Личный дневник

Вечернее небо окутало глубоким, синим цветом, который переплетался с черным оттенком. Оно казалось бескрайним и от него веяло меланхолией. Звезды чуть мерцали и угасали с каждой следующей минутой. Желтую луну закрывали почти прозрачные, серые облака, которые плыли по ночной реке. В лесной гуще иногда выли волки и каркали ободранные вороны. Тени деревьев падали на поляну, на которой уже скоро, в июне, начнут проростать ромашки. Май, а вечером все равно прохладно. Сырая трава немного трепетала от легкого ветерка. Все было мрачно и черно, лишь в доме горели огоньки света. И в одной из этой комнаты, за писменным столом сидел парень лет шестнадцати. Вокруг были разбросаны рисунки, тетрадки и учебники с канцелярией, но самое главное на этом столе был блокнот, в котором Антон усердно что-то чиркал. У зеленой, настольной лампы летал мотылек, греясь о горячую лампу. Руки уже болели от письма, но парень не останавливался; он тщательно и красиво выводил буквы. Вид его был мягко говоря не очень: синяки под глазами, будто он не спал сутками; ободранные руки, а именно кожа вокруг ногтей; раны и ссадины на лице. Не посчастливилось ему стать главной грушей для избиений и оскорблений у хулиганов. Однако последние два года они не так докапывались, как раньше. Помнит, как сейчас. Как только он пришел в класс, и на него сразу накинулись голодные, хищные улыбки этих отморозков. Думая с кем бы подружиться, парень предпочел, так называемую, главную скрипку школы- Полину. Девушка была невероятной красоты: мягкие, розовые губки, которые всегда издавали приятные речи, смех и песни; голубые, как ясное небо, глаза, такие большие и выразительные, которые слегка прикрывали темные ресницы; черные волосы, они всегда развивались на ветру так легко и плавно, иногда девушка их заправляла под ухо, что выглядило крайне кокетливо. В то время она сильно заинтересовалась новой персоной класса, но Антон не был предупрежден, что это общение с ней ему дорого обойдется. На зимнем морозе высыхала кровь из носа и губы, а очков и вовсе не было на лице. Ему повезло, что Полина в то время рассказала его семье о произошедшем случае, а то так бы и замерз бедняга. Лишь боль в голове отдавала треском, казалось черепная коробка и вовсе сейчас расколится и осколки больно вопьются в мозг. Рассудок крайне мутный, помнится тихая музыка из радио, и как за лобовым стеклом валит хлопьями снег. Все продрогло до костяшек, встречать новый день и вовсе не хотелось, заранее предугадывая завтрашний день. Придя домой мать отчитала и заставила на больную голову идти и делать уроки, но сон настигнул слишком незаметно и ничего не сделав, парень улегся спать. Следующий день показался пыткой. Записка на спине «пни меня», никак не отлипала от спины, сколько не сдирай, она вернется. Семен весь день то ставил подножки, то что-нибудь похуже. Девушка пыталась одгородить их, но логично, что их это не остановило. Однако спустя несколько месяцев они успокоились и больше так часто не домогались. Но Семен до сих пор не вырос и продолжал подкалывать, но уловив суровый взгляд Пятифана, замолкал. Антона это успокаивало, Рома стал более адекватный и иногда они даже перекидывались словами без подколов и агрессии. Рома похорошел: черты лица приобрели более четкие линии; парень вытянулся в рост и достигал почти метр девяносто; тело стало более подкаченным, появился ярко выраженный пресс. Мировозрение и цености у него тоже изменились, и теперь из быдловатого хулигана, он стал адекватным и безразличным на первый взгляд парнем. Подтянулся в учебе из-за чего был принят в десятый класс. Пятифан начал меняться и Бяша за ним. Особых ценностей и приоритетов у него не было, зато было хорошее, хоть иногда и тупое, чувство юмора. Бяша сам по себе никто без Ромы, поэтому только и мог следовать за ним. Полина тоже менялась, но уже в худшую сторону. Девушка будто устала подражать всем и стала вести разгульный образ жизни. Она каждый день звонила Петрову с новой вестью о том, с каким же она «крутым» парнем повстречалась. И так изо дня в день. Парень попросил девушку больше не рассказывать ему о