, и вызывая по белоснежной коже множество мурашек. Феликс приподнялся на локтях, зарываясь пальцами в жёсткие чёрные волосы. Он резко приблизился к Бину и укусил мочку правого уха. Бин вздрогнул. Феликс провёл языком по острой серёжке, а затем выше, до самого верха уха и теперь укусил уже там хрящик. Чанбин снова дёрнулся и резко выдохнул с еле различимым «ах». Феликс лучезарно улыбнулся и хихикнул. «Вот бы так было всегда.» — промелькнуло в голове демона. Вот бы всегда Чанбин был так близко. Вот бы всегда так крепко обнимал и…вот бы хоть раз сказал, что любит. Мурашки от подобных мыслей покрыли кожу до кончиков пальцев. Ликс вздрогнул и лёг обратно на спину. Двое встретились взглядами. Темно-карие глаза Феликса выражали спокойствие и интерес. Ничего в этом лице не было похоже на демона. Только на ангела. Самого красивого и нежного. Бин переспросил: — Ну? Так почему дрожишь? Феликс ответил, посчитав, что ответ получился максимально правдоподобным: — Кажется, я замёрз. Чанбин улыбнулся. Так искренне и красиво. Он лёг на бок и притянул Феликса к себе. Губы плотно прижались ко лбу демона, а правая рука нежно поглаживала затылок. Чанбин укрыл Феликса одеялом и прижал крепче. — Грейся. Доброй ночи. — Доброй ночи. — Ответил Феликс. Хотя в голове все ещё крутилось «вот бы так было всегда».       Чанбина разбудил стук. На стук в входную дверь это похоже не было, ведь звук он неё отлетал более звонко. Этот же глухой звук больше напоминал стук по дереву. Чанбин привстал. Феликс, до этого спящий калачиком рядом с Бином, сразу открыл глаза. Без Чанбиновских объятий стало холодно. — Что стряслось? — Спросил сонный демон. — Слышишь? — Звук был неравномерным. И редким. — У кого-то ремонт? — Не думаю. Чанбин встал и прошёлся по квартире. Проходя мимо ванны, брюнет аж подпрыгнул, когда осознал, что стук раздался прямо рядом с ним. Звук исходил из ванной комнаты. Также там послышалось какой-то тихое шуршание. Чанбин приблизился к двери, чтобы чётче расслышать, что там происходит, но в ту же минуту тишину разрезал громкий телефонный звонок. Откуда в ванной телефон? Феликс из комнаты еле слышно спросил: — Чо за херотень тут происходит? Чанбин на это только пожал плечами. Тем временем звонок прекратился, и из закрытой ванной комнаты послышался голос: — Алë. Не сейчас, у меня небольшие проблемы. Глаза Чанбина полезли на лоб. Он шёпотом запричитал: — Ëк макарëк. Феликс, лезь под кровать, быстро! — Что? В смысле под кровать? — Тише, тише! Лезь, говорю, быстрее. — Что я забыл под твоей кроватью? Там пыльно! — Неправда, я там недавно мыл! Феликс уже встал на карачки, чтобы лечь под кровать, но тут решил уточнить: — Подожди-ка! От кого это ты меня прячешь? У тебя есть секреты? — Да какие нафиг секреты, Ликс! Там в ванной по какой-то неизвестной причине сейчас сидит мой квартирант!!! Ойййй, нет, то есть, это я его квартирант! — Чанбин схватился за голову. — Короче, неважно, спрячься уже! — Тот самый Чонин, который запрещает вешать на стены картинки? — Да, да, он. — Пффф… Ну я же не картинка на стене. — Помолчи и лезь уже! Как только Феликс выполнил просьбу, Чанбин наспех накинул на себя чёрную рубашку и поспешил вызволить застрявшего из ванной комнаты. Он открыл дверь и встретился взглядом с удивлённым Чонином. Картина предстала крайне смешная — Ян Чонин, тот самый богатый предприниматель на несколько лет младше Чанбина, лежал в своей шубе и солнцезащитных очках прямо в ванне. Бин вежливо поздоровался. Чонин, увидев, что путь для него, наконец-то, открыт, поспешил вылезти из ванны. — Чонин. А что вы тут делаете? Время пять часов утра. — И тебе доброе утро, Чанбин. — Парень отряхнулся. — Я тут сижу уже пол суток! — А как вы туда попали, простите? — Я пришёл вчера снимать счётчики. Дверь захлопнулась. И я остался тут! Ты вчера во сколько вернулся? Я даже не слышал! Уснул в этой ванне! Чонин откровенно жаловался. А до Чанбина начало доходить. Пятница. Он совсем забыл, что в этот день недели Чонин приходит проверять квартиру. — Ты скажи мне, почему до тебя не дозвониться? — Кажется, у меня сел телефон… — Бин смущённо почесал затылок. — А насчёт двери. Да, в последнее время она барахлит. Защелкивается сама, и открывается только с внешней стороны. Простите, что не предупредил. — Да уж. Почему сразу не сказал? Надо вызвать мастеров, а то так ещё кого-нибудь эвакуировать придётся. — Чонин выдохнул и вышел из ванны. — А почему от тебя так мятой несёт? Ты пролил на себя чай? — Ммм…можно и так сказать? — Ой. Что за женские шмотки ты приволок в коридор? Ты что, какую-то бабу приводил? Чанбин уже мысленно себя хлопнул по лбу. Точно. Феликсовские ботфорты и совсем не мужская кожаная куртка остались в прихожей. Чонин тем временем посмотрел на Чанбина и приблизился к нему. Он протянул руку и снял с плеча Чанбина белый волос. — Блондинка что ли? Это был волос Феликса. Черт. Теперь то точно не отвяжешься. — Д-да…блондинка. — Неохотно ответил Бин. — Ну-ну. А говорил, что никого приводить в квартиру не будешь. Предохраняйтесь, не хватало мне тут ещё детей. Извини, что разбудил. Платёжки пришлю позже. У тебя там столько за воду крутануло, как будто в квартире живут сотня китайцев! С этими словами Чонин наконец-то вышел из квартиры. Чанбин выдохнул. Как раз в этот момент Феликс чихнул. Бин засмеялся. — Будь здоров. Можешь вылезать. — Ты обещал, что там не пыльно. — Плакал Феликс. — А я там познакомился с каким-то пауком. Я назвал его Бинни, и на твоём месте я бы брал с него плату за проживание. А то он такой жирный, немало места под кроватью занимает. — Чего ты там свои вещи раскидал в коридоре. Я обещал Чонину, что друзей не привожу в дом. — Тц! Ну знаешь ли! Фотки на стену не вешать, друзей не приводить, что ещё тут запрещено? — Дети и животные. — Тебе пора новую квартиру искать, а то тут никакой свободы действий… — Ладно. Время 5 утра! Давай дальше спать. — В докозательство своему желанию, Чанбин зевнул. — Мне кажется, я выспался. — Феликс пожал плечами. — Не ври и спи! — Сказал Бин, лёг на кровать и потянул Феликса на себя, чтобы заставить того лечь рядом. Демон взвизгнул, но позволил уложить себя. Ликс засмеялся, он плюхнулся на матрац, и его лицо