Солнечный дракон

Постепенно любопытство, моё и Белой, затмили все переживания и страхи. Сидеть на Рыжем было всё-таки удобно, спокойный шаг не менялся, что помогло окончательно расслабиться. Даже управлять конём не нужно, только придерживать повод, чтобы не болтался. Он сам знал куда идти, но иногда поднимал высоко голову, шумно втягивал воздух, кивал и продолжал путь. Получается, тоже мог распознавать запахи, чуять хозяина и идти к нему. Настоящий конь-дракон. С одной стороны от дороги тянулись зелёные поля, ростки только-только набирали силу. За ними или перед ними вдоль дороги появлялись небольшие деревни с аккуратными домиками. Почти во всех дворах сушились рыболовные сети, ветерок приносил запахи рыбы разного приготовления. Даже есть захотелось. А Швар говорил о каких-то трёх-четырёх днях… С другой стороны виднелась река. Иногда её закрывали густые заросли деревьев, но это не мешало слышать и чувствовать особый манящий запах. Так… похоже Белая решила соблазнить на купание. Не против, но… придётся потерпеть. Знаю, город близко, на той стороне реки. Надо доехать до моста, а с нашей скоростью это через два с небольшим часа. Пока же мы, я и Белая, разглядывали окрестности, а жители этих окрестностей разглядывали нас. И это раздражало. Удивлённо ахать и узнавать во мне дракона начали ещё со двора трактира благодаря Рыжему. Кто же ещё может ехать на ТАКОМ коне? Антора ко мне так и не подпустили, слышала его отчаянные попытки. И лишь когда Ильяр сердито пригрозил выгнать из отряда, парень затих. Мало того, поставили замыкающим, и сколько ни старалась, так и не смогла разглядеть его среди бойцов. За что? Почему? — Ильяр! — позвала, чтобы задать эти вопросы. Но стоило только коню старшего воина приблизится, как Рыжий злобно ощерился, прижав уши и оглядываясь. Сдвинулся вбок, заступая дорогу. Отчего конь Ильяра дёрнул головой и встал. — Прости, малышка, не получится поговорить, — виновато улыбнулся мужчина. Вот это номер! Теперь понятно, почему ко мне не пускают брата. Этот монстр действительно разорвёт любого. Подёргала за гриву и возмутилась: — Мне скучно! Поговорить с человеком хочу! Эй! Слышишь? Рыжий пошевелил ушами, фыркнул и покрутил головой, не соглашаясь. Это как вообще? Какая-то животина меня воспитывает?! Резко обернулась на Ильяра и чуть не свалилась. Нет-нет, сижу отлично, удобно, и с головой всё в порядке — не кружится. Просто обнаружила, отряд молча веселится, а стоило повернуться, все широкие улыбки исчезли, а у некоторых бойцов даже появился кашель. Нууу, Светлый! К моему возмущению присоединилась и Белая. Но толку-то? Конь, как шёл по середине дороги не сбавляя скорости, так и продолжал идти широким уверенным шагом. Было забавно наблюдать, как шарахались в стороны те, кто ехал нам навстречу. Если у хозяев от удивления наступал паралич с отвисанием челюсти, то лошади сами сворачивали как могли, лишь бы подальше от бешено раздувающего ноздри Рыжего. — Мама! Я тоже хочу длинные волосы, как у этого мальчика-дракона! — услышала звонкое детское заявление. Неудивительно. В одежде Димира, который за год вытянулся и стал даже чуть выше меня, действительно похожа на мальчика. По совету Михара собрала волосы в хвост, а серьги и бусы не носила. Подаренный им же ремень с настоящими боевыми метательными ножами тем более утверждал мужской образ. Так и доехали до развилки дороги, слушая удивлённые предположения о появлении юного дракона в сопровождении королевского отряда. Прямая дорога раздвоилась перед густым смешанным лесом. Поворот налево вёл к мосту, за ним уже был виден город. Правый поворот дороги вился вдоль кромки леса, отделяя его, как пограничная песчаная лента, от зелёных возделанных полей и селений, а затем и вовсе исчезал за горизонтом. Что сделал Рыжий? Не сбавляя скорости, ломанулся в лес! Подлесок из кустов и тоненьких прутиков молодых деревьев конь прошёл, как танк, только хруст раздавался из-под копыт. А дальше, петляя между стволов, выбирал свободный от низких веток путь, а тонкие просто откусывал и проверял, поворачивая голову, не заденет ли меня этот огрызок. Вот уж… нет слов, только чувство уважения. Отряд следовал за нами, растянувшись цепочкой. И вскоре стала видна круглая просторная поляна. Посередине горел костёр, а чуть в стороне целая поленница дров. Нас ждали. Довольный, с сияющей улыбкой, Светлый сначала погладил коня, чем-то угостил, похлопал по шее и, остановившись