произошедшем, так как слушать теперь Морозову не было никакого желания. Девушка обижалась, но смирилась и стала это рассказывать сплетнице школы, что однозначно, секретно от нее разлеталось по всему девечьему округу. Антон и сам может немного испортился, но это не было столь заметно. Похотливые мысли в подростковый период в особенности приходили все чаще. Только была проблема, что все эротические сны и мысли были забиты Ромой. Низ живота всегда горел от прокуренного, но бархатного голоса; от прикосновений, хоть и не всегда нежных. Приходилось кусать губы, чтобы не подавать виду. Он знал, что это раскроется, был только вопрос когда и при каких обстоятельствах. А детская влюбленность к Полине и подавно прошла после одного случая. Седьмой класс, Петров идет по пустому коридору. Тот же май на дворе, поэтому лучи солнца скользили по полу, и пылинки поднимались вверх. Глубокая тишина прерывалась шагами. Антон шел к повороту, где он обычно встречался с девушкой. Хоть сегодня они и не договаривались встречаться, но он знал, что она будет там. Кабинет музыки, который так любила Морозова, был недалеко от этой подворотни, потому и сомнений не было, что он ее встретит приблизительно здесь. Парень зашел и хотел было пойти ближе к кабинету как увидел фигуру хулигана, который стоял прямо в дверном проеме класса. Он ни за что не спутает эту синюю олимпийку и спортивки. Глаза Антона наполнились некой обидой, когда Полина вышла и обняла Пятифана. Да, Петров не сомневался, что Рома любил Полину и не осуждал его за это, так как сам такой. Но Полина, она всегда говорила ему, что Пятифан ей ни интересен вообще. А тут она уже идет с ним под руку. Антон опустил глаза в пол, и они начали наполняться соленной водой. Быстро вытерев их рукавом рубашки, он лениво поплелся к выходу, надеясь не встретить парочку. Но придя домой его разум окутало сомнение, правда ли он любил Полину? Скорее эта была обида за сказанное, а не за разбитое сердце. Сердце как раз разбивалось из-за Ромы. Чувство подавленности не перебивалось ни с каким другим. Однако после этого, он засомневался в каждом слове Морозовой, решив, что теперь он будет все проверять, а не верить. Сейчас же улыбка расплывалась на его лице, а мягкие, почти невидные, из-за нестабильного питания, щеки налились румянцем. Лучше никому, никогда не знать, что он там пишет и о ком. Парень положил нужные учебники в портфель, а остальное положил на полку, оставив закрытый, бежевый дневник на столе. Вел он его давно, примерно с девятого класса, всегда вкладывая нужные листы. Там было все о его жизни, все личные темы. Выключив лампу и прогнав в окно мотылька, который издавал жужжание, Антон улегся спать. Уснул он быстро и безмятежно, не думая ни о чем в тот момент. За дверью появился небольшой силуэт. Это была Оля. Придя проведать брата, она обратила внимание на лежащий блокнот на столе. Подойдя к столу, девочка принялась листать странички, пытаясь понять, что это за тетрадь. Читать она не стала из-за темноты в комнате, а включать и будить Антона не собиралась. «Ладно, положу на всякий случай, вдруг забыл» - подумала Оля и положила блокнот в портфель, а сама потихому вышла из помещения. Утром Антон ничего не заметил. Рюкзак лишний раз не открывал, а Оля и вовсе забыла про это. Идя по слякоти, в голове парня всплывали тревожные мысли насчет этого дня, но он перевел это все на обычный недосып. Белые локоны освещало еле взошедшее с горизонта солнце, а сквозь ветви деревьев было видно грязно-голубое небо. Зайдя в здание и пройдя по коридору, он наткнулся на уже до боли знакомые личности. Семен, Бяша и Рома. - Ой смотрите ка кто идет,-рыжий сделал издевательский оскал, оголяя свои желтые зубы- это же наша принцесса. Парень загоготал, но этого никто не подхватил, Бяша закатил глаза, а Рома и вовсе так и стоял и глазами сверлил стену. - Знаешь, у меня и то шутки посмешнее будут, нежели у тебя- фальшиво улыбнувшись, блондин прошел дальше, пока карие глаза провожали его, неотводя хищного взгляда. Через минуту прозвенел звонок. Был урок литературы, так что Антон даже не стал доставать учебник, а лишь лежал на парте. Очки съехали, он немного задремал, поэтому не заметил как из его рюкзака достали тот самый личный дневник. Толстые пальцы сжали тетрадь и Семен победно улыбнулся. Немного опершись о парту, он дернул за олимпийку Пятифана. Уловив хмурый и одновременно вопросителтный взгляд он начал: - Зырь че у ботаника нашел- протянув сжатый дневник, он немного усмехнулся. Рома ничего не ответил, он молча взял тетрадь и еще больше насупился. - Блять, я не пойму, тебе делать нехуй?