оказалось почти вплотную прижато к лицу Чанбина. Яркая улыбка Феликса будто освещала комнату. А, может, это было восходящее солнце за окном. Но Бину казалось, что именно от демона исходил этот яркий лучистый божественный свет. Чанбин ещё секунду любовался неестественно белыми клыками Ликса, прежде чем приблизиться и утянуть его в очередной поцелуй. Феликс сразу же прикрыл глаза и расслабился. Он позволил себе обхватить лицо Чанбина своими тёплыми руками и притянуть его ещё ближе к себе, углубляя поцелуй. Язык Феликса непослушно гулял по зубам Чанбина, что очень нравилось обоим. Бин не сопротивлялся. Он вдыхал этот кайфовый мятный аромат и думал о том, как сам скоро пропахнет им. Двое отдалились друг от друга и встретились взглядами. Оба на секунду замолкли. Бин рассматривал пухлые губы, россыпь веснушек, тёмные глаза Феликса. Почему они снова тёмные? Почему не зелёные? Неужели этот демон смог пробудить с Чанбине интерес? Да. Ему стало интересно. И про мир демонов, и про их жизнь. И хотелось узнать, почему глаза Феликса меняют цвет. Чанбин запустил пальцы обеих рук в пышные Феликсовские волосы. Они были такими мягкими и приятными на ощупь. Скорее, они даже отличались по структуре от человеческих. Каждый волосок был толще, что ли. Или просто Чанбину так казалось. Он вдруг вспомнил, что Чонин снял один волос Ликса с его рубашки. Бин покраснел. Этот жест был таким простым, но… если вдуматься. Волосы Феликса на Чанбине — это так по-домашнему, как будто они живут вместе, и это нормально, это правильно. Волосы Феликса, его запах, его шмотки, раскиданные в коридоре. Почему это не может быть нормальной повседневной жизнью Чанбина? Что же не так? — О чëм думаешь? — Вдруг спросил Феликс, чем резко вывел брюнета из мыслей. — О том, какой ты сейчас красивый. — Только сейчас? — Ликс улыбнулся. — Не только… Но о том, каким красивым ты будешь завтра, я буду думать завтра. — А ты хочешь встретиться со мной завтра? — Почему-то спросил Феликс. Чанбин смутился. Он ответил вопросом на вопрос. — А ты нет? — Я разве говорил, что нет? — А куда ты пойдёшь завтра? — Чанбин решил немного увести разговор. В ответ демон пожал плечами. — Куда-нибудь. И это звучало так халатно. Как будто для Ликса ничего не стоило прямо сейчас встать и уйти «куда-нибудь». Как будто здесь его ничего не держит, и куда бы он ни пошёл, ему везде будет хорошо. Его везде примут. Везде будут любить. Бин немного поник. Что означало это «куда-нибудь»? Почему Феликс не сказал «к тебе»? Или что-то в этом духе. Может, он и на самом деле ничего не чувствует к Чанбину? Может, просто использует его, чтобы было, где жить, ночевать, с кем болтать и развлекаться? Ну да. Он же демон. Чанбин даже забыл об этом на какое-то время. Глупый Чанбин. Демоны умеют любить? Вряд ли! Бин встал с кровати. — Хэй, ты куда? — Ликс округлил глаза и проследил за Чанбином. Тот надел чёрную толстовку и брюки, которые висели на дверце шкафа. — Я пойду варить кофе. — Ты же хотел спать? — Перехотел. Бин не соврал — он правда пошёл варить кофе. Как бы то ни было, на часах было почти шесть, а Чанбин был жаворонком, не любил вставать поздно и валяться в кровати до обеда. Через некоторое время к Бину присоединился и Феликс. Он надел свою странную одежду и уселся на единственную в доме маленькую табуретку. Демон чувствовал, что Чанбин поменялся в настроении, но что стало причиной? И как его теперь развеселить? Ликсу стало плохо от того, что любимый ему человек стоит к нему спиной и молчит. Он ещё немного полюбовался Чанбиновским затылком, наблюдая за тем, как парень что-то кашеварит, после чего заговорил: — И часто у тебя так? — Как? — Не понял Бин. — Ну…обнаруживается хозяин квартиры в ванне? — А, это! — Чанбин издал негромкий смешок. — Нет, такое впервые. Да я сам сплоховал — забыл, что в первую пятницу месяца Чонин всегда приходит счётчики проверять. — По голосу он не старый. — Констатировал Феликс. — Сколько ему? — Хммм… Лет 20, …23? Честно, и сам не знаю. Он сын какого-то предпринимателя. — И что же он предпринимает? — Не знаю. У них полно квартир по всему городу, и они их сдают. А этого достаточно, чтобы быть богатыми. Бизнес! Феликс выгнул бровь и подпер рукой подбородок. — Если это так прибыльно, то почему ты до сих пор сам не занялся подобным? — Ну может, потому что у меня нет квартиры? — Задачка, однако. Ликс задумчиво почесал голову, после чего щелкнул пальцами и выдал: — Давай, я кого-нибудь съем, и ты займёшь его квартиру! И будешь её снимать! Оййй. Сдавать! А? Ловко я придумал? Чанбин посмеялся. Он наконец-то доварил кофе и, поставив перед Ликсом кружку, стал наливать напиток. — Ну нет, это так не работает! То, что так можно в демоническом мире, не значит, что это реально провернуть в человеческом. — А с чего ты взял, что так можно в демоническом мире? — Ну не знаю. — Брюнет пожал плечами. — Ты так говоришь, как будто так можно. — Так, может, и можно. Но в демоническом мире, как ты его называешь, нет ни намёка на квартиры. Это прозвучало настолько безысходно и безапелляционно, что оба резко замолчали и осознали, что в дополнительных комментариях данный разговор не нуждается. — Спасибо. — Вежливо поблагодарил Феликс Чанбина, когда его кружка оказалась наполнена. — Кстати, я так и не понял, зачем ты так рано вскочил, если ты никуда не торопишься. — Почему ты решил, что я никуда не тороплюсь? Чанбин отпил свой горький кофе. Он облокотился поясницей на столешницу у раковины и завтракал стоя, так как наглая демоническая жопа заняла единственную табуретку. — Так выходной же! — Ответил Феликс и кинул свой изумрудный взгляд на покосившийся прошлогодний календарь, хоть в этом действии и не было никакого смысла. — У меня сегодня встреча с куратором телецентра и Хан Джисоном. Феликс часто заморгал, показывая всем видом, что он не понимает, о чем Бин говорит. Он действительно впервые слышал об этом. Логично, зачем Чанбину посвящать демона в свои планы, но… — В субботу? — Да, а когда же ещё. Не во время пар же. — И во сколько состоится эта встреча? — В 8. — Сухо ответил Чанбин. — Да почему так рано то? — Люди привыкли все решать с утра. — Уточнил Чанбин. Разумеется, он соврал. Насчёт времени, но