A Twisted game/ Запутанная игра

От переводчика: Работа после отпуска идёт ужасно туго, лучше я займусь любимым переводом) Порадуемся новой ещё более горячей главе! ___________ Предупреждения: порка линейкой, нездоровый БДСМ-этикет, клетка для члена. _____________ Гарри не мог перестать дрожать. Он запутался. Он сильно облажался . Несмотря на все предупреждения Снейпа, несмотря на его меры предосторожности, жертвы и попытки помочь, Гарри все же подвел мужчину в последнюю секунду, кончив на себя. Он чувствовал себя жалким, даже несмотря на то, что голод разливался по его крови, снова наполняя тело теплом. Насмешливый вопрос Снейпа прозвучал в воздухе, и Гарри вспыхнул, стыд усилился, когда он понял, что слизал сперму, нужную профессору, чтобы определить, по-прежнему ли он опасен. Парень просто был так голоден к чему-то, так отчаянно нуждался в удовлетворении. Сперма во рту была приятной, да, но она не доставляла ему особого удовольствия. Гарри был неудовлетворен несмотря на оргазм и жажда сжалась внизу живота. Он нервно поерзал на стуле, пока молчание затягивалось. Теперь, когда гриффиндорец отвел взгляд от Снейпа, он не мог снова посмотреть тому в лицо. Поттер медленно осознал, что чувствует что-то теплое и влажное в своей заднице, едва начавшее пропитывать штаны. Это было странно, неожиданно и немного стыдно, но ощущение тоже было какими-то приятными. Яички Гарри запульсировали, а в заднице снова покалывало, теперь сопровождаемое теплом и липкостью жидкости. Тяжело дыша, ужасно сбитый с толку, Гарри открыл рот, но не мог заставить себя описать вслух то, что он чувствовал. — Мистер Поттер, — резко сказал Снейп, — я не смогу помочь с вашим лечением, если вы не будете общаться. Вы указали, что заклинание сработало достаточно хорошо, чтобы подавить ваши желания, хотя ясно, что оно неэффективно. Не лги мне, мальчишка, — продолжал он опасным голосом. — Было ли подобное раньше в течение недели? Гарри яростно замотал головой, широко раскрыв глаза. — Что же тогда изменилось, — пробормотал Снейп, — что теперь ты не можешь себя контролировать? Он быстро достал книгу из-под стола и принялся листать страницы, что-то бормоча себе под нос. Гарри елозил, его штаны начали прилипать к заднице и яйцам. Член пульсировал, хотя, к счастью, он еще не был твердым, что давало некоторую передышку от заклинания боли. Пока Снейп читал, его глаза расширились, он водил пальцем по строке текста. Гарри наблюдал, как профессор закрыл их, явно что-то обдумывая. Когда мужчина снова открыл глаза, его лицо вновь стало непроницаемым и взгляд скользнул к студенту. — Мне нужно, чтобы вы описали мне свое физическое состояние, мистер Поттер, — сказал он и у Гарри сжалось сердце. Это не к добру. *** Северус смотрел, затаив дыхание, как мальчик сглотнул, все еще покрасневший и тяжело дышащий. — Я… действительно возбудился, — начал он. — Это по всему моему телу, в моих… моих яйцах и моем члене, но… Северус терпеливо ждал. — Этого было недостаточно, — наконец прошептал тот. — Ваш недавний оргазм? — подсказал Снейп. — Нет, — признался Поттер, мило краснея. — Как будто это было не совсем то, чего я хотел. — Ты знаешь, что это, чего ты хочешь? — спросил Северус. Парень напрягся, но покачал головой. Очень хорошо. Северус позволит ему пока не признавать объект своей страсти. — Какие-нибудь другие симптомы? — спросил он. — Моя задница, — очень тихо ответил мальчик. — Моя задница… Мужчина не предложил никакой помощи, и мальчик восхитительно изо всех сил пытался произнести слова. — … она влажная, — наконец выдавил он. Северус оживленно кивнул. — Тогда все так, как я и подозревал. То, что вы проглотили мое семя в понедельник, должно быть, имело непредвиденные последствия. Гарри резко поднял голову, широко раскрыв глаза от страха. — Большинство инкубов, — пояснил Северус, смакуя эти слова, — не особенно разборчивы в выборе партнеров, предпочитая питаться везде, где только можно. Незначительное меньшинство из них вместо этого выбирает одного или нескольких постоянных партнеров, которые полностью совместимы в сексуальном плане. Похоже, ваши инстинкты определили, что я гармоничная пара, и это только подкрепилось вашим приемом моих жидкостей. Что значительно меняет характер вашего лечения и жаль, что мы не смогли уловить подобное событие до введения первого зелья, которое теперь усугубило физические изменения, перечисленные вами выше. В сложившейся ситуации нам