Забавно

Чуя уже давно не имел возможности произнесни нечто похожее на слова. Ему абсолютно плевать на всё: на Портовую Мафию, на некогда любимое вино, на Дазая. Дазая, которого любил, уважал и в то же время ненавидел. Накахара считает его предателем. Тот бросил Чую,когда тот так нуждался в его помощи. А после ухода Дазая, голубоглазый пристрастился к табачному едкому дыму,что оседал в легких. Однако ранее презирал всех, кто имел эту пагубную привычку. Топил чувства в алкоголе. И кстати, выходило весьма неудачно. Чуя буквально таял на глазах: под глазами залегли тени, что оформили аренду на пожизненное проживание, непостоянное питание подарило выпирающие кости рёбер и таза. А всему стало виной то злосчастное похищение,что лишило его языка и надежды. Это забавно.—истерическая мысль пронеслась в голове Накахары. Мори Огай достаточно быстро нашёл Чую. Но это не имело никакого смысла. Накахара был уже не тем. Если после ухода Осаму ему удалось сохранить в своих глазах любовь к жизни и надежду, то сейчас в них плескалась глухая усталость. И холод, от которого спина покрывалась мурашками. Они Надругались. Смеялись. Глумились над его беспощным положением. Это забавно. Только почему Чуя не смеётся? Удивительно. А сейчас он в совершенно другой стране, Франции. Накахара еще в юности пристрастился к здешним красотам. Это было его мечтой. Мори согласился помочь рыжему, ибо понимал, как тому плохо. Чуя купил поддельные документы, а Огай дал достаточное количество денег, которых хватит едва на год проживания. Пришлось устроиться в затхлый офис, что вполне устраивало. А мечтал стать переводчиком. Один душный день заменялся другим - еще более удушающим и серым. И здесь, на берегу бескрайних вод,что омывали босые ноги Накахары, было не жаль покончить с его жалкой жизнью. Раз. Два. Три. Тело утопает.Кислорода не хватает. Две минуты. И дно.. Ведь голубоглазому не о чем жалеть. Прости, Дазай, но, видимо, Накахаре суждено умереть первым. Прощай, Осаму.