- раздраженно проговорил шатен и закатил глаза,- поскольку зная тебя ты не отдашь ему, я забираю его себе, главное потом не забыть отдать- последние строки он сказал тише, больше себе. Семен недовольно сдвинул брови в переносице и хлюпнул носом. Звонок прозвенел, народ двинулся в коридор или столовую, Антон не исключение. Решив проведать сестру он поднялся наверх. На третьем этаже были младшеклассники или среднечки, поэтому беготня, сносящая с ног, ребят была повсюду; какие-то незначительные разборки кто кого обидел проходили в толпе. Из класса вышла Оля. Антон сразу нашел ее во всей массе нудных школьников. И правда она очень выделялась среди них: на ее лице всегда сияла улыбка, а белые волосы и ярко голубые глаза, всегда выделяли ее из толпы. Помахав ей и подозвав, девчонка откликнулась и подбежала к брату, кидаясь в его объятья. - Ну как ты?- спросил парень, немного отстраняясь от теплого тела. - Хорошо,- ответила Оля и немного причесала расчесочкой волосы- кстати, я тебе в рюкзак положила тетрадь какую-то, ты ее вроде забыл положить, я только не знаю какую, в темноте не видно было. Парень изогнул бровь, пытаясь вспомнить, что он мог забыть. Вчера вечером все было мутно, он даже подзабыл, что писал в дневнике, что уж тут говорить про то все ли он положил в портфель. Олю позвала ее одноклассница, девочка обернулась и крикнула: - Сейчас иду!- она снова повернулась к брату- ладно, Тош, пока, а то мне еще надо помочь Веронике. Она чмокнула парня в щеку и удалилась в класс. Петров встал и в раздумьях пошел в класс. Голова уже гудела от потока мыслей и волнения. «А вдруг она положила мой дневник?» это промелькнуло в голове и нагнало еще большую тревогу. Если это так, то надо было срочно дойти до класса и спрятать в карман рюкзака тетрадь. Дыхание немного сбилось, по шее стекали капельки пота. Дойдя, он не обнаружил личного дневника, но при этом он не знал, волноваться ему или расслабиться. Его либо забрали, либо сестра положила другую тетрадь, по какому-то предмету. Звонок прозвенел и начался урок. Антон не вникал в слова учителя, голова была забита другим. Он уже успел наворотить себе все что угодно. Парень даже не заметил как учебный день закончен, и все поспешили домой. В кабинет сквозь жалюзи пробирался свет лучей. Щелканье ручкой становилось все интенсивней, а голова так и не работала, лишь тревога охватывала все тело. Нога уже начала дрожать, как из транса не вывел знакомый голос девочки. - Тош,- немного сбивчивым голосом сказала сестра, пытаясь отдышаться- слава богу ты не ушел, нам перенесли продленку, можешь меня подождать, а то мама не сможет меня забрать, я тут до четырех,- объявила Оля и скрылась где-то в коридоре, был слышен только быстрый топот ног. - Хорошо- проговорил себе под нос блондин и выдохнул. Рома спускался с лестницы, болтая с Бяшей. «Главное потом не забыть отдать» неожиданно пронеслось в голове. - Бля-я- протянул слово Пятифан и закинул голову вверх. - Че такое, на? - Я забыл кое-что отдать,- пытаясь без особых пояснений сказать другу, дабы потом не объясняться- короче, иди домой без меня, все равно мамаша твоя мозги ебет мне, потому что ты задерживаешься. - И то верно, ладно тогда, давай, на- Бяша помахал на прощание и побежал к раздевалке. Пятифан в свою очередь развернулся и пошел к классу. Навстречу ему вылетает девочка и врезается в него, чуть не упав с лестницы. - Давай поосторожней- спокойно сказал парень, придерживая рукой корпус малышки. - П-простите!