просто придется адаптироваться. *** Все встало на свои места. Это имело смысл. Если Гарри был честен с самим собой, он знал, что фантазировал о Снейпе уже почти месяц, балуясь другими мечтами, но всегда возвращаясь к ярким картинам подчинения мужчине перед ним, поклоняясь его великолепному члену с отчаянной энергией. Неудивительно, что Гарри не смог сосредоточиться во время урока Снейпа и бросился на него при первой же возможности. Неудивительно, что человек так хорошо пах и имел такой вкус. Неудивительно, что всю неделю его мысли были заняты членом профессора, чем бы другим он ни занимался. Неудивительно, что жгучий голод, охвативший тело Гарри, был вызван семенем Снейпа. — Что же нам теперь делать? — спросил он, не смея надеяться. — Ваше состояние гораздо легче стабилизировать, — ответил Снейп, — если я буду удовлетворять вас часто, ваше семя не будет представлять большой непосредственной опасности для других, так как ваше тело будет жаждать именно меня. Таким образом, мы можем сместить наше основное внимание с точки зрения зелий на уменьшение самой тяги. Тем временем, однако, нам все еще может понадобиться способ справиться с вашей постоянной эрекцией. Гарри перестал слушать после первого предложения. Ему было бы безопасно находиться рядом с другими. А еще лучше, чтобы это произошло, если Снейп удовлетворил его . Жажда в животе Гарри поднялась, как приливная волна, и его задницу снова покалывало, выпуская еще одну струйку теплой, струящейся жидкости. — Ваше тело тоже начало готовиться для меня, — сказал Снейп более глубоким и тяжелым голосом. — Даже сейчас ты, наверное, течешь, твое тугое маленькое тело готовится. Это было правдой. Задница Гарри была переполнена. Парню нужно было больше ощущений, но когда его член начал реагировать, он получил еще один внезапный удар в свои и без того нежные яйца. Поттер захныкал, больше не заботясь о том, как он должен выглядеть и что говорить. — Пожалуйста, сэр, — выдохнул он. — Заклинание. Пожалуйста, я не могу с этим справиться… Снейп взмахнул палочкой, и когда член Гарри снова начал набухать, толстый и тяжелый, никакого укола не последовало. Это было сильное облегчение и Гарри потянулся, чтобы схватиться и начать дрочить распухшую длину... Снейп щелкнул пальцами, и Гарри вскинул голову. — Нет, Поттер, — сказал он. — Я понимаю, что вы обезумели от похоти, но вы должны помнить, что мой образец не должен быть испорчен вашим влиянием. Вы не будете стимулировать себя. Гарри заскулил и Снейп бросил на него острый взгляд, прежде чем поманить. — Перегнитесь через мой стол, Поттер. На трясущихся ногах Гарри встал, чтобы повернуться к Снейпу, как он делал это в понедельник, и нетерпеливо лег на ближний к профессору край стола, задницей вверх. Он раздвинул бедра, насколько это было возможно, только слегка опираясь на подушечки стоп, одна рука скользнула вниз, чтобы чуть-чуть поправить свой член… Внезапный удар по заднице остановил его. — Если ты не будешь себя хорошо ввести, — предупредил Снейп, — тогда я заставлю тебя подчиниться. Ты этого хочешь, Поттер? Гарри понятия не имел, что это значит, но звучало чудесно. Дёргая бедрами, он терся своим нежным членом о твердую поверхность стола. Это было не совсем то трение, которого хотел парень, но все равно было приятно. *** Мальчик еще не понимал своего положения. Северус предположил, что на данном этапе этого следовало ожидать. Было бы очень приятно показать ему его место. Поттер продолжал бессмысленно прижиматься к столу Северуса. Неважно, он скоро научится. Снейп быстро вытащил расстегнутый ремень студента из петель, стянув его брюки до середины бедер, неумолимый материал заставил эти стройные ноги сдвинуться. Без предупреждения Северус дернул руки Поттера за спину, ладонями к запястьям, отчего его грудь прижалась к столу, и связал их вместе ремнем, локти мальчика беспомощно упали по бокам. Гарри застыл в нерешительности. Его штаны, однако, все еще были пропитаны прозрачной, слегка ароматной смазкой и плотно прилегали к изгибам задницы. Северус снял их, страстно желая оказаться лицом к этой голой коже, чтобы посмотреть, как тугая маленькая дырка жалко, беспричинно течет. Отверстие Поттера было покрасневшим и подергивающимся, и, когда Северус положил руку на поясницу мальчика, он увидел, как из нее вытекает еще одна струйка жидкости, которая скользнула в расщелину промежности, прежде чем стечь дальше по внутренней стороне его