Я найду тебя малыш

      Вот они рисовали бабочек, сидящих на одуванчиках, вот их песня, вот их фотография с первого концерта, вот открытки, что Тэхён дарил Малышу на дни рождения, вот безделушки, что они находили, вот ещё одна песня, которую младший написал уже сам, вот рисунок, на котором Тэхён сидит и смотрит на небо. Слёзы подобрались незаметно, не спросив разрешения на свое присутствие. - Малыш... я не успел. Прости меня... - Тэхен? В комнату зашёл Джин и увидев Тэхёна, бросился к нему. - Что случилось, Тэ? Ты же собирался сегодня идти к своему другу, верно? - Джин, его усыновили... я не успел. - Усыновили? И давно? - В мой последний день рожденье. И я даже не знаю, где мне его искать, мне не сказали, кто его усыновил. Сокджин молча обнял Тэхёна и начал изредка гладить по спине. Он понимал, насколько тяжело сейчас младшему, и что его утешения сейчас не сыграют роли. **** - Гук, спускайся обедать, все уже готово, - послышался голос миссис Чон с кухни.       Это была женщина, сорока лет, с густыми волнистыми черными волосами, янтарного оттенка глазами, слегка вздёрнутым носом и сложенными в тонкую полоску губами. Достаточно добрая и милая женщина, с которой Чонгук просто не мог не поладить, не смотря на то, что был не рад что эта семья нашла именно его в том детском доме.       Чонгук спустился на первый этаж и прошел на кухню, где его уже ждали мистер и миссис Чон. Обычно он старался с ними не говорить за едой, погружаясь в свои мысли. И часто они были одинаковые: почему забрали именно его? Нет, он, конечно, рад, что у него появилась своя семья, но почему такие статные люди взяли взрослого парня, если можно было взять маленького мальчика, про которого можно было сказать, что он свой. Да, Гук уже далеко не маленький мальчик, все понимает, но это он понять не может уже долгое время. А если быть точнее - девять месяцев и тринадцать дней. А семейство Чон его думы знало, ну или, по крайней мере догадывалось. И вновь переглядываясь между собой, они безмолвно спрашивали друг друга: а сказать ли ему правду? И наконец Гук не упускает этот немой вопрос... - Что-то случилось? - Нет... То есть да... Чонгук~и, мы хотели бы тебе кое-что рассказать, да, милый? - начала миссис Чон, смотря на мужа. - Да. Чонгук, ты, наверное, уже не раз задавался вопросом: почему мы взяли тебя из того детского дома, верно? - у Гука от удивления глаза распахнулись, но он утвердительно кивнул. Как они догадались? - Так вот, мы это сделали не случайно. Конечно, ты нам безумно понравился, но была и другая причина... - на этом моменте глава семейства поджал губы и слегка опустил голову. Это тема явно была для него не из приятных и все это понимали. - Гук~и, так получилось, что я твой настоящий отец и все это время я просто не знал про твое существование... Тут у Чонгука глаза не то что расширились, они из орбит готовы были выскочить, а слёзы уже предательски потекли по щекам из этих оленьих глаз и останавливаться видимо не собирались. Как это настоящий отец? Как такое возможно? И почему не знал? Столько много вопросов и так мало ответов в голове этого мальчика. - Нам пришло письмо в декабре, - продолжила рассказ миссис Чон, - в нем было сказано, кто ты и где ты находишься с просьбой забрать тебя. Твоя мама... Гук~и, у нее был рак, и она умерла, поэтому написала нам... Она узнала о своей болезни после твоего рождения и поэтому отдала тебя в детский дом, боясь за то, что в детском возрасте ты уже потеряешь её, но спустя какое-то время её вылечили. И вскоре обнаружили злокачественную опухоль, но вылечить её не успели, и перед смертью твоя мама отправила твоему отцу письмо с просьбой позаботиться о тебе. Чонгук сидел не жив, не мёртв от такого заявления. Как это у него есть отец? И его мама... она умерла... такого просто не может быть. Всё это никак не укладывалось в голове этого светлого ребенка и единственное что он смог выговорить - это тихое: - Можно я прочитаю письмо? Мистер и миссис Чон переглянулись и после одобрительного кивка последней, мистер Чон встал и позвал за собой Чонгука в свой кабинет. Они сели за рабочим столом напротив друг друга и отец протянул, вытащив из ящика в столе, письмо. Трясущимися руками Гук открыл его и начал бегать глазами по тексту. "Дорогой Чон. Надеюсь ты ещё помнишь меня, свою первую любовь. Прости меня за то, что сбежала тогда, у меня не было выбора. Я пишу тебе это письмо, потому что нуждаюсь в твоей помощи, как никогда. Если ты это читаешь, значит меня уже нет в живых. Милый, у меня рак и его уже не вылечить. Первую опухоль мне успели удалить, но спустя несколько лет появилась новая, которая не оставляет мне ни одного шанса на жизнь. Я пишу тебе, потому что тогда, 16 лет назад я не сказала тебе одну вещь. Я беременна. Была беременна от тебя, дорогой мой Чон. И так вышло, что из за моей болезни мне пришлось