не встречи. Куратор действительно сказал, что хочет видеть ребят, чтобы передать им кое-какие бумаги, которые понадобятся на ближайшей презентации. Правда, встреча была запланирована на два часа дня. Но Чанбин чувствовал, как ему нужно поскорее избавиться от Феликса и самому выйти на улицу, подышать свежим воздухом. Поэтому после утренней чашки кофе двое быстро собрались и уже стояли у порога. Феликс, как назло, слишком медленно и сексуально застегивал свои огромные ботфорты. Бин отчаянно старался на это не смотреть. Осень уже ждала двоих на улице, не совсем приветливо обдула ветром и обсыпала жёлтыми листьями. Чанбин заметил, как Ликс поежился от холода и стал натягивать короткие рукава куртки на ладошки. Брюнет моментально выудил из глубоких карманов своего пуховика чёрные перчатки, и поделился ими с Феликсом. — Возьми. А то ещё замерзнешь по пути «куда-нибудь». — Чанбину даже удалось улыбнуться, хотя от собственных слов стало не очень приятно. Феликс тихо промурчал слова благодарности и надел перчатки. Его глаза снова потемнели, а губы чуть-чуть растянулись в улыбке. Чанбин уже был готов развернуться, чтобы уйти, но демон обхватил щеки Бина руками в мягких перчатках, и притянул к себе. Пухлые губы накрыли губы Чанбина. Брюнет очень удивился и даже испугался, потому что никогда не целовался с парнями на улице около подъезда. А вдруг соседи увидят? А вдруг кто-то кинет в них камнем? А вдруг дети…? А вдруг… В какой-то момент мысли просто испарились, и перестали существовать в голове Чанбина. Он ближе подошёл к Ликсу и ответил на поцелуй. Даже ладони брюнета нашли себе место на бёдрах демона. Тепло Феликсовского тела согрело холодные руки и нос Чанбина. Но, теперь он окончательно запутался. Ещё с утра ему казалось, что Феликс играет чувствами, а сейчас тёплые губы демона так сладко сжимали губы Бина, что сложно было усомниться в его чувствах. Так что происходит то? В одном только Чанбин не сомневался — сам он влюблён в Феликса. И не хочет без него жить. А Феликс? Чанбин резко отошёл на шаг назад, чтобы разорвать тёплый поцелуй. — До встречи. — Немного холодно и потерянно проговорил Бин. — До встречи. — Повторил Феликс, прежде чем увидеть, как его собеседник просто разворачивается и уходит.       До двух часов дня, когда должна была состояться встреча глав телецентра, Чанбин мотался по городу. В отличие от прошлого дня, не думать о Феликсе не получалось. Бин вспоминал каждый момент, проведенный вместе, прокручивал их в памяти снова и снова, улыбался сам себе, придумывал, что ещё может произойти, если Бин и Ликс останутся вместе. Но потом голову заполняли резко негативные предположения. Во-первых, Феликс демон, который, как бы, только наполовину человек, а значит, гуляет сам по себе, ни к кому не привязан, без царя в голове и сам черт не разберёт, что у него на уме. Поэтому говорить о том, что он привязался к тому месту, где проводил много времени, и что привык к Чанбину — глупо. Во-вторых, эти, вероятнее всего, бесчувственные существа вряд ли умеют любить… Чанбину от этого было больнее всего. Ну и в-третьих, дом Феликса — демонический мир, и когда-нибудь ему предстоит туда вернуться. Не останется же демон в человеческом мире, в самом деле. И от этого вывод, что строить какие-либо планы, касательно Феликса, не стоило, ведь он все равно уйдёт. И будет ещё больнее. Полегчало ли от этих мыслей Чанбину? Нет, конечно! Но зато Бин нашёл оправдание своим дальнейшим действиям, которые планировал воплощать в жизнь. Когда после обеда брюнет направился на место встречи. Двое других участников беседы не заставили себя долго ждать. Куратор передал ребятам некоторые документы, речь для презентации и дал пару наставлений. Поездка должна состояться уже на следующей неделе, и подготовка к мероприятию начиналась прямо сейчас. Куратор ушёл самый первый, оставив двоих студентов наедине. Джисон тоже уже собрался уходить, как вдруг Чанбин его остановил. — Хэй. Погоди. — Бин хлопнул приятеля по плечу и чуть придержал. Джисон остановился и с вниманием взглянул на Чанбина. Казалось, он не то что не был против, а даже обрадовался, что глава телецентра предложил ему поговорить. — А почему Минхо не пришёл? Джисон пожал плечами. Хотя оба понимали, что это просто был непроизвольный жест, ведь на самом деле Хан отлично знал, чем занимается его друг. — Он сказал, что сегодня будет занят, и, так как он играет не главную роль в предстоящем перепоказе, то может позволить себе не приходить сегодня. Бин хмыкнул. — Умно. Знаешь, на самом деле, у меня есть к тебе небольшой разговор. — Правда? Какой же? — Касательно твоего фильма. Джисон как-то больно улыбнулся. Он почесал затылок и отвёл взгляд. Чувство некомфорта наполнило Хана. В последнее время у Чанбина было слишком много вопросов, насчёт фильма. Было видно, что Джисон не любил разговаривать на эту тему. И, кажется, Чанбин уже знал, почему. Может, было бы легче, не выиграй Джисон в конкурсе. Ведь, чем больше вопросов у главы телецентра, тем больше ответов Джисон должен ему предоставить. Но это же не просто какой-то там выдуманный сюжет, а реальная история из жизни. Почти что реальная. — И о чëм же именно ты хотел поговорить? — Чан. — Начал Бин, и Джисона уже от страха почти покинула душа. — Он ведь…и в самом деле не человек, да? Джисон округлил глаза и в упор посмотрел на Чанбина. Страхи сбылись, но, по глупости парень быстро выдал: — Откуда ты… то есть, с чего ты взял? — Значит, я прав? Хан закусил губу. Он и сам не понял, как прокололся. Вряд ли он понимал, что у него всë написано на лбу, однако… Видимо, скрывать тут уже было нечего, хотя он упорно старался не выдавать истины в лицо. — И всё же, — сказал Джисон. — с чего вдруг у тебя появились такие мысли? — Я смотрю этот фильм уже не в первый раз. И с Чаном, скорее, к сожалению, знаком. Этого достаточно, чтобы подметить некоторые детали. Хан промычал, как бы соглашаясь с услышанными словами. Но на душе было поганенько. Все-таки, это ведь секрет. Да и Минхо, если узнает, что Бин в курсе демонов, прибьёт Джисона! Ведь он говорил, что идея снимать фильм на реальных событиях очень рискованно. А Чан, со своей ненавистью к Чанбину, чего