дрожащих бедер. Зельевар хотел опробовать вкус, но вознаграждать парня за плохое поведение было бы неправильным. Поттер не подчинился прямому приказу, и это нельзя было оставить просто так. Снейп наклонился над гриффиндорцем, наслаждаясь теплом его тела в такой непосредственной близости. — Боюсь, мистер Поттер, мне придется научить вас вести себя прилично, — пробормотал он, и мальчик в предвкушении задрожал всем телом. Северус отступил, вытаскивая линейку из-под стола. — Я решил наказать тебя. Ты понимаешь, почему? — спросил он. — Я… я не… — Поттер казался растерянным. Скорее всего, он не мог вспомнить приказ, который Северус отдал в первую очередь. Этот недостаток внимания и контроля необходимо устранить. — Позволь мне помочь тебе, но только в этот раз, — ответил мужчина. — Я приказал тебе не стимулировать свой член и ты все равно попытался это сделать. Теперь ты должен столкнуться с последствиями своих действий. Волшебник легонько постучал линейкой по тому месту, где задница мальчишки соприкасалась с его бедрами, и тот подпрыгнул, извиваясь. — Ты будешь неподвижен, — сказал Северус, — и вынесешь десять ударов без жалоб. Если ты будешь хорошим, я подумаю о награде. Северусу очень хотелось распробовать задницу Гарри, погрузиться глубоко в этот скользкий канал, но дисциплина превыше всего. Важно было проявить твердость в дрессировке питомца, приучить его абсолютно и беспрекословно подчиняться прихотям хозяина. Конечно, отшлепать Поттера линейкой для Северуса не составит труда. И если реакция мальчика на уколы по яйцам была хоть каким-то показателем, тот сам будет умолять Северуса поскорее разогреть его задницу поркой. *** Гарри оставался неподвижным, насколько это было возможно, нервозность и предвкушение нарастали. Он больше не мог чувствовать тело Снейпа позади себя, больше не мог схватиться за стол, чтобы упереться, или даже отодвинуться. Ситуация полностью вышла из-под его контроля. Эта мысль была удивительно возбуждающей и Гарри почувствовал, как еще один поток теплой жидкости вытек из его ануса, теперь обнаженного и уязвимого для удовольствия Снейпа. Положение его рук было слегка неудобным, но это не имело ни малейшего значения по сравнению с тем, что обещал Снейп. Секунды, казалось, тянулись бесконечно. Парень висел на краю, в постоянном ожидании, прежде чем… Линейка опустилась и Гарри вскрикнул. Она жалила сильнее, чем удары по яйцам, и оставила жгучую полосу на ягодицах Поттера. Это была острая, быстрая, чистая боль, которая заставила глаза Гарри защипать, но затем Снейп потер то место и боль медленно рассеялась, превратившись в тепло, которое приятно распространилось по позвоночнику. Помня о том, что сказал Снейп, Гарри двигался так мало, как только мог. Он сможет справиться еще с девятью подобными, подумал он. Линейка снова опустилась и Гарри невольно отпрянул. Удар пришелся прямо поверх предыдущего, только усилив острое жжение, прежде чем рука Снейпа медленно сгладила его, растерев полушария парня, массируя их ладонью. Когда третий удар пришелся чуть ниже его задницы, Гарри быстро выдохнул, глаза слезились, а разум гудел от пиков и спадов ощущений, которые Снейп растирал по его коже и мышцам. С четвертым ударом, вскоре после этого, он был ближе к сдавленному вздоху и когда пятый удар снова задел горящую полосу, оставленную первым, Гарри больше не мог сдержать свой голос. Он сдавленно всхлипнул, слезы потекли по щекам и скапливались на столе, пока его тело сотрясала дрожь. Снейп сделал паузу, потратив гораздо больше времени на массаж места удара. — Ты у меня такой хороший мальчик, — пророкотал его голос, и Гарри изо всех сил постарался не изогнуться от полнейшего удовольствия, вызванного похвалой. — Это больно, я знаю, но у тебя просто нет другого способа научиться. Ты на полпути. Мне было бы очень приятно, если бы ты смог это сделать. Гарри кивнул, опасаясь явной интенсивности ощущений, но отчаянно желая быть хорошим ради Снейпа. — Хороший мальчик, — снова сказал Снейп и шестой удар пришелся на этот раз очень низко, ужасно близко к чувствительным яйцам Гарри. Когда Снейп нанес удар, он сжал ладонью полушарие Гарри, собственнически обхватив плоть задницы. Мужчина очень нежно сжал свою руку, заставляя еще больше смазки вытекать из дырочки Гарри, щекоча яйца, пока она скатывалась по коже. Поттер сосредоточился на воспоминании об этом чувстве, когда рука Снейпа отдернулась, и нанес седьмой удар, самый