- извинилась она и снова побежала. Рома ухмыльнулся. Она была очень похожа на Антона: такие же голубые глаза, белые волосы и неуверенность и боязливость. Парень поднялся на второй этаж, положил сумку на пол, дабы достать дневник. В руке окзался немного потрепанная, бежевого цвета тетрадь, на которой по середине, крупным текстом было написанно «личный дневник», а в уголке «Антона Петрова». Казалось такие штучки обычно девушки делают, украшают и все такое, но он не в праве осуждать чужие интересы. У каждого свои скелеты в шкафу. И иногда эти секреты лучше хранить в голове, нежели в бумажке. Так думал Роман, и с какой-то стороны он был прав. У самого парня была небольшая страсть и влюбленность в Петрова. Это была не симпатия, а именно любовь. Ему нравился довольно наивный характер блондина; его забота, которую он не боялся проявлять; и неожиданность действий. Роме нравилась и внешность парня, он хотел увидеть больше чем просто лицо, хотел увидеть, что скрывается под белой рубашкой и черными штанами. В раздевалке он пытался всмотреться в тело парня, но он всегда прятался где-то в углу, поэтому рассмотреть все не было возможности. Листая белые, иногда желтоватые страницы, не читая написанное, только молча восхищаясь каллиграфическим почерком. Но последняя страница показалась довольно интересной, как минимум, потому что Пятифан заметил свое имя. Вопреки совести он все таки решил прочитать. «Господи, Рома слишком красивый. Как же я хочу стянуть с него эти спортивки и олимпийку, которую мне кажется он с шестого класса носит, только поменяв размер. Я бы прошелся языком по его члену. Попрыгал бы на нем и молил бы сунуть как можно глубже. Я бы отдал все если бы это могло случиться.» До этого момента Роман считал Антона скромным. Улыбка не сползала с лица, даже могли представиться некоторые моменты. Он посмотрел вдаль коридора, окидывая взором нужную дверь, на которой висел ключ. - Ну Петров, хочешь так получишь. Парень встал и направился к кабинету. Тихо подойдя к дверному проему, он увидел как Антон нервно крутил и щелкал ручкой. Свиснув, дабы Петров обратил внимание на парня, он поднял тетрадку. Антон весь сжался внутри, воздух перестал доходить до легких. Он уже готов был распрощаться с миром, в особенности если дневник был прочитан. - Не это ищешь?- с ноткой веселья спросил Рома, заранее зная ответ. - Д-да,- на чуть дрожащих ногах блондин подошел и взял дневник, тут же поднимая глаза на парня- а ты, надеюсь не читал?- с капелькой надеждой спросил он и сразу же отвел взор, пытаясь скрыть смущение и страх. - Ну как сказать,- немного подождав наколяя атмосферу парень продолжил- читал последнюю страницу- он оскалился. Колени дрожали до безумства, шатену даже пришлось придерживать Антона, чтобы тот не упал. - Хей, Антош, ну ты сейчас расплачешься,- с небольшой насмешкой сказал Рома, прижав младшего к себе и поглаживая его по голове- чего ты так? я же не убью, ты этого боишься что ли? Антон был в ступоре. С одной стороны предмет воздыхания его сейчас обнимает и говорит ласковым голосом, успокаивая его, но с другой стороны, он и раньше над ним прикалывался, тогда не понятно сейчас что он делает. Но поддавшись чувствам парень успокоился и чуть отстранился от шатена, посмотрев ему в глаза. Сильные руки подняли Петрова и он оказался на учительском столе. Он выпучил глаза и залился алым румянцем, пока Рома бродил руками по бедрам и ягодицам. - Однако у меня есть к тебе интересное предложение- сказал Рома, неотрывая зрительный контакт с блондином и не прекращая водить руками,- торопиться нам пока не надо, а твои хотелки я могу исполнить. Антон был красный, как рак. Он нервно сглотнул проглотив ком в горле. - Х-хорошо, попробуем- голос немного дрожал и был неуверенный. Рома ухмыльнулся, закрыл дверь и уселся на учительский стул и раздвинул ноги. - Приступай Антон осторожно встал со стола. Встав напротив он опустился на колени. Немного потупив взгляд на штанах, он приспустил их и его взору открылся привставший член. Руки лежали на коленях, облизнув сухие губы и проглотив нервный ком в горле, он прошелся языком по всей длине. Слизав предъэякулят, парень засунул головку в рот и иногда целовал ее. Шатен приглушенно стонал в руку, другой зарываясь в светлые волосы блондина. После он засунул