Black Swan

— Чимин, привет. Чонгук кусает губы и осматривается. Вокзал в шестом часу утра пока выглядел пустынно, но это ненадолго. Скоро здесь будет много людей, но Чон надеялся, что к этому моменту его не будет в городе. А сонный голос друга заставил испытать чувство вины. Хотя его накрывало море эмоций, которые рвались наружу после этой ночи. Нервы, как канаты, натянуты, и, кажется, что те люди, которые здесь находятся, кидают на него взгляды, знают все. Знают, что сегодня видел Чонгук… Но он понимает, что это паранойя и внутренний страх не отпускают, никто не мог знать о том, что на его глазах убили человека. — Чонгук? — Чимин прочистил горло, слышен шорох простыней. — Ты время видел? Что-то случилось? — Эээ, да, — тихо ответил Чон. — Чим, я… Я на вокзале, взял билет и через час выезжаю к вам. Прости, что так неожиданно. Что не предупредил и в такое время, просто… — Подожди, подожди, — голос друга становится взволнованным, на фоне слышно бухтение Юнги, кажется, Чимин встал с кровати и может вышел из спальни. — Гук, ты пугаешь меня. В чем дело? Чонгук поджал губы, опустил голову и смотрел на сумку, которая стояла перед ним на полу. Натянул козырек кепки еще больше на глаза и ответил: — Мне просто нужно уехать из города, я не хочу тут оставаться. Не хочу к родителям, я не могу им всего рассказать… Горло сжалось в спазме, Чон прерывисто выдохнул. — Так, ладно, хорошо, — как можно спокойнее сказал Чимин и вздохнул. — Это… Это касается Тэхёна? Чонгук до боли закусил губу и прошептал: — Да. — Я понял. Мы ждем тебя, приезжай, конечно. Напиши мне время своего прибытия и вокзал, я отправлю Юнги, он встретит тебя. — Хорошо, спасибо. И Чим… Извини… — Чонгук, замолчи, не говори глупостей. Мне совершенно не нравится, как звучит твой голос, теперь я хрен усну. Я уже переживаю. Чон фыркнул, в этом весь его друг, переживает, и Чонгук уверен, что после его рассказа, Пак будет громко материться. — Я напишу время, — тихо сказал Чон. — И расскажу все, но не по телефону. — Хорошо, тогда я жду. До встречи. — До встречи. Чонгук сбросил вызов и смотрел на черный экран, опустив голову. Потом снова осмотрелся, но не заметил ничего странного, никто не обращал на него внимания. Кто-то спал, сложив руки на груди и опустив подбородок. Кто-то откинув голову назад и с наушниками в ушах. Кто-то смотрел что-то в телефоне. Чонгук всем был безразличен, это его внутренний страх не давал расслабиться. Адреналин сошел на нет, шок тоже, теперь руки мелко дрожали от нервов и страха. Более реально пришло осознание того, что сегодня он мог умереть. Просто в один момент его бы не стало, если бы не Квон. Пришло понимание того, что он впервые в жизни увидел, как убивают человека. Перед глазами холодное лицо Тэхёна с горящими яростью глазами, а потом мертвое тело Минхо заваливается набок и больше не двигается. И кровь эта медленно расплывается по ламинату… Чонгук с силой трет глаза и выдыхает сквозь стиснутые зубы. Нужно успокоиться, просто подождать, чтобы внутри притупились эмоции, подстерлись яркие моменты, тогда он сможет нормально соображать. Квон действительно отвез его в квартиру Тэхёна. Они молчали практически всю дорогу, только в конце Чонгук крепко обнял мужчину и прошептал «Спасибо тебе огромное». Для Янга это было неожиданно, но он погладил ладонями его спину и ответил «Все будет хорошо». Но другие его слова не давали покоя, о них думать сейчас у Чонгука не было сил, но они крутились в голове. «Тэхён не плохой, Чонгук. У него просто не было выбора.» Чон скрипнул зубами и тихо вздохнул. Он был так зол на Кима, до такой степени сейчас все внутри отторгало мысли о нем, что Чонгук откидывал их подальше, лишь бы попытаться успокоиться. Выбор есть всегда, и Тэхён свой сделал. Выбрал такой образ жизни, а не иной. Выбрал то, чем он занимается и как ведёт свои дела. Пусть делает, что хочет, но Чонгук больше в этом участвовать не собирается. Он жизнь свою хочет закончить в старости, а не потому что у его истинного есть враги, которые отлично стреляют. Чонгук молчал, он не вмешивался и верил, как его и просили. Но то, что произошло сегодня ночью, это уже слишком. Есть только одно желание: уехать как можно дальше от Тэхёна и попытаться это забыть. Ну, хотя бы успокоиться, чтобы размышлять здраво, потому что кроме злости и презрения сейчас мысли об истинном не вызывали ничего. Да и Тэхён сам все понял, сам отпустил, а слова о том, что Чонгук — это все, что ему нужно в жизни, вспоминать тоже не хотелось. Сейчас Чон не может все это воспринимать, когда так ярко перед глазами видит, как его мужчина убивает человека. Поэтому Чонгук собрал вещи и поехал на вокзал. Не все, конечно, только самое необходимое, а ключи оставил на посту охраны и попросил их передать Тэхёну. Тяжело, больно и невыносимо давит внутри от того, что не может у них быть все хорошо с истинным, но нет, не сейчас. Чон сам себя одергивает от этих мыслей, проверяя время на телефоне. Еще полчаса до начала посадки. Куда ехать тоже не было сложным выбором, да он и небольшой. Родителям всего не расскажешь. Они в курсе, что у их сына появился истинный, знают, что Тэхён владелец казино и звали их приехать как-нибудь в гости. Они и собирались после того, как хотели встретить у себя Чимина и Юнги. Но увы, все пошло не по плану. Второй вариант — это Чорон, но у той свои проблемы. И если бы Чонгук не был так подавлен морально, то очень сильно переживал бы за подругу. От нее было два пропущенных, Чон получил сообщение, когда включил телефон, который сел еще в казино. Говорить с ней не хотелось, потому что сейчас из него собеседник никакой. Но при этом он волновался за нее, ведь неизвестно, повлияла на нее как-нибудь смерть Минхо или нет. Что ты чувствуешь, когда умирает твой истинный? Чонгук не помнит, чтобы читал об этом, в голове ни одной идеи. Поэтому он набрал номер подруги, когда ехал в такси на вокзал, но ее телефон был недоступен. Чон написал сообщение, чтобы Чорон позвонила ему как только сможет, но пока тишина. Он понятия не имел, что ей сказать. Что вообще ему можно говорить? Вроде понятно, что ничего, но как он объяснит хоть что-то, если Чорон почувствовала смерть Минхо? Да и в любом случае она должна знать, что его больше нет. Вот именно поэтому он и собирался ехать к Чимину и Юнги. Они его лучшие друзья, они сами истинные, они поймут и, возможно, хоть что-то посоветуют, потому что сам Чонгук не мог понять, что ему делать дальше. Он был в такой растерянности, как никогда в жизни. Казалось, привычный мир надломился и показал то, что никогда бы в жизни Чонгук не хотел видеть и испытать. На себе прочувствовав всю эту ситуацию, никому бы не пожелал сначала чуть не схватить пулю в лоб, а потом увидеть, как твой человек, близкий, необходимый и уже такой родной, убивает другого человека. Как это принять, как с этим разобраться и попытаться вернуться к обычной жизни, Чон не представлял. Оставалось надеяться, что мозг прояснится, сознание успокоится и он сможет нормально мыслить. Сможет понять, как ему поступить дальше. ________________ Уже семь часов утра, ехать оставалось чуть больше часа, его телефон зазвонил. Чонгук, закусив губу, смотрит на дисплей и видит имя Чорон. Что сказать? Как объяснить? Он не знал. Но ответить нужно, поэтому проводит пальцем по сенсору и прикладывает телефон к уху. — Да, малышка. — Господи, Чонгук, — он слышит, как дрожит голос подруги, и поджимает губы. — Что случилось? В смысле… Чонгук, что происходит? Я… — Успокойся, Чорон, — как можно спокойнее сказал Чон. — В чем дело? — Я… Я не знаю, — прошептала девушка, а затем спросила громче: — Что с Минхо? Я знаю, что что-то случилось. Я почувствовала, я уверена… — Тише, подожди. Что ты почувствовала? Чорон немного помолчала, вздохнула, будто успокаиваясь, и ответила: — Мне было не уснуть и мы с мамой сидели в моей комнате. А потом резкая боль в груди, такая сильная… Я помню, как вскочила с кровати, закричала, а затем потеряла сознание. Хорошо, что мама была со мной, она вызвала скорую… — Господи, Чорон… — Чонгук выпрямился в спине, сидя на своем месте, сердце забилось быстрее от тревоги. — Что с тобой? Что сказали врачи? Ты в порядке? — Я… Я не знаю, Чонгук, — тихо ответила девушка, — все так непонятно. Я не понимаю. Врачи сказали, что со мной все в порядке, физически. Взяли анализы, проверили сердце и прочее, ничего не нашли. Но у меня странное ощущение, я не понимаю. Мне кажется, что с Минхо что-то случилось, — Чонгук сглотнул и ладонью прикрыл лицо, дыхание ускорилось. — Сейчас физически я ничего не ощущаю, но в голове какой-то сумбур. Я понять не могу своего состояния. Чонгук, скажи, ты в курсе, может, с ним что-то случилось? Нижняя губа уже болела и была искусана, но Чон опять зажал ее зубами и зажмурил глаза. — Да, малышка, кое-что произошло, — голос тихий и хрипит, Чонгук судорожно выдохнул, вспоминая тело Хана на полу, мотнул головой, чтобы откинуть воспоминание. — Минхо мертв. Тишина была ему ответом, только громкий вздох и тихий всхлип он услышал в телефоне. — Я так и знала, — прошептала Чорон. — Так и знала, я… Я почувствовала. Почувствовала, что его больше нет. Это непонятно и странно, но будто… Будто затушили то, что внутри сначала горело, а потом тлело. Теперь там ничего нет и просто ноет в груди, я мысли в кучу собрать не могу. Господи, Чонгук, что произошло? Этот вопрос он меньше всего хотел слышать, потому что не мог сказать правду. Если он решил поделиться с Чимином тем, что произошло, то с Чорон он это обсуждать не хотел. Не знал, как она отреагирует, и просто чувствовал, что не может рассказать. Это не та ситуация, о которой нужно рассказывать всем, это вообще никто знать не должен. Чонгук не хотел, чтобы хоть как-то это всплыло наружу и, возможно, навредило Тэхёну. — Я не знаю, Чорон, — тихо ответил Чонгук, опустив голову. — Я не в курсе подробностей, просто услышал это, когда Тэхёну звонил кто-то, и всё. А потом мы поругались… В общем… Я не хочу сейчас говорить, все очень сложно, у меня сил нет. — Все плохо, да? — осторожно спросила Ли. — Да, все непросто, — устало ответил Чонгук и пальцами потер глаза. — У меня нет ни сил, ни желания что-то обсуждать. Может, потом. Прости, малышка. — Тебе не за что извиняться, Гук-и. Ты скажешь мне тогда, когда будешь готов. Захотелось рассмеяться нервно, но Чон сдержался. Будет готов. Как к этому можно быть готовым? — А ты сама как? Что ты чувствуешь? Тебе больно? Чорон немного помолчала и ответила: — Я не понимаю. Мне уже не больно, хотя когда я потеряла сознание, боль была дикая, как будто мне в сердце нож воткнули, и я отключилась. Потом пришла в себя, мама привела меня в сознание, приехали врачи. Я была как в прострации, в голове каша, сейчас немного успокоилась.