сильный из всех, резко сотрясший тело парня. Его щеки горели, ревущий жар в его коже соответствовал жару глубоко в его заднице, ощущения перетекали друг в друга, когда пришелся восьмой удар, и Снейп покорно втер его, ладони были мягкими и прохладными по сравнению с горящей кожей мальчишки. Девятый удар снова был очень низким, настолько низким, что задел только край яичек Гарри, где они лежали распухшими и покрасневшими между ног. К счастью, Снейп сделал удар гораздо менее резким, чем другие, но он все равно причинил боль, хотя и напомнил Гарри о приливе чувств, вызванных предыдущим заклинанием удара по яичкам. Поттер больше не пытался равномерно дышать, выдохи сотрясали грудь, а противоречивые ощущения переполняли его. Глаза Поттера распахнулись, когда десятый удар пришелся по его сверхчувствительным ягодицам, покрытым предыдущими ударами. Боль была острой и чистой, и она стерла из его разума все, кроме сладкого жжения, которое оставила после себя. Немедленно обе ладони Снейпа, милосердно прохладные и мягкие, начали работать с истерзанной плотью задницы, мягко сжимая и растирая, чтобы рассеять боль. Лицо Гарри было ужасным, он дрожал, дыхание прерывалось рыданиями. Это было слишком, его разум не мог справиться с силой ощущений, пронизывающих его, но тут профессор встал позади, бедром между ног Гарри, грудью к его спине, руки на груди мальчишки. Снейп просто держал его так, прижав к столу, крепко-крепко, пока Гарри тихо плакал. Все это время мужчина бормотал похвалу и утешение, и Гарри чувствовал глубокий рокот его голоса кожей и костями. — Такой хороший мальчик, мой милый. Я так горжусь тобой за то, что ты выдержал все десять ударов. Ты так усердно работал ради меня, и у тебя это хорошо получилось. Мой храбрый, драгоценный маленький питомец… Слова были именно тем, что Гарри хотел услышать, заверениями, которые вызвали еще больше слез. На этот раз это были слезы облегчения, даже несмотря на то, что ягодицы Гарри пульсировали, а его дырка текла. Через какое-то время голод, временно стертый болью, вновь вспыхнул с огромной силой от того, что Снейп был так близко. Это был бодрящий жар его тела, впитавшийся в Гарри, его запах вокруг, и когда маг отодвинулся, парень издал протестующий звук, а его член, несколько поникший во время наказания, вернулся к жизни. Он хотел от Снейпа всего, хотел, чтобы он вонзил свои тяжелые яйца глубоко в тело Гарри. Он хотел, чтобы Снейп взял его, сделал Гарри своим … Лежа на столе, измученный и беспомощный, Гарри молился, чтобы Снейп тоже этого хотел. *** Северус жаждал мальчишку. Его задница прекрасно восприняла наказание. Даже сейчас она была очаровательной, горячей и красной, длинные синяки уже образовались там, где Северус опускал линейку, и каждый удар заставлял плоть очаровательно покачиваться, пока мальчик всхлипывал от перевозбуждения. Хотя парень не остался твердым во время ударов, его удовольствие было очевидно по обильному количеству слизи, стекающей из задницы и между его бедрами. Северус вставил колено между ними, и брюки, прикрывавшие это колено, теперь почти промокли насквозь там, где они соприкасались с задницей мальчика. После наказания и утешений, которые сделал Северус, член Поттера почти не колебался, чтобы снова набухнуть. Теперь он был толстым и напряженным, тяжело свисая между его ног перед тугими маленькими яйцами. Хоть он и был возбужден, мальчик явно усвоил урок. Он откровенно жаждал трений, но не стал вбиваться прямо в стол. Северус глубоко вдохнул. Запах смазки пропитал воздух, и мужчина понял, что больше не может ждать. — Хорошие мальчики заслуживают своей награды, — хрипло сказал Северус. — Вы хороший мальчик, мистер Поттер? Парень медленно, лениво кивнул в сторону стола, не в состоянии говорить. — Я согласен, — сказал Северус. — Ты так хорошо перенес удары и усвоил урок. Когда я отдаю тебе приказ, я ожидаю, что ты будешь ему следовать. Но теперь ты знаешь это, не так ли? Задница мальчика текла, источая непрерывный поток смазки, и край его дырочки дрожал. Он был более чем готов. Северус быстро расстегнул штаны, испытав облегчение, когда его гордый член, набухший и пульсирующий, наконец вырвался из тесноты. Он приблизился и не удержался от того, чтобы несколько раз шлепнуть им мальчика, шлепки отскакивали от его и без того нежных и ноющих полушарий. Если бы прошло меньше времени, будь Северус более милым человеком, будь у него больше терпения в тот