доброго, отгрызет ему голову по старой привычке. Хотя вот уже второй месяц демон питается исключительно домашней едой, которую готовит Минхо, и человечина в этот рацион не входит. Но мало ли, что у Чана на уме… — А, позволь спросить, — Тихо произнёс Джисон. — этот факт, разве, что-то меняет? Например, моё участие в конкурсе, мою победу… Чанбин без секунды сомнений ответил: — Нет. — Ты же никому не будешь говорить об этом? — Зачем-то уточнил Джисон, хотя в глубине души и был уверен в главе телецентра на сто процентов. — Разумеется, нет. Джисон облегченно выдохнул. — Но. — Продолжил Бин, из-за чего Хану снова пришлось напрячься. — Я бы хотел кое-что узнать побольше о демонах, если можно. Джисон захлопал глазами, в знак непонимания. — А для чего тебе это? — У меня есть на то свои причины. — Бин опустил глаза и сказал эту фразу максимально тихо. — Ну так что? Сможешь рассказать мне некоторые нюансы? Верно же я понимаю, что вы с Чаном достаточно близки? — Ну не то чтобы! — Возразил Хан. — Да, я знаком с Чаном, и довольно неплохо. Но всего не знаю. Что могу — расскажу, по возможности. Бин улыбнулся и кивнул в знак благодарности. — И все-таки, — Продолжал Хан. — для чего эта информация? Для личного пользования или для сюжета? — Что ты! Использовать твою идею я нигде не буду, не переживай! Я хочу узнать о демонах, так как у меня есть личные причины. — Снова повторил Чанбин. — К сожалению, мне нужно немного ближе познакомиться с их натурой… Джисон выгнул бровь и посмотрел на Чанбина. Что-то в своей голове он прикинул. На какой-то момент стало даже страшно — а не стал ли Чанбин жертвой очередной охоты? — Бин, а в зеркале ты себя видишь? — Аккуратно спросил Хан, чем вызвал у Чанбина звонкий смех. — Да, да. В зеркале — я. Я не жертва. С этим все в порядке. — Вот и хорошо. А то я уже начал переживать. — Джисон посмотрел на наручные часы и сказал. — Можем мы тогда куда-нибудь сесть? Думаю, этот рассказ не самый короткий. Но. У меня есть условие! — Например? — Ты хотя бы приблизительно скажешь мне, зачем тебе эта информация. — Хорошо… — Согласился Бин. — Я постараюсь.       Двое прошли одну из длинных улиц. Уже успев подмëрзнуть, они зашли в маленькую кофейню. Там Джисон сразу заказал себе американо, чтобы согреться. Чанбин предпочёл ничего не есть и не пить, аргументировав это тем что на тренировку надо идти голодным. Джисон хихикнул. Он не стал первым начинать разговор, потому что, на самом деле, все его поджилки тряслись. Минхо бы не одобрил то, что сейчас делает его друг, но Чанбин обещал обосновать свой интерес, и, Джисон надеялся, что его рассказ будет оправдан. Да и самому Хану польстила просьба Бина. Ему не терпелось узнать, почему глава телецентра интересуется демонами. Чанбин сказал: — Насколько я знаю, в твоём фильме почти полностью отражается сущность демонов. И, если для других людей эта история является хорошо продуманной выдумкой, то, для меня теперь — настоящей документалкой. — Так и есть. — Ухмыльнулся Джисон. — Конечно, мы не все рассказали в фильме. Как раз-таки мы постарались показать самый минимум. Возможно, …возможно, наш фильм был, как бы, основан на реальных событиях, но не полностью. — И что же действительность не отражает? — Уточнил Чанбин. — Концовка. В реальности мы такого не видели. Бин удивлённо приподнял брови. Джисон продолжил: — Всмысле, мы её вообще не прописывали. А просто сделали намёк на несчастливый конец. И это потому, что в реальности нам, что, собственно говоря, к лучшему, такое наблюдать не приходилось. — Увидев, как Бин кивнул в знак понимания, Хан поспешил спросить, то, что его так интересовало. — Ты обещал рассказать, почему хочешь ближе познакомиться с миром демонов. — А да. — Чанбин потер шею, было видно, что он колеблется. И это действительно было так. Несмотря на то, что Джисон уже в открытую сдал Чана, и признался, что он демон, Чанбину было как-то не по себе рассказывать про Феликса и нагнетать на себя волну вопросов со стороны Хана. Он секунду подумал, и нашёл, что ответить. — Так получилось, что мне пришлось иметь дело в одним странным парнем, который не совсем похож на человека. По повадкам и описанию он похож на вашего Чана из фильма. Да и не только из фильма. На Чана в реальности, скорее. Меня мучают сомнения, как мне себя вести, и… вдруг он демон. Вот. Я решил обратиться к тебе. Отмазка получилась неплохой. Джисон даже поверил, понимающе закивал и построил бровки домиком. — Я тебя понял. — Джисон улыбнулся. — Не могу сказать, что ты обратился точно по адресу. В данном случае лучше разговаривать с Минхо, он знаком с Чаном гораздо ближе. Но я постараюсь помочь, чем смогу. — Отлично. — Ответил Чанбин. — Скажи. В твоём фильме Чан все время крутится только вокруг Минхо, преследует его. И в повседневной жизни главного героя, и даже в зеркале. В общем, не даёт про себя забыть. Это правда так происходит? Или вы преувеличили? — Ну… В фильме не раз говорится, что главный герой занимает позицию жертвы. С этой точки зрения мы и снимали его. Конечно же это правда. Демон действительно сводит свою жертву с ума. Но в фильме мы увеличили количество времени на это, чтобы было, о чем снимать и поразмышлять главному герою. В реальности демон не бегал бы за человеком так долго, и концовка бы настала намного быстрее. — Понял. А, предположим, если бы Чан преследовал Минхо, но он не видел бы его в зеркале, он бы все равно считался его жертвой…? Джисон нахмурился. Кажется, этот вопрос ввёл его в ступор. — Скорее, нет, чем да. Смотря, что этот демон делает. Типа, может, человек и считался бы жертвой, но, не официально. Если можно так сказать. — По факту, демон может просто околачиваться в человеческом мире, без какой-либо конкретной цели? — Да, может. Как оказалось. Чанбин даже облегченно выдохнул. Отлично. Скорее всего, он не «официальная», как выразился Джисон, и даже не потенциальная жертва. — И, если у демона нет жертвы, то он может преследовать не одного человека, а нескольких? — Не совсем понял твоего вопроса. — Джисон почесал макушку. — То есть, если у демона нет жертвы, то ему и не надо никого преследовать. Он будет общаться с людьми, если ему это нужно, по какой-то причине. А съесть