Не могу разобраться в своих ощущениях, но… Чорон запнулась и замолчала, а Чонгук ждал. Волнение и тревога бились в груди, поэтому он не выдержал и подтолкнул: — Что, Чорон? Тебе хуже? — Я просто не знаю, как сказать, — долгий вздох и снова тихий голос: — Это будет плохо, если я скажу, что мне будто стало… легче? Черт, Чонгук, я не понимаю. У меня сердце сжимается от тоски, я понимаю, что его больше нет. Сразу поняла, как пришла в себя, просто почувствовала, но никому ничего не сказала. Но голова словно прояснилась, не знаю… Тот туман и постоянные мысли о Минхо будто развеялись. Это уже просто мысли, они не причиняют боль. Я не понимаю… Они оба молчали, Чонгук не знал, что сказать. Если после смерти Минхо Чорон получит свободу от их истинности, а не будет умирать день за днем от того, что ее истинный мертв, это будет идеальным раскладом. Думать об этом тоже не хотелось, эта смерть на его глазах слишком свежа еще в памяти, он не хочет и не может это сейчас обсуждать. — Возможно, — Чон прочистил горло и продолжил: — Возможно, так и должно быть, я не знаю, малышка. Ничего об этом не читал, если честно. Но это было бы хорошо, как бы ужасно не звучало. Я не хочу, чтобы ты страдала еще больше. — Да, наверное… — Чорон, прости меня, но я дико устал и все очень непросто, я не могу сейчас говорить. Ни физически, ни морально. Давай я потом тебе позвоню. Девушка помолчала, а затем сказала: — Мне очень жаль, что у вас с Тэхёном все никак не может наладиться. — Да, мне тоже, — Чонгук вздохнул. — Мне тоже. ___________________ В девять утра Чонгук вышел из поезда и осмотрелся. Юнги он заметил почти сразу, тот стоял с сонным лицом и прикрытыми глазами, рассматривая людей, которые выходили из вагона. Улыбка невольно растянула губы, несмотря на подавленное состояние и дикую усталость, он уже сутки не спал. Мин тоже улыбнулся и раскрыл объятья, похлопал Чонгука по спине, тот его обнял одной рукой за талию. — Привет, мелкий. Чон покачал головой и отошел на шаг, рассматривая Юнги. Темные волосы и прищуренный от солнца взгляд, губы в улыбке, но глаза выдают то, что он переживает, бегло рассматривая Чонгука. — Привет, Юнги. — Как доехал? — Нормально. Мин пристально посмотрел в глаза, Чон ответил на этот взгляд. Было понятно, что ничего хорошего ждать не приходится. Навряд ли от большого счастья сбегают от истинного посреди ночи и уезжают в другой город. — Поехали, Чимин ждет и достал меня звонками. Чонгук кивнул и пошел за Мином в сторону стоянки. Он очень соскучился по друзьям, они не виделись четыре месяца, но не так он хотел встретиться. Они должны были приехать в выходные, познакомиться с Тэхёном, провести весело время. Парами… Мысли об истинном причиняли тупую боль и вызывали злость, Чон сжал в ладони ремешки сумки. Он пока не мог думать о Тэхёне, потому что было сумасшедшее желание позвонить ему, накричать. Или вернуться и ударить за то, что происходит сейчас в их жизни. И в то же время, нет, не готов. Не готов увидеть и вернуться сразу, поговорить или просто находиться рядом. Тэхён сейчас отталкивал. Показав свою другую сторону в жизни и характере, Ким причинил боль и заставил сомневаться в том, что они смогут быть вместе. Что Чонгук сможет принять его целиком и полностью, о чем так часто просил сам Тэхён. Они молчали почти всю дорогу, только Юнги иногда бросал взгляды на Чона, который смотрел в боковое окно. Да и говорить не о чем. Он все расскажет Чимину, все же в первую очередь он его лучший друг, а Пак уже пускай сам решает, что и как передать Мину. Да и зная Юнги, он лезть не будет, если его не попросишь, чаще всего считая, что его это не касается и люди сами разберутся. Но то, что тревога мелькала в темных глазах, было приятно. — Мелкий, я задам тебе один только вопрос, — Чонгук повернул голову и посмотрел на красивый сосредоточенный профиль, Юнги не сводил взгляда с дороги. — Тэхён обидел тебя? Ударил? Сделал что-то такое? Ну, ты понял. Чонгук усмехнулся и посмотрел перед собой. Город уже проснулся, люди спешили на работу. У всех своя жизнь, работа, школа, универ. А у Чонгука переворот полнейший. Хотя, он уверен, что есть в мире люди, которым намного хуже, это факт. — Нет, Юнги, он ничего такого не сделал. — Просто зная вашу историю и как он вас связал меткой, вопрос возник сам собой. — Я понял, — вздохнул Чонгук, не смотря на друга, — но нет. Лично мне он ничего не сделал, там все намного сложнее. Думаю, Чимин тебе потом расскажет. А Тэхён, он… Он любит меня. На последний фразе голос дрогнул и подвел, а горло сжалось в спазме. Чонгук закусил губу и вновь отвернулся к боковому окну, а Юнги молчал и больше ничего не спрашивал. Стало больно, внутри неприятно заныло от того, как началась эта ночь в казино и как она закончилась. Блять, почему все так? Ответа не было, а его нужно найти и что-то решать. Голова раскалывалась, а глаза болели, Чонгук потер их пальцами. Как принять то, кем является его истинный, он не знал. ______________________ Чимин обнимал так, что кости захрустели, Чонгук пытался вздохнуть, обнимая в ответ. — Ты в порядке? Все нормально? Цепкий взгляд больших глаз оценил лицо и тело в три секунды, а потом впился в уставшие глаза Чона. Чонгук усмехнулся и скинул кроссовки, Пак сразу потащил его в гостиную и усадил на диван, не переставая вглядываться в лицо друга. Юнги встал в дверном проёме и сложил руки на груди, наблюдая за парнями. И вот как ответить на этот вопрос, Чонгук не знал. Все ли в порядке? Вроде да, он жив и здоров, но порядка точно не было. Он так устал и измотан, что сил не было, но и не рассказать все он не мог, раз разбудил друзей в такую рань и приехал к ним, буквально сбегая из города и от Тэхёна. — Нет, Чимин, я бы не сказал, что все в порядке, — тихо ответил Чонгук, смотря в взволнованные глаза. Чимин поджал пухлые губы и посмотрел на Юнги, который серьезным взглядом наблюдал за ними. — Так, я поехал в магазин за бухлом, — сказал Мин. — Чувствую, скоро оно понадобится. — Возьми список на столе, я написал. И не забудь мясо. — Ага, — кинул Мин и скрылся на кухне. Чимин снова посмотрел на Чонгука, изучая его лицо. Тот выглядел каким-то опустошенным и уставшим, а в темных глазах что-то тяжелое, похожее на обреченность. Они с Юнги действительно испугались, что Тэхён мог что-то сделать, ведь не зря Чонгук так отпирался от этих отношений, сомневался с самого начала. Но вроде стало все прекрасно, Чон звонил довольный и счастливый, поэтому даже сложно предположить, что могло произойти. — Так что случилось? Чонгук вздохнул, стянул с себя толстовку, оставшись в футболке и спортивных штанах, и откинулся на спинку дивана. Не смотря на друга, начал свой рассказ… Когда Чонгук закончил, то снова будто все пережил заново. С одной стороны казалось, что прошло не больше часа и все произошло только что. С другой казалось, что прошло много времени, словно в другой жизни был Тэхён с пистолетом, пуля, пробившая лобовое стекло и визг тормозов. Он опустошен полностью и устал до безумия, но рассказал все. И как же тяжело дался рассказ об их с Тэхёном разговоре. Чонгук снова видел перед собой это красивое холодное лицо, но темные глаза не могли скрыть эмоций, ему было больно. Сейчас Чонгук это ясно вспомнил и осознал, стиснул зубы и закрыл глаза. Опять разрывало изнутри. Хотелось кинуться Тэхёну на шею и крепко обнять, чтобы успокоил и опять сказал, что все под контролем. И в то же время, видеть его не хотелось. Чимин молчал и до боли сжимал пальцы Чонгука в своих ладонях, смотрел на друга во все глаза. Поверить не мог в то, что услышал. Что сегодня Чонгука, этого прекрасного и молодого парня, могло не стать, что его лучший друг мог умереть, родной и любимый человек. И если бы не какой-то там Квон, то это бы произошло. Глаза защипало, Чимин быстро заморгал и притянул к себе Чонгука, который выдохнул от неожиданности, обнял со всей силы. — Господи, Гук-и, — хриплый и тихий голос на ухо передавал все эмоции, Пак был в шоке. — Это ужасно, я… Я не знаю, что сказать. — Нечего тут говорить, — тихо ответил Чон, обнимая друга в ответ. — Мне нужно прийти в себя и подумать о том, что делать дальше. Я просто не смог оставаться рядом с ним, не мог опять делать вид, что все нормально… — Ты и не обязан, — со злостью сказал Чимин, резко отодвинулся и сжал пальцами плечо друга. — Не обязан мириться с его образом жизни только потому, что он твой истинный. Тебя чуть не убили, на твоих глазах твой мужчина убил человека. Что он хотел? Что ты скажешь, что все в порядке и поедешь домой? — Самое интересное, Чим, что он и не расчитывал на это, кажется, — тихо ответил Чонгук, смотря в злое лицо друга. — Он как будто знал, что я скажу и сделаю, и просто отпустил. Думаю, он все и скрывал от меня, потому что знал, что я не пойму и не приму. — Что не поймешь? — Чимин скривил губы и вскочил с дивана, начал расхаживать по гостиной. — Что он преступник и убийца? Блять, ты и не должен это понимать, потому что это не есть норма. Это просто какой-то другой мир. — У меня тоже эта мысль промелькнула, пока я там находился, — устало сказал Чонгук. — Будто я нахожусь в каком-то фильме, где стреляют и убивают. Сука, Чим, они так профессионально действовали, я ушам и глазам не мог поверить. Туда отвезти, там закопать, туда сдать машины. Это просто пиздец, у меня голова не соображает. Чонгук поставил локти на колени и запустил пальцы в волосы, опустив голову. Чимин стоял и смотрел на друга, кусая губу. Чону срочно нужен отдых. Вид осунувшийся, а глаза красные от недосыпа. — Гук, иди спать, — тихо сказал Чимин. — Хочешь, прими душ, я постелю в гостевой комнате. — У меня нет сил на душ, — ответил Чонгук и поднял голову. — Боюсь, усну прямо в душе, меня вырубает. Давай потом поговорим, у меня голова не соображает. — Да, конечно, — покивал Чимин и подошел к другу, когда тот встал с дивана. — Мы еще успеем все обсудить, а ты отдыхай. __________________ Когда Юнги вернулся домой, Чимин сидел на кухне с остывшим кофе в кружке. Чонгук уснул практически моментально, Пак заглянул к нему в комнату через пять минут, а его друг уже спал. Он снял только штаны и закутался в плед, Чимин постоял пару минут, смотря на нахмуренные брови во сне. У него в голове не укладывалось то, что он сегодня услышал. Страх за близкого человека сковывал сердце, он и мысли не хотел допускать, что мог этой ночью потерять лучшего друга. И даже представить не мог, что переживает сейчас сам Чонгук. Одно дело просто отношения, но когда все чувства и эмоции усилены истинностью, это может быть невыносимо. Юнги зашел на кухню, Пак поднял голову и посмотрел на любимого. Закусил губу и прикрыл глаза, когда пальцы зарылись в его темные волосы, Мин, стоя позади него, наклонился и чмокнул в макушку. — Все плохо? — тихо спросил Юнги. — Я бы сказал ужасно, — вздохнул Чимин, а Юнги отошел от него и сел рядом, внимательно посмотрел во встревоженное красивое лицо. — И я просто не представляю, что ему посоветовать. Если бы это был обычный парень, я не задумываясь сказал бы, чтобы он его нахуй послал. Но они истинные, Юнги. А Чонгук уже привязан, он уже в этом Тэхёне с головой. Как и тот в нем, похоже. — Так, блять, ты можешь мне объяснить, в чем дело? — Юнги откинулся на спинку стула и нахмурил брови. — Я так ничем