момент, он мог бы подготовить мальчика к своей обильной длине пальцами или языком. Северус не был хорошим человеком и сейчас он не был терпеливым. Мальчик научится любить это, как полюбит и все остальное. *** Когда Снейп хлопнул своим толстым членом по заднице Гарри, тот чуть не закричал от разочарования. Отчаянная, яростная тоска внутри него ныла, как физическая боль. Ему нужен был этот член. Ему нужен был этот член. Ему нужен был этот член . Он был толстым, Гарри знал, таким же толстым, как Папочка. У него никогда не было чего-то такого большого в заднице, заполняя его полностью, набивая под завязку, поэтому, когда Снейп уперся только головкой в ​​мокрую дырку, парень подался назад, делая все возможное, чтобы приветствовать его своей влажной глубиной. Было очень тесно. Головка члена Снейпа упиралась в тугое кольцо мышц Гарри. Когда мужчина начал заталкивать себя внутрь, Гарри прикусил губу от ужасного растяжения, хотя он и радовался этому ощущению, пытаясь принять больше. Это было намного лучше, чем анальная пробка, намного сильнее, чем пальцы, во всех смыслах намного сильнее, чем Гарри когда-либо чувствовал раньше. Затем мышца поддалась, и полная головка члена Снейпа вошла в дырочку Гарри. Парень задохнулся, ощущая колющее жжение. Как это так возможно столько много? Как что-то, что Гарри мог принять, могло ощущаться таким массивным, растягивая его задницу? Рука Снейпа упиралась в поясницу Гарри, пока он продвигался глубже в его глубины. Поттер мог чувствовать каждую вену, каждый изгиб, каждую маленькую выпуклость и неровность члена мужчины, когда он скользил мимо тугого кольца его ануса в глубины за его пределами. Давление в заднице мальчика росло по мере того, как член Снейпа погружался глубже, глубже, чем когда-либо прежде, пока задница Гарри не почувствовала, что ее раскалывают надвое. Тем не менее, длина Снейпа постепенно увеличивалась, плавное, медленное, неумолимое движение, которое хотелось, чтобы никогда не заканчивалось. Когда толстые, тяжелые яйца Снейпа, наконец, коснулись яиц Гарри, а его бедра уперлись в выпуклость задницы Гарри, это была нирвана. Идеальная, пульсирующая длина, которая пронзила гриффиндорца, заставила его замереть на кончиках пальцев ног, едва в состоянии даже сжаться вокруг объема, полностью закупоривающего его анус. Это было идеально. Гарри мог бы остаться так навсегда. Глубоко по яйца, Снейп качнулся вперед очень медленно, ритмично, как будто делая тщетную попытку втиснуться еще глубже в тело Гарри. Движение его бедер было удивительно стимулирующим, и это помогло Гарри избавиться от всепоглощающей боли в мышцах задницы, которая доминировала над его чувствами. Прижатый к столу, он был бессилен сопротивляться, когда Снейп раскачивался сильнее, хотя по-прежнему мучительно медленно. Рука, которая не поддерживала спину Гарри, переместилась к одной из его ягодиц, грубо шлепнув по ней, от чего тот напрягся от неожиданности. Это вызвало восхитительный толчок ощущений по позвоночнику Гарри, и его мускулы тщетно боролись с членом Снейпа – он был настолько полон, что едва мог сжать свою задницу. Само это осознание было восхитительно развратным. Член Снейпа широко раскрыл Гарри, и парень принял его целиком. Голод, который начал петь от восторга, когда профессор трахал Гарри в задницу, вновь заявил о себе. Он умолял Снейпа двигаться быстрее, сильнее, дать Гарри больше, но Поттер был бессилен успокоить его в таком положении. Вместо этого он заскулил и снова попытался сжаться вокруг мужчины. Снейп выругался и зарычал. — Тебе этого недостаточно, маленькая шлюха? Тебе нужно, чтобы я действительно взял тебя, грубо трахал снова и снова? Тебе нужны мои яйца, шлепающие по кольцу мышц, пока я насилую тебя? Гарри простонал, кивая, как мог. — Жадная маленькая шлюшка, — выдохнул Снейп, но почти наполовину отстранился, его член грубо выскользнул из канала Гарри. Когда он снова рванулся вперед, толчок чистого удовлетворения от того, что он снова полон, заставил разум Гарри отключиться. Он осознавал стояк собственного члена, когда Снейп снова вырвался, безнадежную боль в своих истерзанных яйцах, но все это меркло по сравнению с греховным наслаждением, пока Снейп медленно, неумолимо расширял его задницу, ругаясь, толкая бедра вперед еще раз, жаля ушибленные ягодицы Гарри этими более резкими толчками. Это было громко , влажный шлепок раздавался каждый раз, когда Снейп снова опускался до упора, и