он может, кого угодно. — Хмм… Интересно. Думаю, ты ответил на мой вопрос. — Чанбин улыбнулся. — Ну, и ещё кое-что, что меня очень интересует… Чанбин замялся, его щеки порозовели. Он закусил губу и опустил голову. Хан недоуменно захлопал глазами. — Я тебя слушаю. — Демоны…они…также как и люди испытывают эмоции? — Ну, может, не так ярко-выражено, как люди. Они не будут плакать, например, навзрыд по пустякам. Или очень громко смеяться от души. Если вспоминать Чана, то демоны, скорее, спокойные. Хотя и, как оказалось, довольно ранимые. — И им известны такие чувства, как радость, тоска, …любовь, например… Джисон явно удивился, но легко улыбнулся. — Ну, да, любить демоны, на удивление, умеют. Хотя, конечно, романы с ними крутить я бы не советовал. — Ну это понятно. — Ухмыльнулся Бин. — В основном, когда они не хотят тебя сожрать, они обычные люди. Даже слегка туповатые, что делает их милыми. — Не могу не согласиться. — Добавил Чанбин. И Джисон сразу понял, что он и его собеседник на одной волне. И жалеть об этом разговоре явно нет смысла. Чанбин узнаёт эту информацию исключительно для себя. Никому не расскажет, и на Чана не имеет никакой обиды. Хану стало от этого легче. — Спасибо, Джисон. — Сказал Бин. — Мне кажется, я узнал всë, что мне нужно было. Правда, спасибо. Я думал, что ты откажешься разговаривать со мной на эту тему, и начнёшь покрывать Чана. — Не за что, Бин. Я рад тебе помочь, но! Было бы круто, если бы ты не говорил Минхо о том, что именно я тебе рассказал о демонах. Давай, как будто ты сам узнал обо всём от своего нового демонического знакомого. — По рукам. — Чанбин улыбнулся. — Тогда и ты не говори Минхо о нашем разговоре.       На том и разошлись. Чанбин взглянул на наручные часы и решил, что сегодня просто идеальный день для похода в качалку. Впрочем, как и каждый из предыдущих дней. Сейчас у брюнета в голове складывалась картинка. Он все ещё с трудом мог представить отношения с демоном, но… Феликс нравился Чанбину. И, если, как выразился Джисон, демоны умеют любить, то любит ли Феликс Чанбина? Бин был бы двумя руками «за» целовать Ликса каждый день на правах его парня. Если бы Феликс тоже был «парнем». Обычным. Человеком. Чувство чего-то странного всë ещё преследовало. Возможно, философия демонов немного иная, но Чанбину было важно удостовериться, что эта самая называемая демоническая любовь — искренняя. А пока что искренней её было назвать сложно. «Крутить романы с демонами» никто бы не советовал. А интересно, что там между Чаном и Минхо? Ведь… между ними точно что-то было. Или даже есть. Это даже идиот заметил бы. А Чанбин, к счастью, далеко не идиот. И, если Минхо «крутит романы» с демоном Чаном, то почему его друг Джисон не рекомендует этого делать? Странно. В общем, так как гантели и тренажёры прочищают мозги, вот Бин и решил обратиться к ним. И к вечеру, когда пришло время возвращаться домой, Чанбин уже принял для себя решение, как он поступит дальше.       Сердце тепло дрогнуло, когда Бин увидел Феликса, одиноко стоящего возле подъезда. Он поднял голову вверх и, прищурившись, смотрел на загоревшийся над ним фонарь. Демон перекатывался с пятки на носок на своих огромных чёрных ботфортах. Сегодня на нём была другая одежда — кажется, это были шорты, из-под которых проглядывались новëхенькие чулки, вместо вчерашней короткой пальтушки демона грела массивная куртка подлиннее. Было видно, что куртка явно не с Феликсовского плеча, и сама модель скроена странно — в плечах мала, в груди большая, рукава широченные. Но Феликсу шло. От вида новой одежды Бину стало ещё грустнее. Да. Он — студент, не сможет себе позволить так обеспечивать Феликса и каждый день покупать дорогие обновки. Откуда же у демона эти новые шмотки? Неясно. Ликс вздрогнул и повернул голову, почувствовав на себе чей-то взгляд. Демон обнажил свои большие острые клыки в улыбке и задышал чаще при виде Бина. Брюнет же печально улыбнулся и подошёл ближе. Феликс радостно заявил: — Я приоделся. — Я заметил. — Как тебе? — Как всегда идеально. — Чанбин улыбнулся. Феликс резко сократил расстояние между ними. Сердце брюнета взорвалось. Ликс коснулся губами уголка губ Бина и ненадолго задержался в таком положении. Затем легко проскользил по скуле, прикусил клыком мочку уха и шепнул: — А хочешь посмотреть, какие на мне сегодня чулки? Бин закусил нижнюю губу. Он опустил голову вниз, чтобы хоть краем глаза увидеть, как из-под мощных сапог чуть проглядывается черный капрон с кружевом и скрывается за кожаными удлинёнными шортами. Чанбин прикрыл веки. Ему пришлось проглотить и подавить волну желаний в себе. Он холодно и твёрдо ответил. — Хочу, — но, прежде чем Феликс успел расплыться в довольной улыбке, добавил, — но, мне кажется, в этом нет смысла. Демон недоуменно взглянул на собеседника. — Нет смысла? В чулках? — Думаю, да. Феликс в прямом смысле этого слова не понимал, что происходит. О чëм говорит Чанбин? Он нахмурился и открыто признался: — Бин, я не понимаю тебя. — А по-твоему, какой в этом смысл? Просто очередной парень посмотрит на твои чулки. Зачем? Феликс округлил глаза. Его брови от удивления поднялись высоко над веками, а губы сжались. Чанбину было тяжеловато говорить все то, что он говорил, но… Реакция Феликса была бесценной. Демон отвёл взгляд. — Бин… — М? — Незаинтересованно ответил Чанбин. — Что скажешь? В этом есть смысл? — Почему ты вдруг решил поговорить об этом? — Ликс съëжился и все ещё не осмеливался поднять взгляд на Чанбина. — Потому что для меня это важно. — Что именно? — Демон, наконец, посмотрел собеседнику в глаза. Бин вздохнул и собрался с мыслями. Он приготовился к тому, что прямо сейчас может услышать то, что на самом деле не хочет слышать. — Скажи. Ведь я у тебя не первый, да? И не единственный? Феликс растерялся. Он скрестил руки на груди и сжался. Чанбину стало не по себе. Феликс не отпирался, не отрицал, даже почему-то снова отвел взгляд. Бин почувствовал себя дураком. К горлу подкатил какой-то неприятный ком. Он сказал: — Понятно. Я так и думал… Чанбин предпринял попытку пройти мимо Ликса, но демон схватил парня за руку. — Бин! Подожди! У Феликса была воистину демоническая хватка — железная. Чанбин ощутил