помочь не смогу. Чимин вздохнул и передал все, что ему сегодня рассказал Чонгук. Мин слушал, расширив глаза, а челюсть напряглась, он нервно стучал пальцами по столу. Когда Чимин закончил и допил холодный кофе в кружке, Юнги облизал губы и сказал: — Черт, все на самом деле непросто. — Мгм. — Во-первых, то, что мой мелкий сегодня чуть не схлопотал пулю, вызывает желание поехать и набить ебало Тэхёну. Какого черта он его в это втянул? — Как я понял по рассказу Чонгука, Тэхён наоборот его оберегал, а то, что произошло сегодня — стечение обстоятельств. Все должно было быть по-другому, это слова Кима. Но имеем то, что имеем. — Ладно, я понял, — кивнул Юнги. — Я не поверю, что если бы Тэхён мог, то допустил бы это. Хорошо. Главное, что ничего не произошло, а Чонгук жив. — Господи… — Перестань, Чим, — Мин протянул руку и сжал пальцы истинного, Чимин сразу переплел их и сжал еще крепче. — Не могу перестать, Юнги. Если бы мне с утра позвонил не Гук, а Тэхён, и сказал, что его нет больше, я бы сошел с ума. Когда это так близко, начинаешь задумываться об этом. Когда просто живешь, не думаешь. И я не знаю, что бы чувствовал на месте Чонгука. Юнги смотрел на их переплетенные пальцы и метки на костяшках. У него было немного другое мнение по поводу всего происходящего, как бы это не было ужасно. — Булка, послушай, — Чимин внимательно посмотрел в серьезные глаза, — а если бы на их месте были мы? Если бы я был не архитектором, обычным, так сказать, рабочим классом, а таким, как Тэхён. Ты бы бросил меня? Горло сжало при мысли, что Юнги не будет рядом. Это нормальная реакция, Чимин к ней привык, потому что, казалось, начинает задыхаться, когда думает об этом. — Юн, но как можно сравнивать… — Легко, Чимин. Природа не спрашивает нас, с кем ей связывать людей истинностью. Ведь могло быть и так. Да, Тэхён из другого круга и мира не особо чистого, но Чонгук говорил тебе, что он плохо с ним обращается? Что им плохо вдвоем? — Нет, он этого не говорил, — сквозь зубы ответил Чимин и чуть подался вперед. — Но это не значит, что нужно закрыть на все глаза и плыть по течению. — Не нужно, — твердо ответил Юнги. — Нужно решать проблемы, если хочешь быть с человеком. Я понимаю, почему Чонгук сбежал, понимаю его состояние. Ему захотелось убрать из жизни то, что повергло его в шок, заставило перевернуть внутри все. Но навряд ли он сможет просто взять и забыть. Он этого хочет? — Я не знаю, — вздохнул Чимин. — Он этого не говорил, просто сказал, что не знает, что ему делать. — Они в любом случае должны поговорить и все решить, — сказал Юнги, поглаживая пальцем костяшки истинного. — Судя по твоим рассказам, у них все было прекрасно. Пусть не без проблем, но они были вместе. — Ага, пока Чонгук, как идиот, закрывал глазки на дела Тэхёна, — раздраженно фыркнул Пак. — Но ты его знаешь, он не сможет так жить. — Да, теперь не сможет. И это уже проблема Тэхёна. Он должен ее решить, должен подумать, что сделать, чтобы такого больше не повторилось. Он обязан это сделать, если хочет быть с Чонгуком. Мне мелкий сказал, что Тэхён его любит. — Да, он мне тоже это говорил, — тихо ответил Чимин. — Я, конечно, лично его не знаю, но мне кажется, он не такой человек, который будет разбрасываться такими словами. Чимин молчал, смотря на светлую столешницу. Он не хотел страданий для друга, это естественно. Он хотел только счастья для него и был искренне счастлив, когда узнал, что Чонгук встретил своего истинного, особенно после того, как у них все стало налаживаться. Ведь это прекрасно, это самое яркое, теплое и невероятное — быть с человеком, который вызывает у тебя такую бурю эмоций и чувств. Когда с ним все правильно, каждый жест, поцелуй, улыбка, прикосновение. У них с Юнги так, у всех так. А потерять все это невыносимо. — Я не говорю, что они должны расстаться… — Но ты подумал об этом. — Естественно, блять, я об этом подумал, Юнги! — повысил голос Чимин и выпрямился в спине, смотря на Мина. — А что я должен был подумать, когда мне мой друг рассказал, что ему чуть мозги не вынесли пулей? Нахрен этого Тэхёна, если он не может защитить Чонгука в своем мире, в который его затащил. — Ты прав, булка, полностью прав, — с улыбкой сказал Юнги. — Я говорю про то, что не нужно рвать все, нужно решить. Это я к тому, чтобы ты не советовал Гуку бросать истинного. Сам подумай, каково ему будет. — Я и не собирался, — фыркнул Чимин. — Это только ему решать. Но я в первую очередь буду за друга, а не за Тэхёна. — Я понял. Но ты так и не ответил на вопрос. Если бы это был я, чтобы ты сделал? — Юнги, перестань, что за бред? — нахмурился Пак. — Я бы тебе лопату притащил, — со слабой улыбкой сказал Юнги. — Помог закопать. — Это, блять, не смешно, — Чимин дернул рукой и откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. — А я и не смеюсь, — серьезно ответил Мин. — Это мир Тэхёна, а он не серийный маньяк. Просто чтобы ты мог поддерживать Гука, ты должен смотреть с двух сторон, а не топить только за него. — Я понял, хватит, — устало сказал Чимин, пока Юнги рассматривал красивое любимое лицо, белые зубы прикусили нижнюю пухлую губу. — Я приму любое его решение и поддержу его. Он и сам не дурак, разберется. Ему просто нужно время и отдых. Ты видел в каком он состоянии? Как он вообще доехал? — Видел, — кивнул Юнги, потянулся вперед и за руку потянул на себя Чимина, тот пересел, сев на бедра лицом к Мину, тот смотрел на него снизу вверх. — Он умный мальчик, сам все поймет и решит, а мы поддержим. — Да, — кивнул Чимин и обнял обеими руками Юнги за шею. — Так и сделаем. — А я соскучился, — с улыбкой сказал Мин, ладонями проникая под футболку. — Ты меня сегодня согнал с кровати и отправил на вокзал и даже ни разу еще не поцеловал. — Да? — лукаво усмехнулся Чимин и выпрямился, смотря сверху вниз на истинного. — Я так поступил? — Ты жесток, булочка. — А ты хитрый кот. Даже в такой ситуации хочешь урвать кусочек. — Не кусочек, Чим, все полностью. Я тебя три недели не видел и до сих пор не наелся. Юнги запускает пальцы в темные волосы и нажимает на затылок, сам вверх подается и целует любимые губы, самые вкусные и мягкие, он не может без них. Чимин сразу отвечает, прижимаясь ближе к своему мужчине, руками обнимает крепче и поворачивает голову, углубляя поцелуй. Юнги уже несколько дней дома, но они не могут насытиться, проводя вместе и рядом каждую возможную минуту. Они так соскучились, что оторваться не могут, нужно хотя бы просто к руке прикоснуться и в глаза посмотреть. И вспыхивают моментально, стоит обычной ласке чуть перейти грань, заводятся по щелчку. Чимин кусает легко сначала верхнюю губу Юнги, потом нижнюю и чуть отклоняется, Мин открывает глаза. — Я бы тоже не смог без тебя, ты знаешь, — прошептал Чимин. — Потому что я люблю тебя и не хочу без тебя. — Я тоже тебя и без тебя. Чимин улыбается и вновь целует своего мужчину. ____________________ Когда Чонгук проснулся, на часах было десять вечера, он проспал весь день, но чувствовал себя все равно измотанным и уставшим. На телефоне только одно сообщение от Чорон с просьбой позвонить, когда он сможет, потому что она волнуется и ей хочется с кем-то поговорить. И все, больше ничего. Что хотел увидеть Чонгук? Он сам не знает. Пропущенные от Тэхёна? Сообщения от него? Внутри да, он не мог сам себя обманывать, но слова о том, что Тэхён его отпускает, звучат в ушах и вызывают злость и чувство безысходности. В квартире тишина, Чонгук поворачивается на спину и смотрит в потолок. Он злится, очень сильно злится. Почему, блять, все не может быть хорошо? Почему этот гребаный бизнес Кима должен все портить? Его образ жизни, его принципы и нелегальные дела. Мысль о том, что его мужчина — убийца, царапает внутри, больно и гадко. Да, как понял Чонгук, выбора не было. Либо избавиться от того, кто может принести проблемы, плюс оказался предателем, либо отправиться за решетку. Последнего точно не хотелось, Чон даже представлять не хотел, что Тэхёна посадят в тюрьму на хрен знает сколько лет и тогда уже не будет никакой возможности быть вместе. И бесило то, что Тэхён в этом виноват, Чон от своих слов отказываться не собирался. Если бы жил по закону и хоть какой-то морали, то не пришлось бы обманывать и закапывать тех, кто перешел тебе дорогу. Это понятно, что все началось до того, как он встретил Чонгука, но можно было это закончить. Они вместе были полтора месяца. Сейчас слова о том, что все скоро будет хорошо, обрели новый смысл. Их часто говорил Тэхён, обещал, что скоро все станет лучше. Вот, видимо, что должно было произойти, и после этого все стало бы замечательно. Если бы Чонгук не оказался в это втянут, а успел уехать домой, то даже не узнал бы, что сделал его истинный. Встретил бы под утро его дома в их постели и уснул бы опять рядом, крепко обнимая. А сколько людей Тэхён уже убил в своей жизни? Об этом думать не хотелось. Чонгук не знал, как все это разложить по полочкам в своей голове. Как разделить Тэхёна «для себя», такого, каким он был именно с ним. И Тэхёна «в бизнесе», со всеми его грязными делами. А самое главное, как смешать эти два таких разных образа и принять все целиком и полностью. И поэтому он злился. Он хотел накричать на него, обвинять и материть, ударить за то, что заставил это пережить. А с другой стороны, хорошо, что он все узнал. Все вылезло наружу, прибило к месту и накрыло лавиной сверху. Чонгук мог бы жить и дальше, нацепив розовые очки, но как долго? Он сам понимал, что просто позволял Тэхёну молчать, оберегая их отношения и принимая на веру все слова. Но всю жизнь? Нет, Чонгук бы не смог. И вот он все знает, все видел, сам там побывал и даже чуть не умер. А вот что делать с этой правдой дальше, Чон не знал. Если вспомнить слова Тэхёна о том, что он меняться не собирается, его просто нужно принять, то ничего хорошего из этого не выйдет. Чонгук просто не сможет так жить, каждую ночь думая о том, а вернется ли его мужчина домой? Или он перешел кому-то дорогу и просто не доедет до их квартиры. Нет, так жить невозможно. Чонгук сойдет с ума от тревоги. Жить день за днем на пороховой бочке и ждать, когда она рванет — не предел мечтаний. Чонгук поднимает голову, когда слышит, как дверь в комнату приоткрылась, свет из коридора осветил силуэт Чимина и кусок кровати. — Привет. Ты проснулся? — Да, привет. Пак прикрыл за собой дверь и присел на кровать рядом с другом. Чонгук повернулся набок и посмотрел на Чимина. — Ты как? — Хреново. — Отдохнул? — Нет. Чимин покусал губы и спросил: — Может, чего-нибудь хочешь? Ужин… — Да, блять, я хочу, Чимин! — сквозь зубы сказал Чонгук и поднял голову. — Я хочу, чтобы мой мужик не был гребаным мафиози с пистолетом наперевес, не творил всякую хуйню и не убивал людей. Почему, сука, он не мог быть каким-нибудь адвокатом, например? Или строителем, юристом, воспитателем в детском саду, блять! Как твой Юнги архитектором! Почему все должно быть именно так?! Почему я должен переживать эти ебаные сцены из фильма про крестного отца? Мне нахуй надо это вообще? Почему