Солнечный дракон

И вот прошёл год с того дня, как меня выловили из реки. Наступил последний месяц весны, уже жаркий днём, тёплый ночью. Почти лето. Теперь умею не только метать ножи, бегать, уворачиваясь от всех препятствий, но также нападать и защищаться с помощью боевого хлыста. Меч и лук оказались не по силам, а вот хлыст сразу лёг в руку, став её продолжением. А когда взяла второй хлыст в левую руку братья взвыли от зависти. Хотя… может и не от зависти. На конце учебного хлыста, вместо металлического шарика с шипами, крепился маленький мешочек с песком, который поверх был обшит мехом с длинным пушистым ворсом, но даже такой он всё равно оставлял на теле чёрные синяки. Жалея братьев, старалась бить не сильно, в скользь по одежде. Замедляла движение, чтобы мальчишки успевали увернуться. Но не всегда это помогало. Михар только посмеивался, обзывал сыновей увальнями или сонными мухами. А меня «в наказание» заставлял уже в полную силу бить по мишеням, выставленным по кругу на разной высоте от земли, увеличивая скорость. И я крутилась под крики и свист зрителей, которых со временем стало набираться не мало. На первых тренировках путалась в юбке, длинной и тяжёлой, падала, сама себе наставила синяков. Поняла, надо что-то делать, и из старой юбки, которую дала Вета, смастерила широкие брюки. И дело сразу наладилось. С той зимней ночи дракон во мне словно заснул. Как страха, так и приступов больше не было. Но мою радость по этому поводу Михар и Антор не разделяли. Они хотели, чтобы зверь появился, но по моему желанию и под контролем. А вот как это сделать никто не знал. Трактир постепенно наполнялся народом. Никто не хотел провести ночь в дороге, поэтому гости спешили снять комнаты, заказать сытный ужин и расслабиться в комфорте. Вечер незаметно сгущал сумерки, а мы зажигали в общем зале фонари, на столы ставили толстые свечи. К Михару за стойку подбежал Шор, что-то тихо сказал отцу и оба посмотрели на меня. Что-то случилось? Прислушалась. Да, на конюшне слышны голоса, хохот. Приехали ещё гости, большая шумная компания. И вдруг прозвучала команда: — Тихо!!! Не хочу опозориться перед Михаром, как в прошлый раз. Заходим. Я держала в руках фонарь, собиралась повесить его на крюк в стене. Дверь открылась, в проёме показался старший воин, уже знакомый мне друг Михара. Первым делом он быстро обвёл взглядом зал, нашёл меня, удивлённо поднял бровь, кивнул и улыбнулся. Кивнула в ответ и махнула рукой, приглашая войти. Следом, один за другим, стали заходить его бойцы. Всех уже знала и не боялась. Они были первыми зрителями моих тренировок целую неделю, пока гостили в трактире в прошлый раз. Они же подсказали Михару научить меня бою с хлыстами. Оказывается, мало кто владел этим видом оружия, для этого нужны скорость, ловкость, меткость. Этими качествами владели все в королевском особом отряде, но для ближнего боя всё-таки выбирали меч или топор, так как тут нужна была ещё и сила. А силачами были все. Михар рядом с деревенскими мужчинами и простыми гостями трактира казался могучим великаном, а рядом с друзьями из отряда даже терялся среди широкоплечих высоких воинов. Все в чёрных безрукавках со множеством карманов и подвесок, в чёрных свободных шароварах, в добротных чёрных сапогах. Чтобы не пугать мирных граждан, из оружия каждый оставил лишь меч и пару ножей. Последним вошёл парень почти на голову выше самого высокого бойца из отряда. Ему пришлось наклониться, чтобы не удариться головой. Широкие плечи, мощная грудь, сильная шея, буграми мышцы на обнажённых загорелых руках, крепкие ноги. Просто засмотрелась. На фоне бронзового загара и чёрной одежды ярко выделялись короткие светлые волосы, выгоревшие на солнце до золотистого соломенного цвета. Но самое удивительное было в другом, это увидела только я, никто больше не обратил внимания. С его появлением в зале стало светлее, от него исходил тёплый желтоватый свет, как от тусклой лампочки. Так же, как командир, он обвёл взглядом зал, увидев меня, удивлённо вскинул брови и замер. Меня накрыло волной радости, сильно забилось сердце, даже перехватило дыхание и выступили слёзы. Так бывает, когда неожиданно встречаешь горячо любимого человека. Но мы-то незнакомы. Значит, эта бурная реакция принадлежит моему зверю, заставляет дрожать от возбуждения и плакать. Он узнал в этом парне родное существо. И это может означать только одно — передо мной стоит дракон! Тёмные серо-зелёные глаза внимательно рассматривали меня с ног до головы. Несколько раз взгляд останавливался на шрамах, и при этом темнел. Он плотно сжал губы, между бровей пролегла суровая складка, а в глазах на долю секунды вспыхнули золотые искры. Меня уже колотило от дрожи, пришлось прислониться к стене и сильнее ухватить фонарь, чтобы не уронить. Неожиданно и резко лицо парня изменилось, появилась улыбка, широкая, белозубая, даже задорная, с ямочками на щеках. Ни на кого не обращая внимания он направился ко мне. А я… перестала дышать. Именно в этот момент почувствовала своего дракона, его горячее желание бросится на шею этому великану, спрятаться под его защитой. Но моё собственное сознание сопротивлялось, тормозило, приводило в отчаяние. — Эй! Эй! Светлый! — раздались сразу несколько голосов. — Осторожно, не пугай девочку! Парень замедлил движение, но не остановился. Молча взял из моих рук фонарь, повесил на стену и опустился на колено так, чтобы наши лица были близко друг к другу. Плавно и осторожно накрыл мои сцепленные от напряжения кисти своими горячими ладонями. От них по всему телу прошла тёплая успокаивающая волна. Дрожь исчезла, а я, наконец, смогла вздохнуть. — Тебя больше никто не посмеет обидеть, — произнёс он тихим бархатным голосом. — Теперь ты под моим крылом. Это прозвучало, как клятва, уверенно и твёрдо. Дракон внутри меня расслабился, но упорно продолжал настаивать на объятьях с новым знакомым. Может, у них так принято? И я подчинилась, шагнула навстречу, сразу попав в плен сильных рук. Закрыв глаза, обхватила парня за шею, прижалась щекой. Впервые за всё время пребывания в этом мире, почувствовала родственную душу. Радость переполняла, хотелось кричать, бегать, махать руками… или крыльями? Опять дракон! Я тихо засмеялась, а по лицу текли слёзы.