Гарри это нравилось. Голод перерос в лихорадку, жгучую в предвкушении, когда толчки Снейпа начали ускоряться, все еще жестоко грубые и глубокие. Гарри чувствовал, как его трясет, его бедные маленькие яйца напрягаются, а рот приоткрывается, издавая отчаянные вздохи и стоны, пока Снейп набирает обороты. По мере того, как его желание скручивалось все туже и туже, Гарри был бессилен сделать что-либо, кроме как смириться с тем, что Снейп теперь яростно долбит его в зад. Восхитительное трение быстрых движений унесло его прочь густой дымкой удушающей похоти, и внезапно ощущение достигло пика, унося Гарри в вихре экстаза, когда Снейп сделал еще три яростных толчка, а затем замер. Его яйца целовали анус Гарри, а его член пульсировал, оставляя густую порцию горячей спермы в самых дальних, самых интимных глубинах Гарри. Эти несколько секунд длились часами, семя Снейпа заливало анус Гарри, его рука все еще прижимала Гарри к столу, и Гарри рассеянно заметил, как пульсирует его собственный член, беспомощно выпуская толстые струи спермы где-то внизу. Задница Гарри была тисками, закрепившими член Снейпа глубоко внутри себя, зафиксировав его на месте силой собственного дикого оргазма. Это было так хорошо . Удовлетворение Гарри унесло его прочь на облаке эндорфинов, и он поплыл, бездумный с чистым чувством, просто приветствуя правоту этого могучего фаллоса, все еще широко раскрывающего его. Его рот был открыт, глаза остекленели, он все еще тяжело дышал и пускал слюни на стол Снейпа, совершенно беспомощный и любящий это. Он не мог двигаться, но ему было все равно. Он хотел остаться здесь навсегда. *** Северус, изо всех сил пытаясь выровнять дыхание, рухнул на восхитительную, идеальную маленькую шлюшку на конце собственного члена. Его разум отказывался функционировать, и на этот раз ему было наплевать. Глубины мальчика были смехотворно узкими и влажными, гладкая шелковистость его канала божественна, а его отчаянные попытки сжаться вокруг члена Северуса, даже доведенного до предела, были абсолютно драгоценны. Его дрожь во время очаровательного маленького оргазма и ошеломленное, глупое выражение удовлетворения на лице были прекрасными маленькими дополнениями к теплу его самого интимного канала и тому нетерпеливому поведению, с которым он принял толстый член Северуса, отчаянно пытаясь его поглатить быстрее, жестче, грубее. Северус определенно будет предаваться этому особому удовольствию так часто, как только сможет в ближайшем будущем. К счастью, волшебник не забыл произнести быстрое заклинание, которое подбросило пузырек достаточно близко к головке члена мальчика, чтобы поймать часть его выделений. В конце концов, это было важно для следующего этапа плана, и было некогда затягивать эту встречу, как бы Северусу пока не хотелось этого. Он желал еще немного побыть в заднице мальчишки, брать его снова и снова в течение ночи, хотя сам знал, что уже достаточно поздно и не стоит вызывать подозрения у кого-либо в замке. Через какое-то время, не слишком долго, Северус вышел, довольный влажным хлопком собственного члена, показавшимся из ануса мальчика, и застегнулся. Затем он осторожно расслабил ремень, связывавший запястья Поттера, двигая пальцы и руки мальчика, чтобы убедиться, что не повредил своего питомца в собственном рвении. — Судя по вашей реакции сегодня вечером, — хрипло сказал Северус, — наша гипотеза подтверждается, но я бы предпочел проверить ее на примере только что полученного нами образца. Мальчик лениво поерзал, все еще положив голову на стол, бедра по-прежнему бессмысленно разведены в стороны. Его анус изо всех сил пытался как следует закрыться, и Северус просто не мог сопротивляться. Он достал запасной флакон и быстро превратил его в анальную пробку среднего размера, а затем вставил ее в задницу мальчика. Она легко проскользнул внутрь, учитывая то количество смазки, которое Поттер все еще производил, даже несмотря на то, что мальчик удивленно сжался. – Я объясню свои действия, когда вы вернетесь на место, – сказал Северус, накладывая очищающее заклинание на мокрые бедра и грязные штаны мальчика, после чего они стали сухими и несколько более аккуратными. Мальчик оживился с легким раздражением, заклинание, вероятно, жалило сверхчувствительную кожу, покрывающую синяки на его заднице. Северус знал, что следующие несколько дней они будут тускло пульсировать. Для этого, конечно, были крема, но ему нравилось, что мальчику каждый