***
Два часа назад.
— Итэр! — названный чуть не упал с дерева, на котором удобно устроился. К ему приближалась разозлённая Люмин. Парень перевёл взгляд на сестру и слегка улыбнулся, — А ну слезай! Принц Бездны выполнил просьбу-приказ сестры и сразу же получил пощёчину. Он посмотрел на близняшку обиженно, как котёнок. Люмин выдохнула: — Так, слушай меня внимательно, либо ты возвращаешь на место ласкового, милого и, самое главное, вежливого Итэра, либо я за себя не ручаюсь! Раньше такой хорошенький был, — она наигранно всхлипнула, Итэр выгнул левую бровь, — ну или хотя бы в конце каждого предложения добавляй «пожалуй»*! — Ладно-ладно, я понял, — Итэр посмотрел на ожидавшую продолжение сестру, вздохнул и добавил, закатывая глаза, — пожалуй. — Отлично, — Люмин ласково улыбнулась, — только без закатывания глаз, ясно?!***
Кэйа пошёл прочь оттуда, Итэру оставалось только пойти следом. Догнав мужчину, парнишка не начинал разговор, опустив взгляд на носки сапог. Его лицо было напряжённым, взгляд внимательным, уголки губ опущены вниз, выглядел он как побитый кот — так показалось Кэйе. Он улыбнулся, наблюдая за юношей. Всё-таки он милый, правда грубоватый, но это поправимо. Обладатель крио глаза бога остановился, когда они подошли к логову Ужаса Бури. Он прошёл на середину моста и подозвал парня к себе, последний нехотя послушался. — Красиво тут, верно? — начал Кэйа, наклоняя голову вбок. Итэр посмотрел в сторону, куда указывал мечник — на то место, где когда-то стоял Принц, над которым пролетал Двалин. Итэр мотнул головой, прогоняя воспоминание, из-за этого действия Кэйя вопросительно на него посмотрел. — Да, красиво, — как-то сухо ответил Итэр и, вспомнив слова сестры, добавил, — пожалуй. Кэйа улыбнулся, но сразу же убрал улыбку: — Ты ведь из Каэнри’ах? — неожиданный и резкий вопрос не вывел Принца Бездны из «строя», он лишь посмотрел на говорившего с непонятными эмоциями на лице. — Нет, — это правда. Он связан с ней, но он не оттуда. — Ты как-то связан с этой страной? — Кэйа не отставал, Итэр вздохнул: — Это допрос? — он ухмыльнулся, поворачиваясь к «последней надежде» Каэнри’ах, — М? — Нет, ни в коем случае, просто ты мне напоминаешь о доме, — Кэйа поднял взгляд в небо, Итэр приподнял брови, мол, чем же, — от тебя исходит запах проклятья моей родины. — Да что ты? Правда? — наигранно удивлённо спросил Итэр. Это получилось настолько искренне, что Кэйа поверил. — Возможно ты не помнишь… Знаешь, кто-то снял с жителей Каэнри’ах проклятье. Я бы хотел найти этого человека. — Вау, как интересно! — без сарказма воскликнул Итэр, убирая улыбку, когда Кэйа сказал: — Это сделал тот, кто стоит за Бездной, тот, кто ответственен за всё зло, произошедшее тут! — он выглядел восхищённым? Итэр удивлённо похлопал глазами. — Ты это говоришь с таким восторго… — Итэр сделал глубокий вдох. — Я и в самом деле восхищаюсь тем, кого члены Ордена Бездны зовут Ваше Величество, хочу найти его или её. Хочу найти этого человека, чтобы выразить свою благодарность! — Итэр задумался. Конечно, он тоже из Каэнри’ах, но не стоит ему всё доверять. Тем более он обманул один раз его сестру, а значит доверять ему точно нельзя. — И знаешь, Дайнслейф сказал, что, находясь рядом с тобой, его проклятье ослабляется. Можно задать один вопрос? — Да, — уже догадываясь о чём он спросит, ответил Итэр. — Ты — Принц Бездны? — Итэр сдержал усмешку, Кэйа, заметив это, схватил его за плечи и легонько потряс, — Да?! — Что? — всё-таки усмехнувшись, спросил брат Путешественницы, — Я-то? Хах, я тебя умоляю! — Дайн не мог ошибиться, — отрезал Кэйа, — я уверен — ты и есть тот, кто снял проклятье. — Что? Что за бред ты несёшь? Головой ударился? — уже больше опасаясь за свою личность, спросил Итэр, выглядит он совершенно спокойным. Кэйа вздохнул: — Может и ошибся…***
Итэр снова сидел у перевёрнутой статуи и стучал пальцами по подлокотнику. Весело. Он на ниточке висит перед раскрытием великой тайны, только этого ему и не хватало. Раздражённо поднявшись, юноша подошёл к статуе, прикрыл глаза. Он положил одну руку на сферу, другую на сердце. Его вставки загорелись светом, стали фиолетовыми, и снова погасли. Итэр вздохнул. Носить на себе проклятье всех — это ужасно, но он обещал, а значит потерпит.