напротив, протянул ко мне руки. Пошевелилась в седле и поняла, ног не чувствую. Вернее, ломило ниже поясницы и колени, на которые всю дорогу опиралась, а лодыжки и ступни словно отсутствовали. И что делать? Поискала глазами брата, но ему не давали даже повернуться в мою сторону, а говорить с драконом не хотелось. Закусив губу, начала растирать ноги. Больно-больно-больно! От острых ощущений брызнули слёзы. Недоумённо наблюдая за моими действиями, дракон продолжал стоять с протянутыми руками, но увидев влагу на щеках, решительно стащил с коня. — Ты не умеешь ездить верхом? Прости, забыл, что ты выросла в Колыбели драконов… там нет лошадей, — мягко с сожалением сказал Светлый усаживая на траву. — Что такое Колыбель драконов? — спросила дрожащим голосом. — Не помнишь… — прошептал он, заглядывая в глаза. Покрутила головой. Что я могу помнить? Если просто не знаю… Неожиданно сердце сжалось от тоски. Это Белая! Она знает и помнит. Покажи… попросила, закрыла глаза и откинулась на спину. Сначала было темно, ощущение тепла и влаги. Потом постепенно нарастающий шум воды. И вдруг, голоса людей! Надо позвать! Надо кричать! Кричать! Кричать! Появился тусклый участок света. Надо ещё кричать! Ещё! Шум воды усилился, а свет стал белый и яркий. Кричать! Кричать! Кричать! Моих ног коснулись горячие большие ладони, осторожно массируя, поглаживая, помогая расслабиться мышцам, забирая боль. Тихий успокаивающий голос Светлого зазвучал, как дополнение к воспоминаниям Белой. — Между Золотыми и Чёрными горами находится длинная извилистая долина, местами широкая, а местами узкая. Всю, от начала, там, где возвышается Мать-гора, и до далёкого Тёплого моря, её прорезает глубокая трещина, на дне которой клокочет бурная горная река. Жёсткий ледяной поток, острым лезвием вспарывает мягкую землю до вечных оснований гор, и даже их превращает в гладкие каменные зеркала. Белая тут же показала всю эту красоту с высоты какого-то здания. Нагретая Солнцем крыша любимое место отдыха. А золотыми горы становятся при восходе и закате с разными оттенками жёлтого и красного. Даже растения у подножия этих гор имели в основном жёлто-оранжевые цветы, а листва бледно зелёная с золотистым отливом. — Во все времена эта долина была колыбелью драконов, — продолжил свой рассказ Светлый. — В каменной глубине под всеми горами текут лавовые реки, огненная кровь по венам земли. Под долиной собираются в общий широкий поток, который уходит в ещё большую глубину под дно моря, согревая его. Дикие и магические драконы закапывали в мягкую всегда тёплую почву долины свои яйца, охраняли их, а услышав писк готового вылупиться малыша, доставали и уносили в гнездо. Так вот что показала мне Белая в самом начале! Своё рождение! А что было дальше, Белая? Там, где стенка убежища сияла светом, появился холод. Шум воды становился всё громче. Свет, проникающий внутрь, расширялся, придавал сил, но вместе с этим увеличивался холод. Надо кричать! Кричать! Кричать! Вдруг рядом отчётливо прозвучал удивлённый мужской голос: «О, Небесные Богини! Неужели? Смотри, брат, яйцо!». Другой мужской голос также с удивлением воскликнул: «Это же Лунный! О, Богини! Мы тут, малыш! Мы слышим тебя!». Шуршащий звук по стенкам убежища, и белый свет заполнил всё вокруг. Тёмной тенью проступили человеческие ладони и живое тепло, исходящее от них. Надо прижаться. Всё хорошо. — Беляна… — внезапный шёпот обжёг ухо горячим дыханием. Подскочила и врезалась в плечо Светлого. Даже смех у этого парня был красивый, приятный. Потирая ушибленный лоб, смущённо посмотрела на сидящего рядом с сияющей улыбкой дракона. Было в нём что-то, что не позволяло злиться или обижаться, все эти чувства давно испарились. Появилось желание слушать бархатный тихий голос, улыбаться в ответ, наслаждаться нежными прикосновениями. Хммм… Это я или Белая? — Заснула? Так сильно устала? — прозвучавшие вопросы отдались в голове мурчащей вибрацией большого дракона. Лёгкое головокружение спутало все мысли… это что, гипноз? Потрясла головой и удивлённо уставилась на Светлого. Зачем? Что ещё ждать от магического ящера? Чего он добивается? Быстро натянула обувь и встала. — Всё в порядке, спасибо. Я хочу поговорить с братом или это теперь под запретом? Дракон вздохнул, улыбка померкла, в глазах появилась печаль. Медленно встал, кивнул в сторону, где стоял брат, и, молча, ушёл к костру. Не стала мешкать, бросилась бегом к Антору, раскинувшему руки для объятий.