Лучший поворот судьбы.

      Цзян Чэн хотел спросить Вэй Усяня, но обернувшись тёмным вороном в кровавой ночи этот ненавистно любимый Вэй снова ушёл. Множество беспощадно убитых Вэней и адептов других орденов обрамляли это поле битвы. Подолы одежд молодого Главы Цзян марались о кровавую землю. Тяжкие вздохи раздавались из уст того, пока грудь вздымалась и отпускалась.       — Ненавижу, хватит убегать.. Гребаный Вэй Усянь.. — пробормотал сухими губами Цзян, закрывая лицо замазоленными пальцами.       Битва была выиграна в пользу орденов. Вэнь Жо Хань бешенство, сия высочества, выходило за рамки. Под горячую руку успела попасть его дочь, что так прекрасно ухаживала за младенцем. Но словно Жо Хань вспомнил про достоинство и лишь вздохнул, оглядывая свою дочь. Девушка была прекрасна, мила лицом и стройна фигурой. Она была обручена с прекрасным генералом. Однако генерал умер, она осталась одна воспитывать наследника.       В один из таких пасмурных дней, когда листья опадали потому, что наступила осень. Здесь было тепло даже зимой. Но это не мешало деревьям скидывать прошлую шевелюру. Небо волокло грозовыми тучами. Дева Вэнь находилась в здании, скрытым за дворцом. Да бы никто до неё не добрался. Единственное окно, что могло даровать естественный источник света, выходил в бескрайние поля.       В эту темницу залетел чёрный, как сама смерть, ворон. Он обернулся юношей, от которой веяло тёмной энергией. Его голос звучал надеждой:       — Дева Вэнь, прошу вас. Пройдите со мной. Я хочу спрятать вас и вашего сына от войны. Она не должна касаться невинных людей. — юноша протянул руку. От него словно исходил свет, он был доброжелателен. Дева Вэнь с радостью приняла юношескую ладонь и приподнялась, беря мило спящего сына с небольшой подобии люльки.       Их троих заволокла чёрная дымка. Она беспорядочно кружила рядом. Но когда она всё таки рассеялась, то её взору, взору девушки предстала тёмная и зловещая гора — Луаньцзань, и так же заклинатель-медики, тоже из ордена Вэнь. Дева была благодарна настолько сильно, чтоб чуть не пустила слезу, но сдержалась.       В это время заклинатели других орденов совсем времени не теряли. Гусу Лань и их два Нефрита воссоздали величественные Облачные Глубины вновь. Они вновь казались местом умиротворения на фоне всего.       Орден Цинхэ Нэ, не отставал. Они один за другим освобождали со своих границ, кланы, которые были вынуждены поклоняться тирании Жо Ханя.       Орден Лан Линь Цзинь. Были спонсорами всего. Они не вмешивались в распри, но с удовольствием восседали на месте главного зрителя.       И наконец орден Юнь Мен Цзян. Молодой Глава Цзян был в задумчивости и унынии, ближайшие два месяца. Потому что он так и не задал важный вопрос брату. Щекочущее чувство подсказывало, что что-то масштабное появится. Так и случилось.       Через неделю на главной битве орденов появился он. Среди кровавого поля. В ордене Вэнь. Тёмный и теперь холодный на чувства Вэй Усянь. Его взор был пуст как и душа.       Черная одежда развивалась на леденящем ветру. Алые узоры на его ханьфу, словно светились в темноте. И его глаза, алые как самое зловещее пламя. Лицо кривилось злой ухмылкой, руки, в особенности пальцы подрагивали от перенапряжения. Взгляд был устремлен в небо, задымленное пламенем горящего дворца. Лицо Ваньиня вновь обрело уныние, он помнил как Усянь использовал темную ци первый раз. Казалось тот умирает. Ошибочное мнение пробило Главу Цзян насквозь. Лицо Главы Цзинь выражало полное отвращение к происходящему, к этому же мнению был приставлен Лань Цижэнь. Глава Нэ просто был зол от того, что человек, который сейчас стоит перед ним раньше дружил с его младшим кровным братом. Казалось, что война была перевернута, потому что Усянь защищал Вэней. Но не дав и шагу кому-то ступить, одним взмахом флейты он сбил с ног несколько адептов других орденов.       — Глава Цзян, успокойте же своего подчиненного или же вам плевать на судьбы ваших союзников?! — голос Главы Нэ был строг как никогда. Словно сверкнула молния между тем и тем юношей. Более взрослые уже ушли с фронта, уступив место более молодым.       — Он нам не враг! - неожиданно возразил юный Глава Цзян. — Я самолично видел смерть Вэнь Чао И Вэнь Чжулю. Он их убил. Он не мог предать нас.       — Смерть каждого адепта на этой земле взвесится на твоего старшего адепта. — с этими словами Минцзюэ отправился по душу Вэнь Жо Ханя – Главы Вэнь.       Цзян Ваньинь вновь остался один посреди поля боя, где раздавались последние вздохи адептов каждого ордена.