всю силу Ликса на себе — его ладонь так крепко сжимала запястье брюнета, что, казалось, если он надавит чуть сильнее, то послышится хруст костей. Конечно же Ликс это сделал не со зла, а от отчаяния. Он очень боялся, что Бин действительно уйдёт, а потому решил предпринять свои лучшие меры — силу. Обнаружив, что Чанбин все-таки остановился и не планировал уходить, Ликс ослабил хватку. — Что? — Спросил Чанбин. — Тебе есть, что сказать мне? — Всë вообще не так, как ты думаешь! — Попытался Феликс. Его лицо выражало самое глубокое сожаление. Для демонов это несвойственно, но Ликс сам по себе был эмоциональнее своих сородичей, а потому его чувства часто были написаны на его лице. — Что случилось, Бин? Почему вдруг ты… поступаешь вот так? — Как вот так? — Бин действительно негодовал. — Ты только что признался мне, что я у тебя не первый, — Бин стал загибать пальцы, как бы считая всë перечисленное демоном ранее. — не единственный, и даже не последний, я так понимаю. И по твоему, это нормально? Ликс облизал губы и нахмурился. — Ну… допустим, ты не первый. Что в этом такого? Можно подумать… я у тебя первый?! — Это прозвучало даже слегка вопросительно, как будто Феликса тоже заинтересовала эта тема. Чанбин, вопреки Феликсовским рыданиям ответил весьма спокойно и серьёзно: — А если вдруг окажется, что первый? Демон состроил удивлённое лицо. Он коротко пожал плечами и скривил губы. — Ну, значит… это твоё упущение… Чанбин усмехнулся. Ему и вправду стало смешно. — Рад, что ты ничего не упускаешь в своей жизни, Феликс. Но я не такой. — И что же ты предлагаешь? — Прекратить всë это. — Теперь уже жалость накрыла и лицо Чанбина. — Извини, Феликс, я думаю, всë кончено. Ликс обомлел. Он был настолько ошарашен, что совсем ослабил свою ладонь, державшую руку Чанбина. Бин воспользовался этой ситуацией и вырвался из захвата. — Пока, Ликс. — Он просто развернулся и направился к подъездной двери. — Бин! — Крикнул Феликс. Он не побежал за ним. Он понял, что в этой обстановке вряд ли что-то исправишь. Оставалось только стоять и наблюдать, как парень всей его жизни скрывается за закрывающейся дверью подъезда. Глаза наполнились слезами. Феликс не понимал, что ему делать. Он сильно топнул ногой по асфальту. Подошва высоченных сапог издала тупой гулкий звук. Феликс чувствовал, как холод разливается внутри. Чувство чего-то неизбежного и безысходного накрыло демона с головой. Вечер обещал быть холодным, и Ликс поëжился. Он потер ладонями плечи, чтобы согреться. — Блин! — Грозно шепнул демон. — Чëрт! Куда теперь идти? Он почесал голову и кое-что припомнил. — Какой там адрес он называл? Кажется, помню. Интересно, насколько это далеко отсюда? Блин, как же холодно.       На кухне играла энергичная музыка на минимальной громкости. Так, что даже шкварчащее мясо на сковороде заглушало её. Светловолосый парень мычал мелодии себе под нос, не особо заботясь, попадает он в такт играющей песне или нет. Время уже было позднее, а потому двое в чистой квартире никого не ждали. Но вдруг раздался стук в дверь. Парень у плиты обернулся. Кто мог прийти в такой час? Он прошёл в коридор и аккуратно приоткрыл дверь. У порога стоял зеленоглазый блондин. Вид у него был шокирующий. Во всяком случае, по городу приличные парни в такой одежде не ходят. Гость весь дрожал от холода и переступал с ноги на ногу. Блондин был не более, чем на пару голов выше хозяина квартиры. Когда дверь открылась, лицо Феликса скривилось, он вдруг выдал: — Опять этот хрен! — Чего? — Чего, чего! Сначала под подушкой у Чанбина, теперь в доме у моего друга. Везде мне глаза мозолишь! — Чо сказал? — Хозяин квартиры замахнулся на гостя поварешкой, которую прихватил с собой из кухни. — Это моя квартира, и никакие твои друзья тут не проживают! Вали отсюда, проститутка! — Никуда я не уйду, пока не увижу Криса! — Настаивал Феликс. — Криса? — Феликс? — Послышалось из недр квартиры. В дверном проёме показалась рыжеволосая голова. Два бледно-голубых глаза оглядели гостя с ног до головы. — А я думал, мне послышался твой голос. — Постой… Чан, ты его знаешь? — Да! — Чан закивал головой и улыбнулся. — Минхо, это Феликс — мой друг. Ликс, это Минхо — мой парень, знакомься. — Да уж, спасибо, заочно уже знакомы. — Какой ещё друг, Чан? — Возмущался Минхо, все ещё размахивая своим половником. — Что это за друг такой, посмотри на него, что это за вид! Я же говорил тебе не общаться с сомнительными людьми! Почему ты меня никогда не слушаешь? — Минхоша, — Лаского позвал рыжеволосый Чан. — не ругайся. Я тебя всегда слушаю. Это не сомнительный знакомый, это друг из демонического мира. Я же тебе про него рассказывал. Ты не помнишь? Минхо на секунду застыл. — Так он — тоже демон? — Угу. — Чан кивнул. Минхо издал безысходный стон, схватился за голову и пошёл на кухню, причитая: — Моя квартира теперь что, пристанище для бездомных демонов? Да его сапожища не поместятся в наш коридор, Чан! Господи, за что мне это… — Минхо, ну не ругайся, милый. Прости. Ликс, заходи. Блондин перешагнул порог. Наконец-то его впустили внутрь. В квартире было тепло и уютно. Еда на плите вкусно пахла. Так что Феликс невольно проголодался. Ведь он сегодня почти ничего не ел. Демон скинул свою куртку, снял сапоги и прошёл в комнату. — А вы неплохо тут обустроились. Теперь ясно, чем ты руководствовался, когда возвращался сюда. — Хех. — Чан смущённо потер шею. — Да, это квартира Минхо. Мы платим ипотеку. Дело не весёлое. — Не знаю, что это, и знать не хочу. — Ответил Феликс. — В любом случае, аппартаменты больше, чем у Чанбина. Чан удивлённо захлопал глазами. — Так ты уже успел у Чанбина побывать? — Конечно. — С грустной улыбкой произнёс Феликс. — Так? — Чан нахмурился. — И то, что ты пришёл сюда, наверное, не самый лучший знак. Что сделал Чанбин? Прежде чем Феликс успел сказать хоть слово, из-за угла выскочил Минхо. Он с интересом осмотрел двоих в комнате и сказал: — Позвольте вторгнуться в ваш разговор. Я не подслушивал, честно! Но за те пять минут, что этот своеобразный молодой человек находится в нашей квартире, вы уже трижды упомянули Чанбина! — Минхо перевёл взгляд на Чана. — Это же тот самый Чанбин, о котором я думаю? — Ага. — Чан кивнул, а