Считаешь себя особенным?

На утро следующего дня я проснулся в полном одиночестве. Вчерашний вечер закончился быстро и пусто. Допив кофе, Влад ушел спать, а я сел за работу и около трех часов ночи уснул на диване. Сейчас часы показывали почти полдвенадцатого, а это значило, что у меня есть еще целый час на сон, пятнадцать минут на сборы и столько же на дорогу. Но, учитывая московские пробки, это время нужно было умножить на три. Поэтому, с радостью попрощавшись с неудобным диваном, я встал, умылся и плюхнулся в кресло с большой кружкой кофе, вертя в руках телефон. Многочисленные уведомления и лишь одно достойное внимания. Начальник «Я уехал на работу» Сообщение было отправлено в восемь утра. Но пять минут назад пришло еще несколько. «Заберешь меня около девяти? И потом надо будет кое-куда заехать Не пей» Я устало вздохнул, быстро напечатал положительный ответ и заблокировал телефон. Обдумывая слова Влада, сказанные вчера, я не мог понять буквально ничего. Глупые игры. Что за ребячество? Отметины на шее стали практически незаметны, а вопросы так и остались без ответа. Махнув рукой, будто бы отгоняя навязчивые мысли, я залпом допил остатки уже остывшего кофе и, накинув куртку, поехал на съемки.

***

— Выглядишь куда лучше, — в перерыве между сменой блюд тихо сказал Кобяков. — О тебе того же сказать не могу. Он хмыкнул, проигнорировав шутку: — Макс зовет в какой-то клуб на закрытую тусовку, пойдешь? — Сегодня? — я замешкался. В сообщениях Влад писал про дела, а не про развлечения. — Не знаю. А кто идет? — Сам не знаю, но Влад отказался, — Кобяков пристально посмотрел на меня. — Кто-то из блогеров, друзья друзей, ты и сам понимаешь. Я кивнул. Блюда сменили. Закончили мы ровно в девять. Я отправил Владу грустный стикер и извинился. Начальник «Ничего) Жду Сегодня нет того уборщика, можешь не спешить)» Я улыбнулся. — Кто пишет, невесты? — с насмешкой спросил Кобяков. — Ага, — безразлично ответил я, перестав улыбаться. — Так ты идешь или нет? — Нет, у меня дела. Он закатил глаза: — Точно все Вике расскажу. — Что? — я вскинул бровь. — Вечно у него дела, потом засосы на шее, а потом он и от тусовок отказывается. — Сходи в туман, — я похлопал его по плечу. — Это просто Влад. — А, — протянул Кобяков. — Просто Влад. — Пока короче, заебешь, — я пожал ему руку, помахал ребятам и быстрым шагом направился к выходу, пока еще кто-нибудь не захочет покопаться в моей личной жизни.