все должно быть так?! Чонгук лицом уткнулся в подушку, его плечи быстро двигались от быстрого дыхания. Чимин, поджав губы, смотрел на друга, невозможно было это видеть и слышать. А Чонгук все это чувствовал. Он понимал этот срыв, ему нужно выговориться, нужно позлиться, чтобы успокоиться. Пак протянул руку вперед и начал легко гладить Чона по спине, пока тот пытался успокоиться, давал время и ждал, если другу еще есть что сказать, но Чонгук молчал. Чимин облизал губы и осторожно спросил: — Ты хочешь к нему? — Да, Чим, я хочу, — резко ответил Чонгук, вновь посмотрев на Пака, черные глаза сверкали злостью в полумраке. — Хочу увидеть эту наглую рожу и ударить, так сильно хочу. А потом обнять крепко, потому что я так сильно испугался. За него, блять, испугался. И эта двойственность меня разрывает. Ведь по факту, от такого человека бежать надо, от жизни такой, где стреляют и убивают. Но я не могу, Чимин, потому что знаю другого Тэхёна, который мне улыбается, говорит, что я самый лучший, самый идеальный и смотрит так, что колени дрожат. И он любит меня, он постоянно мне это говорил, а я понять не могу, как мне все это соединить в одного Ким Тэхёна. И принять. — У тебя есть время, — спокойно сказал Чимин. — Ты имеешь право на него, имеешь право все обдумать и принять решение. Когда эмоции пройдут, ты сможешь спокойно решить, я уверен. — Возможно, ты прав, — вздохнул Чонгук и сел. — Но сейчас злость затыкает все остальное, хотя я уже скучаю. Прошло меньше суток, а в голове крутятся мысли о нем. Чем он занимается? Что было дальше? Блять, а если их всех арестовали или его уже… — Чонгук, спокойно. Если бы с ним что-то случилось, ты бы это почувствовал, — уверенно сказал Чимин, на что Чон закивал. — А твоему Тэхёну тоже есть о чем подумать и сделать выводы. Судя по твоим рассказам, он не глупый и должен решить, что в жизни для него важнее — ваши отношения и безопасность или его принципы и бизнес. — Возможно, ты прав, — прошептал Чонгук, опустив голову. — Наверное, нам и правда нужно это время. Мне надо прийти в себя полностью и тогда уже решить, что делать. ____________________ Дни тянулись, как резина. Чонгук с каждым днем все больше уходил в себя, устал от постоянных мыслей, сомнений и переживаний. Злость утихла, пришла тоска. Такая глубокая и сильная, что казалось, все тело и сознание были в апатии. В голове только Тэхён, больше ничего. День за днем, ночь за ночью, минута за минутой. И чем больше проходило времени, тем сильнее начинало болеть внутри. Он вспоминал рассказы Чорон о том, что она чувствовала, но разве слова сравнятся с тем, что сейчас внутри давит, сжимает, а потом разрывает от желания увидеть, прикоснуться, голос услышать и вдохнуть любимый аромат. Перед глазами его образ, его глаза, его улыбка, и голос этот, низкий и хриплый, в ухо шепчет «котёнок». Чонгук не мог спать, а когда засыпал, сны сводили с ума. Либо страстью и жадными поцелуями, либо их последним разговором и ссорой, где Тэхён говорит, что отпускает. Крикнуть хотелось, чтобы держал, не отпускал, силой к себе привязал, и Чонгук просыпался, резко вырываясь из оков беспокойного сна, задыхаясь от эмоций, которые душили изнутри. Дышать было трудно, в груди давило. Казалось, сердце сжималось и стучало тяжело и словно через силу. Нет желания есть, пить, делать хоть что-то. За пять дней Чимин только раз вытащил Чона из дома, чтобы съездить в магазин. Люди раздражали и бесили, их смех и голоса, хотелось тишины и чтобы все нахрен отстали. Чимин и Юнги старались при Чонгуке не обниматься и не целоваться, но все же не могли не касаться друг друга. От этих теплых, наполненных любовью, взглядов, становилось хуже. Чонгук уходил в свою комнату, чтобы этого не видеть и не смущать друзей. Он видел, как они стараются ограничить свои контакты, а ведь не должны этого делать. Они точно не виноваты в том, что происходит. В том, что Чонгук не может разобраться в себе. Но разобраться придется, да и все на поверхности. Он пришел к выводу, что не сможет взять и навсегда уйти. Просто вычеркнуть из жизни Тэхёна, переболеть и жить дальше. Он не может, не хочет. Вспоминает, лежа на кровати, как вернулся тогда от Чорон, когда они не виделись четыре дня. Сейчас прошло уже шесть, а ощущения совершенно другие. Тогда они знали, что увидятся скоро, разговаривали по телефону, шептали обещания, и конечно, спорили. Господи, как Чонгук сейчас хотел поспорить с Тэхёном. Увидеть, как сверкают невероятные глаза, как сжимается челюсть, выделяя резче скулы, услышать, как голос становится ниже. А потом Тэхён хватает его и целует, страстью тушит ссору, разжигая совершенно другое пламя. Не хватало всего, Чонгук тонул в тоске и боли от того, что не мог дать истинному то, что рвалось наружу. И ничего не получал в ответ, хотя до этого всего было сполна: эмоций, чувств, слов и прикосновений. Сейчас, лишившись этого, очень остро ощущалось отсутствие Тэхёна в жизни. Весь мир вокруг будто стал серым и потерял свою надобность, потому что все, что нужно для жизни, было внутри. Воспоминания и мысли о Тэхёне — вот что поддерживало. А Тэхён молчал. Прошла неделя, но от него ни сообщения, ни звонка. Это пугало и наводило на мысли, что да, действительно он отпустил. Но разве это возможно? Сейчас Чонгук начинал очень точно понимать, что Тэхён ему давал намного больше, чем получал в ответ. Больше эмоций и слов, действий. И был полностью прав, когда сказал, что Чон продолжал себя сдерживать. И сдерживало именно то, что по факту Чонгук не знал всего о Тэхёне, именно это стопорило открыться полностью. И вот он узнал. Узнал и увидел даже больше, чем хотел. Он эти полтора месяца по полочкам раскладывал у себя в голове всю неделю. Начиная с первой встречи вспоминал, как менялись их отношения, как они сближались, открывались, расслаблялись и были счастливы. Прокручивал на повторе слова о любви и хотел верить, что это правда. Он верил Тэхёну, всегда верил, сейчас ясно это понимает. Тэхён никогда не врал, мог только умалчивать, при этом честно говоря, что не будет вмешивать в это Чонгука. Но с ним, рядом с Чоном, всегда был искренним, по карим глазам все было видно. Тэхён, сильный и самодостаточный, холодный и практичный, тянулся к нему и хотел получить то, что другие дать не могли. Поэтому и сомнения Чонгука его убивали, Чон это тоже понял. Юнги и Чимин поддерживали, Пак разговаривал с ним, если было необходимо. Видел, как Чонгук страдает и потухает, как посреди разговора хватается за грудь и трет с силой, дышит с трудом, зажмурив глаза. Поэтому полностью поддержал решение Чона, что им с Тэхёном нужно поговорить, нельзя все обрывать вот так, Чонгук это точно решил. Что его останавливало? Тишина от Тэхёна. Он привык к напору, который в начале бесил и отталкивал. Сейчас хотелось, чтобы Ким заявился, схватил за руку и утащил. Когда эта мысль пришла в голову, Чонгук грустно усмехнулся. Он ведь думал до этого, что ему такой человек не нужен, он не может быть его истинным, ведь не соответствует представлениям о том, каким должен быть его мужчина. Добрым, честным, открытым и заботливым, отзывчивым и понимающим. А ведь все это есть в Тэхёне, только такой идеальный коктейль разбавлен взрывным характером, ревностью и эгоизмом, страстной натурой и уверенностью в себе и своих поступках. И все это заключено в Ким Тэхёне, шикарном мужчине, который одним взглядом колени подгибает. Вот и оказывается, что Чонгук сам себя не знал, хотя думал, что прекрасно понимает, чего хочет. Но природа, мать ее, и Тэхён взяли и полностью перевернули вроде бы понятный мир, который был годами выстроен внутри. И ему нужен взрыв, нужны эмоции, нужен ласковый взгляд, только на него Тэхён так смотрел, он всегда Чонгука выделял, как особенного, таким Чон себя рядом с ним и чувствовал. Поэтому спустя все эти дни Чонгук решил, что он готов. Готов поговорить, что-то решить, не может он без Тэхёна, не хочет. Если они захотят, то смогут решить все, у них же получалось до этого. Но пугали слова Кима о том, что он меняться не будет, принимай его таким, какой он есть. Вот именно это могло стать проблемой, потому что так жить Чонгук не хотел. Постоянно в страхе за истинного — это не жизнь. И если Тэхён не пойдет навстречу в этом вопросе, Чонгук не знает, что у них выйдет. ____________________ — Тэхён, я понимаю, что срок уже вышел, — Минсок облизал губы и сглотнул, — но у меня сейчас проблемы. Ты же слышал, что моя жена подала на развод, требует раздел имущества… Тэхён, сидя на краю стола в кабинете охраны, смотрел на мужчину перед собой немигающим взглядом. Внутри злость, как цунами, разрасталась и набирала обороты, а эти бегающие глазки бесили все больше и больше. — … Она хочет еще и часть моей компании, потому что ее отец вложился в самом начале… — Ты думаешь, меня это ебет? — резко прервал его Тэхён, прожигая взглядом. — Меня должны ебать твои проблемы, твой развод и жена? Мне будет совершенно похуй, если она тебя посреди дороги без трусов оставит. Тебя же это не волновало, когда неделю назад ты просаживал деньги в моем казино, а потом взял кредит. Прошла неделя, Минсок, и мне нужны мои деньги. Мужчина потер ладони о брюки на бедрах, осмотрелся и, не встретив никакого понимания в глазах Хосока и Квона, вновь посмотрел на Тэхёна, а тот скривил губы от этого нервного жеста. — Дай мне еще пять дней, Тэхён, я прошу. Мы давно знакомы, я всегда отдаю деньги, ты же знаешь… — Вот сука! Тэхён мгновенно подскочил и в один шаг приблизился к Минсоку. Резкий удар — и мужчина падает на пол, бьется затылком о ламинат и стонет, когда Ким нагнулся над ним и схватил за отвороты рубашки. Он успел ударить еще два раза до того, как Квон и Хосок его оттащили в сторону. Удары были такой силы, что Минсок потерял сознание и лежал в отключке. Тэхён оттолкнул друзей и сжимал кулаки, его грудь вздымалась быстро от тяжелого дыхания. — Твою мать, Тэхён, какого черта ты творишь? — со злостью спросил Хосок. — Отвали от меня, — выплюнул Ким и вышел из кабинета, хлопнув дверью. Он закрыл дверь на ключ и сел на диван в своем кабинете, запустил пальцы в волосы и поставил локти на согнутые колени. Нет вообще сил держать себя в руках. Он словно оголенный провод, все вокруг до такой степени бесит, что хочется достать пистолет. Тот, ради кого стоило быть другим, меняться и думать головой, ушел неделю назад. Пропал и не выходил на связь, исчез из жизни. И Тэхён точно не был готов к тому, что он чувствует. Не был готов к такой боли, что хочется выть, как раненый зверь. И от этого приходит злость, приходит ярость, но не на Чонгука. Он на него так и не смог разозлиться, а он пытался изо всех сил. Но только тепло и боль внутри разливаются, когда он вспоминает черные глаза и широкую искреннюю улыбку. Сука, как же ему плохо без своего котёнка. Когда Тэхён утром вернулся домой после той ночи в казино, то прекрасно знал, что Чонгука там нет. Квон отвез его в квартиру, затем один из охранников следил за Чоном, когда тот на такси поехал на вокзал и купил