затем сделал недовольное лицо. — Честно, век бы его не вспоминал. Минхо улыбнулся. — Да ладно тебе. Забудь уже о том, что вы не поладили в первый раз. — Ли перевёл взгляд на Феликса. — Но чем же он насолил другому демону? Феликс опустил взгляд в пол. Он по-хозяйски плюхнулся в мягкое кресло, рядом с которым стоял, и безысходно произнёс: — Он меня отшил! — Уже? — Со смешком спросил Чан. — Как? — Не понял Минхо. — То есть как это… Отшил? — Хотелось бы мне знать, как! — Сказал Ликс. — Он так холодно ко мне отнёсся. Сказал, типа, что он у меня не единственный, а лишь очередной парень, который смотрит на мои чулки! Даже если и так, то что с того? Минхо удивлённо захлопал глазами. Он был в полном шоке. Чанбин? Тот самый Чанбин, который тусуется в телецентре днями и ночами? Это он отшивает демонов непотребного вида? Ну дела… Сам Минхо подвязался на ужасную авантюру, влюбившись в Чана, и позволив ему остаться в человеческом мире, но теперь оказывается, что и его окружение не обделено вниманием этих, вообще-то, опасных существ. Хочется верить, что хотя бы Джисон в безопасности. Ли схватил Чана за рукав его толстовки и протянул у себе. Тот чуть покачнулся от неожиданности, но быстро понял, что от него хотят. Он наклонился к парню. Минхо тихо произнёс, чтобы Феликс не услышал: — Я не понял. С каких пор Чанбина окучивает какой-то демон? Твоих рук дело? Чан смутился. — Ну не сказал бы! Когда я вернулся в свой мир, мы с Ликсом…поговорили, я рассказал про вас с Джисоном и про Чанбина, конечно же! — Демон почесал затылок, вспоминая тот самый разговор. — Хотя… Если припомнить, то я говорил только гадости. Было даже удивительно, что Феликса заинтересовал этот придурок. — Давай вот только без обзывательств! Твой друг тоже выглядит странновато! Ты скажи, Бин в безопасности? — Скорее да, чем нет. Это вообще нонсенс, что Чанбин его отшил, а Ликс его не съел! — Чан усмехнулся, а потом сделал озадаченное лицо. — Ой…или…? Минхо не на шутку испугался от этого Чановского «или». Он поспешил обратиться к Феликсу: — А где Чанбин сейчас? — Ушёл домой! — От этого ответа Минхо полегчало. Ликс стукнул кулаком по подлокотнику кресла, на котором сидел. — Со словами, что его не устраивает, что я у него не первый! — На его месте, меня бы это тоже смущало! — Посмеялся Чан. — Здорово, что он тебя знает не настолько хорошо, как я. — Первый, не первый! Какая разница! — Феликс притянул ноги к себе и обнял колени. Он сделал совсем грустное лицо и стал часто моргать, что не свойственно для демонов. Минхо это сразу заметил. Скорее всего, таким образом Ликс хотел скрыть слезы. Минхо стало жалко беднягу демона. Он ведь не понаслышке знает, какие эти существа ранимые. Минхо присел на край кровати, которая располагалась напротив кресла. — Ну, подожди… Кажется, я понимаю Чанбина. Возможно, дело вовсе не в том, сколько у тебя было парней до него, а в другом… — В чем же? — В том, сколько их будет после него. Феликс вскинул брови, но очень скоро понял, о чем идёт речь и поспешил смущённо отвести взгляд. — Я был бы не против, если бы Чанбин стал моим последним и единственным. Минхо тепло улыбнулся. — Зная Чанбина, я очень сомневаюсь, что он против. Он ведь пользуется большой популярностью в универе, но он никого и близко к себе не подпускает. То, что он переживает за твоё отношение к нему — это огромный плюс. Ты смог его заинтересовать, и, мне кажется, он тоже хочет быть твоим единственным. — Ты думаешь? — Феликс шмыгнул носом. — Уверен! — Но его, почему-то, также заинтересовало, откуда у меня столько чулок! — Пожаловался Ликс. — И на это стоит обижаться? Минхо потупил взгляд. — Ну наверное, он решил, что тебе их кто-то покупает? — Покупает? — Феликс возмутился. — Да кто? Ни у кого таких денег то и нет! — А…где ты тогда их берёшь? — Поинтересовался Минхо. Демон смутился. Голубые глаза переглянулись с зелёными. — Ты снова за старое, да, Ликс? — С усмешкой спросил Чан. — Грабишь секс-шопы? — Грабишь? — Глаза Ли округлились. — Так ты ещё и вор! — Ну, во-первых, это не секс-шопы, а магазины нижнего белья. — Пояснил Феликс. — А, во-вторых, я не могу устоять, когда вижу на витрине что-то красивое. — И тебя ещё ни разу не поймали? — Негодовал Минхо. — Да это нереально сделать. — Ответил Чан. — Феликс — искусный мастер кражи. До сих пор удивляюсь, как ему это удаётся. А, если его и заметят, то скорость у него тоже отменная. Не догонит никто, даже самые быстрые собаки. Феликс улыбнулся и закивал. Минхо выгнул бровь. Офигеть можно, неужели такое и вправду бывает. — Что ж, тогда Чанбину не за что переживать. — Саркастически произнёс Ли. Ликс снова погрустнел. Он вспомнил, что основная тема, по которой он пришёл сюда — все-таки не обсуждение чулок. Он ещё раз уточнил: — Почему ты так уверен, что Чанбин не ненавидит меня теперь? Минхо улыбнулся. — Странно было бы такое предполагать. Во всяком случае, я тоже был тем, кто совершил ошибку, и не принял чувства Чана в первый раз. Думаю, если бы он не вернулся, я был бы самым несчастным на всей планете. Поэтому, мне кажется, что я понимаю Бина. Для людей очень непросто принять тот факт, что придётся встречаться с демоном. Вы же такие непредсказуемые. — И что мне теперь делать? — Иди к Чанбину. — Минхо пожал плечами. — Покажи ему, что он правда единственный для тебя. Он не сможет отказать тебе во второй раз. — С чего ты взял? — Чанбин бы не подпускал к себе кого-то так близко, если бы не был в нём заинтересован. А Джисон не так давно мне жаловался, что от Бина сильно пахнет мятой. Теперь, кажется, я понял, почему. Минхо ярко улыбнулся, а Ликс смущённо отвëл взгляд. — Спасибо. Только… мне бы не хотелось идти куда-то на ночь глядя. Я очень замёрз… — Феликс состроил многострадальное лицо. — Чего? Хочешь сказать, я должен предложить тебе остаться здесь? — Возмутился Минхо. — Угу. — Без стеснения ответил Феликс. — Нет! — Минхо, — Встрял Чан. — ты с такой увереностью сказал, что Бин ему не откажет во второй раз. А что, если… а на улице холодно. Вспомни, Ликсу сейчас негде жить. Минхо громко цокнул. — Вы — демоны, просто нахлебники! Ладно, оставайся до утра. — Ура! Спасибо! — Искренне обрадовался Феликс. — Минхо, а ты, оказывается, такой хороший! — А ты сомневался? — Если честно, то да. Минхо усмехнулся и пожал плечами. А в тот момент, когда Чан ушёл на кухню, оставляя своего парня и своего друга наедине, Минхо подошёл к зеленоглазому демону и спросил: — А ты мне расскажешь, что там за история со мной и подушкой Чанбина, которую ты упомянул при входе? Феликс засмеялся.       