***

Доехал я быстро, без пробок и прочих проблем вождения. Влад стоял на улице и с кем-то оживленно и бурно разговаривал по телефону. Заметив меня, он едва заметно улыбнулся, скинул звонок и сел в машину. — Привет, — громко сказал Влад, видимо, все еще находясь под влиянием телефонного разговора. — Привет, — я пожал ему руку. — Ты чего такой? Он махнул рукой: — Неважно. Работа. Я кивнул. — Куда едем? — Едь к Сити. — Снова работа? — Типа того. По дороге мы изредка обменивались банальными вопросами и такими же ответами. Влад большую часть пути молчал, да и мне трепаться не хотелось. Подъехав к Башне Федерации, он жестом указал мне проезд на парковку, и уже через несколько минут мы ехали в лифте на 62 этаж. — Я мог бы подождать внизу, — смущенно сказал я, нарушая тишину. Мне не особо нравились такие места. Я чувствовал себя в них слишком неуютно и скованно. Но Влад тепло улыбнулся и хлопнул меня по плечу: — Мы здесь ради тебя, — он на секунду задумался. — Я хочу тебе кое-что показать. Я промолчал, не находясь с ответом. На выходе из лифта нас встретила улыбчивая молодая девушка. Влад назвал ей свое имя и она, еще раз ослепительно улыбнувшись, сказала следовать за ней. Открыв тяжелые двери, девушка удалилась, а нашему взору открылось огромное помещение, залитое искусственным светом. Это был какой-то ресторан итальянской кухни, судя по огромной вывеске в центре зала. Внутри было красиво и уютно, но больше всего внимание привлекал открывающийся вид: миллионы огней, главные здания Москвы и сам Сити. Я застыл на месте, вглядываясь в ночной пейзаж. Влад легонько подтолкнул меня вперед и я вопросительно посмотрел на него: — Что мы здесь делаем? — Пришли поесть. — Ты сказал, что мы по работе. — Пищеварение — работа организма. Он улыбнулся и пошел вперед. Я, закатив глаза, пошел следом. Влад сел за стол у окна, рассчитанным на четверых и открыл меню. Его глаза быстро забегали по красивым картинкам и неоправданно большим ценникам. Я сел напротив и тоже взял в руки меню. — Ты не против, если я сам закажу? — видя мое замешательство, спросил Влад. — Да, давай, — облегченно выдохнув, ответил я, откладывая меню в сторону. Он подозвал официанта и сделал заказ на две порции стейка из мраморной говядины, сырную тарелку и бутылку Кортон — Шарлемань что-то там 2018 года, от стоимости которой я едва ли не умер. — Давно ты стал распивать со мной алкоголь по цене сопоставимой с месячной зарплатой некоторых наших сотрудников? Он улыбнулся: — Деньги не главное. — Говорит тот, у кого их навалом. — Именно. Я усмехнулся: — Какой-то ты слишком веселый. — А как иначе? Сегодня такой день. — Какой? — День расплаты.