билет. Наблюдал за ним до тех пор, пока Чонгук не сел в поезд и не уехал. Тэхён знал, где и с кем его котёнок, он у Чимина с Юнги. А тогда, вернувшись в пустую квартиру, Тэхён разнес их с Чонгуком спальню. Перевернул все, что только мог, не сдерживая эмоций, потому что не увидел привычной футболки на кровати, в которой спал Чонгук. Не увидел его вещей, которыми его котёнок пользовался каждый день. Не стояли его духи на тумбочке, этот запах еще хранился в воздухе, или Тэхёну просто это казалось. Не было зубной щетки и шампуня, запах которого Тэхён так любил вдыхать с черных волос. Не было мелочей, которые давали понять, что Чонгук с ним, он живет в этой огромной квартире, которая стала такой пустой, как и полки в шкафу. Тем утром Тэхён вышел из их спальни, закрыл дверь и за неделю ни разу туда не вошел. Ему там делать нечего, слишком больно вспоминать то, что там было. Сонные улыбки и хриплое «доброе утро», страстные поцелуи и жаркий секс. Смех и шутки, Чонгук так боялся щекотки, каждый раз убегал, когда Тэхён хотел довести его до истерического смеха. Разве возможно все это забыть? И как бы ни хотелось войти и просто обнять подушку Чонгука, Тэхён не мог, запрещал себе. Казалось, будет еще больнее, не представляя, а возможно ли это? Тэхён терял себя и ненавидел эту слабость. Он никогда не был таким, всегда сдержанный и холодный, в жизни он не испытывал того, что сейчас разрывало изнутри. Тэхён не знал, как жить, как проживать день за днем, ночь за ночью. Он спал в гостиной, если мог уснуть. Но вся квартира, целиком и полностью, принадлежала Чонгуку и воспоминаниям о нем. Он был везде, в каждой комнате и каждом уголке. Смеялся, кричал, злился, фыркал и закатывал глаза. Улыбался и кусал губу, когда черные глаза сверкали соблазнительным обещанием. Тэхён в голос хотел выть, когда спустя три дня увидел сон, где его котёнок был ласков и нежен, целовал и шептал, что любит, но слова эти были только во сне. Поэтому Тэхён боялся спать. От сладких снов становилось хуже, ведь это были только сны. В жизни Чонгука рядом не было. Тэхён не знал, куда ему податься. Он начинал ненавидеть свое казино так же сильно, как и любил его. Ведь сколько тут ярких моментов было, горячих и взрывных, начиная от ссор и заканчивая самой желанной близостью. Он не мог находиться в кабинете, слишком много Чонгука. Не появлялся в главном зале, потому что задыхался от воспоминаний о той ночи, о тех часах, которые провел здесь с Чонгуком. В баре он избил того мужика, который прикоснулся к его истинному, в боулинге ревновал к бармену, назло заставил ревновать в ответ. И опять кабинет, они мирятся, целуются, счастливые едут в загородный дом. В тот дом Тэхён тоже не мог сбежать, вспоминая те дни, которые они провели там. Он в своей машине не мог ездить, потому что в такой поездке, не сдержавшись, они свернули в лес и с ума свели друг друга губами и руками. Невозможно жить, невозможно все это забыть, Чонгук везде и без Чонгука невозможно. Прошла всего неделя, и кажется, ведь это лишь семь дней и семь ночей. Но это сто шестьдесят восемь часов. Это десять тысяч восемьдесят минут. А минуты эти бесконечны, они тянутся так медленно, что кажется, время застыло. Все хуже и хуже, Тэхён, как наркоман без своего любимого, самого необходимого наркотика. Он изнутри сгорает, не может сдерживать агрессию, не может справиться с той тоской, которая легкие сжимает и колет в сердце тупой иглой. Тэхён всего себя отдал, как мог пытался, ему хотелось стать тем, кто достоин Чонгука. Но не успел. Решения, принятые еще до того, как он встретил своего истинного, догнали, накрыли с головой и зацепили любимого, самого дорогого человека. Вспоминая ту ночь, Тэхён скрипел зубами, чувство вины грызло горло, он не мог избавиться от этого ощущения, тер с силой шею. Все чувства и эмоции, усиленные истинностью по отношению к Чонгуку, сводили с ума и болели внутри, уже не надеясь на то, что вернется котёнок и вылечит. Сколько раз Тэхён порывался поехать и забрать Чонгука, он не знает. Каждый день, каждый час. Но спустя четыре дня, в течение которых он ждал, что Чонгук вернется или позвонит, предложит поговорить, Тэхён пересмотрел ситуацию. Ему начало казаться, что Чон все сделал правильно. Ведь изначально он не хотел быть в это втянут, говорил прямо о своем отношении, не врал. Но по просьбе Тэхёна закрывал глаза и делал вид, что все в порядке, потому что хотел быть рядом. И вот к чему привело то, что Тэхён не просчитал все. Он подверг опасности Чонгука, ведь та пуля могла попасть, Квон мог не успеть. И вот эта самая страшная мысль. Уж лучше пусть Чонгук его бросит, пусть живет своей жизнью, но он будет жив, потому что нести такую вину на себе Тэхён не сможет. Громкий стук в дверь вырывает из глубоких мыслей, но Тэхён не двигается, все так же сидит на диване. Стук повторяется, Хосок бьет кулаком по дереву и кричит: — Тэхён, блять, открой дверь. Ким вздыхает и поднимает голову. Встает, открывает дверь и возвращается на диван, садится, широко расставив ноги и откинув голову на спинку. Хосок зашел в кабинет, прикрыл дверь, встал напротив Тэхёна и рассматривал его, поджав губы. Его друг ужасно выглядел. Кожа потеряла привычный блеск и вообще казалась серой. Круги под глазами, губы чаще всего сжаты в тонкую линию, а взгляд пустой и безразличный. Хосок не знал, чего ожидать от Кима, реально боялся, что тот сорвется и схватится за пистолет, если кто-то его хоть немного выведет. И как помочь другу, Хосок тоже не знал. Не собирался лезть в их отношения, они должны все решить сами. Поэтому оставалось только ждать и надеяться, что они скоро разберутся, пока его друг полностью не слетел с катушек. — Все без изменений? — тихо спросил Хосок. — Ты о чем? — Ты знаешь. — Думаешь, если бы были изменения, я бы сидел тут? Хосок вздохнул, услышав сухой голос друга. Сколько это еще будет продолжаться? Вроде прошла только неделя, а Тэхён настолько изменился, что он его не узнает. И не в лучшую сторону. Его депрессия не тихая, она агрессивная. И что самое страшное, злится он на себя, Хосок в этом уверен. — Тэхён, почему ты сам не поедешь к нему и не поговоришь? Я уверен, Чонгук уже успокоился и не откажет… — Нет, — резко кинул Ким и поднял голову, посмотрел в глаза Хосоку, — я не буду этого делать. Да, я хочу, меня буквально разрывает от желания увидеть его снова и поговорить, но я не стану. Я с первой нашей встречи давил на него, связал, не спросив, решал все сам. Сейчас не та ситуация, Хо. Чонгук должен сам и лично принять решение, ты это понимаешь. Он не хотел всего этого и не виноват в том, что у меня такая жизнь, я такой. Если он когда-нибудь захочет поговорить, это должно быть только его решением. А вообще… Тэхён замолчал и закусил губу. То, о чем он думал последние дни, не давало покоя, давило понимание того, что, возможно, Чонгук прав и все это не для него. — Вообще я думаю, что ему не место в моей жизни. — Ты, блять, совсем свихнулся, Тэ? — сквозь зубы прошипел Хосок и раздраженно выдохнул. — Посуди сам, — устало усмехнулся Тэхён. — Борам мертв. Прошла неделя и тишина. Тут два варианта: либо никто не связал его исчезновение со мной, либо это затишье перед бурей. Мы оба с тобой понимаем, что скорее всего это второй вариант. Не может быть все так гладко и легко закончиться. И тут тоже два варианта: либо люди начнут действовать в открытую и придут к нам, либо исподтишка. А если Чонгук будет со мной, он станет отличной мишенью. Что может быть лучше, чем схватить моего истинного и манипулировать мной, делать, что захочется? А если с Чонгуком хоть что-то случится, я пущу себе пулю в лоб. Не смогу жить с пониманием того, что я виноват в его смерти. Я понятия не имею, как мне отблагодарить Квона. Закидать деньгами? А разве это равносильно? Или мне Чонгука закрыть в квартире под охраной? Я не знаю, что будет дальше и откуда ждать опасности, а значит, не смогу его обезопасить. Возможно, он сейчас выбрал идеальный момент, чтобы уйти. — Ты сам-то веришь в то, что говоришь? — глухо спросил Хосок. — Да, блять, я верю, Хо, — Тэхён поджал губы и продолжил: — Поставь на место Чонгука Мину и скажи мне, что бы ты сделал? Хосок тяжело вздохнул, он уже думал об этом. Но и смотреть, как его друг, сильный, рассудительный, уверенный в себе, теряет почву под ногами и падает, он не мог. Тут все предельно ясно, Тэхён теперь без Чонгука жить не сможет, только существовать. Как долго он был закрыт для любых отношений и чувств, так же легко и просто он сдался истинности и любви. — Я не знаю, но точно не отпустил бы ее, — тихо ответил Хосок. — Да? — Тэхён неприятно усмехнулся. — Был бы эгоистом, делал бы то, что хочешь сам, не думая о ней? Ему решать, Хосок. Но сейчас точно не тот момент, чтобы он снова появился в моей жизни. Бросить все и уехать с ним я тоже не могу. Подставить под удар тебя и Квона? Нет, этого также не будет. Моя жизнь мне жить не дает с любимым, и как это исправить, я пока не придумал. ______________________ Чонгук раздраженно нажал отбой, когда опять услышал «Абонент временно недоступен…». Он не мог поверить в то, что Тэхён в первый раз не взял трубку, а потом просто выключил телефон. Страх разливался внутри от осознания, что его истинный не хочет с ним разговаривать, Чонгук совершенно этого не ожидал. Он на самом деле верил, что Тэхён возьмет трубку, они попытаются поговорить и договорятся о встрече. Чон надеялся, что он ждет, он хочет поговорить, поэтому сейчас совершенно не знал, как реагировать. Чонгук начинал нервничать, не понимая, что происходит. До такой степени был уверен, что Тэхён тоже мучается, скучает и хочет увидеть его, услышать голос, что в данный момент, опять слушая механический голос, а не любимый хриплый, очень надеется, что Тэхён не отказался от него полностью. Не хотелось думать о том, что слова, которые в последний раз сказал Чонгук, уверили Тэхёна в том, что он больше не нужен Чону. Ведь это не так, точно не так. Чонгук ждал, Чонгук надеялся, что Тэхён позвонит сам, но тот не звонил. Поэтому, не выдержав, набрал выученный наизусть номер, но не получил ответа. Это пугало. Пугало, что Тэхён не верит в то, что Чонгук был искренним, что чувствует к нему что-то, что не может без него. А еще больше пугало то, что могло что-то случиться. Прошло девять дней и Чон понятия не имеет, что сейчас происходит. Узнал ли кто-то о том, что произошло? Есть ли последствия? Как справляется Тэхён? Чонгук уверен, что тот страдает. Он верит словам истинного, верит в его любовь к нему, он ее чувствовал, видел и слышал. А сейчас так много хочет сказать в ответ, его разрывает от желания оказаться рядом и поговорить. С каждым днем все хуже и хуже, и Чонгук больше не может терпеть. Ему нужно к Тэхёну, ему нужна определенность и наконец все решить, поговорить и быть рядом. Именно на это он надеялся. Чонгук, уже ни на что не надеясь, набирает номер в седьмой раз, но вызов прерывает входящий звонок. На дисплее имя Мины, Чон сглатывает, а руки начинают дрожать. — Да. — Привет, Чонгук. Голос