better than her

Пол. Холодный пол, уложенный чёрно-белой плиткой в шахматном порядке. Какое медленно ускользающее чувство. Это не чувство обиды, не чувство злости. Опустошённость внутри. В темноте яркой вспышкой проносятся какие-то узоры, ведь глаза были крепко зажмурены. Из них медленно катятся серебристые капельки- слёзы. Не успевает одна такая капелька дочертить прозрачную дорожку до подбородка, из глазок выкатываются ещё две. Так холодно сидеть так, на кафеле, прижавшись к бетонной стене. Её слёз никто не услышит. Элизабет останется здесь . " Пускай он ищет, пускай побеспокоится за меня " - пролетает вдруг мысль. Как и вспышки незатейливых закарючек, она исчезает во тьме, но приходит другая. "Я ему больше не нужна, он не придёт, у него есть она." Элизабет открывает глаза, утирает запястьем руки слёзы. "А плакать не нужно.. это пройдёт"- так когда-то говорила мама, когда они с отцом впервые серьёзно поссорились. Смазывается с щёк помада, она остаётся красным следом на руке. Помадой Элли рисовала круги на щеках, лишь бы быть похожей на неё, слепо надеясь, что папа оценит это. Он забудет про ту куклу со стеклянными глазами и придёт к маленькой девочке с извинениями. " Я похожа на неё папочка? " Элизабет получила тогда вторую пощёчину. Сегодня должен быть праздник, девочка так старалась. Элизабет нарисовала несколько красивых рисунков. Она попросила у всех своих друзей разные карандаши и фломастеры, всё, чтобы работа вышла очень яркой. Она сама сделала себе два хвостика сегодня. Один из них был чуть выше другого, а на голове много прядей выскакивало наружу- волосы были собраны кое-как. Теперь один хвостик значительно ниже другого, ведь за волосы Элизабет вышвырнули из кабинета. Было так больно и обидно. Причёска была испорчена, а щека горела огнём. " Я на неё похожа папочка? " Элизабет смотрит на свою руку, измазанную теперь всю в помаде, лишь бы хоть как-то себя отвлечь. Голова болит от всхлипов и слёз, пора прекращать . Она опять жмурит глаза и хмуриться говоря себе "Хватит!" а слёзы не прекращаются, она хватается за голову, зажимая в маленьких пальчиках свои рыжие волосы, стискивает зубы до неприятного скрежета, сдвигает колени . Из горла вырывается истошный крик, он эхом раздаётся в холле. Из соседнего зала играет музыка, Цирковая Малышка готова принимать гостей. Она наверное начала работать услышав, что есть кто-то поблизости. Элизабет долго колебалась. Она думала, стоит пойти к ней и посмотреть, какая она. Почему её так любит отец? Элизабет должна увидеть её. Она давно просила отца, но он отвечал ей отказом. "Он так трепетно относится к этой идиотской кукле?". в голове Элизабет и не было мысли о том, что посещение Цирковой Малышки может представлять какую-то опасность " Почему другие дети могут к ней ходить, а я нет?". Она поднявшись с холодной плитки, придерживалась рукою стены, ведь колени дрожали от холода и тело то и дело подёргивало. Элизабет цокая маленькими туфельками на небольшом каблучке подходила всё ближе и ближе. Всё отчетливее она могла услышать песню которую сейчас пела Цирковая Малышка. Подойдя уже совсем близко, она боязливо выглянула в дверной проём. Она там. Такая красивая и яркая, вот почему папа так любит её, восхищается ей. Он часто обсуждал её с Дядей Генри, а тот гордится задумкой отца. Они даже один раз выпивали за то, что папочка придумал серию "весёлых" аниматроников . Сцена была освещена прожекторами разных цветов. Она озорно поблескивала на свету, поворачиваясь корпусом влево и вправо, её глаза двигались как настоящие, их выдавал только холодный взгляд. Её хвостики тоже словно двигались, в здании тихо посвистывал ветер, казалось нечёсаные пряди, приклеенного на её голову парика, развивались. её лицо было напудренным и по бокам красовались круги- румяна, на месте носа был красный круг, губы её были накрашены ярко красной помадой. Девочка решилась подойти ближе. " Папочка не смотрит".