***

Разгоряченные алкоголем и, если так можно выразиться, друг другом, мы, как-то слишком громко смеясь, вышли из ресторана. — Такси? — отсмеявшись после очередной шутки, спросил я. — Да, нет, — Влад что-то посмотрел в телефоне. — Я номер в отеле нашел. Останемся тут, а с утра отвезешь меня на работу. — Нихера себе предложение, — мы стояли в холле. — А доплата за должность личного водителя будет? — Будет-будет, — он приобнял меня одной рукой за плечи. — Все будет. Только до номера сначала дойдем. — Подожди, — неуверенно начал я, — номер один? — Естественно. Мы уже спали вместе, — он с невозмутимым видом уставился на меня. — Не понравилось? — Ну, отель — это же, — я запнулся, икая. — Немного другое. Он прикрыл мне рот ладонью: — Не дыши, — он улыбнулся, гуляя мутным взглядом по моему лицу. — Говорят, помогает. Убрав руку, Влад отошел от меня и направился к лифту. А я и впрямь забыл как дышать. — Чего застрял? Пошли, — Влад стоял в приехавшем лифте. — Или пешком пройдешься? — Сам иди. — Ну, пока. Он нажал на кнопку, и двери лифта начали медленно закрываться. Нас разделяли каких-то три метра, поэтому, не теряя ни секунды, я с разбега влетел в узкий проем, а затем и в стоящего там Влада, с его победной физиономией. Двери захлопнулись, лифт поехал, а мы лежали на полу, смеясь так, что вот-вот лопнем. — Какой же ты, — отдышавшись, я посмотрел на Влада, а тот улыбался так искренне и так ярко, что я не смог назвать его идиотом. Вместо этого я подумал, какой идиот я, потому что пялюсь на него, потому что не в силах оторвать взгляд, очевидно, краснея. Влад встал, подав меня руку. Я без раздумий ухватился за нее, крепко сжав пальцы. Он одним резким и сильным движением помог мне встать и обнял меня. — Ты лучшее, что со мной было, — он прошептал мне это куда-то в шею, и, как только двери лифта открылись, расцепил объятия. — Еще бы, — пропустив пару ударов в груди, отшутился я. Влад хмыкнул и нетвердой походкой направился к номеру. Приложив ключ-карту к замку, он открыл дверь и жестом пригласил меня войти. В номере было темно, лишь блеклый свет из окон едва освещал его, вырисовывая непонятные силуэты. — Чур, я сплю на кровати, — снимая ботинки и оборачиваясь к Владу, сказал я. Я хотел сказать еще что-то, совсем неважное и ненужное, но не смог. Лицо Влада было в нескольких миллиметрах от моего, его руки были у меня в волосах, а губы… Губы в следующую секунду оказались на моих губах. Он отстранялся на несколько секунд и улыбался, неразборчиво шепча что-то с закрытыми глазами, пока я тяжело дышал, стараясь не думать о том, что именно на это и надеялся. — Если ты против, то лучше промолчи, — Влад стягивал с меня куртку. И я промолчал. Не потому что был против, а потому что боялся вслух озвучивать то, что без труда показывало тело. Боялся, что как только эта недосказанность между нами исчезнет, исчезнет и то мимолетное чувство, которое я испытывал каждый раз, думая о нем. А он тем временем продолжал целовать. Целовал щеки, губы, поглаживая волосы, отчего я уже почувствовал заметное напряжение в паху. Его нежные, но в тоже время требовательные движения заставляли тело реагировать самым неожиданным образом. Но главное я хотел, чтобы он чувствовал то же. Я трогал его волосы. Волосы! Его самое драгоценное и неприкосновенное. Я целовал и хотел, чтобы целовали меня. Беспрерывно и много. Скидывая ненужные вещи на пол, Влад проталкивал меня в