тихий и осторожный, это пугает. — Привет. Что случилось? — У меня? — удивленно спросила девушка. — Ничего. Я думала, это у вас… Мина запнулась и молчала, а Чонгук кусал губы. Он так испугался, что она хочет сказать что-то о Тэхёне, что был удивлен, когда она заговорила о работе. — Чонгук, я звоню насчет работы. Тебя неделю нет, я сказала, что ты заболел. Но я не понимаю, мне продолжать врать или ты не вернешься? «Блять, какая работа?!» — вот что хотелось крикнуть в ответ, но Чонгук лишь прикрыл глаза и выдохнул. — Мина, прости, и спасибо, что стараешься прикрыть, но я сам не понимаю, что происходит в моей жизни. Мне во многом нужно разобраться, и работа сейчас точно не на первом месте. — Понимаю, — тихо ответила девушка. — Я потяну время, сколько смогу. Но не уверена, что это будет долго. — Спасибо. Они молчали, а у Чонгука на языке крутился вопрос, он не сможет сдержаться. Ведь Мина тоже живет с Хосоком. Как? Что она знает? — Ты как… — Мина, скажи мне, — Чонгук перебил и продолжил: — Ты же знаешь, что у них в казино не все чисто, да? Что ты знаешь? Возможно, он сейчас совершает ошибку и она ничего не знает. Но почему-то Чон в этом сомневается, не похожа Мина на глупую девочку, которая не видит очевидных вещей. — Чонгук, я не знаю, что там происходит, — спокойно ответила она. — Никогда не спрашивала и не интересовалась. У нас с Хосоком все произошло как-то молча. Я дала понять, что все понимаю, но никогда не лезу с вопросами. Могу спросить все ли в порядке, получить в ответ, что все отлично. И на этом все. Я просто решила, что буду верить ему, и я верю. Разбираться во всем я не хочу, мне с ним хорошо, я его люблю и без него не хочу. Поэтому есть наша жизнь, а есть его работа. Пока они не пересекаются и не мешают нам жить, я спокойна и наслаждаюсь любимым человеком. — Я понял, — тихо ответил Чон. — А с… Тэхёном все хорошо? Горло сжало, Чонгук сглотнул, ожидая ответа. — Я не знаю, Гук, — ответила Мина. — Хосок просто сказал, что вы сильно поссорились, но судя по твоему вопросу, я поняла причину. Про Тэ он говорил, что ему плохо, вот и все. Если хочешь, позвони Хосоку. Он на самом деле, думаю, порывался тебе звонить, но решил не лезть. Вы должны сами разобраться. — Ты права, — вздохнул Чонгук. — Это я и собираюсь сделать. ____________________ Слова Мины о том, что она просто не лезет и верит Хосоку, Чонгук понять мог. Он сам так делал полтора месяца, пока не был втянут в самую гущу событий. Возможно, если бы Мина попала в такую же ситуацию, ее мнение тоже изменилось бы. Чонгук очень надеялся, что такого не произойдет. Он, как парень, был в шоке, а для девушки, возможно, это стало бы еще большим потрясением. Понятно, что Хосок и Тэхён стараются уберечь любимых людей от всего этого, но как показала практика, не всегда это получается. Именно поэтому решение принято, а Чонгук больше не может ждать, не хочет терпеть эту разрывающую изнутри боль, ноющую тоску внутри и умирать день за днем от того, что рядом нет того, кто нужен до безумия. Им придется найти компромисс, договориться, Чон не собирается мириться с такой жизнью, но и отпускать Тэхёна тем более. Ему придется что-то сделать и поменять, если он хочет, чтобы они были вместе. Но эта тишина и игнор добивают. Руки дрожали, а сердце стучало, как ненормальное, когда он набирал номер. А Тэхён не ответил и выключил телефон. Чонгук отказывается верить, что его «отпускаю» было сказано навсегда, потому что он верит ему, верит в его чувства, это невозможно сыграть. Чон вновь берет телефон и набирает номер Хосока. Ходит по комнате и кусает губу, слушая гудки. Если еще и он не возьмет трубку и Чон не узнает, что происходит, он точно сойдет с ума от беспокойства. — Да. — Привет, Хосок. Чонгук застыл посреди комнаты и слушал тишину, пока Хосок не ответил: — Привет, Чонгук. Голос тихий и какой-то уставший. — Хо, послушай, я волнуюсь. Что происходит? Я звонил Тэхёну, он не взял трубку, а потом вообще выключил телефон. Я не понимаю… То есть, я понимаю, я уехал, но мне нужно было подумать. А он… Он больше не… Горло сжало, он не может произнести этого. Не может сказать, что Тэхён отказался от него полностью, как и от их истинности. — Успокойся, Чонгук, — твердо ответил Хосок. — Я понимаю, что ты хочешь сказать. Но тут немного другая ситуация. Тэхён тебя ни в чем не винит, он все понимает, как и я. Но он… — Хосок вздохнул, — он тоже за тебя волнуется. — Мне нужно с ним поговорить, — громко сказал Чонгук. — Он рядом? Ты в казино? Где он? — Нет, Гук, его здесь нет. Тэхён дома, а в казино он не появлялся уже два дня. С одной стороны, это замечательно, потому что у него срывает крышу. С другой, ему стало хуже. Я ему с утра звонил, он сказал, что не хочет вставать с дивана, у него нет сил куда-то ехать. — Господи боже, — Чонгук чаще задышал и зажмурил глаза, опустив голову. — А ты как? — Ужасно, — прошептал Чонгук. — И я больше не могу, мне нужно к нему. Почему Тэхён не хочет со мной разговаривать? Что он опять там сам решил? Хосок молчал, видимо, обдумывая ответ, потом тихо сказал: — Думаю, что вам лучше поговорить лично. Только ты сможешь его в чем-то убедить, у меня не получилось. Не вижу смысла загибаться вам по отдельности, если всегда можно найти выход и быть вместе. — Да какой, блять, выход? — крикнул Чонгук. — Что происходит? У вас проблемы, да? Из-за того, что произошло? — Пока нет, но мы уверены, что скоро начнутся. — Ясно, — Чон быстро закивал, сжимая в руке телефон. — Я сегодня же приеду. Вот сейчас собираю вещи и еду на вокзал. Я не могу больше, Хо. Мы все решим, я уверен. — Я рад, что ты сам к этому пришел, — в тихом голосе слышится слабая улыбка. — Хотя Тэхён в этом сомневался. — Я знаю, — грустно усмехнулся Чонгук. — Сам давал повод ему сомневаться во мне. Но пора нам обсудить все целиком и полностью, молчать — не всегда лучший выход. — Он хотел сделать, как лучше. — Я все понимаю, Хосок. Но вышло по-другому. Поэтому очень надеюсь, что скоро мы с ним все решим. _____________________ Вещи быстро скиданы в сумку, Чонгук выходит из комнаты, одновременно просматривая расписание поездов. В гостиной он встречает Юнги, который только что вернулся. — Куда собрался, мелкий? — с усмешкой спросил Мин, хотя по его лицу было видно, что он и так знает. — Ты знаешь, — фыркнул Чонгук. — Знаю, — кивнул Юнги. — Наконец-то. — А ты не думаешь, что он не тот, кто мне нужен? — серьезно спросил Чонгук. — Гук, вы истинные, и вы были вместе счастливы, — ответил Юнги, сложив руки на груди. — А проблемы есть у всех. Пусть и не такие, это отдельный мир, но все же. Истинность — это не сказка, и мы с Чимином тоже это знаем. Наши характеры и привычки тоже долго притирались, а благодаря истинности сдерживать себя очень трудно, все буквально кричит внутри по одному человеку. Мы ссоримся, кричим на грани, не бывает без проблем. Но мы любим и понимаем, что друг без друга скорее сдохнем, но не откажемся. — Знаешь, ты прав, — усмехнулся Чонгук. — Я с самого начала сомневался в Тэхёне, в наших отношениях, Чорон и ее пример подлили масла в огонь. Не мог расслабиться, стопорил нас постоянно, а он все видел и чувствовал. Но я не могу вот так. Оставшись без него понимаю, что нужно делать по-другому. Сейчас, когда полностью успокоился и все обдумал. — Я в тебе и не сомневался, — улыбнулся Юнги. — Вали к своему Тэхёну и будь осторожен. Ты позвонишь Чимину? Он же на работу свалил? — Да, ему позвонили и срочно попросили приехать. — Как обычно, — закатил глаза Юнги. — Предупреди его. — Хорошо, — кивнул Чонгук, подошел к другу и крепко обнял его. — Спасибо за помощь. — Чушь не неси, — фыркнул Юнги, крепко обнимая в ответ. — Ты нас пиздец напугал, но все сделал правильно. Нужно остыть и подумать, чтобы понять, что делать дальше. — Ты охренеть какой мудрый, Юнги, — рассмеялся Чонгук и отклонился, сделал шаг назад. — Закройся, мелкий, и вали отсюда, — Юнги подтолкнул его в сторону коридора. — Жду наконец знакомства с твоим Тэхёном. — Оно будет, — усмехнулся Чонгук. — не сомневайся. _______________________ — … По предварительным данным, Сон Борам исчез девять дней назад. Его брат, Сон Инхан, не смог до него дозвониться утром, телефон до сих пор недоступен. Уже заведено уголовное дело по факту исчезновения. Полиция разбирается в ситуации, но пока не может сделать никаких официальных заявлений. Все, кто располагает какой-либо информацией, просьба сразу же обратиться в полицию. Напоминаю, что Сон Борам является бизнесменом и владельцем одного из казино нашего города… Тэхён выключил телевизор, прерывая вещания диктора, откинул пульт на пол и тяжело вздохнул, лежа на спине на диване. — Ну, и что думаешь? Голос Хосока в трубке телефона был тихим и спокойным, Тэхён скривил губы. — Я не знаю, что думать, Хо, — Тэхён прикрыл глаза и потер лоб. — Ясно одно, что если и ждать проблем, то именно от брата Борама. Ты знал о нем? — Нет, но я выяснил, что он уехал в другой город, у него там небольшая сеть ресторанов. Решил узнать сразу, когда два дня назад впервые увидел это обращение в новостях. Квон пробивает подробности. — Понятно. Вот и приехал братик к нам в столицу. Только неясно, чего ждать. В курсе ли он дел Борама или они вообще не особо близки. У Сона по-любому есть приближенные, как ты и Квон у меня. Выясните, кто они. Они если и понимают, кто стоит за исчезновением хозяина, могут не полезть. А если старший брат узнает, то явится. Только не ясно, к нам или в полицию. — Да, это вопрос. Но у нас все чисто. Есть алиби на ту ночь, и вообще мы не в курсе ни насчет дел Борама, ни о том, где он может быть. — Именно так, — ответил Тэхён. — Я сотни раз обдумал всю эту ситуацию, пытаясь понять, ничего мы не упустили? Все было так неожиданно, главное, чтобы без ошибок. — Я тоже думал об этом, как и Квон. Записи все проверены и перепроверены, а люди, которые в этом замешаны, знают, что молчание — золото, а если откроют рот, то это будет в последний раз. — В этом я не сомневаюсь, Квон умеет подбирать людей. — Кроме Минхо, — усмехнулся Хосок. — Да, кроме Минхо, — фыркнул Тэхён. — Сука, сколько проблем из-за двух мудаков, которым не жилось спокойно. — Это точно. В общем, нам остается только ждать и жить дальше. И надеяться, что в нашу дверь не постучат. — Очень на это надеюсь. В огромной квартире тишина и темнота. Поговорив с Хосоком, Тэхён лежал на диване и смотрел в потолок. Он последние два дня провел практически только так. Не было сил двигаться или что-то делать, тело ощущалось таким тяжелым, как и голова. А теперь еще приходилось думать о том, что будет дальше с исчезновением Борама. Это было ожидаемо, ведь он не какой-то там Минхо, который исчез и никто не заметил. Он крупный бизнесмен, у него свое казино и штат сотрудников, его исчезновение не пройдет тихо. Именно поэтому Тэхён и не собирался его убивать, знал о последствиях. Но все вышло по-другому. Как же он ненавидел, но в то же время обожал ту ночь в казино. Не мог не вспоминать то, что было «до», но как же жалел, что случилось «после». Как все исправить, Тэхён не понимал. А сегодняшний звонок от Чонгука чуть не свел с ума. Тэхён действительно будто и не ждал уже, что его котёнок появится. Словно внутри решил, что никогда больше его не увидит. А разве Чонгук сможет забыть, что из-за Тэхёна его чуть не убили? Сможет забыть срыв самого Кима, когда он застрелил Минхо? Чонгук весь путь сомневался, и Тэхён это чувствовал. А теперь причин для сомнений у него было предостаточно. Но этот звонок… В одну секунду показалось, что сердце остановится. И палец уже почти нажал на зеленый значок ответа, но Тэхён сбросил вызов, отключил телефон и откинул его подальше. По какой бы причине ни звонил Чонгук, Тэхёну нечего было ему сказать. Если Чонгук хочет сказать, что они больше вместе не будут и полностью разорвать официально отношения, то Тэхён этого слышать не хочет. Если его котёнок решил, что может дать им шанс, то Тэхён не знает, как его вернуть сейчас в свою жизнь. Все неясно, зыбко и шатко. Подвергать опасности его он не хочет и не будет. А если всех их посадят, что должен делать Чонгук? Носить передачки раз в месяц? Длительные свидания раз в три месяца, если разрешат? Это жизнь для них? Нет, для Чонгука он такой жизни не желал. Если все всплывет, то Тэхёна либо убьют, либо посадят очень надолго. А пока он не уверен, что все будет хорошо, Чонгуку не место рядом. Но как же, сука, хотелось услышать любимый голос, узнать, что он хотел сказать. Как же хотелось его увидеть, обнять, просто в руках сжать. Тэхёну казалось, что он лежит на диване, а сверху на него положили гранитную плиту из сожалений, тоски, чувства вины и огромной любви, которая сейчас только боль причиняет. Как сделать правильный выбор? Что он сейчас может пообещать Чонгуку? Спокойную жизнь? Нет, как это возможно, если он сам не знает, что будет завтра. Пообещать, что все бросит и будет хорошим? Нет, ведь если начнут мстить напрямую, а не через полицию, то Тэхёну придется давать отпор. Впервые в жизни Ким Тэхён жалел, что жил именно так, и о принятых давно решениях. Потому что именно это сейчас мешает ему быть счастливым рядом с любимым человеком. Звонок в дверь был очень неожиданным. На часах почти двенадцать ночи и ему не звонили с поста охраны, значит, это либо Хосок, либо Квон. С Хосоком он разговаривал почти два часа назад, сам не заметил, как ушел в себя, в свои мысли, он сейчас постоянно только там, если сознание не отрубается в беспокойном сне. Звонок повторяется, Тэхён вздыхает и встает, не понимая, зачем парням к нему приезжать, если можно позвонить. Но они слишком беспокоятся за него, и он не удивится, если на пороге стоит Хо с пакетом бутылок и едой, вновь попытается его накормить. Когда Тэхён открывает дверь, то в первые секунды не понимает, что видит Чонгука, разум не может воспринять его образ. Не может принять тот факт, что он стоит напротив и смотрит своими расширенными, невозможно прекрасными черными глазами. Воздух застревает в легких, Тэхён с силой сжимает ручку двери и, кажется, падает. Внутри невыносимо больно, но в то же время безумно хорошо просто от того, что он видит взволнованное любимое лицо. — Тэхён, я… — Уходи, Чонгук. Ким пытается закрыть дверь, Чонгук на рефлексах делает шаг вперед, поверить не может, что Тэхён хочет его выгнать. Он ладонями нажимает на дверь, не дает ее закрыть, и шипит: — Какого черта, Тэхён? Я хочу поговорить. — Мне нечего тебе сказать. — Да, блять, послушай… — Нет, котёнок, это ты послушай, — глухо говорит Тэхён, смотря в черные глаза и все еще держа дверь, чтобы Чон не вошел. — Ты все правильно сделал, когда ушел. Такая жизнь не для тебя и тебе нельзя сейчас находиться рядом со мной. Пойми ты это. — Ты опять за меня решаешь? — со злостью ответил Чон. — Снова так поступаешь, да? — Для твоего же блага. Уходи, я не могу… — И не собираюсь, — Чонгук толкает дверь, но Тэхён в этот момент отталкивает его и захлопывает ее перед носом Чона. — Ты свихнулся, Тэхён?! Открой эту чертову дверь! Чонгук стучит кулаком по черному металлу, а Тэхён прижался к двери лбом и ладонью накрыл грудь, где сердце до боли заныло. Какой же он красивый, такой родной и любимый… И как же невыносимо больно. — Тэхён, я не знаю, что происходит, но нам нужно поговорить! И снова удар, Ким пятится от двери, прожигая ее взглядом. — Я сказал, что сейчас не время, Чонгук, — крикнул он в ответ. — Лучше возвращайся обратно к Чимину, чтобы я знал, что ты в безопасности. — А ты? Ты в безопасности? Ты не можешь так поступать. Не смеешь решать за меня, ты понял? Когда я снова тебя увижу, то придушу голыми руками, ясно тебе, Тэхён?! И ты обещал, что не отпустишь. Столько раз это говорил, а я верил тебе. Ты мне обещал, Тэхён! Эти слова словно наизнанку выворачивают, Тэхён до боли жмурит глаза и мотает головой. Голос Чонгука злой и чуть дрожит, и Тэхён его прекрасно понимает. Его котёнок ненавидит, когда за него что-то решают, а Ким снова поступает именно так. Но опять же, только для того, чтобы обезопасить. — Убирайся, я сказал! — рявкнул Тэхён и ушел в самую дальнюю комнату, чтобы не слышать голос Чонгука, а самое главное, не сломаться и не открыть дверь. Чонгук чуть отшатнулся от двери и застыл, когда услышал этот крик. Дышал тяжело и пытался прийти в себя, чуть прочистить мысли. Увидеть вновь Тэхёна было так хорошо и так больно одновременно, он правда не ожидал, что Тэхён его прогонит. А это значит только одно: происходит что-то плохое. Если Ким сказал ему уезжать из города, значит все действительно плохо. Либо Хосок его сегодня обманул, когда они днем разговаривали по телефону, либо еще не наступил пиздец, но они его ждут. Потому что Чонгук ни за что не поверит в то, что он Тэхёну не нужен. Он боль, огромную и невыносимую, увидел в родных глазах, такая же и его самого разрывала изнутри. Чонгук знает, что Тэхён его любит и опять хочет обезопасить, но нет, в этот раз он не уйдет. Они все решат, и он об этом позаботится. — Хрен тебе, Ким Тэхён, — прошептал Чонгук и пальцами зачесал волосы назад, чтобы челка не падала на лоб. — Мы с тобой все равно поговорим, когда я попаду в эту квартиру. Чон хватает сумку и идет в сторону лифта. Кусает губы и думает, как заставить Хосока пойти против воли его лучшего друга. Потому что только он сможет ему помочь. Ведь возможно, когда Чонгук выйдет из этого охраняемого комплекса, его обратно не впустят по распоряжению Тэхёна. Можно сидеть под дверью и ждать, но ждать надоело, потому что страх и тревога все больше захватывали разум. __________________________ Тэхён мерил комнату шагами и пытался успокоиться. Нет, он так не сможет. Он несколько дней уверял себя, что Чонгуку будет лучше, если он будет как можно дальше от него. Но сейчас вновь увидев его, он сломался внутри. Вся уверенность и понимание, что главное — это безопасность любимого человека, улетели к чертовой матери. А в голове мысли лишь о том, что нужно сделать, чтобы вновь быть вместе с истинным. Как все решить? Что придумать? А главное обезопасить. Тэхён не знал и бесился, сжимая кулаки и наворачивая круги по большой гостевой спальне. Он не может все бросить и уехать. Не может запереть Чонгука дома и обставить охраной. Бессилие и понимание того, что он не контролирует ситуацию и находится в подвешенном состоянии, приводили в ярость. А перед глазами Чонгук. Блять, до невозможности красивый, словно нереальный, как будто сон или мираж. Тэхён конечно не забыл его образ, он минута за минутой в голове, но когда увидел, подумал, что это глюк. И он не может, он хочет быть рядом. Сорвали контроль и все установки, которые себе поставил Тэхён, всего лишь эти пара минут, которые он видел любимого. Все, большего не потребовалось. И теперь в голове только мысли о том, кого нужно пристрелить, чтобы жить спокойно? Что нужно сделать, кого купить или шантажировать, чтобы, блять, их оставили в покое. Он сам сейчас кричал, чтобы Чонгук уезжал, но спустя полчаса понял, что нет, больше не отпустит. Если Чонгук сам пришел… Если он сам хотел поговорить и хочет быть рядом, то Тэхён вцепится в него и точно больше не откажется. Ведь он обещал котёнку, но отпустил, дал свободу, которую Чонгук всегда просил. Но вот котёнок сам пришел, сам кричал, что Тэхён ему обещал, и это сердце разрывало на мелкие кусочки. Может, он ждал? Все это время ждал, что Тэхён придет и заберет? Если это так, то это сделает его самым счастливым человеком. Тэхён не сдержал легкой улыбки, внутри стало чуть легче от этой мысли. От мысли о том, что несмотря ни на что Чонгук пришел, требовал, кричал и хотел к нему. Ведь именно этого боялся Тэхён, боялся, что он не нужен будет после того, что произошло. Но Чонгук был здесь, а это значит, что вместе они точно будут. Первое желание — это позвонить истинному, встретиться. Но нужно что-то придумать, а как решить проблему с мертвым Борамом и его живым братом, Ким не представлял. Если за ним начнут следить и поймут, кто такой Чонгук, это станет самой огромной проблемой. И как быть рядом и одновременно не навлечь опасность, Тэхён понятия не имеет. Но что-то придумать нужно и поскорее, потому что он больше ни дня не выдержит без своего котёнка, он загнется к чертовой матери. Телефон вибрирует в кармане, Ким быстро его достает, надеясь, что это Чонгук. Но незнакомый номер заставляет нахмурить брови, неприятное предчувствие всколыхнулось внутри. — Да. — Доброй ночи, Тэхён. Незнакомый грубый голос звучит тихо и спокойно, Тэхён щурит глаза и смотрит в окно, которое не прикрыто шторами. — Доброй. — Думаю, мне нужно представиться. — Было бы замечательно, — спокойно отвечает Тэхён, уже понимая, какое имя сейчас услышит. — Меня зовут Сон Инхан. Я родной брат Сон Борама. Думаю, ты знаешь моего брата. Это не вопрос, а утверждение, Тэхён дернул челюстью и ответил ровным голосом: — Да, конечно, мы с Борамом знакомы. И я слышал, что он пропал, по телевизору только об этом и говорят. Есть какие-либо новости? Тишина в трубке напрягала, а вся ситуация заставляла адреналин взыграть в крови. Вот и началось… — Нет, новостей пока нет никаких. Но я хотел бы с тобой поговорить. Лично и наедине. — Со мной? — усмехнулся Тэхён. — Если я могу как-то помочь, то сделаю это. — Очень надеюсь, что сможешь, Тэхён, — голос стал холоднее и будто с насмешкой, стало ясно, что братик знает многое. — Я был вчера и сегодня в твоем казино. Поздравляю, отличное заведение. Моему брату есть куда расти. — Спасибо, — с улыбкой ответил Ким, развернулся и исподлобья посмотрел на свое отражение в зеркале. — Думаю, у него все впереди, все же мы с отцом десять лет бизнес развивали. — Я тоже надеюсь, что у него все впереди, — прошептал Инхан. — Но тебя я не застал здесь, сказали, что ты не появляешься в казино. А разговор очень срочный. — Да, у меня личные дела, поэтому за меня работают другие. Но если это срочно, то можешь приехать ко мне, я дома. Позвоню на пост охраны, покажешь документы, и тебя пропустят. — Было бы замечательно, разговор и правда срочный. Адрес можешь не скидывать, я в курсе, где