оставить нашего сына в детском доме. Я не хотела бы, чтобы он видел как его мать умирает на его глазах, а это могло случиться ещё когда он был ребёнком. Я тебя прошу, позаботься о нем. Ниже дан адрес детского дома. Его зовут Чонгук. Он очень хороший мальчик, добрый и любознательный, хорошо поет и танцует. По-моему даже рисует. У него есть друг чуть постарше возрастом, я видела их, когда они играли вместе. Я навещала его издалека, до последнего момента, пока могла свободно передвигаться. Прошу позаботься о нем и прощай. Навеки твоя, Дженни." Слёзы ручьями текли по его щекам. Мама не бросала его, она болела. Смертельно болела, но все равно приходила к своему сыну, наблюдая издалека. Она любила его и важнее этого для Гука не было ничего. **** Начался октябрь, все деревья окрашивались в золотые, оранжевые, багровые и другие яркие цвета. Вновь, как и каждый год, в моду вошли пальто, свитера и другая атрибутика. Занятия в школах, колледжах и университетах уже закончились, и все ученики либо ехали домой, либо прогуливались в компаниях таких же подростков, как и они сами. Джин с Тэхёном, как обычно это бывает перекусили рамёном в излюбленной ими кафешке и шли на остановку, дабы сократить время похода в общежитие. - Ну чего ты опять хмурной такой, Тэ? -Н е знаю, Хён. - Скучаешь по нему? - Очень. Через неделю ему должно исполниться 18, представляешь? Мы дали друг другу обещание провести этот день вместе и поесть рамёна. Грустная ухмылка появилась на его лице. - Я понимаю, но мы не можем ничего сделать. Только надеяться, что вы встретитесь с ним в какой-нибудь непонятной ситуации, например... опоздаете на один автобус, как мы с тобой полчаса назад! - Да ладно тебе, Хён, следующий приедет через 3 минуты, - сквозь смех проговорил Тэхён. - Кстати.., - Джин заговорчески посмотрел на младшего. - Ууу, я знаю, что означает этот взгляд. - Что сказали змее, когда в зал зашёл судья? - И что же? - Встаньте, суд идёт! - и Джин залился смехом стеклоочистителя, ставшим таким родным Тэхёну, который уже еле держался на ногах от смеха. - Хён, ты не исправим! Кстати, вот и наш автобус, - вытирая слезы от смеха сказал Тэхён и уже начал заходить в автобус, как услышал вдалеке надрывистое: Тээ!.. Он обернулся, но сзади никого не было. Неужели показалось? - Тэ, ты чего застыл? Заходи давай, а то мы точно сегодня до дома не доедем, - в шутку сказал Сокджин и подтолкнул Тэхёна вперёд. "Что это было? Мне показалось, что это был Малыш... неужели и правда показалось?" Пронеслось в голове у Тэхёна. - Боже! Смотрите! Бедный мальчик! Вызовите скорую! - слушалось на улице, а все пассажиры прилипли к окну. - Хён, что там? - Я не вижу, походу сбили кого-то. - Может поможем? - Сейчас скорая приедет, тем более, профессор Мин завтра с нас три шкуры сдерет, если мы не выучим его лекцию. Всю дорогу домой пока старший опять строил план по лекциям, которые им нужно выучить, Тэхён был в мыслях о младшем и том, кто же его в итоге звал и звал ли вообще... **** Была хорошая осенняя погода, светило солнышко, и птицы пели свои последние песни в этом году перед тем как улететь в теплые края. Жаль, что только этого же солнца и внутреннего тепла не было в душе Гука в последнее время. Находящийся в своих мыслях он уже опоздал на автобус идущий домой и пошел пешком всё больше уходя в себя. Его уже не привлекали осенние пейзажи, которые они так любили со старшим, не радовало то солнышко, за которым он так весело наблюдал, лёжа на коленях своего Хёна, и он даже не радовался приближающемуся 17-тилетию, ведь оно пройдет без того, кого он ждал и ждёт до сих пор. У него умерла мама, а теперь появился отец. Неужели такое и правда бывает не только в фильмах или книгах, которые взахлёб ночами читал Гук? Из этих мыслей его вывел звонок от отца. - Гук~и, ты уже закончил? - Да, отец. Я... решил пройтись пешком. - Может мне приехать за тобой? - Нет, не нужно, я через полчаса уже буду дома. - Хорошо, не опаздывай к обеду. В этот момент Чонгук услышал заливистый, до боли знакомый смех, буквально в ста метрах от себя и таким родным голосом сказанную фразу: "Хён, ты не исправим!" Дальше Гук не слышал ничего, ни зов отца в телефоне, ни проезжающие машины. Он искал. Искал тот самый источник его счастья. И он нашел. Вот он, стоит, такой родной на остановке с каким-то парнем своего возраста и смеется, дожидаясь автобуса, который уже подъезжал к ним. Такой нежный и красивый, такой близкий и одновременно такой далёкий, с мышиного цвета волнистыми пушистыми волосами. А главное - вернулся. И вот Гук уже бежит к нему наплевав на все и вся. -Тээ!.. А дальше визг колес, фары и свет. Пустота. Какие-то голоса, которые вроде так близко, а вроде так далеко. Его как будто обволокла толстым слоем вода, из которой уже не выплыть, а после темнота и тишина. Неужели им так и не суждено встретиться?..