уже пол длины члена, иногда давясь и пытаясь выплюнуть, но рука Пятифана, что держала затылок, не давала это сделать. Темп начинал ускоряться, спустя примерно пять минут, Рома сжал локоны парня и начал вдалбливать его. Глаза увлажнились, иногда пуская слезы. Излившись в полость Антона, старший отпустил его волосы и тяжело дышал. Капельки пота стекали со лба. Петров нехотя все проглотил, морщась от соленного привкуса. Вытерев оставшуюся жидкость ладонью, он поднялся на ноги. Бугорок в штанах выдавал понравившийся процесс, Рома победно оскалился. - Как вижу тебе понравилось- парень встал со стула, приближаясь к губам Антона. Тот был не против и положил руку Ромы на выпирающее место. Пятифан прищурил глаза не убирая улыбки, окончательно приблизившись он впился в губы. Чуть пухлые губы накрыло чужими губами, он иногда кусал их и сразу зализывал раны языком. Все искрилось в глазах, жажда к дальнейшим действием была сильнее всех чувств. Грубая рука сжимала и гладила член, заставляя Петрова стонать в губы. Антон оперся о стол спиной, а его бедра подхватил Пятифан. Парни отстранились друг от друга, сбивчивое дыхание не успело наладиться, как шатен начал оставлять метки на шее парня. Две последних пуговицы рубашки были растегнуты, открывая вид на ключицы. Парень примкнул к ним целуя и оставляя алые засосы. Придется искать новое оправдание для матери. Воздух становился все жарче, Антон извивался и таял под Ромой, желая большего. Член ужасно болел, что оказывало влияние на Антона, который непрекращал стонать и молить спуститься ниже и зайти дальше. Роман проводил языком по груди спускаясь все ниже к животу и доходя до члена. Он лизнул головку, Петров выгнулся до хруста в спине и слегка прокричав, но его заткнули поцелуем. - Господи Рома, пожалуйста, я не могу- моля, чуть ли не плача просил парень. Пятифан усмехнулся и взял задницу Петрова, закинул ноги на бедра, он начал скользить членом между ягодиц. Облизнув два пальца, он приставил их к колечку мышц, начиная потихоньку вталкивать их. Антон сжимал кулаки и недовольно мычал, но когда нажали на нужное место, он не то застонал, не то вскрикнул от приятного чувства. Еще немного растянув блондина, парень вынул пальцы и вставил головку члена. Петров непроизвольно напрягся, а Пятифан уже чуть ли не до синяков сжал его ягодицы. - Сука…- тихо выдал шатен- Антош, расслабься немного, а то ты и так узкий, так и напрягаешься еще. Антон послушался и немного расслабился. Вдруг за дверью послышались шаги и негодующий голос девушки. Рома тут же рукой прикрыл рот младшего, закрыв глаза пытаясь прислушаться. Был достаточно неудобный момент если бы к ним зашли. Шаги становились все отчетливее, а голос был очень знакомый. - Вот как я могла забыть эту скрипку! У меня же через десять минут занятия!- голос с каждым словом был громче. Пятифан наклонился к уху парня и прошептал: - Успокойся, дверь я закрыл, будем вести себя тихо и она нас не заметит, хорошо? Антон легонько кивнул. Парень начал задавать легкий темп. Дверная ручка дергалась, от чего Петров немного напрягался, но успокаивался, когда Рома шептал ему комплименты и прикусывал, целовал мочку уха. - Ну отлично, теперь мне надо еще и ключ от кабинета искать!- возмутился голос за дверью и было слышно отдаляющиеся шаги. Как только шаги окончательно стихли, Роман задал быстрый темп, входя почти полностью и попадая по простате. Стоны Антона, если бы не рука, были бы слышны на весь этаж, на всю школу. Но сейчас не было такой возможности, поэтому приходилось наслаждаться тем что есть. Слезы струйками катились из глаз, оставляя мокрые дорожки. Через некоторое время начала приближаться разрядка. Тело дрожало и все покраснело, капли пота стекали по лбам обоих парней, одежда была насквозь промокшей. Пятифан стал надрачивать парню, что тот через минуту кончает, сжимая внутри член старшего, от чего тот изливается. Жадно проглатывая воздух, парни томно улыбались. Ручка снова начала дергаться, а крики уже чуть ли не плачущей девушки слышались из двери. Одевшись, они сидели друг напротив друга. Стыдно было смотреть друг другу в глаза. - Что делать будем?