раз будут напоминать об их свидании, когда он садится. Зевнув, Поттер неуклюжими пальцами потянулся к трусам и брюкам и сумел привести себя в презентабельный вид, прежде чем встать, пошатываясь, и вернуться к столу. Он тяжело рухнул на стул, прежде чем вскочить обратно, резко поморщившись, затем более осторожно опустился, чтобы сесть. Северус с большим достоинством сложил пальцы и встретился взглядом с мальчиком. Все продвигалось великолепно. *** Гарри поерзал от знакомого ощущения анальной пробки, его задница все еще болела от ударов, разум все еще медленно работал после самого мощного оргазма, который он когда-либо испытывал. Голод замурлыкал, удовлетворённо свернувшись в животе. Кот получил сливки, что сделало Гарри ленивым и довольным. Это был долгий день и Гарри больше всего на свете хотелось спать. Конечно, им еще нужно было узнать результаты теста и придумать, как двигаться дальше. Гарри все еще чувствовал отдаленный приступ стыда за то, что трахнул свою руку ранее, но он не мог заставить себя сожалеть об этом, учитывая результат. Снейп держал флакон с жемчужно-белой жидкостью и Гарри медленно моргнул, наклонив голову. Это должно быть сперма, необходимая Снейпу, чтобы определить, работает ли гормональное лекарство. Профессор вытащил палочку, время от времени взмахивая ею и что-то бормоча себе под нос. Гарри довольствовался тем, что какое-то время просто наблюдал за ним. Через несколько минут Снейп замер, его губы сжались в тонкую линию. — К сожалению, мистер Поттер, — сказал он, — зелье не так эффективно снижает ваше половое влечение, как я надеялся. Гарри ничуть не удивился и не мог заставить себя разочароваться. Должно быть, это отразилось на его лице, потому что Снейп неодобрительно посмотрел на него. — Безопасное управление вашим состоянием по-прежнему имеет первостепенное значение, мистер Поттер. Крайне важно, чтобы вы смотрели дальше своего возбуждения, так как оно готовит вас к манипуляциям со стороны сил Темного Лорда. Гарри склонил голову в ответ на выговор, зная, что Снейп был прав. На ум пришло предупреждение мистера Уизли, выражение лица мистера Малфоя и вспышка возбуждения, которую Гарри почувствовал в ответ, несмотря на ненависть к этому человеку. — К счастью, — продолжил Снейп, — следующая доза подавляющего средства может быть направлена ​​исключительно на попытку справиться с вашими пристрастиями, поскольку нам больше не нужно беспокоиться о влиянии вашей спермы на других, если только вы не обнаружите, что вас тянет к ним так же, как вас тянет ко мне. Вам очень повезло, что ваша кровь инкуба так избирательна, мистер Поттер. Снейп открыто встретил его взгляд. — Вы сталкивались с кем-либо еще, кто вызывал у вас подобные чувства, мистер Поттер? Гарри ничего не мог придумать, поэтому покачал головой. Снейп вздохнул с облегчением. — Тогда маленькое послабление. Вы немедленно сообщите мне, если подобное случится. Двигаясь вперед, я отрегулирую зелье, чтобы учесть, что ваша биология немного отличается от ожидаемой. Хотя ваша сперма не очень опасна, вполне вероятно, что вы будете испытывать неконтролируемые сексуальные побуждения, в результате чего у вас одновременно будет эрекция и слизкие выделения. — Меня беспокоит, — продолжил Снейп, — что между заклинаниями, которые мы наложили на этой неделе, и вашими гормонами могло быть какое-то взаимодействие, которое могло повлиять на состав подавляющего зелья. Чтобы проверить эту гипотезу, я предлагаю воздержаться от применения магии к вашим гениталиям, по крайней мере, в ближайшее время. Это было огромным облегчением, но не решило еще одну проблему. — Но, сэр, что, если я… — Возбудитесь? — спросил Снейп. — Половина решения уже организавана, не так ли? Затычка в заднице должна предотвратить вытекание чего-либо, тем самым избавив вас от смущения из-за грязного нижнего белья. Что касается вашей эрекции, то есть аналогичное решение маггловского происхождения, которое безопасно поместится под вашей одеждой. Профессор достал небольшую, металлическую клетку, изогнутую и с длинными лямками. Это выглядело сурово и неудобно, Гарри вздрогнул. — Это, — сказал Снейп, — клетка, созданная магглами для подавления физического возбуждения мужчин. Этого должно быть достаточно, чтобы справиться с симптомами во время повседневной деятельности. Гарри сглотнул. Эта штука выглядела действительно ограничительной, но он предположил, что это было лучше, чем любое из