Воскресенье прошло невероятно уныло. Странно, но Чанбин уже привык, что Феликс рядом, а потому и скучал. Нет, враньё! Чанбин очень сильно влюбился в Феликса, а потому страдал и не был уверен в правильности своих недавних действий. Умом он понимал, что, вроде, поступает вполне логично, ведь действует в своих интересах. Бин не хочет быть в дураках и содержать Ликса, как дворовую кошку — «сегодня я у тебя поем, а завтра у твоих соседей, я же гуляю сам по себе»! Хотелось конкретики и сильных чувств, чтобы сносило крышу! Чувства то были, а вот конкретики — нет. В воскресенье Чанбин только и делал, что сидел и думал, не нашёл ли Феликс себе ещё кого-нибудь? На замену Чанбина… С тех самых минут, когда Бин сказал «все кончено» и зашёл в подъезд, хотелось плакать. А Бин просто не мог себе этого позволить. Но в качалку не пошёл. Понедельник. День тяжёлый. Казалось, каждый раз, когда Бин закрывал глаза, ему мерещился яркий мятный запах. От этого сердце замирало и становилось плохо. Были ли отношения Чанбина и Феликса тёплыми и душевными? Нет… Оттого и ощущения были какими-то странными. Не то «скучаю», когда готов прыгнуть на шею при встрече, а просто чувство, что чего-то не хватает. Для души, для счастья. Для Чанбина это было необычно и непонятно, в общем. Но. Понедельник. Надо было вставать и идти в универ. И Чанбин не мог этого не сделать. Он не прогуливал никогда. То ли потому, что был таким ответственным, то ли потому что просто, кроме универа и телецентра ему было нечего делать. Так и получалось. Бин собрался и вышел из квартиры. Дверь подъезда неприятно заскрипела, видимо, тоже была недовольна тем, что в такую рань её уже кто-то трогает. Чанбин спрыгнул с крыльца и остановился в пяти метрах от дома. Блин, дождь. Неожиданно. Бин устало выдохнул и уже был готов продолжить свой путь в универ, как вдруг его глаза что-то закрыло. Темнота заполнила все пространство. Чьи-то тёплые ладони лежали на лице Чанбина и закрывали обзор. Мята. Или ему снова мерещится? Сердце застучало быстрее, и Бину даже не хотелось, чтобы эти руки его отпускали. Вдруг это окажется не Феликс? Тогда весь мир рухнет и померкнет… А кто же это мог бы быть ещё, кроме Феликса…? Глубокий бархатный знакомый голос прозвучал близко к ушам: — Привет, Бин. В животе Чанбина разлетелись бабочки. Он непроизвольно улыбнулся. Это получилось само собой. Неописуемое счастье разлилось по всему телу и заполнило мысли. Он положил руки на ладони Феликса и аккуратно убрал их со своего лица. Пальцы Ликса были обычной температуры человеческого тела, но для демона это считалось холодной температурой. Поэтому Чанбин поднёс руки Феликса ближе к губам и стал греть их своим дыханием. Сердце Феликса забилось быстрее. Он смотрел на затылок Чанбина и надеялся на то, что парень рад его приходу. Бин медленно повернулся к демону лицом и встал напротив. Он легко улыбнулся. У Феликса из глаз полились слезы, что ошарашило обоих — и парня, и демона. Ликс ойкнул и поспешил вытереть влажные щёки, Бин стал помогать, кладя ладошки на лицо демона. — Чего это я…? — Произнёс Феликс. Бин оглядел его с ног до головы. Та же куртка, те же сапоги, кожаные брюки, которые были на Ликсе в самый первый день их знакомства и какая-то новая худи с капюшоном. На самом деле, эту чёрную худи демон одолжил у Минхо ещё вчера утром, чтобы не замёрзнуть на улице. Бин нежно провёл тыльной стороной ладони по щеке Феликса и легонько притянул к себе, чтобы поцеловать губы, по которым уже успел соскучиться. Брюнет вдохнул полной грудью и позволил сладкому мятному аромату заполнить лёгкие. Феликс размяк в руках Чанбина. Он почувствовал как сильные руки обнимают его худое замёрзшее тело и прижимают плотнее к груди. Бин также успел натянуть на голову Феликса капюшон его чёрного худи, чтобы белые волосы демона не намокли под дождём. Отстранившись от парня, Феликс заглянул ему в глаза и сказал: — Бин, извини, что, возможно, вёл себя неподобающе. Я понимаю, что у тебя свои критерии для отношений. Да, ты у меня не первый, я хочу быть с тобой честным. Но я без тебя не могу. Я люблю тебя, и клянусь тебе, что ты у меня самый, что ни на есть, единственный! Правда! Чанбин улыбнулся и пожал плечами. — Да, может, это не так уж и важно, первый я у тебя или нет… Я сильно погорячился, когда сказал, что всë кончено. Извини меня, я, на самом деле, этого не хочу… — Увидев, как Ликс тоже улыбается, стало спокойнее. — Я тоже тебя люблю, Феликс, и очень по тебе скучал. И я согласен на всë, потому что хочу, чтобы ты всегда был рядом, даже несмотря на то, что ты демон. — Пусть тебя это не смущает! — Ответил Ликс. Его глаза загорелись и поменяли цвет на карий. — Демоны умеют любить. И очень очень сильно! — Верю. — Ответил Бин. Он заметил, как Феликс потянулся за новым поцелуем, но остановил его, выставив указательный палец вперёд. — Но! У меня, правда, есть кое-какие условия! — Слушаю. — Ты со мной встречаешься, а, значит, больше не встречаешься ни с кем. Учти, что я ревнивый! Ты смотришь только на меня, любишь только меня, живёшь только со мной, спишь только со мной, целуешься, ходишь за руку, обнимаешься тооолько со мной! — Так точно! — Ответил Ликс. — Хотя мне казалось, что это очевидно. Я тоже согласен на всë, что угодно. На любые твои условия. Это прозвучало так тепло и мило, что Чанбин не смог скрыть улыбки. Феликс лбом коснулся лба Чанбина и прикрыл глаза. Бин взял демона за руку и переплел их пальцы. — Ликс, мне кажется, я уже опаздываю в университет. — Ой, правда? Извини. — Феликс сделал озадаченное лицо. — А… куда же тогда мне… — Куда, куда, ты пойдёшь со мной. — Ответил Чанбин и сильнее сжал руку демона. — А меня пропустят в универ? — Со мной — пропустят. Я там не последняя личность. Феликс взглянул на Чанбина так так, будто он был всей его жизнью. Хотя…возможно, что это так и есть.