- шепотом спросил Антон смотря на дверь. - В каком смысле? - Как нам выйти?- он посмотрел на парня. - Не знаю, у тебя в школе тут кто нибудь есть, может сестра?- Пятифан вспомнил о той девочке. - Точно- чуть вскрикнул Петров, сразу же закрыв рот рукой и убедившись, что Полина не услышала. В классе стоял телефон, Антон набрал нужный номер и послышались гудки. - Але,- раздался голос мальчика. - Але, можно Олю Петрову к телефону?- немного повысив голос из шепота до тихого голоса спросил парень. - Сейчас,- голос стих и на заднем плане был слышен гул ребят. Услашалось перебирания трубки и шумы. - Да, это кто?- немного тихо спросила Оля. - Оль это я– Антон. - А, Тоша, что случилось? Антон посмотрел на часы. Уже было три пятьдесят один. - Тут у двери стоит девушка, а выйти и показаться ей мы не можем,- он зыркнул на ручку двери, как тут же раздался громкий стук, будто бы сейчас дверь выломают,- можешь как-нибудь отвлечь девушку чтобы мы вышли и пойдем домой как раз. - Мы? - Да я с другом- на заднем плане послышался тихий смех Пятифана. - А, хорошо, ну тогда я сейчас приду, как раз занятия закончились, ты наверное услышал по крикам- девочка засмеялась,- ну ладно, сейчас встречу. - Хорошо, пока Антон положил трубку. - Ага, друзья блин- улыбаясь произнес Рома. - Ну а как мне сказать одиннадцатилетней девочке, что я тут ебался с тобой?- наигранно сделав недовольное лицо сказал Антон. Была неловкая тишина. Но удары по двери, от чего Петров пугался и подпрыгивал, ее развеяли. - Там еще не скоро твоя сестра?- с ошарашенными глазами спросил парень- а то она нам так дверь сломает. Антон сглотнул. - Кстати,- сказал парень и отвел сразу же взгляд- может это… ну парой станем?- голос звучал неуверенно, но честно. - Н-ну можем,- Пятифан победно улыбнулся, как то по доброму даже- но разве ты не любишь девушек, у тебя же их было много Рома чуть на весь кабинет не заржал, а Антон изогнул бровь. - Поверь, сколько бы не было девушек, любить я буду тебя, да и всегда я тебя любил, с твоего прихода, но сам неосознавал этого. Петров улыбнулся и обнял Рому. Тот поцеловал его в лоб и повернулся к двери. Больше не было стука и крика. Похоже Оля отвлекла ее и парни наконец-то выбрались из душного кабинета. Спустившись на первый этаж они увидели Олю. Рома сразу же узнал ее, оба парня помахали ей. Девочка подбежала и обняла брата, поцеловав его в щеку. Антон тоже поцеловал ее в щеку и сказал идти забирать их вещи. - Твоя сестра очень похожа на тебя. - Да, нам это часто говорят, хотя и характер у нее на мой похож,- он тихонько усмехнулся и опустил глаза в пол- хотя она более активная, чем я. Оля вернулась с вещами, одевшись они направились домой. - Кстати, малая, а как ты ту девушку отвлекла?- спросил Пятифан закуривая сигарету. - Да я просто сказала ей, чтобы подошла к нашей учительнице, может она брала, правда сейчас она очень удивится, когда обнаружит дверь открытой. - Это точно- проговорил Петров, смотря на профиль возлюбленного. - А чем вы там таких занимались, что даже выходить боялись?- поинтересовалась она и переводя взгляд то на Антона, то на Рому. Антон залился румяном. Рома тоже немного покраснел. Оля вопросительно смотрела на парней, не понимая почему они такие красные. - Вы целовались? - Оля! - Да- сказал Пятифан выкидывая фильтр. Наступила тишина, но она прервалась визжанием девочки. - Ура! У Тоши есть парень- она улыбнулась. Антон вздохнул. Рома тоже улыбнулся Оле в ответ, подмигивая Петрову. - Только маме ни слова!- приказал блондин скрестя руки на груди. - Клянусь! - Вот и хорошо- уже шепотом сказал Антон. Они дошли до дома Петровых. Оля уже зашла в дом, а парни еще стояли несколько минут у двери. Рома протянул дневник с довольной улыбкой. Антон взял тетрадь и его потрепали по голове, взъерошивая белые волосы. - Ну давай, пока, зайка- помахав, Рома пошел домой. Антон провожал его взглядом до тех пор, пока он не скрылся за дреблями леса. Он посмотрел на дневник в руках. - Пронесло,- парень пошел в дом. А вечером от дневника не осталось ни следа; на столе красовались зажигалка и огрызки бумаги, которые позже были выкинуты.