двух заклинаний, которые он пробовал на этой неделе. — Встаньте и снимите штаны и белье, — сказал Снейп. Гарри так и сделал, с трепетом наблюдая, как Снейп надевает неподатливый металл на его вялый член, защелкивая и поправляя до тех пор, пока он не стал лишь слегка неудобным. Когда Гарри надел трусы и штаны, снаружи ограничитель не было видно, хотя Гарри прекрасно осознавал, как она держится вокруг его самых нежных частей тела. Он пошевелился, приспосабливаясь к ощущению. — Как мне ее снять? Глаза Снейпа заискрились. — Вы не узнаете, — коротко сказал он. — Учитывая отсутствие контроля над собой в этот вечер, я не могу поверить, что вы просто не отложили бы ее на весь предстоящий уик-энд, бездумно играя с самим собой. Перепроизводство гормонов подпитывает само себя, поэтому такое поведение приведет только к ухудшению вашего состояния, несмотря на все мои попытки вылечить вас. Клетка может быть открыта только мной. Вы по-прежнему сможете пользоваться ванной, хотя для этого вам, возможно, придется сидеть. Это будет странно. Однако это все же лучше, чем заклинания, решительно напомнил себе Гарри. — Я проведу дальнейшие тесты над вашим образцом и поработаю над созданием второго зелья, продолжил Снейп, — но, скорее всего, пройдет не менее недели, прежде чем я смогу что-то показать в качестве своих усилий. Я ожидаю, что вы сообщите мне, если ваше состояние ухудшится или изменится каким-либо образом. Вы свободны. С этими словами мужчина достал книгу и принялся искать что-то на ее страницах. Гарри выскользнул за дверь и вернулся в Гриффиндорскую башню, анальная пробка давила на его задницу приятным, тяжелым весом, клетка с каждым шагом задевала его бедра. Это было очень странно, но Гарри не возражал. Он жаждал сна. У него будет достаточно времени завтра, чтобы побеспокоиться о том, что сказал Снейп. *** Инстинкты Малфоев никогда не ошибались. Люциус знал правду. Он размышлял, потягивая коньяк в стакане, хотя конечности все еще слегка дрожали. Маг учился этому снова и снова долгие годы в политике. Его не должно удивлять, что интуиция в очередной раз оказалась права. Таким образом, когда Темный Лорд сказал Люциусу, что предварительные этапы слома мальчика Поттера теперь находятся под контролем не кого иного, как Северуса, черт возьми, Снейпа , Люциус не должен был удивляться, нет. Он не должен был протестовать так сразу и так сильно. Ему определенно не следовало повышать голос в гневе в присутствии своего Повелителя. Люциус знал эти вещи. Это не изменило судорог Круциатуса , сокрушивших его тело, и потери его законной собственности, пусть и временной. Нельзя было допустить, чтобы так все осталось. Независимо от причин Темного Лорда, этому нельзя было позволить оставаться так. Если бы Темный Лорд не настолько ценил полукровку Мастера Зелий, если бы его проступок против Люциуса был меньше, возможно, простое убийство или нанесение увечий было бы вариантом, но этот проступок был ужасным … Что заслуживает не меньше, чем поступить с ним точно так же. Это было бы проще сделать, если бы у Снейпа было что-то ценное, но, конечно, у него ничего не было. Нет, Люциус удовлетворится более прямыми действиями, недвусмысленно заявлением о праве собственности, таким, которое не поставит под угрозу общую полезность Снейпа для Темного Лорда, но не оставит у него никаких сомнений в своей неполноценности. Люциус знал одну вещь. Поместье Малфоев было древним зданием, семейным домом на протяжении веков. В нем секретов было больше, чем один человек мог узнать за всю жизнь. Одним из таких секретов была укромная гостиная, предназначенная специально для агрессивных, нежелательных женихов и способная решить эту проблему, навсегда. Гостиная существовала для защиты достоинства дочерей Малфоев, но Люциус был уверен, что его предки не будут возражать против ее использования для его целей. В конце концов, Малфой использовал все свои преимущества. Было бы неправильно позволить, чтобы простой полукровка так дорого стоил Люциусу. Скривив губы в жестокой улыбке, Люциус сделал еще один глоток своего напитка и начал планировать. ________ Краткое содержание главы: Снейп упрекает Гарри за отсутствие самоконтроля, а затем получает удовольствие. После он вводит анальную пробку и клетку для члена для повседневного использования, которые он сам контролирует. Люциус начинает замышлять месть. В следующий раз: тяга Гарри на выходных возвращается с удвоенной силой.