глубь номера, ни на секунду не оставляя без внимания мое тело. — Подожди, — тяжело выдохнув, я уперся руками ему в грудь. — А как мы… Мне было тяжело морально и, в каком-то смысле, физически сформулировать свой вопрос. Отдаленно, в теории, я понимал, как это, но практика — это совершенно другое. Первый секс с девушкой меркнет на фоне банальных поцелуев с ним, прикосновений и всего прочего. С Викой я всегда чувствовал себя победителем, что мне «море по колено», а сейчас я не мог представить себя даже участником. — «Как мы» что? — Что по-твоему должно сейчас произойти? — Всегда забываю, что ты у нас еще маленький. Он игриво облизнулся и нетерпеливо убрал мои руки, вновь прижавшись ко мне всем телом: — Сначала ты отдаешь мне свой маленький должок, а потом, — он укусил мое ухо. — Потом по ситуации. — Бля, не, — на этот раз я уже с силой оттолкнул его и отошел в сторону. — Какой еще, блять, долг? Он вытер губы тыльной стороной ладони и помрачнел: — Любишь ты усложнять, — Влад плюхнулся на кровать, широко расставив ноги и склонив голову набок. — Забыл про пари? Я же только вчера с тобой откровенничал. — Это ты про ту свою байду с игрой на время? — почему-то стало смешно. — Типа «Кто быстрее кончит»? Так что-ли? — Сообразительный, — он хмыкнул. Меня передернуло. Я замолчал. Влад продолжил: — Ты когда пьяный такой хорошенький. Я не удержался. А вы же у нас все правильные, — он отвел взгляд. — Поэтому я сказал, что отсосу тебе, и если ты две минутки выдержишь, то больше я лезть к тебе не буду. Только вот ты и 30 секунд не продержался. По моим подсчетам. Он встал: — Но кто ж знал, что ты белку словишь и помнить ничего не будешь. А я ведь тебя еще в кровать укладывал, никакой благо… Договорить он не успел, я заехал ему по лицу. Не сильно, так, от чувств. Но достаточно для того, чтобы убрать с его лица эту неприятную, властную ухмылку. Ведь я был готов прямо здесь и сейчас сам не знаю на что, а он… Он потребитель, да и ещё к тому же лжец. Глупое слово, бесполезное, но по-другому я бы назвать его не смог. Я не хотел, чтобы мною пользовались, манипулировали, играли. И тем более не хотел, чтобы это был Влад. Возможно, он всегда так делал, а я просто не замечал, оправдывая его поведение всем, чем только можно было. Но ведь именно сегодня, сейчас, за пару минут до этого злополучного диалога, он казался мне искренним. Настолько искренним, каким он не был, кажется, никогда. Эти слова, брошенные в лифте. Сказанные настолько буднично, но настолько тепло, что я поверил. Доверился. А зря. Теперь я точно не участник. И уже никогда не захочу им стать. Влад отшатнулся, демонстративно кривя лицо и потирая место удара: — Больно вообще-то, — он попытался приблизиться снова. — Но на этот раз прощаю. Я сделал шаг назад: — Даже не думай, — процедил я. — Тронешь еще раз и я ударю уже не так дружелюбно. — Хорошо, хорошо, — он вскинул руки в знак примирения. — Только успокойся. — Да я и так спокоен, — я улыбнулся. — А нужно было всего-то тебе втащить. — Я рад, — прозвучало искренне. — Но ты повторяешь ту ночь, один в один. Практически. — Похуй. Прежних чувств эйфории не осталось от слова совсем. Вместо них появилось что-то черное, большое и склизкое. Я развернулся, пошел в коридор, слегка пошатываясь, чтобы как можно быстрее одеться и свалить отсюда нахрен. Влад остался в комнате. Я быстро влез в кроссовки, накинул куртку и вышел из номера, хлопнув дверью.

