Ещё не время

      И снова то же самое утро. Дазай давно сбился со счёта, сколько раз оно уже повторялось.       Но если раньше всё начиналось с мысли: «Прошлый вариант развития событий не сработал. Значит, пробуем следующий», то сейчас Осаму лишь смотрел "пустым" взглядом в потолок, не зная, что делать.       У Дазая не было сил даже пошевелиться, несмотря на то, что он абсолютно здоров. Словно Осаму вдруг сразил какой-то странный паралич. Но на самом деле, болезнь, овладевшая им, называлась апатией.       Причиной тому были неудачи всех вариантов Дазая. Сколько бы он ни пробовал и что бы новое ни старался придумать, ничего не сработало.       Когда Осаму не рассказал Ацуши и Акутагаве про «Книгу», ровно в 18:56 всё вмиг почернело и раздался оглушительный треск.       И когда Дазай позволил убить себя, ничего не поменялось.       Даже без встречи с Одой в «Люпине» всё завершилось, как и в прошлые разы.       Осаму даже решил попробовать тот вариант, где он остаётся в живых, но тогда снова раздался звук, служивший сигналом очередной неудачи, и тьма начала заполнять пространство.       Что бы ни старался изменить Дазай, всё заканчивалось одинаково.       Чем больше попыток было испробовано, тем чаще Осаму ловил себя на мысли, что выхода из этого бесконечного лабиринта просто нет.       И сейчас, когда вариантов не осталось вообще, Дазая окончательно поглотило отчаяние.       От одного осознания, что ты навеки заперт в одном и том же дне без возможности выбраться, начинаешь сходить с ума.       Даже в Ад путь закрыт: после смерти снова возвращаешься в начало.       Но сколько ни отчаивайся, ничего не изменится. Есть всего два пути: смириться и сдаться или продолжать пытаться разорвать временную петлю.       И так как надежда умирает последней, Осаму выбирает второй.       Стараясь не обращать внимания на неприятное ощущение слабости в мышцах, он поднимается.       «Как я устал от этого».       Не проходит и минуты, как на пороге комнаты, уже наверное раз в сотый, появляется Чуя с его коронной фразой:       — Давно вставать пора, Осаму. Я уже завтрак успел приготовить.       Но как только Накахара замечает вид Дазая, сразу понимает, что что-то не так.       — С тобой всё хорошо? — спрашивает Чуя с беспокойством.       Осаму слышал этот и похожие вопросы уже столько раз...       И он всегда отвечал, что ничего не случилось, и повторял одно и то же оправдание.       Но с каждым разом почему-то это звучало менее и менее убедительно. Дазаю уже давно надоело врать о том, что всё в порядке.       Ни для кого не секрет, что обманывать человека, который тебе доверяет и которому ты, казалось бы, доверяешь, больнее всего.       К тому же, чем дольше держишь в себе какие-либо переживания, тем тяжелее это становится.       Но с другой стороны, даже если Осаму расскажет Накахаре о временной петле, где гарантия, что это не станет ещё одной причиной разрушения мира? Её нет.       Однако Дазай уже столько раз не смог предотвратить конец света, что ещё одна неудача просто не сыграет никакой роли.       Поэтому Осаму ответил:       — Нет.       — Что случилось?       — Скорей всего ты не поверишь мне, но... Хотя бы выслушай, прошу.       — Мы знакомы столько лет, а ты всё никак не запомнишь, что я поверю всему, что скажешь, — с тёплой улыбкой произнёс Чуя.       Эти слова успокоили Дазая.       И тогда он начал свой рассказ. Осаму поведал Накахаре обо всём: и о временной петле, и о «Книге», и о последнем этапе плана. А Чуя внимательно слушал и запоминал.       По окончании монолога Дазай смог спокойно выдохнуть. Камень, долгое время тяжёлым грузом лежавший на его душе, наконец упал.       Накахара какое-то время молчал, размышляя. Но вскоре спросил:       — Так, погоди. Ты сказал, что о «Книге» не может знать больше трёх человек, правильно?       — Да, так и есть.       — И с крыши ты прыгнул, чтобы сохранить этот баланс?       — Верно.       — Но ведь помимо Накаджимы и Акутагавы о «Книге» знают и те, кто уже хочет её найти. В итоге по меньшей мере четверо. Разве это не против правил?       Осаму задумался.       «А ведь точно».       — Странно. Почему-то, когда я не рассказал им, прозвучал треск.       — Значит, они не могут не знать. Но тогда, либо в правиле есть исключения, либо оно не работает вообще.       — Хочешь сказать, что пытаться сохранить баланс бесполезно?       — Именно. Дело явно не в нём.       — Но всё остальное я уже проверил.       — Точно 'всё'?       — Да, я уверен.       — А ты пробовал не умирать в конце?       — Я тоже думал об этом, но воплотить в жизнь эту идею ни разу не удалось. Меня либо убивал Акутагава, либо звучал треск.       — А может тебе нужно было только создать видимость того, что ты умер?       — Но как я это сделаю?       — Один — никак. Но у тебя есть я. Понимаешь, к чему клоню?       — Даже так это будет сложно. Сомневаюсь, что у нас получится.       — Не забывай: у тебя не одна попытка. Если что-то пойдёт не так, можно будет попробовать ещё раз.       — А если не сработает?       — Придумаем что-нибудь ещё. И так до тех пор, пока не порвём эту проклятую петлю.       Одно из лучших качеств Чуи это то, что если он поставил какую-то цель, то добьётся её во что бы то ни стало. Но самое главное, его целеустремленность обладает способностью "заражать" других.       — Тогда самое время начинать подготовку.

* * *

      На город плавно опускалась ночь. Все здания успели окраситься чёрным. Разноцветными огоньками горели вывески магазинов, уличные фонари и окна домов. По дорогам иногда проезжали машины.       Обычный вечер. Ну почти.       Время — 21:58.       За окном мелькают незнакомые просторы, погруженные во мрак уходящего дня. Слышен чуть приглушённый стук колёс.       Поезд «Йокогама — Токио» преодолел около четверти пути.       Осаму сидел, подперев рукой подбородок, и смотрел на меняющийся каждую секунду пейзаж. Однако Дазай выглядел немного грустным и задумчивым, несмотря на то, что он наконец смог вырваться из временной петли.       План прошёл идеально с первого раза, хоть раньше это казалось почти невозможным. Словно сама судьба распорядилась создать наилучшие обстоятельства.       Казалось бы, всё закончилось и можно расслабиться, но оставалось ещё много вопросов.       — О чём думаешь? — спросил вдруг Накахара.       Спустя полминуты Осаму ответил:       — До сих пор не верится, что я покидаю Йокогаму.       — Мне тоже. Всё произошло так быстро, даже в голове не укладывается. Только вчера был обычный день, а сейчас мы едем в Токио после того, как спасли мир от разрушения.       — Я всё ещё не могу одного понять.       — Чего?       — Если «Книга» хотела оставить меня в живых, это значит, что мне предстоит сыграть какую-то роль в будущем. Вот только когда и какую?       — Думаю, пока рано об этом беспокоиться. Когда надо будет, мы вернёмся сюда. Так что не стоит пока окончательно прощаться с Йокогамой.       — Это напоминает мне те фильмы, где героям приходится уходить из дома, после чего они попадают в приключения и в конце возвращаются уже совершенно другими, — с улыбкой произнёс Дазай.       — Пусть наша жизнь и не фильм, но что-то мне подсказывает, что мы тоже ещё успеем попасть не в одно приключение.       — Мне тоже так кажется. The end