ты живешь. Скоро буду. Звонок завершен, а Тэхён медленно опускает руку, в которой сжимает телефон. Понимает, что, возможно, поторопился и нужно встретиться где-то на нейтральной территории. Но с другой стороны, тут везде камеры и если что-то случится, Инхан будет на записи. Хочется уже решить все это, заебало ожидание и напряжение. Да и так понятно, что Сон-старший в курсе того, что хотел провернуть его младший брат, иначе зачем ему встречаться с Тэхёном? Он никак не связан с Борамом, они знакомы поверхностно. Тэхён быстро идет в свой кабинет, на ходу набирая номер Хосока. Открывает верхний ящик стола и достает пистолет, рукой роется глубже в ящике, чтобы найти глушитель. — Да. — Хосок, мне звонил Сон Инхан. Он, походу, все знает, и сейчас едет ко мне. — Что? — рявкнул Хосок, пока Тэхён зажал телефон между ухом и плечом, и вкручивал глушитель в ствол. — Ты ебанулся… — Я в курсе, — фыркнул Тэхён и пошел в гостиную, держа пистолет в руке. — Вот сегодня поговорим и все решим. Поэтому давай, приезжай ко мне, хрен знает, как все обернется. Ты же в казино? — Тэхён, блять, жди меня. Ты не в том состоянии… — Я в ахуенном состоянии и я заебался жить, как на пороховой бочке, ждать, с какой стороны меня цапнут за задницу. Видишь, я тебе звоню, все будет отлично. А потом, наконец, я буду со своим котёнком. — Я уже еду, не твори хуйню. — Как скажешь, мамочка, — фыркнул Тэхён и отключил вызов. ____________________ — Блять! Хосок кидает телефон на стол, вскакивает и достает пистолет из верхнего ящика, проверяет обойму. Чонгук тоже вскочил на ноги и смотрит на Хосока расширившимися глазами, пока тот проверяет пистолет. — Что происходит? — Наш умный Тэхён как всегда решил форсировать события, — раздраженно ответил Хосок, взял телефон и ключи, и направился к выходу из своего кабинета. — И что это значит? Чонгук дернул его за рукав рубашки, чтобы тот остановился и посмотрел на него. Хосок вздохнул, смотря в черные глаза, которые прожигали настойчивым взглядом. — Послушай, в ту ночь умер не только Минхо, но и еще один парень. Влиятельный бизнесмен. Мы этого не планировали, да и он сам виноват. Там был выбор — или я, или он. Квон спас меня, как и тебя в ту ночь. Мы не хотели, но так получилось. И поэтому мы ждали проблем, потому что тот парень был не просто кто-то там, у него есть деньги и связи, таких просто так не забывают. И вот мы дождались. Его родной брат нашел Тэхёна и сейчас едет к нему, чтобы поговорить. А этот идиот вместо того, чтобы устроить нормальную безопасную встречу, ждет его у себя дома. Он устал ждать и волноваться. Но самое главное, он устал от того, что именно из-за этого не мог быть с тобой. Волновался, что опять заденет тебя. Поэтому я его понимаю, но блять, мне лучше поторопиться. — В смысле — тебе? — рявкнул Чонгук. — Я тоже поеду, Хосок, даже ничего не говори по этому поводу. Хосок скрипнул зубами, кивнул и они оба вышли из кабинета. ____________________ — Проходи, присаживайся, — спокойно сказал Тэхён, заходя в гостиную. Он подошел к дивану и сел с краю, широко расставив ноги и следя пристально за своим гостем. Они с Борамом были похожи. На вид Инхану лет тридцать пять, он высок и хорошо сложен. Его образ более серьезный, а взгляд цепкий, этим он отличался от младшего брата, который выглядел более легкомысленно и постоянно с неприятной усмешкой на лице. Инхан осмотрел большую гостиную, подошел к дивану и сел напротив Тэхёна с противоположного края. Перевел на него взгляд и посмотрел прямо в глаза, оценивая, проверяя, будто хотел считать все по глазам. — Я не особо понимаю, о чем ты хотел со мной поговорить, — спокойно сказал Тэхён. — Думаю, тебе понятно, о чем я хотел поговорить, — серьезно ответил Инхан. — О Бораме. — Ну, это логично, — усмехнулся Тэхён. — Что именно ты хотел обсудить? Ким физически ощущал напряжение Инхана, его взгляд давил, но Тэхён не собирался под ним съеживаться, это точно не первый серьезный разговор в его жизни, в котором придется блефовать. А судя по тому, что под пиджаком у его гостя припрятан пистолет, разговор может перейти в довольно интересное русло. — Не будем ходить вокруг да около, — ответил Инхан. — Я прекрасно знаю, что мой брат решил прибрать к рукам тех, кто отмывал у тебя деньги. Хотел разрушить твой бизнес, а тебя отправить за решетку. Работал с одним парнем из твоей охраны, который сливал информацию. И вот и Борам, и этот парень, Минхо, по-моему, пропали. И есть у меня стойкое ощущение, что ты в курсе, где они. Я бы даже сказал, что ты знаешь, где конкретно они закопаны. Тэхён отвечал на пристальный взгляд безразлично и медленно моргая, полностью контролируя лицо, чтобы не выдать ни одной эмоции. Затем, не сдержавшись, фыркнул и ответил: — Как интересно. Ты это знал, а я был не в курсе. Значит, Минхо я должен был не просто выгнать за то, что он воровал. Нужно было наказать за предательство. Ким не собирался все выкладывать, ведь возможно у Инхана есть диктофон, а это просто способ выведать правду. Хрен знает, что скрывают эти темные глаза, которые изучают его, не отрывая взгляда. — Не нужно врать, Тэхён. Если я не прав, то куда же они оба пропали? Причем, вместе с охраной и их машинами? — Откуда мне знать? — Тэхён безразлично дернул плечами. — Может, они любовники и решили сбежать вместе. Инхан скрипнул зубами в ответ на ленивую усмешку Тэхёна. Было заметно, что он начинает терять контроль, поэтому пистолет, который был спрятан под подушкой рядом с Кимом, давал больше уверенности. — Ты, блять, думаешь это смешно? — сквозь зубы прошипел Инхан. — Я знаю, что ты причастен к этому и уверен на девяносто девять процентов, что мой брат мертв. Я ему говорил, чтобы он не лез в это, тем более зная твою репутацию, но был у моего брата такой недостаток — зависть называется. Он уверял меня, что ты ничего не узнаешь, а очнешься только за решеткой, но, видимо, он просчитался. Да, Тэхён? Ким смотрел в ответ спокойно и холодно, пытаясь сдержать злость. Его явно провоцируют, поэтому лучше не вестись. — Могу сказать одно, — спокойно начал Ким, — ты определенно умнее своего брата, раз давал такие отличные советы. Но я понятия не имел, что творится у меня за спиной. Если бы я это знал, то прекратил бы. И точно не убивая Борама, потому что это принесло бы мне проблемы. Например, в лице его мстительного старшего брата, — губ коснулась легкая усмешка. — Поэтому ничего нового я тебе не скажу. Я видел Борама месяца четыре назад на одном приеме, после этого я улетел из страны почти на два месяца. А когда вернулся, был занят делами казино и опять же не видел Борама. Так что, — Тэхён пропустил пальцы сквозь темные, чуть вьющиеся волосы, — не нужно меня вмешивать туда, к чему я не имею никакого отношения. Инхан молчал и смотрел на Кима, который спокойно смотрел в ответ. — Знаешь, а я тебе не верю, — Инхан неприятно усмехнулся и начал легко одергивать рукава своего черного пиджака, Тэхён внимательно следил за его руками. — Я даже уверен, что у тебя есть алиби на ту ночь, ты же тоже умный, да, Тэхён? Я просто не знаю, что мне делать дальше. Пойти со своими знаниями в полицию? Убить тебя и так отомстить за брата? Или же поймать твоего истинного и развлечься с ним. Он очень красивый, я могу это признать… — Сука, лучше замолчи, — прошипел Тэхён, выпрямляясь в спине, его глаза засверкали яростью, а дыхание ускорилось. — Я тут тоже справки навел, господин Ким, — Инхан лениво улыбнулся и чуть подался вперед. — И если этот мальчик будет у меня, ты все сделаешь, я прав? И казино свое мне подаришь, верно? Машину и эту квартиру. Как думаешь, это будет достойная плата за жизнь моего любимого младшего брата? Последние слова Инхан выплюнул со злостью, а у Тэхёна срывает тормоза. Он выхватывает пистолет из-под подушки, в этот же момент Сон делает то же самое, они оба вскакивают на ноги и снимают предохранители. Смотрят друг на друга и молчат. Тэхён первым прерывает тишину, говорит хрипло: — Ты же понимаешь, что этими словами подписал себе смертный приговор. Это я так просто не оставлю. Ты угрожал моему истинному и всему тому, чем я владею. — И что же ты сделаешь? — холодно спросил Инхан. — Убьешь меня? Мне интересно, а как ты вынесешь отсюда мое тело? Как сотрешь записи? Куда денешь мою машину? И что самое интересное, что сделаешь с исходящим звонком с моего телефона на твой номер? Когда звонки проверят, он будет последним в списке вызовов, и полиция придет к тебе, проверит все. Я тебя убивать не собираюсь. Сейчас. Я описал тебе перспективы, которые тебя ждут за то, что ты убил моего брата. — Ты прав, — спокойно ответил Тэхён, стараясь контролировать тело, чтобы рука не дрожала от напряжения, — я тебя тоже не убью. Сейчас. — Ох, как страшно, — фыркнул Инхан. Шум со стороны коридора отвлекает Инхана, он всего на секунду поворачивает голову. Тэхён в этот момент делает быстрый шаг, одной рукой хватает руку с пистолетом и поднимает вверх, чтобы он не целился в него. Бьет основанием магазина своего пистолета по запястью со всей силы в то место, где тонкая кожа и переплетение вен. Инхан шипит, но пальцы разжимаются, а пистолет с металлическим лязгом падает на пол, Тэхён его отпихивает ногой под диван. В этот момент в гостиную забегает Чонгук и быстро оценивает то, что видит. Какой-то мужчина пытается оттолкнуть от себя Тэхёна, а у Кима в руке пистолет. Сзади забегает Хосок, Тэхён это замечает и отвлекается, его глаза расширяются, когда он видит Чонгука. Инхан пользуется этим и отталкивает его от себя. То, что происходит дальше, Чонгук помнит, как в замедленной съемке, хотя прошли секунды. Хосок что-то кричит Тэхёну, но тот смотрит на Чонгука, который уже бежит к нему. Он заметил блеск лезвия и не понимая, что делает, кидается на Тэхёна, обнимает крепко, потому что в голове мысль «Нет, только не Тэхён». Единственное, что он почувствовал — это удар чуть выше поясницы сбоку справа. Потом что-то теплое начало пропитывать одежду, но Чонгук только сильнее вцепился в Тэхёна, обнимая за шею двумя руками и смотря в испуганные карие глаза. — Хосок, «скорую»! Быстрее, блять, звони, Хосок. Чонгук чувствует, как Тэхён одну ладонь прижимает к его спине, второй обхватил лицо и говорит что-то, Чонгук быстро моргает, потому что красивое лицо начинает расплываться перед глазами, а ноги начали слабеть. — Котёнок, не отключайся, ты слышишь меня? Чонгук, — ладонь чуть хлопает по щеке, Чон медленно моргает, — не отключайся, я сказал! Смотри на меня. Тэхён видит, как мутнеет взгляд черных глаз. Он ладонь прижимает к ранению, и как же ненавидит ощущение теплой липкой крови, которая течет между пальцев. — Котёнок, на меня смотри, я сказал! — Я люблю тебя, — улыбка вышла кривой, Чонгук поморщился, колени чуть подогнулись. — Я правда люблю, Тэ… — Котёнок, нет, — Тэхён сглотнул, — все будет хорошо. Не отключайся, слышишь. Котёнок, пожалуйста! — «Скорая» едет. Голос Хосока звучит как из другой комнаты, потому что все внимание только на Чонгуке, который закатывает глаза и оседает в руках Тэхёна.