***

— Тебя не слышно, — я смотрел на зависающее изображение Вики в телефоне. — Давай я перезвоню? Она помотала головой то ли в знак протеста, то ли просто так. Я расценил этот жест как конец разговора и сбросил вызов. Жалкие попытки забыть, нет, хотя бы не думать о вчерашней ночи не помогали. Разговор с Викой сделал лишь хуже. Я чувствовал себя мерзко, ведь я тоже врал и врал такому же близкому человеку, каким для меня был Влад. Кстати о нем. Он отправил мне лишь одно сообщение где-то спустя час после того, как я сбежал: «Нормально доехал?» Нормально. Ебать тебя не должно, показушник. Но вместо этого: «Нормально» И все. Больше ни слова. Я решил не грузить себя лишний раз в свой выходной. Через три дня прилетает Вика, на следующей неделе запланированы съемки с Владом и вот тогда-то я начну грузиться по настоящему, а до этого времени постараюсь не думать ни о ком из них. *** Темно. Тихо так, будто бы вокруг тебя пустота. Огромная, черная, бесконечная. Такая, что если однажды затянет, то обратно уже не отпустит. И он в этой пустоте тонул. Тонул в мягком одеяле на огромной двуспальной кровати, слушая как громко бьется его сердце. Тонул в собственных мыслях, от которых всегда так отчаянно пытался сбежать, потому что не привык жить не по плану. Не привык к тому, что люди могут ему отказать, бросить, не послушать. Он просто забыл об этом. Да и про осторожность он тоже забыл, а ведь так хотел быть с ним до конца искренним. Хотя бы раз. Не придумал, не сумел, не предвидел, не учёл. Этот человек для него всегда сплошное «не» и в словах и в поступках. Этот человек для него что-то новое, что-то совсем настоящее среди их ненастоящих жизней. Скопированных, переделанных, подстроенных под стандарт. Но в отношении него план не сработал. Точнее, план быть может и сработал, только вот он сам сорвался. Переступил черту раньше времени — не удержался. Он как мог начинал постепенно, не давил, узнавал. Но сорвался. Потому что действительно что-то чувствовал, но чувствовали они слишком разное. Противоречивое. Для одного это было что-то недосягаемое и новое, а для другого такое же недосягаемое, но старое. Привычное. И, казалось бы, что теперь есть только один путь — сдаться. Сделать вид, что ничего никогда не было и отступить. Но он не такой. Он дойдёт до конца, без планов, графиков и предположений. Он просто будет жить. И обязательно вместе с ним. Всегда и только. *** Шумные улицы, забитые машинами и людьми. Серое небо, вытягивающее последнее из и так опустошенного тела. Грустные и уставшие лица, смотрящие на тебя с каким-то презрением и недоверием. Но было во всем этом что-то умиротворяющие и спокойное, что-то, что отвлекало и расслабляло. Я шел так медленно, что каждый раз кто-нибудь да задевал меня плечом или набитыми бесполезными вещами пакетами, тут же бросал избитое «Извините» и спешил как можно быстрее обойти меня, словно я был никому ненужным столбом посреди дороги. А я не реагировал. Не старался идти быстрее, влиться в этот огромный поток. Я хотел быть никому ненужным столбом. Раствориться в толпе и забыть о том, кто я есть, что я Влад Чашейко. Но все мои жалкие попытки создать нового себя и забыть старого рухнули, как только в наушниках раздался неприятный айфоновский рингтон. — Алло. — Влад, — Кобяков тяжело дышал. — Ты занят? — Занят, сегодня выходной. — Значит нет, — я почувствовал, как он поправил очки. — Подъедь на офис, буквально на пару часов. — Нет. — Даже не спросишь? — Нет. У меня выходной. Я уже хотел скинуть звонок, поднеся палец к левому наушнику для сброса вызова, как Кобяков продолжил: — Влад приедет для прогона сценария ролика с ним на канал. Сказал, что появление всех необязательно, но ты нужен. Мы же там за тобой следим. Главная роль, все дела. Так что давай, приезжай. На слове «Влад» по мне прошла мелкая дрожь и что-то скрутило внутри, но я подавил это и дальше слушал безразлично и невнимательно. Специально, чтобы потом не думать. — Закончил? — Ага, сбор через час. Но можешь и… Я сбросил. Увеличил громкость музыки до максимума, поставил режим «Не беспокоить» и пошел дальше, но уже гораздо быстрее, вливаясь в поток людей и уворачиваясь от таких же столбов, каким был сам несколько минут назад.

