Нежелаемое снисхождение

      — Если я заполучу Ваше тело, то и сердце когда-нибудь будет принадлежать мне, уж поверьте. — заверил светловолосую герцог Лемберк, прожигая её своим пробирающим до дрожи взглядом наполненных страстью и странным ненормальным желанием глаз. Находящиеся внутри тёмных фиолетовых радужек зрачки были увеличены, словно он увидел нечто ослепительно-прекрасное и искренне восхищался видом, открывшимся перед ним. — Отказ я в любом случае не приму, это заденет мою гордость.       — Вы очень сильно заблуждаетесь, если действительно верите в то, что я добровольно сдамся на Вашу милость. — как можно более уверено проговорила Лилит, пытаясь скрыть слабую дрожь в теле, что в любой момент могла увеличиться и стать слишком заметной для проницательных глаз владельца преступной части Империи, чей зоркий глаз не пропускал ни единой мелочи и умело сканировал людей без особых усилий.       — Ох, Вы действительно так свято верите в сказанное… Будет жаль разочаровывать такое очаровательное создание. — Бенджамин дёрнул уголком губ, сгибая свои уста в насмешливой улыбке и неспеша двинулся по направлению к девушке, что находилась буквально в нескольких шагах от него. Она не двигалась с места, боясь совершить лишнее движение, поэтому ему не составило особого труда приблизиться к ней и наклониться к самому уху, обжигая то горячим дыханием. — Я слышал, что у леди есть младший брат, но его свалил с ног страшный недуг, а денежных средств на оплату лечения не хватает.       — Откуда?.. — пораженно выдохнула она, в следующее мгновение осознав всю глупость собственного вопроса. Ирэн очень хорошо уведомила Лилит о возможностях герцога, когда разузнала о том, что та тоже является попаданкой. Стоило лишь Эмбер заметить взгляд Лемберка, которым он омывал её лучшую подругу во время последних встреч, как она тут же поспешила проинформировать ту насчёт его связей и возможностей, ни на секунду не заставив во время разговора усомниться в том, что этот человек до безумия опасен.       — Мне нравится удивление, отобразившееся на Вашем милом личике. — прошептал он, когда отстранился, чтобы взглянуть на её лицо. Бенджамин даже не пытался скрыть свои намерения и создать поддельную комфортную атмосферу, чтобы собеседница почувствовала себя в безопасности и успокоилась. Ему напротив нравилось заставлять её колени подгибаться от страха и наблюдать за тем, как маска наигранного равнодушия с треском распадается на мелкие невидимые осколки, стоит ему лишь найти правильный подход и уловить нужную нить разговора.       — Вы хотели найти моё слабое место? Что ж, у вас получилось. — тихим голосом промолвила она, полностью стерев с лица то непробиваемое и безэмоциональное выражение, которое красовалось на нём до этого. Лилит никогда так сильно не боялась никого и это вызывало у неё отвращение к самой себе, ибо её актёрскую игру раскусили так легко и просто, стоило лишь Лемберку выбрать для продолжения разговора больную тему. — Я прошу Вас, не причиняйте моему больному брату вреда.       — Я готов предложить леди два варианта: добровольно стать моей и получить достаточно денег на полное лечение брата, или распрощаться с ним и всё равно принадлежать мне, но не обладать ни единой привилегией. — каждое произнесённое мужчиной слово было пропитано самодовольством и величественными нотками, что были приукрашены всё той же самодовольной улыбкой, так и не спавшей с его утончённого и раздражающе привлекательного лица.       — Вы ужасный человек… — еле слышно проговорила Лилит, глотая подступивший к горлу ком и сдерживая рвущиеся наружу всхлипы. Хрупкое девичье тело сотрясалось от бессильной испытуемой злости и пылающего в глубине души негодования. У обладательницы светло-серых глаз на секунду даже возникло желание начать рвать на себе волосы от понимания беспомощности перед этим властным человеком, что смотрел на неё с самоуверенной улыбкой, прекрасно предвещая её ответ.

В конце концов, он не оставил ей выбора…