***

— Дозвонился? — Да. — И что он? Через сколько будет? — Он не приедет, — Кобяков вздохнул. — Сбросил трубку. — Почему? — Я знаю? Сам звони. — Он вообще ничего не сказал? — Влад, — Кобяков улыбнулся, — я не участвую в ваших семейных делах, сам с ним разговаривай, если надо. — Да, спасибо, не надо. Влад потёр ладонью лицо: — Хуй с ним. — Эй, — обратился он к остальным, — меняем Глента на Кобякова, у нас нет времени ждать. Перепишите, пожалуйста, и завтра скиньте. — Глент обидится, — Кобяков заметно повеселел. — Уже. — Тогда пока прогоним просто твои реплики, окей? — вмешался Макс. — Я отойду, — крикнул Влад — минут на пятнадцать. — Зачем? — Макс смотрел на него с удивлением. — Надо. Он торопливо обогнул стоящих на пути людей и скрылся за дверью. Череда гудков, сменяющаяся голосом автоответчика: «Абонент не отвечает.» — Да твою мать, Влад, возьми трубку. И снова: «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети.» — Сука, — он заблокировал телефон, забрал ключи от машины, куртку и чуть ли не бегом направился к машине.

***

Квартира была наполнена звуками: голоса из «Королевской битвы», какая-то альтернатива из напольных колонок и маты Глента. От резкого дверного звонка тот вздрогнул. А может и не от звонка вовсе, а только лишь от одной мелькнувшей мысли в его голове. Он с недовольством и разочарованием вышел из игры. «Все равно бы не выиграл.» Он посмотрел в дверной глазок и рука, лежащая на замке дернулась. — Влад, открой, — донеслось с той стороны. — Я слышу, что ты дома. Щелчок. Долгий, тяжелый взгляд и протянутая рука, оставленная без внимания. — Как думаешь, если я тебе специально не отвечаю, что это значит? — Что ты чем -то очень занят. — Влад улыбается, скованно, но тепло. — И что лучше приехать, чтобы не отвлекать тебя лишний раз, а сразу все сказать и сделать. Глент хмыкает в ответ, закрывая дверь. — Влад! Давай вести себя как взрослые люди и еще раз поговорим. — Я готов говорить с тобой сейчас разве что о погоде и больше ни о чем. Он убирает руку с ручки двери. — Пасмурно сегодня, коллега, не находите? — Заходи, долбоеб. Глент возвращается обратно на диван и на экране телевизора вновь появляется надпись «Поиск игроков». — Я вижу тебя в отражении, не стой в дверях. Говори уже. — Почему не приехал? — Не хотел. — Чего не хотел? — Тебя видеть. — Сейчас видишь. — У меня выбора нет. — Давай уйду в другую комнату и ты будешь меня только слышать. — Ты вроде хотел вести себя как взрослый. — А я так и делаю, — Влад улыбается, — видишь, у нас уже с тобой диалог. Он обходит диван и садится. — Поставь на паузу. — Нет. — Прости. Я понимаю, что ты был не готов и что я не должен был так поступать. И вообще… Экран телевизора гаснет. — Это я нажал? Глент не ответил, он накрыл ладонью его губы и приблизился вплотную к его лицу. — В этот раз молчи ты. THE EnD Мне лень и не хочется писать сцену секса, которая планировалась, так что сори за рейтинг и получается обман вас) Спасибо всем кто ждал и дождался. В моей голове это все должно было выглядеть иначе и иметь гораздо больше сюжета, но интерес давно утерян. для тех кому интересно есть «раскадровка» этой сцены. Глент ставит игру на паузу и целует его. Очень стеснительно и нежно. Затем отстраняется и смотрит на Влада. Тот в недоумении но уже через секунду начинает сам. Стремительно. Глент: — только в этот раз молчи ты. Влад кивает и продолжает целовать. Стягивает одежду, проводит рукой по члену, осторожно сжимая и разжимая ладонь, расстегивает ширинку. Опускается на колени перед Глентом, оставляя дорожку из поцелуев на его теле, стягивает штаны вместе с трусами и берет член в руку. Глент лишь закрывает глаза и запрокидывает назад голову. Происходит отсос. Влад: — Готов? — ты забыл, что ты молчишь? Влад улыбается, чмокает его в губы и уходит из комнаты. Возвращается через минуты 3 Глент ждёт, но когда Влад возвращается полностью голый и со стояком отворачивается, потому что замечает в его руках какой-то крем или масло Глент: — не думаю, что я готов. — Зато я готов. Он выдавливает содержимое тюбика себе на пальцы и сначала обмазывает им член Глента, а затем заводя руку за спину засовывает два пальца себе в очко) — ты уверен? — Это в качестве извинений. — Тогда я против. — Твой член говорит обратное — Ты забыл, что ты молчишь. Глент встает целует влада в шею и разворачивает его к себе спиной. Прижимаясь всем телом. — что мне сделать, чтобы тебе не было больно? — Ничего, я сам уже все сделал, а ты только найди правильное место — А как — Ты поймёшь по моей реакции Глент аккуратно начинает входить, Влад выгибается в спине и одной рукой обхватывает шею Глента а другой находит руку Глента и вместе со своей отправляет на свой член. Как только Глент начинает водить по нему. Он отпускает свою руку и одним движением насаживается на него до конца. Глент непроизвольно стонет, а Влад еле заметно морщится: — не попал Темп постепенно увеличивается, рука Глента все быстрее и быстрее надрачивает член Влада и по комнате эхом раздаются лишь ритмичные звуки шлепков и тихие, сдавленные стоны. Потом они перемещаются на диван и Влад садится сверху, в позу наездника. Углубляет поцелуй и кусает губу Глента По лбу стекают капельки пота, добавляя солоноватый вкус их поцелуем. Кончают. влад: — ты супер, но главная роль все равно кобякова)) и поблагодарите _Гусеее_, благодаря ее нагоняем я все-таки надумала выложить это недоразумение)